Темпорально-ценностная модель формирования смысложизненных стратегий молодежи в условиях социальных трансформаций

Донецкий институт управления – филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, Донецк, Россия, ,

Donetsk Institute of Management – branch of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration, Donetsk, Russia, ,

выражение в трансформации духовных ориентиров, их плюрализации, изменении смыслов индивидуального и коллективного существования. В условиях ускорения социальных процессов и нарастания неопределенности будущего разрушаются привычные механизмы межпоколенческой преемственности, ослабевает регулирующая роль традиционных ценностей, а жизненные стратегии все чаще приобретают фрагментарный и ситуативный характер.

Актуальность исследования обусловлена также тем, что молодежь, находясь на этапе активного жизненного и профессионального самоопределения, оказывается в пространстве противоречивых социокультурных ожиданий и конкурирующих ценностных моделей. С одной стороны, современное социокультурное пространство транслирует установки на мобильность, гибкость и краткосрочную эффективность, с другой - сохраняется общественный запрос на устойчивые ценностные основания, обеспечивающие целостность жизненного пути и ответственность за будущее. В этой связи проблема формирования смысложизненных стратегий молодежи выходит за рамки частного социологического анализа и приобретает социально-философское измерение.

Темпоральные характеристики социального времени могут рассматриваться как одно из значимых оснований для анализа смысложизненных стратегий современной молодежи, поскольку именно через них фиксируется не только динамика социальных изменений, но и способы их культурно-исторического освоения в общественном сознании. Нарушение связи между прошлым, настоящим и будущим, проявляющееся в превалировании презентистской ориентации современного общества, ограничивает возможности построения долгосрочных жизненных планов и снижает осознанность личностного выбора. Это подчеркивает необходимость создания концептуальных моделей, способных учитывать одновременно временные и ценностные аспекты при анализе смысложизненных стратегий молодежи. Выявление основных факторов, влияющих на формирование «образа будущего» в молодежной среде и на адаптацию личности к глобальным изменениям, позволяет глубже понять взаимосвязь временных и ценностных компонентов в процессах построения жизненных стратегий, а также имеет практическую ценность для разработки эффективных механизмов социально-культурной и профессиональной адаптации молодежи в условиях трансформационных процессов.

Целью статьи является разработка и обоснование темпорально - ценностной модели как инструмента социально-философского анализа смысложизненных стратегий современной молодежи; выявление закономерности их формирования в условиях ускоряющихся социальных трансформаций.

Методологической основой разработки исследования является междисциплинарный социально-философский подход, в рамках которого темпоральные и аксиологические характеристики социального действия рассматриваются во взаимосвязи и используются как ключевые аналитические основания построения авторской модели. Осмысление социального времени в традиции П. Сорокина, развиваемое в рамках социокультурного подхода, позволяет трактовать темпоральные режимы как исторически обусловленные. В этом ракурсе сокращение горизонта жизненного планирования молодежи рассматривается как следствие трансформации структуры социального времени, а не как индивидуально-психологическая особенность.

Социологический подход к ценностям и действию (М. Вебер, Т. Парсонс, П. Сорокин) задает фундаментальное понимание ценностей как мотивационной основы социального действия и смыслообразующего ядра культуры, позволяет рассматривать жизненные стратегии молодежи не как совокупность внешне детерминированных решений, а как результат субъективного осмысления временных и ценностных координат собственного бытия.

Важным методологическим ориентиром выступает структурно-функциональный подход Т. Парсонса, в рамках которого ценности рассматриваются как интегративный механизм социальной системы. Данный подход позволяет проанализировать, каким образом трансформация ценностно-нормативных оснований современного общества отражается на устойчивости и воспроизводстве жизненных стратегий молодежи.

Для изучения темпорального измерения жизненных стратегий в исследовании используется категориальный аппарат, выработанный в рамках социально-философской и социологической рефлексии времени (В.Ю. Кузнецов, Е.А. Пилипенко, Р.В. Светлов, Г. Герц).

Отечественные исследования смысложизненных стратегий и образа будущего молодежи (М.Д. Ахундова, В.М. Доброштан и др.) выступили эмпирико-теоретическим обоснованием, соединяющим абстрактные философско-социологические категории с конкретикой современного молодежного сознания. Эмпирической основой для верификации компонентов модели также послужили результаты социологического исследования, проведенного нами ранее (Безгусько, 2024), в котором были выявлены ключевые темпоральные паттерны и ценностные противоречия в молодежной среде. Это позволило соотнести такие системные факторы, как духовно-нравственные ценности и субъективное время, с механизмами индивидуального жизненного проектирования, что дало возможность концептуализировать их взаимодействие в виде целостной темпорально-ценностной модели, отражающей логику формирования смысложизненных стратегий молодежи.

