Структурная деформация семьи как фактор виктимного поведения несовершеннолетних

Специфика отклоняющегося поведения несовершеннолетних может быть рассмотрена как обусловленная комплексом взаимосвязанных факторов, относящихся к возрастным, социальным, психологическим особенностям несовершеннолетних как особой социальной группы. Установление таких специфических черт, обуславливающих поведение несовершеннолетних, его качественных и количественных параметров, ориентировано на применение соответствующих мер в отношении данной возрастной группы [1, с. 83].

Безусловно, важнейшим институтом воспитания, влияющим на поведение несовершеннолетних, является семья. Ис-

1 Мы рассматриваем семьи с детьми, рожденными с помощью ЭКО и суррогатного материнства, в контексте структурной деформации семьи, исходя из особенностей их зачатия и рождения. Исходя из изложенных теоретических положений, возможные проблемы физического и психического развития таких детей, которые могут способствовать виктимному или противоправному поведению, с большей вероятностью могут возникнуть в связи с методами зачатия и не зависят от влияния внешних факторов и наличия либо отсутствия элементов психосоциальной деформации в семье.

ходя из фундаментальной роли семейного воспитания, мы рассматриваем семью как систему, формирующую личность. С точки зрения различных теоретических подходов, деформация семьи может привести к девиациям развития личности и спровоцировать ее преступное или вик-тимное поведение.

Традиционно принято выделять два типа деформации семьи: структурную и психологическую (психосоциальную). Как правило, структурную деформацию семьи связывают с отсутствием одного из родителей [2, с. 4]. В ранней научной литературе достаточно подробно рассмотрено влияние факта неполной семьи на несовершеннолетнего (Игошев К.Е., Минь-ковский Г.М., Бартол К., Кудрявцев В.Н., Шестаков Д.А. и др.). И в художественной литературе мы также можем найти немало примеров проблем семейного воспитания детей, при отсутствии одного из родителей. Например, в рассказе Владимира Короленко «Дети подземелья» перед нами предстает картина воспитания детей одиноким благополучным отцом-судьей, который из-за смерти матери детей отдаляется от сына Василия и переносит все свое внимание на дочь Софию, в виду ее сходства с матерью, что приводит к выталкиванию сына из семьи [3]. Французский роман «Анатомия одного развода» Эрве Базена полностью посвящен трагедии семьи художника Луи и домохозяйки Алины, и показывает, как калечит психику четверых детей разрыв их родителей [4].

В литературе по психологии, педагогике и социологии немало исследований, в которых доказывается, что ребенок, воспитанный в неполной семье более склонен к деструктивному поведению, обладает рядом психических особенностей, склонен к невротическим нарушениям и противоправному поведению [Захаров А.И., Спиваковская А.С. и др.]. Группа авторов Московского государственного психолого-педагогического университета на основе анализа детских рисунков, обнаружили существенные различия в эмоциональном самоощущении детей из полных и неполных семей. «Дети, растущие в неполных семьях, имеют менее благоприятную картину эмоционально-личностной сферы в сравнении с их сверстниками из полных семей» [5, с. 25]. Особо уязвимую группу для исследователей представляли мальчики, воспитываемые одинокими матерями. Для них характерны трудности в общении, чувство отверженности, негативное самоощущение. Как аргумент приводится мнение, что в связи с утратой одного из родителей, второй проецирует свое раздражение, недовольство и гнев на детей. Подобное поведение одного из родителей (чаще матери), как утверждают исследователи, негативно сказывается на становлении и развитии личности ребенка [6, с. 115]. Отдельные зарубежные исследования напрямую связывают отклонения в поведении и психике детей и подростков с депрессией, испытываемой матерью в процессе воспитания детей [7]. Дети, воспитываемые депрессивной матерью, могут отрицательно реагировать на дружеские подходы, обладают меньшей физической активностью и творческой индивидуальностью. Родительская депрессия в подобных исследованиях обладает превалирующим значением по сравнению с семейными конфликтами, социально-экономическим или семейным положением [8, с. 1166]. Дети депрессивных матерей также подвержены повышенному риску психопатологии, включая аффективные, тревожные и поведенческие расстройства [9, с. 736].

