Судовая черепица античного и средневекового времени

В 1981 г. у мыса Панагия (Таманский п-ов, Краснодарский край), в центральной части рифа Трутаева экспедицией Керченского историко-археологического музея под руководством А. Е. Кислого у подножия подводных скал, на глубинах 6–6,5 м был обнаружен обособленный комплекс строительной черепицы. Данный комплекс представлял собой разбросанные по дну, в квадрате 16 × 18 м, 25 фрагментов солен (рис. 1: 2 ), одну калиптеру и один антефикс (рис. 1: 1 ) ( Кислый , 1981. С. 28. Рис. 114–116). Вся керамика комплекса была определена как произведенная в Гераклее Понтийской в I в. до н. э. – I в. н. э. ( Зинько, Шамрай , 2017. С. 171). В 2015–2016 гг. в этом же районе работала экспедиция под руководством А. В. Зинько, которая подтвердила наличие на дне черепицы, было выявлено 33 фрагмента солен, а также еще один антефикс ( Зинько , 2018. С. 61–62) (рис. 1: 3 ), аналогичный антефиксу, найденному в 1981 г. Гераклея была подтверждена как центр производства, но датировка существенно скорректирована – IV–III вв. до н. э. ( Шамрай , 2021. С. 306).

1 Данная работа выполнена в рамках программы ФНИ ГАН государственного задания «Комплексные морские междисциплинарные исследования на НИС “Пионер-М” в шельфовой зоне и континентальном склоне Черного моря в условиях антропогенного воздействия и климатических изменений» (FEFM-2024-0013).

Рис. 1. Предметы, найденные у м. Панагия

1 – антефикс (по: Кислый , 1981. Рис. 114, 115); 2 – фрагмент солены (по: Там же); 3 – антефикс (по: Зинько , 2018. Рис. 3.4); 4 – солена (по: Кислый , 1981. Рис. 128); 5 – клеймо на ней (по: Там же)

Кроме вышеуказанного объекта на восточной окраине рифа, на глубине 9,4 м был обнаружен еще один комплекс черепицы, состоящий из 10 фрагментов солен ( Кислый , 1981. С. 28. Рис. 128). По цвету глины и составу теста центр производства был определен как Синопа, а на одном из обломков (рис. 1: 4 ) сохранилось клеймо ΦΙΛΟΚΑΛΟΥ (рис. 1: 5 ), которое датируется концом I в. до н. э. ( Шамрай , 2021. С. 307).

В начале 1990-х гг. на этом же рифе работала экспедиция Краснодарского музея-заповедника под руководством А. В. Кондрашова, в ходе которой удалось локализовать скопление из 30 фрагментов черепицы, но без указания ее типа и без отсылки к тому, была ли это та же самая находка, что и в 1981 г. ( Кондрашев , 1995. С. 67).

Характер расположения черепицы говорит о том, что оба комплекса – «гера-клейский» и «синопский» – образовались единовременно, попав на дно с борта неких двух судов, которые посетили этот регион в античное время. Вероятнее всего, одно или оба судна потерпели аварию у рифов, в результате чего черепица была смыта или выброшена за борт при борьбе за живучесть. Была ли найденная черепица частью груза или являлась элементом конструкции самого судна, осталось неясным в силу того, что в науке долгое время не было единого мнения о том, использовалась ли черепица как элемент конструкции на судах античного (а затем средневекового) времени.

В большинстве случаев в ходе подводно-археологических работ на судах, затонувших в средиземноморском регионе (включая Черное море), найденная черепица представляет собой не элемент конструкции судна, а именно груз погибшего корабля. В этом случае она расположена либо в виде массового скопления в трюме затонувшего судна, либо разбросана по дну, если корпус разрушен. В таких случаях количество плиток черепицы относительно велико, порой она встречается в виде укладки, сохраняя свое первоначальное положение. Такие находки хорошо известны. Так, несколько сотен плиток черепицы найдены на судне, затонувшем около I в. до н. э. – I в. н. э. у Secanion (средиземноморское побережье Франции), где они сохранили свою первоначальную укладку в три ряда ( Parker , 1992. P. 394); на судне V–VI вв. Kıyrak Liman (к востоку от большой гавани Книда) ( Bass , 1975. S. 34); до 5 тыс. плиток черепицы выявлено на судне, затонувшем в V–VII вв. н. э. в Kerme Gulf (средиземноморское побережье Турции) ( Frost , 1963. P. 214); несколько сотен солен размерами 70 × 30 × 3 см найдены на судне, затонувшем в VII в. н. э. у Kuyu Burnu (мраморноморское побережье Турции) ( Günsenin , 1998. S. 301); на судне, затонувшем в XIII в. н. э. у Tekmezar (мраморноморское побережье Турции) ( Pulak , 1985. S. 57) и т. д. Всего же найдены десятки торговых судов, которые пошли на дно с грузом черепицы на борту, к 1992 г. было выявлено более 40 таких крушений ( Parker , 1992. P. 18).