Основная часть . В процессе осмысления человеком собственного бытия, которое включает как индивидуальный опыт проживания жизни, так и восприятие происходящих в социальной среде изменений, складывается представление о социальном и субъективном (психологическом) времени, отражающем взаимосвязь внутреннего состояния личности и внешних социокультурных трансформаций. Под социальным временем нами будет пониматься время жизни общества, которое находит отражение в индивидуальном сознании личности (Безгусько, 2023а). Социальное время обладает свойством отражения тех социальных процессов, которые характерны для каждого общества в конкретно взятый исторический период, а, по утверждению П. Сорокина и Р. Мертона, «системы времени изменяются вместе с социальной структурой» (Сорокин, Мертон, 2004). Кроме того, социальное время может рассматриваться как феномен качественного, а не количественного порядка, порождаемый общими для группы мировоззренческими установками и укорененными практиками, следовательно, обладает социально-культурной определенностью и находит отражение в общественном сознании. По мнению В.В. Попова, концепты темпоральности и интерсубъективности могут рассматриваться как базовые характеристики субъективного времени личности, а также как теоретические конструкты формирования бытия индивидов (Попов, 2022).

Таким образом, социальное время, существующее в множестве конкретно-исторических форм (обусловленных типом общества, его культурой и мировоззренческими основаниями), выполняет фундаментальную функцию упорядочивания и осмысления жизненного опыта. Обладая выраженной антропологической направленностью, социальное время не может быть понято вне связи с человеком как его носителем и интерпретатором. Одним из его измерений выступает субъективное, или личностно переживаемое, время индивида, что позволяет определить социальное время как ценностно-смысловую форму организации бытия, в которой происходит встреча и взаимная корректировка исторических процессов и личностного времени, задающая рамки для становления ценностных ориентаций.

Категория смыслов, ее смысловое наполнение составляют одну из центральных философских проблем с момента осознания человеком себя как личности, формирование которой происходит в конкретных исторических условиях. Усвоение индивидом социальных норм и ценностей своего времени служит основой для формирования жизненных целей, перспектив и всей нормативно-аксиологической матрицы мировосприятия, которая, в свою очередь, детерминирует конкретные поведенческие практики.

Междисциплинарный характер исследований категорий «смысл жизни», «жизненные ценности» и «смысложизненные ориентации» обусловлен их особым онтологическим статусом: они представляют собой узловые точки, в которых философское осмысление дуальности человеческой природы пересекается с конкретикой его социального опыта. Последний, как отмечал В.М. Доброштан, структурируется ценностно-нормативными установками, поскольку именно «в рамках ценностно-нормативных установок и формируются жизненные цели и приемлемые средства их достижения, оправдывающие предписываемую им деятельность» (Доброштан, 2010). Следовательно, обращение к данным понятиям позволяет исследовать наиболее фундаментальные слои человеческого бытия, детерминированные процессами интериоризации культурных образцов. Этот базовый аксиологический фундамент непосредственно проявляется в практической плоскости жизненного проектирования, где ключевое значение приобретает поиск и конструирование личностью образа желаемого будущего.

Исследование фундаментальных категорий человеческого существования закономерно приводит к анализу конкретных механизмов жизненного проектирования. Практическим воплощением усвоенных ценностно-смысловых оснований становится процесс формирования личностью жизненной стратегии, неотъемлемым ядром которой выступает образ желаемого будущего, под которым мы будем понимать «совокупность представлений личности о себе, своем статусе, достижениях или неудачах через определенный период времени, имеющий структуру и функции, развивающийся и реализующийся под влиянием субъективных и объективных факторов» (Дудина, Алексеев, 2019: 8). Образ будущего представляет собой комплексный компонент, служит отражением субъективной картины жизненного пути, органично включает целевые установки и перспективные планы личности. Его содержательное наполнение не исчерпывается индивидуальным уровнем, а формируется в диалоге с коллективными смыслами: в него интегрируются общие для социальной группы целевые ориентации, доминирующие идеалы, нормативно-ценностные установки (Безгусько, 2024: 68–69).

Анализ жизненных приоритетов и целевых установок молодежи позволяет не только реконструировать актуальную систему коллективных смыслов, но и выявить ключевые факторы, детерминирующие этот процесс. К числу наиболее значимых из них, вслед за П.А. Амбаровой, мы относим следующие (Амбарова, 2015):

• 1.    Система ценностных ориентаций, характерных для конкретной общности, к которой принадлежит индивид. В рамках темпорально-ценностной модели данный фактор выступает в качестве первичного аксиологического контекста, который, будучи интернализирован через культур-

• но-мировоззренческую матрицу, структурирует внутренний мир личности. Он не только определяет общую направленность жизненных устремлений, но и задает темпоральные и содержательные рамки для конструирования образа будущего: ценности выполняют функцию смысловых фильтров, отбирающих из множества потенциальных сценариев лишь те, которые воспринимаются как социально одобряемые и личностно значимые. Таким образом, усвоенная система ценностей формирует ценностно-смысловую основу, на которой происходит проекция желаемого будущего и выбор соответствующих жизненных стратегий.

