Теоретические подходы к пространственной организации этноэкономики Арктического региона
Автор: Данилина В.Г.
Журнал: Региональная экономика и управление: электронный научный журнал @eee-region
Статья в выпуске: 2 (74), 2023 года.
Бесплатный доступ
В статье рассматриваются теоретические подходы к пространственной организации экономики. В Российской Федерации проживает около 40% общего числа населения Арктической зоны - около 2,5 миллионов человек, 82,5 тысячи из которых являются представителями коренных народов. В связи с этим необходимо учитывать этнические особенности коренных малочисленных народов Севера для формиирования успешной экономической стратегии регионального развития и политики региона в отношении коренных малочисленных народов Севера. В статье проводится обзор истории формирования региональной экономики, в частности этноэкономики, представлены подходы к пространственной организации этноэкономики в историческом и актуальном контексте. Проведён анализ и выявлены характерныеособенностиведения экономической деятельности малочисленными народами в Арктической зоне Российской Федерации (АЗРФ). Рассматривается международный опыт и новейшие стратегии развития, изложенные в нормативно-правовых документах, принятых в РФ в XXI веке. В результате обобщения методов, подходов и практических решений пространственной организации этноэкономики, представлены сценарии развития этноэкономики, как социально-экономической подсистемы арктических регионов Российской федерации. Выводы исследования могут быть использованы при формировании стратегий развития в отношении коренных малочисленных народов Севера в регионах АЗРФ.
Региональная экономика, экономика коренных народов, региональное развитие, территориальная экономика, этноэкономика, арктика
Короткий адрес: https://sciup.org/143180620
IDR: 143180620
Текст научной статьи Теоретические подходы к пространственной организации этноэкономики Арктического региона
По данным Арктического совета, на сегодняшний день в Арктике проживает около четырёх миллионов человек, десять процентов из них относятся к коренному населению и продолжают ведение традиционной хозяйственной деятельности. Площадь Арктической зоны РФ составляет девять миллионов квадратных километров: Мурманская область, Республики Коми и Саха, Ненецкий, Ямало-Ненецкий, Чукотский автономные округа и северные муниципальные образования Архангельск, Красноярский край, территории РФ, расположенные в Северном Ледовитом океане.
В Российской Федерации проживает около 40% общего числа населения Арктической зоны – около 2,5 миллионов человек. В России на арктических территориях проживают 82,5 тыс. представителей коренных народов. Сорок народностей проживают в Арктике, среди них ненцы, саамы, кеты, ханты, чукчи, эвенки, эвены, энцы, эскимосы и юкагиры и др. Коренные малочисленные народы севера (КМНС) стараются сохранить свою самобытность, продолжая исторически сложившейся традиционный хозяйственный уклад. Как правило, традиционная экономика КМНС связана с оленеводством, рыболовством, охотой и прочими промыслами на основе использования местной природно-ресурсной базы. Данный сегмент экономики достаточно трудно выделить в рамках экономики арктического региона в целом или в отдельных субъектах РФ, поскольку фактически не ведется ни статистический ни налоговый учёт их деятельности. В тоже время, сосредоточение традиционных хозяйств на определенной территории оказывает влияние на целостность экономического пространства региона и его сбалансированное развитие. Данный сегмент региональной экономики, в рамках исследования, определим как этноэкономику.[1] Таким образом в рамках региональной экономической системы можно выделить различные сегменты регионального хозяйства: экономика промышленности, экономика сферы услуг, этноэкономика и другие.
В экономических теориях пространство рассматривается как концептуальное явление, так и реальный физический объект. Для обзора практических методов мы будем придерживаться определения пространственной организации, как существующей системы в рамках реального — физического пространства, в границах которого располагается экономическая инфраструктура, и происходят экономические отношения.
