Типичные следственные ситуации при расследовании преступлений, предусмотренных ст. 205.2 Уголовного кодекса Российской Федерации, совершаемых в информационно-телекоммуникационном пространстве

[Typical Investigative Scenarios in the Examination of Crimes under Article 205.2 of the Criminal Code of the Russian Federation Committed in the Information and

Telecommunication Space] Vestnik Vostochno-Sibirskogo instituta MVD Rossii - Vestnik of the East Siberian Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2026, vol. 118, no. 3, pp. 239–251.

Современное состояние преступности в Российской Федерации характеризуется устойчивой тенденцией к переносу деяний террористической и экстремистской направленности в информационно-телекоммуникационное пространство. Преступления, предусмотренные ст. 205.2 Уголовного кодекса Российской Федераци и1 (далее – УК РФ), занимают особое место в структуре преступлений против общественной безопасности. Согласно данным официальной статистики МВД России в 2025 году было зарегистрировано 5920 преступлений террористического характера (+59,4% по сравнению с 2024 годом) и экстремистской направленности (+30,4% по сравнению с 2024 годом) 2 . Согласно данным официальной статистике Судебного департамента при Верховном Суде РФ, в период с 2020 по 2024 гг. по ст. 205.2 УК РФ (публичные призывы к терроризму, его оправдание или пропаганда) всего было осуждено 1311 человек. При этом важно отметить, что подавляющее большинство осужденных (1139 человек) были признаны виновными по части 2 ст. 205.2 УК РФ, то есть за деяния, совершенные с использованием сети «Интернет »3. Это коррелирует с общим увеличением масштабов использования сети «Интернет» в качестве инструмента идеологического воздействия и координации противоправной деятельности. Кроме того, высокая общественная опасность рассматриваемых деяний, их латентность, а также сложности, возникающие при доказывании в суде, свидетельствуют о необходимости дальнейшего совершенствования криминалистического обеспечения расследования преступлений данной категории.

Цифровизация социальных коммуникаций одновременно приводит к изменению способов совершения преступлений, предусмотренных ст. 205.2 УК РФ, и усложняет деятельность правоохранительных органов по их расследованию. Применение анонимизирующих технологий, включая VPN-сервисы и прокси-серверы, использование децентрализованных платформ и средств криптографической защиты информации, а также трансграничное распространение противоправного контента существенно меняют механизм следообразования. При этом традиционные криминалистические рекомендации, которые преимущественно разрабатывались применительно к преступлениям, совершаемым в материальной среде, не всегда соответствуют особенностям цифрового следа. В частности, необходимо учитывать его хрупкость, возможность многократного воспроизведения и распространения, а также зависимость от технологической инфраструктуры. Как обоснованно указывается в современной криминалистической литературе, формирование цифровых следов подчиняется иным закономерностям, нежели традиционные материальные следы, что требует разработки самостоятельных тактических приемов и методических подходов [1; 2, с. 91; 3].

В криминалистической методике расследования преступлений экстремистской и террористической направленности особое место занимает анализ типичных следственных ситуаций, складывающихся на первоначальном этапе расследования. Типизация следственных ситуаций позволяет оптимизировать алгоритм действий следователя, обеспечивая выдвижение обоснованных версий и выбор наиболее эффективных тактических средств. Применительно к расследованию деяний, предусмотренных ст. 205.2 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению террористической деятельности, публичное оправдание терроризма или пропаганда терроризма»), специфика цифровой среды детерминирует возникновение устойчивых, повторяющихся ситуаций, требующих специфических подходов к доказыванию.

Анализ следственной и судебной практики, а также данных отечественной криминалистики [4, с. 41-52] позволяет выделить шесть основных типичных следственных ситуаций, каждая из которых характеризуется особым сочетанием факторов информационной определенности, доступности цифровых следов и степени противодействия расследованию.

Первая типичная следственная ситуация характеризуется выявлением противоправного контента в сети «Интернет» при отсутствии достоверных сведений о лице, разместившем данный материал. При такой ситуации в распоряжении следователя имеются опубликованные тексты, изображения, аудио- и видеозаписи, содержащие лингвистические и психологические признаки призывов к осуществлению террористической деятельности, их оправдания либо пропаганды. При этом учетные записи, посредством которых произведено размещение, являются анонимными, зарегистрированы с использованием фиктивных персональных данных или с применением технических средств сокрытия идентичности (VPN-сервисы, проксисерверы, анонимизирующие сети типа Tor). В современных исследованиях отмечается, что преступления, совершаемые с использованием информационнотелекоммуникационных технологий, характеризуются отсутствием непосредственной идентификации личности правонарушителя и формированием следовой картины в виртуальной среде [5, с. 177]. Это обуславливает приоритетное значение цифровых следов как основного источника доказательственной информации в процессе расследования.

Тактика расследования в рассматриваемой ситуации прежде всего должна включать оперативное и полноценное закрепление цифровых следов, связанных с размещением противоправного контента.

В первую очередь необходимо обеспечить надлежащую фиксацию материалов. Для этого следует создавать оформленные в установленном порядке копии публикаций, сохраняя при этом значимые технические сведения: время размещения,

IP-адреса, метаданные файлов и идентификаторы учетных записей. В дальнейшем такие материалы могут использоваться в качестве допустимых доказательств.