Все же большинство научных исследований сводится к тому, что связь воспитания ребенка в неполной семье и его виктимность усложняется наличием многих других переменных. Нам представляется, что подобное поведение родителей не менее негативно может сказаться и на развитии ребенка, воспитываемого в полной семье. Мы изучили более 200 семей, в которых воспитывались несовершеннолетние, совершившие общественно опасные деяния, и пришли к выводу, что основной массе как полных, так и неполных семей, в которых воспитывались правонарушители, присущи однородные проблемы: малообеспеченность, асоциальное поведение родителей (пьянство, наркомания, низкий уровень нравственной культуры, низкий образовательный уровень), участие в воспитании ранее судимых родственников и т.п. Поэтому мы можем согласиться, что поведение несовершеннолетних больше связано с общим неблагополучием семьи и бедностью населения. Как отмечал Ю.М. Антонян: «Нельзя забывать, что бедное общество бедно и духовно, что является одной из главных причин нынешнего высокого уровня безнравственности и преступности. Особенно неблагополучно социально-экономическое положение молодежи из необеспеченных и малообеспеченных семей, которой почти наглухо закрыт доступ к модным и престижным вещам, обладающим в их глазах огромной притягательной силой. Это может толкать их на совершение погромов, краж, грабежей, разбоев и хулиганских действий» [10, с. 141].

По уровню структурной деформации семьи мы рассматриваем относительно новую для нас форму семьи – семья с однополыми родителями. Данный подход получает все большее развитие в исследованиях зарубежных ученых. Психолог Фредерик Бозетта и его коллеги в далеком 1987 году утверждали, что воспитание ребенка в гомосексуальной семье не несет для него негативных последствий [11], а Тимоти Дейли, наоборот, видел огромную опасность воспитания детей в такой семье. Он высказывал мнение о наличии связи между мужской гомосексуальностью и педофилией [12]. В 2012 году в научном исследовании доктора социологии Техасского университета в Остине (США) Марка Регнеруса под на- званием «Как отличаются взрослые дети, родители которых имеют однополые отношения», автор постарался развенчать мифы о благополучии детей и подростков, воспитывающихся в семьях с однополыми родителями. Выводы, сделанные Марком Регнерусом, оказались неожиданными для американского научного сообщества и широкого круга общественности. В соответствии со сделанными выводами, дети, воспитанные в однополых семьях оказались более склонны к деструктивным действиям, чем дети, воспитанные в гетеросексуальных семьях. Такие дети оказались более склонны к совершению суицидальных действий: до 24 % взрослых детей из однополых семей недавно планировали самоубийство, для детей из гетеросексуальных семей такой процент составил 5 %. Около 30 % детей принуждались к сексу против их воли, в том числе со стороны родителей (8 % для «обычных» детей). 28 % таких детей сталкиваются с социально-экономическими проблемами, большинство из них живет на государственные пособия и не имеют работу на полное время. 70 % таких детей имеют расстройство сексуальной самоидентификации [13].

Что касается детей, воспитываемых однополыми родителями в нашей стране, то получить в настоящее время насколько либо достоверные статистические данные не представляется возможным, учитывая, что правовая, а также статистическая база в РФ, касающаяся этого феномена, отсутствует. В то же время, однополые семьи становятся повседневной реальностью, с разной степенью распространенности в мире, а изучение проблемы влияния однополых родителей на детей становится все более актуальным.

В последние годы большое внимание уделяется детям, появившимся на свет благодаря вспомогательным репродуктивным технологиям, а попросту говоря -детям «из пробирки»1. Многие исследователи настороженно относятся к детям, зачатым с помощью ЭКО. Не утихают споры, касающиеся наличия или отсутствия отклонений в развитии этих детей, хотя количество детей «из пробирки» с каждым годом увеличивается и составляет уже более 5 млн. человек.