Региональная экономика, обобщая теории и методы управления производственными силами, ставит своей целью улучшение качества жизни проживающего в регионе населения, оптимизацию систем управления экономическими процессами, создание эффективных и устойчивых экономических взаимосвязей. В связи с тем, что региональная экономика сравнительно новое направление науки есть ряд сложностей, обусловленных процессом становления теоретической базы и непрерывным процессом её развития. Существует проблема доступа к необходимым региональным экономическим показателям и актуальной информации о демографии, социальном обеспечении, инфраструктуре и т.п.. В связи с формированием методологической основы происходят научные дискуссии по ряду дефиниций, создавая вариативность терминов и категорий.
Для обзора практических методов мы будем придерживаться определения пространственной организации региональной этноэкономики, как особого социо-экономического сегмента в рамках реального — физического пространства, границы которого как привило определены естественными географическими ориентирами. Яркой особенностью организации региональной этноэкономики КМНС является ее распределенный характер.
Этноэкономика, как региональная экономическая подсистема с характерными чертами и свойствами требует особого подхода и внимания к тем отличиям, в которых заключена самобытность и потенциал для развития территорий. При изучении аспектов пространственной организации этноэкономики именно в арктическом регионе, выявляется ряд характерных особенностей, обусловленных климатом, ландшафтом, хрупкостью арктических экосистем, транспортной и социальной инфраструктурой, доступными типами ведения хозяйства. Для анализа подсистемы с выраженным этнодемографичеким фактором к вышеизложенным параметрам добавляется исследование антропологических, этнических и культурных особенностей проживающего на территории народа, изучение присущих ему особенностей и традиций ведения хозяйственной деятельности.
Цель исследования: определить особенности пространственной организации этноэкономики арктического региона на основе исследования теорий пространственной организации хозяйственной деятельности. Для выполнения данной цели требуется: 1. Провести обзор подходов к пространственной организации экономики. 2. Выявить особенности, характеризующие пространственную организацию этноэкономики арктического региона.
Теоретическая и методологическая основа исследования
Для исследования пространственной организации этноэкономики как социальноэкономической подсистемы, используются универсальные и эмпирические методы познания: анализ, синтез, дедукция, индукция, интерполяция, экстраполяция, абстрагирование, систематизация, наблюдение, описание, обобщение.
Научные гипотезы о взаимосвязи пространства с уровнем благосостояния населения встречается в работах XVIII века. А. Смит [2] и Д. Рикардо [3] обосновывают теорию относительных и абсолютных преимуществ от ведения деятельности на различных территориях, городской и сельской местности. В Российской империи, в XVIII веке происходит научный поиск эффективных пространственно-экономических решений связи с освоением новых земель и стремлением обеспечить оптимальные условия для развития территорий. Территориальный подход прослеживается в трудах Ломоносова М.В. «О лучшей государственной экономии», Плещеева С.И. «Обозрение Российской империи», Чеботарева Х.А. «Географическое методическое описание Российской империи». Арсеньев К.И предлагает использовать «сетки экономического районирования», выявляя видовые и качественные характеристики отличительных свойств хозяйств в различных регионах государства.
Региональная экономика, как наука, начала своё формирование в 1950-х годах в США. Основополагающими принято считать работы экономиста-регионалиста И. Айзарда «Размещение и пространственная экономика» (1956) и «Методы регионального анализа» (1960).В работе «Учение о пространственной организации хозяйства» А. Лёш провёл взаимосвязи с теориями Й. Тюнена, В. Кристаллера, А. Вебера, обобщая известные теории размещения производства, вместе с тем добавляя макроуровень — совокупности частного приводят к эффективному формированию экономического региона. Так же важным научным осмыслением пространственной организации экономики стала его теория пространственного экономического равновесия.