• 2.    Возрастные пределы социальной общности и коллективный опыт ее развития, место в социальной структуре общества. Данный фактор определяет базовые координаты восприятия времени, задавая как когнитивные рамки для осмысления будущего, так и реалистичные пределы его планирования. Его действие проявляется в трёх ключевых аспектах. Во-первых, биографический синхронизм - общий возрастной этап членов группы формирует коллективный «календарь» социальных ожиданий (образования, карьеры, семьи), выступая внешним ритмом для индивидуальных планов. Во-вторых, коллективная историческая память - совместно пережитый опыт (модернизационные рывки, кризисы, трансформации) кристаллизуется в устойчивые нарративы, которые предопределяют доминирующий темпоральный режим: установку на футуристический оптимизм, оборонительный традиционализм или циничный презентизм.

• 3.    Стратегический потенциал общности. Он структурирует поле возможностей, ограничивая или расширяя горизонт практически осуществимых жизненных сценариев. Его содержание раскрывается через диалектику двух измерений: объективного распределения капиталов (экономических, культурных, социальных, символических) и качества человеческого потенциала (здоровья, образованности, адаптивности). Первое измерение формирует внешнюю ресурсную матрицу, определяющую спектр социально доступных траекторий. Второе - характеризует внутреннюю способность группы к стратегическому действию - генерации инновационных планов, ассимиляции новых ценностных моделей и устойчивому движению к избранным целям в условиях нестабильности. В рамках темпорально-ценностной модели данный фактор обеспечивает операционализацию абстрактных образов будущего, выполняя функцию социального реализма, который переводит идеальные устремления в плоскость конкретных и дифференцированных жизненных практик.

• 4.    Характер и степень «остроты» возникающих проблем и жизненных задач, решаемых представителями данной общности» (Безгусько, 2023б: 19-20). В рамках темпорально-ценностной модели данный фактор выполняет функцию динамического регулятора. Он определяет, будет ли процесс формирования стратегии протекать как спокойная рефлексивная проекция будущего на основе усвоенных ценностей или же как реактивное, ситуативное принятие решений под давлением обстоятельств.

Изучение проблематики смысложизненных ориентиров современной молодежи тесно переплетается с более глубокими проблемами темпорального подхода к анализу социальной действительности. В этом контексте проектирование будущего осуществляется на основе осознания и интерпретации актуальных условий настоящего, а также исторического опыта прошлого, которые формируют нормативно-ценностный каркас, в рамках которого выстраиваются жизненные смыслы, планы и стратегии их реализации. Осознанное планирование своего будущего - отличительная черта современной молодежи. Процесс конструирования и реализации жизненной стратегии выполняет ключевую психологическую и экзистенциальную функцию: он минимизирует тревогу, порождаемую неопределенностью горизонта, и снижает вероятность реализации деструктивных биографических сценариев. Фундаментом для подобного стратегического выбора служат культурно-нравственные нормы и ценностные образцы, транслируемые социумом и ин-териоризируемые личностью. Эти нормы формируют мировоззренческий каркас, который не только определяет общее направление жизненного пути, но и задает легитимный репертуар конкретных методов и практик для его осуществления. Следовательно, селекция индивидом определенной модели предстоящего является неотделимой от его аксиологического самоопределения и представляет собой акт выбора фундаментальной стратегии бытия.

По мнению Т.А. Поповой, наличие жизненного смысла в мировоззренческой матрице личности свидетельствует о ее зрелости, способности жить в гармонии с окружающим миром, нести ответственность за свои поступки, управлять собственной жизнью (Попова, Цилина, 2021: 217). Непротиворечивая и в то же время согласованная система ценностных и смысложизненных ориентаций является важнейшей основой успешности личности в любых сферах жизни. Трансформация ценностей закономерно сопровождает процесс перехода от традиционных обществ к современным и постиндустриальным.

В эпоху динамичных социальных изменений, сопряженных с эрозией привычных смысловых паттернов, традиционные ценности обретают дополнительную значимость, функционируя как своеобразный символ устойчивости и определенности. Они предоставляют личности символическую опору в ситуациях мировоззренческого кризиса, когда рушатся казавшиеся незыблемыми идеологические и аксиологические конструкции. Обращение к этим укорененным в истории и культуре смысловым ресурсам позволяет индивиду заново осмыслить свою идентичность, обнаружить точки устойчивости в изменчивом социальном ландшафте и, отталкиваясь от них, выстраивать новые жизненные приоритеты.