Бесспорно, находка массового скопления черепицы на дне свидетельствует о том, что она перевозилась в виде груза. Однако в ряде случаев вместе с корпусом затонувшего судна находят черепицу, количество и характер расположения которой говорит о том, что она перевозилась не в качестве груза, а служила в качестве элемента конструкции самого судна.

Впервые такое предположение было высказано после находки в 1957 г. нескольких плиток черепицы на затонувшем судне I в. н. э. у о. Île du Levant (Titan)

(Франция) ( Tailliez , 1961. Р. 191). Здесь черепица, представленная соленами размерами 60 × 45 см, имела очень хорошую сохранность и была расположена в одной зоне с кухонной утварью. Вероятнее всего, это остатки камбуза, который был покрыт сверху черепичной крышей. Похожая находка была сделана на затонувшем в I в. до н. э. судне Albenga (западное побережье Италии), там были найдены несколько фрагментов черепиц от перекрытия крыши кормовой или носовой надстройки ( Parker , 1992. Р. 49–50). Аналогичное открытие было сделано во время раскопок на судне, которое затонуло в I в. до н. э. у Mahdia (Тунис). Здесь были обнаружены плитки черепицы, предположительно с крыши каюты ( Höckmann , 1997. Р. 254–255).

Наличие кают для пассажиров или вообще неких надстроек на палубах судов известно еще со времен Древнего царства – со знаменитых «Солнечных ладей» Хеопса II ( Haldane , 1996. P. 235–244). Такие палубные надстройки видны на сохранившихся изображениях, известны они и из описаний древних авторов. Так, живший во II в. н. э. Лукиан Самосатский (в диалоге Navigium), описывая крупный торговый корабль, построенный для перевозки зерна, упоминает судно с каютами (Lucianus Nav. 5–6). Похожий корабль описывает Афиней, называя его θαλαμηγός, т. е. буквально «каюты несущий» (Aph. V, 38, E). В Дигестах Юстиниана VI в. н. э. упоминаются жилые помещения для пассажиров, которые обслуживали «каютные служители» (Iust. Digesta. 4, 9, 3). Здесь жилое помещение на судне названо praetoriola . О. С. Павлова, со ссылкой на Меймобия (Meibomius. CXLIII), считает, что этим термином назывались каюты на флагманских судах, а каюты на прочих судах назывались tentorium . Это соответствует греческому σκηνή, которым Юлий Поллукс (Poll. Gram. I, 89) и Палефат (Palaephatus. 29) называют каюты ( Павлова , 2018. С 37–38).

Таким образом, наличие кают на судах античного и средневекового времени не вызывает сомнений, но конструкция их совершенно неизвестна. Античные авторы, а также изобразительные памятники, дошедшие до нашего времени, никак не проясняют данный вопрос. Соответственно, опираясь только на эти два типа исторических источников, невозможно утверждать, что черепица использовалась в качестве покрытия для кают, камбуза или иных надстроек на борту судна. Тем более что сама по себе конструкция черепичной крыши совершенно не приспособлена для судна, которое постоянно испытывает качку, регулярно попадает в шторма, и кажется наиболее логичным делать крышу надстройки из чего-то более устойчивого к качке: досок, плотной ткани, кожи. По этой причине первые находки черепицы на вышеуказанных затонувших судах – у Île du Levant (Titan), Albenga , Mahdia и др. – вызвали дискуссию о том, что плитки черепицы использовались как дополнение к балласту либо покрытие для защиты груза на беспалубных судах, либо в качестве некоего ограждения камбуза, которое предохраняло деревянное судно от жара и пламени очага.

Однако в 1967 г. у берегов Румынии была сделана важная находка, которая позволила доказать, что черепица использовалась на судах и по своему прямому назначению, т. е. для покрытия крыши.

Данное затонувшее судно было обнаружено в 400 м от берега у входа в порт Мангалии (Румыния) (объект получил название Mangalia B). Расположен погибший корабль на глубине 8–10 м и представляет собой довольно крупное (размерами 35 × 6 м) судно, лежащее под слоем донных отложений, которые способствовали хорошей сохранности как деревянных деталей корпуса, так и изделий из керамики (Munteanu, Vochițu, 2009. Р. 117–118). Датировка была произведена по амфорам, 25 штук из которых в конструктивно целом виде были извлечены во время частичных раскопок судна в 1968 г. Амфоры происходили из производственных центров Родоса, Аттики и Эвбеи и датируются III–II вв. до н. э. (Cosma, 1973. Р. 51–58), в том числе по клеймам в виде виноградной грозди и листа.