В СССР региональная экономика, как новое направление экономической науки, получила развитие в 1970-х годах: в 1978 году опубликован фундаментальный труд академика Н.Н. Некрасова «Региональная экономика. Теория, проблемы, методы». Академик А.Г. Гранберг для решения вопросов пространственной экономики предложил использование экономико-математических моделей в совокупности с социально-экономическим анализом.[4]
Научные работы У. Айзарда положили начало применению пространственного подхода в области социального анализа. Географические установки стали применяться за пределами географии — в науках об обществе и человеке. [5, с.202] Гатауллин Р.Ф., Гранберг А.Г. допускают существование, как реального экономического пространства, так и концептуального, рассматривая экономическое пространство в качестве социально-экономической инфраструктуры и экономических отношений субъектов. П. А. Минакир пространственную экономику рассматривает, как совокупность взаимодействующих экономических агентов, определенным образом распределенных в экономическом пространстве.[6] На данный момент в России существует несколько направлений, отражающих взгляд на вопрос региональной экономики как науки. Первая точка зрения, отраженная в работах В.В. Курнышевой, Е.Л.Плисецкого, Т.Н Мозовой и В.Г. Глушкова, акцентирует своё внимание на размещении производительных сил государства, продолжая идеи экономической географии. Вторая точка зрения, представленная в исследованиях В.В. Кистанова, Н.В.Копылова, Г.П. Ермошиной, К.Н. Юсупова и др. объединяет общетеоретические экономические закономерности с непосредственным территориальным размещением объектов в регионе. Третий подход, находит своё выражение в работах Н.Г. Кузнецова, С.Г. Тяглова, О.С.Белокрылова и характеризуется акцентом на управленческом компоненте в функционировании региональной экономики. Н. Л. Кузьмина и Л. Л. Тонышева отмечают, что территориальные факторы приводят к неравномерному развитию территорий, усиливая неравенство между центром и «окраинами».
Пространственная структура экономики рассматривает распределение производительных сил: населения и производимого им труда, капитала в границах обозначенной территории. При уточнении особенностей этноэкономического региона, важно учитывать присущие ему виды экономической деятельности. Так для народности саами, проживающей в Арктической зоне, таким видом деятельности является оленеводство. Для достижения скоординированной экономической политики, важен анализ региональных экстерналий всех видов и уровней.[7] Пространственные процессы оказывают влияние на итоговые показатели региона, в целом: доходы населения, уровень безработицы и занятости, структура ВРП, индекс развития человеческого капитала, показатели демографии.[8]
Уровни развития региональных экономик различны и напрямую связаны с характером природопользования и изначальным ресурсным потенциалом. В зависимости от территориальных характеристик и климатических условий, прогнозы относительно темпов развития и количества ресурсов, необходимых для поддержания устойчивого развития, будут различны. Значительную роль играют национально-этнические факторы, требующие комплексного подхода к созданию функциональной экономической региональной системы. [9, с.4] М.В. Рагулина подчеркивает необходимость особого подхода к рассмотрению места и роли малых этнических групп Арктики в экономическом пространстве региона: «Жизнеобеспечение коренных народов Севера не поддается исчерпывающему осмыслению только с помощью формализованных экономических моделей и количественных данных, необходим «взгляд изнутри», интерпретация самими представителями этнических общин того, чем является для них оленеводство, охота, рыболовство и собирательство, а также исследования методами интервью».[10]
Этнос — устойчивая группа людей разных поколений, объединённая опытом длительногосовместного проживания на конкретной территории, общим языком, культурой, укладом жизни, самосознанием и самоназванием. [11] В дискурс отечественной научной мысли понятие «этнос» ввёл С.М. Широкогоров: «группа людей, говорящих на одном языке, признающих своё единое происхождение, обладающих комплексом обычаев, укладом жизни, хранимых и освященных традицией и отличаемых ею от таковых других групп».[12] Н.С. Трубецкой – культуролог, этносоциолог выразил идею противоположения Человечества и Европы, как гипотезу о «ликах» и «многонародных личностях», подразумевающую существование этносов и суперэтносов.