В 2015 году в газете «Московский комсомолец» было опубликовано интер- 88

вью с академиком РАН Михаилом Давыдовым, который отметил, что до 70 % детей, рожденных в результате экстракорпорального оплодотворения больны: слабовидящие, слабослышащие, у них плохо развита иммунная система, многие не способны на хорошем уровне учиться в школе [14]. К неблагоприятным последствиям после ЭКО относят мертворождение, генетические и эпигенетические нарушения, риск врожденных пороков у детей, рожденных путем вспомогательных репродуктивных технологий [15, с. 309]. Специалисты института репродуктивной медицины им. Джонса, медицинской школы Восточной Вирджинии и Национального института Балтимора (Мэриленд) исследуя детей «из пробирки», пришли к выводу, что такие дети более склонны к психическим отклонениям (31,2 %), страдают от синдрома дефицита внимания (27,1 %), депрессии (16,6 %) и алкоголизма (11 %), но в то же время реже курят (14 %) и чаще занимаются спортом (92 %) [16, с. 2046].

Репродуктологи категорично не согласны с приводимыми доводами, указывая, что дети, рожденные с помощью ЭКО, обладают лучшим физическим здоровьем, а психические проблемы больше связаны с чрезмерной опекой со стороны родителей. Команда доктора Бредли Во-орхеса (Bradley J. Van Voorhis) из университета Айовы (США), проведя в 2010 году свое исследование, пришла к выводу, что дети, рожденные с помощью ЭКО, не только равнозначны по своим возможностям и способностям обычным детям, но и, по определенным показателям, могут превосходить их. Исследовав 423 ребенка, зачатых с помощью ЭКО, и 372 ребенка, зачатых естественным путем, ученые пришли к выводу, что дети из первой группы показывают более высокие результаты умственной активности [17, с. 2609]. В то же время отдельные исследователи пришли к выводу, что число детей, рожденных с помощью репродуктивных технологий, больше страдают расстройствами аутистического спектра в сравнении с «обычными» детьми (более 10%) [18, с. 497].

Еще одна категория детей, находящаяся под пристальным вниманием исследователей, дети, рожденные при помощи суррогатного материнства. Исследователи отмечают проблемы как этиче- ского, так и медицинского характера. Психологи считают, что психическое здоровье суррогатной матери, вынашивающей чужого ребенка, находится под угрозой. В результате может возникнуть серьезный риск патологий развития ребенка и его психической неполноценности. В 2013 году профессор Кембриджского университета Сьюзен Голомбок (Susan Golombok) и ее коллеги провели исследование 30-ти семей, воспитывающих детей 3, 7 и 10 лет, которые воспользовались услугами суррогатного материнства. В результате команда исследователей пришла к выводу, что дети, рожденные от суррогатной матери имеют проблемы с адаптацией и проблемы поведения, часто проявляют агрессию и совершают антисоциальные действия, имеют эмоциональные проблемы, такие как тревога и депрессия [19, с. 653].

Таким образом, если учитывать изложенные позиции, мы можем предположить, что даже благополучная семья, с детьми, рожденными «нетрадиционными способами», может быть фактором риска виктимного или противоправного поведения.

Несмотря на то, что в настоящее время большее внимание уделяется психосоциальной деформации семьи, отдельные аспекты структурной деформации семьи приобретают особую актуальность, учитывая появление и стремительное развитие ее новых форм. Рассмотренные теоретические подходы позволяют нам предполагать о непосредственном влиянии определенной структурной деформации семьи на формирование и развитие личности, что может привести к ее виктимизации.

Вместе с тем, не стоит забывать о том, что субъектами виктимологической профилактики несовершеннолетних, в первую очередь, являются их родители, учителя и педагоги [20, с. 22]. Выявление факторов, способствующих виктимизации детей, подростков и молодежи, определение угроз, являющихся следствием социального развития современного общества, позволят определить основные направления деятельности по профилактике виктимизации несовершеннолетних и привитию навыков безопасного поведения в учебных заведениях, дома, на улице и в общественных местах.

ПРИМЕЧАНИЕ:

• 1.    Юзиханова Э.Г. Статистические показатели и тенденции преступности несовершеннолетних в новейшей истории // Юридическая наука и правоохранительная практика. – 2014. – № 4 (30). – С. 82-87.