Во время этих же раскопок у одной из оконечностей судна (кормовой или носовой – осталось неизвестным) были выявлены целые и фрагментированные плитки черепицы, представленные двумя типами: солена коринфского и ка-липтера лаконского типа ( Ohnesorg , 1990. Р. 181–199). Первых было выявлено 16 штук, вторых – 7. Конструктивно они ничем не отличались от черепицы, которая применялась в античное время при строительстве на суше. Размеры солен (рис. 2: 1 ) варьировали от 42 × 15,5 см до 65 × 44 см и весили в среднем 12,7 кг. Калиптеры (рис. 2: 2 ) имели длину 29,7 и ширину 14 см при среднем весе 2,5 кг. Наиболее примечательным было то, что две плитки солен имели срезы,

Рис. 2. Солена (1) и калиптера (2) с Mangalia B (по: Munteanu, Vochițu , 2009. Р. 127. Fig. 5; Р. 128. Fig. 6)

Рис. 3. Реконструкция черепичной крыши на Mangalia B ( Munteanu, Vochițu , 2009. Р. 126. Fig. 2; Р. 132. Fig. 15)

которые отсекали четверть поверхности плитки в левом углу на одной и правом углу на второй солене. Случайность слома была исключена, так как все найденные плитки черепицы были выкрашены в вишнево-коричневый цвет. Краска на них сохранилась, в том числе и на месте среза. То есть покрашены плитки черепицы были уже после того, как осуществлен вырез. Именно этот факт позволил в 2009 г. при повторном исследовании находок с Mangalia B предположить, что данные срезы были сделаны для того, чтобы верхняя часть уложенной на место черепичной крыши опиралась на круглую мачту ( Munteanu, Vochițu , 2009. Р. 121). Реконструкция, произведенная тогда же, показала, что найденные плитки черепицы складываются в единую конструкцию (рис. 3: 1 ), которая вполне может быть скатом крыши, верхний край которой опирается на мачту, а нижний на фальшборт судна (рис. 3: 2 ). Что касается веса такой крыши, то она оценена в 232 кг, что с учетом размеров самого судна – 35 × 6 м (соответствует водоизмещению более 200 тонн) – не кажется избыточным.

Такой вариант реконструкции находит свое подтверждение на многочисленных изображениях античного времени, где встречаются сюжеты, на которых мачта судна проходит сквозь крышу каюты или некоего навеса. Так, на мозаике, найденной в древнем порту Келендерис (совр. Айдинчик (Турция)), которая относится к V–IV вв. до н. э. ( Pomey , 2017. Р. 9–25), изображено торговое судно, единственная мачта которого проходит сквозь крышу надстройки на палубе (рис. 4). Похожее изображение надстройки вокруг мачты видно на дипинти VII в. н. э. из Келлии в Египте (рис. 5) и др.

При этом остается непонятным, каким образом крепилась крыша надстройки, так же как не было выяснено, как именно крепилась черепица на Mangalia B .

Рис. 4. Фрагмент мозаики V–IV вв. до н. э. из Келендерис (совр. Айдинчик (Турция)) с изображением палубной надстройки с крышей

Рис. 5. Дипинти VII в. н. э. из Келлии (Египет) с изображением палубной надстройки с крышей

Рис. 6. Масштабная модель судна III в. н. э., затонувшего в гавани о. Гернси, выставленная в Морском музее в замке Корнет (о. Гернси), и реконструкция надстройки с черепичной крышей (справа вверху)

Существуют и другие находки на затонувших судах, которые позволяют подтвердить, что черепица на них использовалась по своему прямому назначению. На дне гавани Гернси (о. Гернси) было найдено относительно хорошо сохранившееся судно III в. н. э. Guernsey Harbour, которое погибло в результате пожара, что позволило уцелеть значительной части элементов судна, в том числе набору из десятков солен и калиптер. Реконструкция этого корабля, выполненная в виде модели (макета) судна и выставленная в Морском музее в замке Корнет (о. Гернси), представляет черепицу в виде двускатной крыши на кормовой надстройке (рис. 6). На судне, затонувшем в VII в. н. э. у о. Yassı Ada (средиземноморское побережье Турции), выявлено два скопления лаконской черепицы. Одно из них расположено у кормовой части судна и является остатками крыши камбузной надстройки, снабженной черепичной крышей с отверстием для выхода дыма. Второе скопление черепицы расположено по левому борту, также в корме (Bass, Van Doorninck, 1982. Р. 5). Оно представляло собой остатки самого камбуза площадью 1,5 × 3 м, в центре которого сохранилась печь – прямоугольная конструкция из черепицы. Здесь плитки черепицы служили в качестве ограждения и пола очага. Сверху печь была перекрыта железной решеткой жаровни (Bass, Van Doorninck, 1982. Р. 314). То, что данная печь использовалась для приготовления пищи, а не являлась частью груза, доказывается наличием здесь же кухонной посуды. Деталей из древесины, которые позволили бы реконструировать конструкцию крыши или очага более подробно, не сохранилось.