[13] Необычный взгляд на природу этноса выразил русский этнолог, историк и философ Л.Н. Гумилёв. В работе «Этногенез и биосфера Земли» он трактовал этнос не биологическое, но природное явление. С феноменом этноса он связывает исторические закономерности и движение пространственно-географических процессов. Идеи Л.Н.Гумилёва нашли неожиданное применение спустя век, в программе устойчивого развития ООН о важности сохранения этнического культурного разнообразия. Ведь именно Л.Н.Гумилёв противопоставил идее европоцентризма и разделения народа (на исторические и неисторические, передовые и отсталые) идею «мозаичности» человечества, и обозначил связь цивилизационного прогресса с активностью отдельных этносов в тот или иной исторический период. Л.Н.Гумилёв отвергал признаки этноса, утвердившиеся в научной среде – язык, этнонимы, самосознание, единство культуры и родственных связей. Л.Н.Гумилёв определил отличительным признаком, определяющим этническую принадлежность — «этнический стереотип поведения». В теории этногенеза он выдвигает идею пассионарного толчка, подразумевающую неординарные действия, выходящие за грани обыденности, совершаемые «выдающейся личностью», что способно стать исходной точкой создания новой этнической системы.[14]
Возможно ли развитие этнической культуры, если само определение этнической деятельности базируется на представлении о воссоздании предшествующей коллективной социально-культурный истории, вечного повторения форм прошлого опыта, заключенного в традициях и стиле хозяйствования? А. С. Арутюнов понятие «этнос» рассматривает через призму теории коммуникации, где этносы представляют собой объединения — ареалы высокой информационной концентрации.
В тоже время, является ли современный опыт нового поколения представителей коренных малочисленных народов Севера чем-то совершенно новым, или это естественное развитие этноса, его культуры и форм существования?[15]
К настоящему времени сформировалось два подхода к определению этноэкономики. Первый подход определяет этноэкономику, как совокупность традиционных видов трудовой деятельности, которые имели развитиев этнических сообществах и связаны с традиционным образом жизни, семейно-бытовым укладом, хозяйственной ориентацией населения на территории.[16] Другой подход выделяет две составляющие этноэкономики: традиционную — основывается на наследованииспособов ведения хозяйства с воспроизведением форм, созданных прошлыми поколениями, инновационную – основывается на способности этноса к экономической адаптации в изменившихся внешних условиях. Этот подход определяет этноэкономику, как совокупность отношений в социуме возникших и продолжают возникать в процессе ведения деятельности на основе производственного опыта, трудовых традиций, менталитета.[17] Т.В. Визер рассматривает этническую экономику в виде трёхуровневой иерархической системы: «макроэтноэкономика моноэтнических стран и регионов; мезоэтноэкономика полиэтнических регионов и субрегинов;
микроэтноэкономика институциональных (производственных) единиц»[18. с.3].
Иншаков О.В. выделяет «этнический наследственный механизм», как определяющее начало появления и функционирования экономической системы. Именно на закрепленных в нём устойчивых структурах базируется развитие экономической системы этноса. [19]
Колесников Ю.С. определяет следующие ключевые особенности этноэкономических систем: эмпирический опыт хозяйствования, основанный на традициях и умениях предшествующих поколений; невысокие показатели мобильности населения, как пространственной, так и социальной; обмен услугами и ресурсами носит преимущественно неформальный характер; экстенсивная занятость населения с использованием ручного труда; неформальное регулирование рынка.[20]
Результаты исследования и их обсуждение
Практические подходы к социально-экономическому развитию регионов Арктики обуславливаются специфическими особенностями:
-
1. Низкая плотность населения;
-
2. Слабая развитость транспортной и социальной инфраструктуры;
-
3. Экстремальные климатические, природные условия;
-
4. Уязвимость экосистем, продолжительный период восстановления природной среды после антропогенного вмешательства;
-
5. Исторически сложившаяся ориентация на добычу природных ископаемых, в том числе в местах, некогда использовавшихся коренным малочисленным населением для выпаса скота, охоты и промыслов;
-
6. Неравномерность освоения территорий Арктической зоны.