Особенно остро эта потребность проявляется в контексте масштабных общественных трансформаций. Именно в таких условиях происходит закономерная реактивация и усиление запроса на проверенные временем нормативные и ценностные ориентиры, выступающие в коллективном сознании гарантами преемственности и смысловой определенности.

Опираясь на анализ ценностных ориентиров, их функций в структуре смысложизненных стратегий и связи с темпоральными представлениями молодежи, мы можем заявить о необходимости создания целостного концептуального инструмента, способного объединить временные и ценностные аспекты жизненного опыта. Такой инструмент позволяет не только систематизировать существующие знания о взаимосвязи ценностей, образа будущего и практик поведения, но и выявить закономерности формирования устойчивых смысложизненных стратегий в условиях социальных преобразований. Именно исходя из этого возникает необходимость разработки темпорально-ценностной модели, учитывающей сложные и нелинейные взаимодействия между субъективным и социальным временем, ценностными ориентирами личности и особенностями социокультурного пространства (рисунок 1).

Рис. 1. Темпорально-ценностная модель формирования смысложизненных стратегий молодежи в условиях социальных трансформаций¹

Fig. 1. Temporal-Value Model of the Formation of Youth’s Life-Meaning Strategies in the Context of Social Transformations

Представленная модель отображает взаимосвязь ценностного и временного измерений в процессе построения желаемого образа будущего, а также предлагает рассмотрение взаимосвязанных компонентов, совокупное воздействие которых формирует механизм конструирования жизненных траекторий. Рассмотрим ее элементы.

• 1.    Аксиологическая составляющая (ценностное измерение смысложизненных стратегий) определяет содержательное ядро стратегий, выступая их смысловым и нормативным основанием. В его структуре можно выделить три основных уровня: уровень традиционных императивов, основанный на устойчивых социально-культурных нормах и установке на сохранение коллективного наследия; уровень личностных устремлений, ориентированный на самореализацию и реализацию индивидуального потенциала; уровень адаптивных установок, актуализирующих ценности гибкости, оперативной эффективности и готовности к поведенческой трансформации в ответ на изменения внешней среды.

• 2.    Темпоральная составляющая (временное измерение). Данный компонент выполняет функцию хронологического каркаса, который определяет систему координат и пределы стратегического целеполагания, организуя жизненный проект в непрерывном потоке социального времени.

• 3.    Контекстуальная составляющая (социокультурное пространство). Этот компонент моделирует среду, в которой происходит взаимодействие ценностных и временных факторов. Его ключевыми детерминантами являются социальные, культурные и духовно-нравственные факторы.

1 Составлено автором.

Взаимодействие данных компонентов в современных условиях порождает ряд характерных процессов, определяющих специфику формирования смысложизненных стратегий молодежи в условиях социальных трансформаций. К таким процессам прежде всего можно отнести смещение фокуса планирования с долгосрочного будущего на краткосрочное и среднесрочное настоящее; возрастание факторов неопределенности, которые приводят к принятию ситуативных решений и отказ от заблаговременного планирования. В свою очередь это приводит к ослаблению преемственности между опытом прошлого и проекциями будущего, а значит, и к фрагментации жизненной траектории.

Заключение . Таким образом, разработанная в рамках исследования темпорально-ценностная модель позволяет зафиксировать целостный механизм формирования жизненных стратегий современной молодежи, в основе которого лежит сопряженность ценностных ориентаций и способов проживания социального времени. Установлено, что в современных условиях происходит смещение от нормативно-линейных моделей жизненного проектирования к стратегиям, основанным на рефлексивной гибкости и постоянной корректировке жизненных выборов. Данная трансформация обусловлена сокращением временного горизонта планирования, характерным для ситуации социального ускорения, при которой устойчивые долгосрочные цели утрачивают регулятивную функцию.

Также выявлено, что преобладание адаптивных ценностных установок выступает не автономным сдвигом в аксиологической сфере, а следствием изменений темпоральной организации жизненного опыта. Ориентация на гибкость, эффективность и ситуативную целесообразность приобретает статус доминирующего механизма смысловой регуляции в условиях неопределенности будущего. При этом культурно-мировоззренческие основания, выполняя функцию интерпретационного фильтра, утрачивают внутреннюю целостность, что проявляется в амбивалентности смысложизненных ориентаций молодежи. Тем самым показано, что формирование их определяется не только внешними социальными трансформациями, но и глубинными изменениями структуры социального времени как основания ценностного выбора.

Практическая значимость полученных результатов заключается в переходе от описания кризисных симптомов ценностной сферы к анализу конкретных механизмов жизненного самоопределения. Это открывает возможности для разработки педагогических и социальных практик, ориентированных на формирование у молодежи способности к осознанному темпорально-ценностному выбору в условиях устойчивой социальной неопределенности.