Наличие камбуза выявлено не только на Yassı Ada . В Мраморном море найдено затонувшее судно XII в. н. э. Çamaltı Burnu I , которое было снабжено камбузом в носовой части. Здесь камбузная надстройка, выявленная по скоплению в этом месте кухонной посуды, также имела черепичную крышу ( Günsenin , 2005. P. 118–123). Примечательно, что все вышеуказанные суда с черепичной крышей были относительно крупными для своего времени (Mahdia имела размеры 41 × 14 м, Mangalia B – 35 × 6 м, Albenga – 40 × 10 м, Yassı Ada – 20 × 5 м, Çamaltı Burnu I – 28 × 6 м, Guernsey – 25 × 5 м).

Встречается черепица и на судах меньшего размера. Например, на небольшом (размерами 15 × 5 м) корабле II в. до н. э . Chretienne С (Франция) в носовой части сохранился развал черепичной крыши, впрочем, без следов какого-либо очага или скопления кухонной утвари ( Parker , 1992. P. 141–142). На судне II–III вв. н. э. Plemmirio В (Италия) найдено 25 солен и калиптер, которые вместе с четырьмя кирпичами, двумя каменными блоками и керамической дымовой трубой (а также кухонной посудой) представляют собой остатки камбуза ( Gibbins, Parker , 1986. Р. 267).

Всего же, согласно статистическим данным на 1992 г., в морях Средиземноморского бассейна было найдено 54 затонувших корабля, на которых черепица использовалась в качестве крыши для камбуза или надстройки ( Parker , 1992. P. 29). В ряде случаев черепица служила для ограждения очага.

В целом, анализируя все находки, можно утверждать, что камбуз представлял собой помещение, которое было сооружено вокруг очага или печи, которая, в свою очередь, зачастую была сложена из кирпичей и каменных блоков. Порой использовалась специально изготовленная судовая керамическая жаровня ( Doksanalti, Aslan , 2018. Р. 659–666). Черепица здесь служила надежным ограждением деревянных конструкций судна от жара открытого огня и летящих искр. Черепичная крыша, как представляется, также строилась лишь для того, чтобы поднимающееся вверх пламя камбузной печи встречалось с керамическим несгораемым материалом. В этом случае предположение авторов реконструкции Mangalia B о том, что черепичная крыша обнимала мачту, неверно, и перед нами реконструкция именно крыши камбуза с отверстием не для мачты, а для выхода дыма.

Таким образом, использование на судах черепицы по ее прямому назначению, т. е. в качестве крыши, можно считать надежно установленным фактом. Что же касается находки скопления гераклейской черепицы у м. Панагия в 1981 г., то оно, вероятнее всего, также является элементом крыши камбуза. В пользу этого говорит тот факт, что черепица была разбросана на относительно небольшой площади, а один из фрагментов солены имеет точно такой же срез, отсекающий верхнюю четверть плитки (Шамрай, 2021. С. 314. Рис. 4.4) (рис. 1: 2), что и на образцах с Mangalia B. При этом одна из плиток гераклейской черепицы и оба антефикса конструктивно целые, это также подтверждает факт, что за борт эти элементы попали случайно, а не были выброшены как негодные. То есть перед нами единственный в Северном Причерноморье образец такого редкого типа археологического памятника, как камбузная черепица античного судна, которая оказалась на дне моря в результате того, что крыша была либо смыта волнами с борта терпящего крушение судна, либо сброшена за борт экипажем в ходе борьбы за живучесть.

Что же касается второго из найденных у м. Панагия комплексов черепицы – синопской, – то он, вероятнее всего, оказался на дне в результате преднамеренного сброса экипажем судна за борт фрагментов солен, которые были повреждены в ходе транспортировки или перегрузки. Впрочем, исследование данного комплекса после 1981 г. не проводилось и, возможно, на дне сохранились иные предметы, относящиеся к данному комплексу, которые смогут подтвердить или опровергнуть наличие на рифе Трутаева еще одного комплекта судовой черепицы.