-
7. Высокий уровень ресурсоёмкости при ведении хозяйственной деятельности, включающий доставку продовольствия, обеспечение длительного периода отопления жилых и производственных помещений.
Для пространственного развития региональной этноэкономики необходимо учитывать особенности в сфере экономической организации хозяйствования и интересов этноса, в целом. Этноэкономические системы ведения хозяйства, как правило, включают в себя всех членов сообщества, такой подход несёт в себе социальную функцию – вовлечение в такой труд всех членов общины, в том числе людей с ограниченными физическими возможностями, детей, пожилых людей.
В мировой практике накоплен богатый опыт работы с малочисленными коренными народами севера.[21] Помимо государственных программ государств, чьи территории находятся в Арктической зоне, созданная в 1996 году Международная межправительственная организация «Арктический совет» занимается консультативной помощью и координацией усилий мирового сообщество для достижения целей устойчивого развития в Арктике. Особое внимание, помимо вопросов экологии и безопасности, уделяется правам коренных народов. Страны-участники, среди которых Россия, Канада, Дания, Финляндия, Норвегия, Исландия, Швеция, США подчёркивают уникальную роль коренных народов Арктики и их традиционных знаний, выражая заинтересованность в двустороннем диалоге с заинтересованными представителями КМНС. В 2021 году Российская Федерация получила председательство в Арктическом совете на два года. В совет входят несколько некоммерческих организаций, представляющие интересы аборигенного населения: международная ассоциация алеутов, Арктический совет атабасков , международный совет гвичинов , приполярный совет инуитов , Российская ассоциация коренных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока и Союз саамов. Некоторые из этих организаций представляют народности, проживающие в нескольких странах, что может создавать ситуацию определения этноэкономического субрегиона на территориях, входящих в состав разных государств. Например, Союз саамов имеет членские организации в России, Финляндии, Норвегии и Швеции. Алеуты изначально населяли Алеутские острова на Аляске и Камчатский край в России. На данный момент на территории Аляски, на Алеутских островах, островах Прибылова и на полуострове Аляска к западу от залива Степового проживает около 2200 алеутов. Отношения между национальными правительствами и группами коренных народов разнятся. В мировой практике есть примеры удовлетворения запросов КМНС относительно получения контроля над территориями. Так в Норвегии, несмотря на длительный период насильственной «норвегизации» саамского населения, создан парламент народа саами, который обладает полномочиями и достаточным влиянием при решении спорных вопросов с государством и бизнесом.[22] Некоторые этносы добились особых условий для обеспечения права на рыбную ловлю, охоту и другие природные ресурсы. Инуиты в Канаде претендуют на земельные участки, такие как Нунавут. В России есть прецеденты конфликтов представителей КМНС с правительством и нефтегазовой промышленностью, которая заинтересована в освоении земель, использующихся представителями аборигенного населения для охоты, рыболовства и оленеводства. Так же остро стоит проблема сохранения привычной среды жизни в связи с негативным воздействием крупных добывающих предприятий на экологию районов проживания и ведения хозяйственной деятельности.[23]
Неоцененность роли этноэкономики, как сегмента региональной экономики, приводит к неэффективности экономической политики, снижает существующую относительную экономическую устойчивость этноса и региона в целом.[24] Так в районах крайнего Cевера сельские виды деятельности не способны обеспечивать высокий стандарт качества жизни, что приводит к прерыванию преемственности навыков и знаний от старшего поколения, вынуждая молодёжь уезжать из посёлков. Добровольная ассимиляция происходит в связи с высоким уровнем дохода и привлекательностью образа жизни населения в крупных городах страны, таким образом, этнический опыт остаётся невостребованным у подрастающих представителей КМНС.