• 2.    Реан А.А. Семья как фактор профилактики и риска виктимного поведения // Национальный психологический журнал. – 2015. – № 1 (17). – С. 3-8.

• 3.    Короленко В.Г. «Дети подземелья». – М.: Изд.: «Стрекоза», 2016. – 64 с.

• 4.    Базен Эрве. «Анатомия одного развода» – М.: Изд.: РиполКлассик, 2002. –248 с.

• 5.    Смирнова О.Е., Собкин В.С., Асадулина О.Э., Новаковская А.А. Специфика эмоционально личностной сферы дошкольников, живущих в неполных семьях (на материале детских рисунков) / Электронная библиотека МГППУ / http://psychlib.ru/mgppu/ periodica/VP061999/Sse-18.htm#$p18 (дата обращения 15.11.17 г.).

• 6.    Сысенко В.А. Супружеские конфликты / В.А. Сысенко. М., 1989. – 175 с.

• 7.    Maternal depression and child development / Paediatr Child Health. 2004 Oct; 9(8): 575–583 / https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC2724169/ (дата обращения 16.11.17 г.).

• 8.    Cogill SR, Caplan HL, Alexandra H, Robson KM, Kumar R. Impact of maternal postnatal depression on cognitive development of young children. BMJ. 1986 May 3; 292, p. 1165–1167 / https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC1340177/?page=1 (дата обращения 16.11.17 г.).

• 9.    Hammen C, Gordon D, Burge D, Adrian C, Jaenicke C, Hiroto D. Maternal affective disorders, illness and stress: Risk for children’s psychopathology. American Journal of Psychiatry. 1987; № 144, 736–741.

• 10.    Антонян Ю.М. Причины преступного поведения. М., 1992. – 207 с.

• 11.    F. Bozett «Gay and Lesbian Parents» (Praeger Paperback, 1987) / https://www . questia.com/read/27454064/gay-and-lesbian-parents (дата обращения 20.11.2017 г.).

• 12.    Timothy J. Dailey Ph.D. / Homosexual Parenting: Placing children at risk. / http:// www.orthodoxytoday.org/articles/DaileyGayAdopt.php (Дата обращения 17.10.2017 г.).

• 13.    Mark Regnerus. How different are the adult children of parents who have same-sex relationships? Findings from the New Family Structures Study / Social Science Research 41 (2012) 752–770 / http://www.baylorisr.org/wp-content/uploads/Regnerus.pdf (Дата обращения 10.10.2017 г.).

• 14.    Газета «Московский комсомолец» № 26802 от 30 апреля 2015 г.

• 15.    Баранов А.А., Намазова-Баранова Л.С., Беляева И.А., Бамбардирова Е.П., Смирнов И.Е. Медико-социальные проблемы вспомогательных репродуктивных технологий с позиции педиатрии / Вестник РАМН. – 2015. – № 70(3). – с. 307-312.

• 16.    Hind A. Beydoun, Nicholas Sicignano, May A. Beydoun, David O. Matson, Silvina Bocca, Laurel Stadtmauer, Sergio Oehninger. A cross-sectional evaluation of the first cohort of young adults conceived by in vitro fertilization in the United States / Fertility and Sterility journal, Vol. 94, Issue 6, p. 2043-2049.

• 17.    L. Mains M. Zimmerman J. Blaine B. Stegmann A. Sparks T. Ansley B. Van Voorhis. Achievement test performance in children conceived by IVF / Human Reproduction, Volume 25, Issue 10, 1 October 2010, p. 2605–2611.

• 18.    Hvidtjorn D., Grove J., Schendel D. Risk of autism spectrum disorders in children born after assisted conception: f population based follow up study. J. Epidemiol. Community Health/ – 2011. – 65(6): 497-502.

• 19.    Golombok, Susan et al, “Children born through reproductive donation: a longitudinal study of psychological adjustment”. Journal of Child Psychology and Psychiatry 54:6(2013): 653-660.

• 20.    Майоров А.В. Виктимологическая профилактика в отношении несовершеннолетних // Правопорядок: история, теория, практика. – 2013. – № 1(1). – С. 20 – 23.