Теоантропологическая модель человеческой личности ранней патристики и русская религиозная философия
Автор: Эзри Г.К.
Журнал: Общество: философия, история, культура @society-phc
Рубрика: Философия
Статья в выпуске: 6, 2026 года.
Бесплатный доступ
В статье обосновывается то, что в ранней патристике зародилась теоантропологическая модель человеческой личности. Мыслители рассматривали бытие человека в рамках пяти его аспектов – теизма, персонализма, диалогизма и рефлексивности, морализма, стремления к богопознанию. Выявлено принципиальное, но не сущностное отличие в интерпретации онтологии и антропологии морали ранней патристики и русской религиозной философии. Подчеркивается разумность нравственности и ее личностный характер. Отмечено, что русские мыслители обосновали концепцию «нравственного чувства»: оно предшествует «внутреннему» нравственному закону, который отличается от «внешнего морального закона – «заповедей». В вопросе словесно-языкового бытия человека (составная часть персоналистического основания теоантропологической модели человеческой личности) русская религиозная философия выступила прямым продолжением ранней патристики. В ней была развита идея последней о то, что в рефлексии самосознания есть не только разумный, но и чувственный компонент (он является неосознаваемым – бессознательным).
Человек, личность, патристика, российский духовно-академический теизм, русская религиозная философия, теоантропологическая модель, мораль, самосознание, мышление, субстанция
Короткий адрес: https://sciup.org/149151528
IDR: 149151528 | УДК: 1(091)+291 | DOI: 10.24158/fik.2026.6.15
Theoanthropological Model of Human Person of Early Patristics and Russian Religious Philosophy
This aricle substatiates the claim that a theoanthropological model of human person originated in early patristics. The philosophers considered human existence within the framework of five aspects: theism, personalism, dialogism and reflexivity, moralism, and the striving for knowledge of God. The study identifies a fundamental, though not essential, difference in the interpretation of the ontology and anthropology of morality in early patristics and Russian religious philosophy. The reasonableness of morality and its personal character are emphasized. It is noted that Russian thinkers substantiated the concept of “moral feeling” as follows: it precedes the “intenal” moral law, which differs from the “external” moral law – the “commandments”. In addressing the verbal-linguistic nature of human existence (an integral part of the personalist foundation of the theoanthropological model of human person), Russian religious philosophy acted as a direct continuation of early patristics. It further developed the latter’s idea that the reflection of self-consciousness contains not only a rational but also a sensory component (which is unconscious, i. e. subconscious).