В начале XXI века преодоление неравномерности социально-экономического положения регионов является одной из важнейших задач государственной политики РФ, подтверждением этому являются государственные нормативные и стратегические документы.[25] В 2019 года Правительство РФ утвердило «Концепцию устойчивого развития коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации».[26] Стратегия развития Арктической зоны до 2035 года, принятая в 2020 г. , представляет собой документ стратегического планирования в целях реализации основ политики РФ в Арктике и включает в себя вопросы национальной, в частности, экономической безопасности. Федеральный закон от 13 июля 2020 года № 193-ФЗ «О государственной поддержке предпринимательской деятельности в Арктической зоне Российской Федерации» устанавливает режим особой экономической зоны, включающий налоговые льготы при реализации инвестиционных проектов в Арктике.[27]
Распоряжение Правительства РФ от 20 октября 2021 года №2956-р облегчает условия для представителей малого бизнеса получить статус резидента Арктической зоны. Представители КМНС могут воспользоваться низкими ставками по налогам и страховым взносам, получить льготы, арендуя земельный участок, взять выгодные кредиты на развитие бизнеса.[28] Формирование особой экономической зоны на арктических территориях обусловлено целью создания условий для привлечения инвестиционного капитала в регион, созданию рабочих мест и экономическому развитию территорий, в целом. Указ президента РФ «Об Основах государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2035 года» подчёркивает важность экономической безопасности региона. Среди целей государственной политики в Арктике обозначено «Повышение качества жизни населения Арктической зоны Российской Федерации, в том числе лиц, относящихся к малочисленным народам» [29, c.4]. В результате реализации государственной политики Российской Федерации в Арктике ожидается обеспечение «опережающий общероссийские темпы рост качества жизни и доходов населения… в том числе лиц, относящихся к малочисленным народам» [29, c.16].
В исследованиях по региональной экономике рассматривается путь, коррелирующий с опытом стран Европы: «Креативная экономика способна снять противоречия арктической экономики природопользования и этноэкономики малочисленных северных народов» [30, c.148]. Развитие этноэкономики в арктических районах России подразумевает несколько сценариев: традиционно-этнический, включающий оленеводство, охоту и рыболовство, изготовление традиционных предметов одежды и художественных изделий; индустриально-этнический – добавление к первому сценарию этапа обработки первичного сырья в новые товары; туристический – базирующийся на создании привлекательных этнических культурных объектов, включая материальные и нематериальные особенности и традиции субрегиона. В настоящее время для районов проживания КМНС свойственно объединение всех трёх направлений, теоретический и практический поиск наиболее эффективного сценария развития.
Заключение
Обзор подходов к пространственной организации этноэкономики выявил характерные особенности ее организации в арктическом регионе. Хозяйственная деятельность коренных малочисленных народов часто базируется на семейных и внутриобщинных связях. Такая деятельность основана на традициях, умениях и опыте, который сформировался в этнической общности на протяжении веков, и выполняет задачу не только материального обеспечения домохозяйства, но и сохранения культуры.
Пространственная организация этноэкономики региона должна учитывать функцию, выполняемую этноэкономическим сегментом регионального хозяйства, которая может выражаться в «амортизации» последствий крупных социально-экономических потрясений, в связи с обособленностью ведения хозяйства и низкой интеграцией в общую региональную систему. В то же время для равномерного развития территорий и общества, требуется преодоление центр-периферийного неравенства и поиск особых форм интеграции этноэкономического сегмента с экономикой региона.
Пространственное развитие, направленное на совершенствование системы расселения и территориальной организации экономики, в соответствии Стратегии пространственного развития РФ на период до 2025 года, должно учитывать привязку традиционных видов деятельности к определённому месту. Развивать региональную этноэкономику необходимо именно там, где она сформировалась исторически, поскольку ее базовые элементы обладают высокой степенью устойчивости, обусловленной совокупностью культурных традиций с природно-климатическими условиями и технологиями экономической деятельности. Данный аспект необходимо учитывать при реализации различных социально-экономических трансформаций в рамках государственной политики регионального развития.
Информационная и юридическая поддержка коренных малочисленных народов Севера – необходимое условие для формирования положительных сценариев и перспектив развития, как этнического сообщества, так и региона в целом.
В Российской Федерации, как на федеральном, так и региональном уровне применяются системные меры, направленные на сохранение традиционного образа жизни и аутентичной среды обитания коренных малочисленных народов севера. Такие решения находят отражение в ряде постановлений и федеральных законов, принятые в первые десятилетия XXI века. Внимание к проблеме сохранения коренных малочисленных народов Севера, говорит о том, что в РФ сформирована особая государственная политика, целью которой является не только поддержание численности аборигенного населения Арктики, но и сохранение культурного разнообразия, поддержание традиционного образа жизни и создание условий для устойчивого развития.
Еще в рубриках
Список литературы Теоретические подходы к пространственной организации этноэкономики Арктического региона
- Печура, О.В., Этноэкономика региона: теоретико-методологический аспект // Вестник Челябинского государственного университета. 2010. No 3 (184). Экономика. Вып. 24. С. 56-60.
- Наумов, И.В., Седельников, В.М., Аверина, Л.М. Эволюция теории пространственного развития: принципиальные особенности и современные задачи исследований // Журнал экономической теории. 2020. №2. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/evolyutsiya-teoriy-prostranstvennogo-razvitiya-printsipialnye-osobennosti-i-sovremennye-zadachi-issledovaniy (дата обращения: 20.07.2022).
- Рикардо, Д., Начала политической экономии и налогового обложения. Избранное. - М.: Эксмо2016. - 1040с.
- Селищева, Т. А. Региональная экономика: учебник / Т.А. Селищева. — Москва: ИНФРА-М, 2017. — 469 с.
- Беилин, И. Л., Методологические подходы к организации региональной экономики: монография / И.Л. Беилин, В.В. Хоменко, И.А. Кох. — Москва: ИНФРА-М, 2020. — 202 с.
- Минакир, П.А., Экономика и пространство // Пространственная экономика. 2005. № 1. С. 4-26. с.4
- Идрисов, Г.И., Пространственная организация как фактор экономического развития / Г.И. Идрисов, Т.Н. Михайлова. — Москва: Издательский дом «Дело» РАНХиГС, 2019. — 60 с. c.5
- Кузьмина, Н.Л., Тонышева, Л.Л. Пространственная организация экономической деятельности региона: сущность, формы, трансформация// Региональные проблемы преобразования экономики, №9, 2018 с. 118-126
- Ермошина, Г. П., Региональная экономика / Ермошина Г.П.; Под ред. Поздняков В.Я. — М.:НИЦ ИНФРА-М, 2019. — 576 с. с.4.
- Рагулина М.В., Культурные аспекты этноэкономики и продовольственная безопасность коренных народов Севера: подходы к исследованию // Вестник Евразийской науки, 2018 №4,[электронный ресурс] дата обращения: 21.04.2021URL:https://esj.today/PDF/55ECVN418.pdf
- Терешкович, П. В., Симонов, А. И., Подготовка электронной публикации и общая редакция: Центр гуманитарных технологий. Ответственный редактор: А. В. Агеев [электронный ресурс] URL:https://gtmarket.ru/concepts/7136(дата обращения: 21.04.2022)
- Копцева, Н. П., Этнические характеристики и их аналитика в современных культурных исследованиях / Н. П. Копцева, В. И. Кирко // Современные проблемы науки и образования. - 2014. - № 3. - С. 792.
- Стародубцева, М. А., Антиэкстремистские идеи в евразийских работах Н. С. Трубецкого и их отражение в исследованиях Л. Н. Гумилева / М. А. Стародубцева // Философия и культура. - 2020. - № 7. - С. 41-52.
- Косьмина, Е.А., Косьмин, А.Д. Об основном вопросе философии экономической науки // Креативная экономика. - 2017. - Т. 11. - № 7. - С. 781-812
- Визер, Т. В., Экономика. Этнос. Культура / Т.В.Визер // Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. ISSN 1999-2645. — №3 (15). Номер статьи: 1504. Дата публикации: 04.10.2008. Режим доступа: https://eee-region.ru/article/1504/
- Тамбиев, А.Х., Регион в системе национальной экономики: экономические модели и механизмы регулирования: дисс. д-ра экон.наук. — Ростов н/Д., 2000. — С.134.
- Кочетов, Э.Г. Геоэкономический атлас мира (новейшая конфигурация глобального пространства) // Общество и экономика. — 1999. — №7-8. — С.187.
- Иншаков, О.В., Этноэкономика Юга России: стратегические перспективы в координатах модернизации / О.В. Иншаков // Проблемы теории и практики управления. 2008. № 4. С. 8-20.
- Колесников, Ю. С., Архаичные хозяйственные структуры в экономике российских регионов: особенности институциональной организации / Ю. С. Колесников // Россия в глобальной экономике: вызовы и институты развития: Материалы III Международного политэкономического конгресса и VI Международной научно-практической конференции. В 2-х томах, Ростов-на-Дону, 26-28 мая 2016 года / Под редакцией М.А. Боровской, Ю.М. Осипова, А.В. Бузгалина, А.Ю. Архипова. -Ростов-на-Дону: Южный федеральный университет, 2016. - С. 63-67.
- Ingold, T. Peoples and cultures of the Eurasian Arctic and subarctic, Encyclopœdia Britannica, Inc. 2022 [электронныйресурс] // URL: https://www.britannica.com/place/Arctic/Peoples-and-cultures-of-the-Eurasian-Arctic-and-subarctic (датаобращения: 17.04.2022)
- Arctic Indigenous Peoples //German Arctic Office at the Alfred Wegener Institute Helmholtz Centre for Polar and Marine Research.2021 [электронныйресурс] // URL:https://www.arctic-office.de/fileadmin/user_upload/www.arctic-office.de/PDF_uploads/Arctic_Indigenous_Peoples_englisch.pdf (датаобращения: 23.04.2022)
- Щукин, Г.К., Абориген Форум. Обращение к Илону Маску, руководителю компании Тесла[электронный ресурс] // URL:https://indigenous-russia.com/archives/5788(дата обращения: 17.04.2022)
- Колесников, Ю. С., Укорененная экономика Российской периферии: воспроизводственная функция и перспективы развития / Ю. С. Колесников // Вестник экспертного совета. - 2017. - № 1(8). - С. 47-52.
- Данилин, К. П., Этапы развития региональной экономики, как самостоятельной научной дисциплины / К. П. Данилин, В. Г. Данилина // Региональная экономика и управление: электронный научный журнал. - 2022. - № 1(69).
- Официальный сайт правительства РФ «Об утверждении Концепции устойчивого развития коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока России» [электронный ресурс] // URL: http://government.ru/docs/30063/ (дата обращения: 17.04.2022)
- Федеральный закон от 13 июля 2020 г. N 193-Ф3 «О государственной поддержке предпринимательской деятельности в Арктической зоне Российской Федерации» // URL: https://rg.ru/2020/07/16/193-fz-ob-arkticheskoy-zone-dok.html(дата обращения:15.04.2022).
- Распоряжение Правительства РФ от 20 октября 2021 года №2956-р [электронный ресурс] // http://govemment.ru/news/43624/(дата обращения: 18.04.2022).
- Указ президента Российской Федерации №164 от 05.03.2020 «Об Основах государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2035 года» 17 с. - с.4. [электронный ресурс] // URL:http://www.scrf.gov.ru/media/files/file/W5JeWAnrAyplMIMHXFRXEmQwLOUfoesZ.pdf (дата обращения:15.04.2022).
- Белевских, Т. В., Иванова, М. В., Креативная экономика арктических территорий: испытание холодом // СЕВЕР И РЫНОК: формирование экономического порядка № 1 (57) 2018 152 с.148