Одновременно необходимо установить технические характеристики публикации. К ним относятся интернет-платформа, на которой размещен материал, формат контента, а также инструменты, использованные для его создания и распространения. Анализ этих данных позволяет уточнить механизм совершения деяния, определить возможные направления поиска лица, разместившего информацию, и установить предполагаемый масштаб ее распространения.

Отдельное внимание следует уделить взаимодействию с администраторами интернет-ресурсов и провайдерами хостинга. В рамках такого взаимодействия направляются запросы о предоставлении регистрационных данных учетных записей, сведений о входах в систему, использованных IP-адресах и истории активности пользователей. Эти сведения могут оказаться существенными для установления личности правонарушителя. Полученные цифровые следы необходимо рассматривать не изолированно, а в совокупности с другими имеющимися данными. Для этого сопоставляются технические характеристики публикаций с информацией о пользователях, анализируется структура распространения контента, устанавливаются повторные размещения и репосты. Результаты такого анализа позволяют сформировать обоснованные версии об источнике происхождения материала и круге лиц, участвовавших в его распространении.

В рассматриваемой следственной ситуации особую роль играет своевременность действий следователя. Цифровая информация может быть утрачена в короткий срок: разместившее противоправный контент лицо способно удалить или изменить публикацию, а также заблокировать учетную запись. Поэтому сведения, содержащиеся в сети «Интернет», необходимо фиксировать незамедлительно и в неизменном виде, соблюдая требования уголовно-процессуального закона.

На основе анализа данной ситуации можно выдвинуть следующие первичные версии:

• -    преступление совершено одним лицом, использовавшим анонимный аккаунт;

• -    в совершении преступления участвовали несколько лиц, выполнявших разные роли (например, один создавал контент, другой обеспечивал техническое сопровождение размещения);

• -    для массового распространения материалов использовались автоматизированные программы (так называемые боты);

• -    публикация была адресована определенной группе лиц, на которую автор стремился оказать идеологическое воздействие.

Формулирование указанных версий позволит следователю определить дальнейший план работы. В него могут входить: назначение судебных экспертиз (лингвистической – для анализа содержания текста, компьютерно-технической – для исследования компьютерной информации и технических средств), проведение оперативно-розыскных мероприятий, направленных на установление личности пользователя, а также допросы свидетелей, которые могут располагать информацией о факте публикации или ее авторе.

Вторая типичная следственная ситуация характеризуется наличием достоверных сведений о пользователе, разместившем противоправный контент, при сохраненном доступе к интернет-ресурсу и публикациям. Спецификой является то, что здесь следствие располагает конкретными идентификационными данными аккаунта, что позволяет установить предполагаемую причастность лица, которому он принадлежит, к размещению информации и формирует основу для реализации прямого, ретроспективного направления расследования.

В рамках данного направления решаются несколько взаимосвязанных задач. Первая из них - проверка причастности конкретного пользователя к публикации. Она предполагает сопоставление цифровых следов (IP-адресов, временных меток, идентификаторов устройств) с данными о личности подозреваемого. Вторая задача связана с установлением субъективной стороны преступления. Здесь анализируются систематичность размещений, содержание материалов и реакция аудитории - это необходимо для определения публичного характера деяния и направленности умысла на идеологическое воздействие. Третья задача - сбор доказательств публичности и террористической направленности информации. Контент фиксируется в неизменном виде с помощью скриншотов и архивных копий, после чего анализируются масштабы его распространения (количество просмотров, репостов, комментариев). Наконец, четвертая задача заключается в выявлении сопутствующих цифровых следов: переписки пользователя, истории загрузки файлов и активности на иных интернет-площадках. Это позволяет обнаружить возможных соучастников.

Отдельным направлением здесь следует считать использование специальных знаний. В современных исследованиях подчеркивается, что при расследовании преступлений, связанных с пропагандой терроризма, ключевую роль играет назначение судебных лингвистических экспертиз, в рамках которых анализируются коммуникативная цель текста, используемые выразительные средства и характер воздействия на адресата [6, с.2340]. На основании собранных доказательств выдвигаются версии о мотиве, целях и средствах совершения преступления, включая возможность участия лица в группе или сети пользователей, осуществляющих распространение террористической информации. Эти версии служат основой для планирования допросов, выемки электронных устройств, назначения экспертиз и взаимодействия с провайдерами интернет-услуг.

Третья типичная следственная ситуация возникает в случае, когда противоправный контент, размещенный в сети «Интернет», был удален самим пользователем, заблокирован администрацией ресурса или доступ к нему ограничен иным образом. Несмотря на утрату первоисточника, в распоряжении следствия остаются зафиксированные копии публикаций, скриншоты, архивные данные, репосты, цитирования, а также показания свидетелей, указывающие на факт размещения информации [7]. При этом личность предполагаемого виновного, может быть, как установлена, так и оставаться неизвестной, что обуславливает специфику тактических действий следователя.

В этой ситуации основные тактические задачи включают:

• 1)    восстановление цифровой информации, что предполагает проведение комплекса действий по извлечению цифровых следов из всех доступных источников (кэшированных копий веб-страниц, архивов поисковых систем, резервных копий социальных сетей, файлов на устройствах свидетелей или других участников сети) с сохранением метаданных и временных отметок;

• 2)    анализ вторичных следов распространения, включая исследование цепочки распространения материала (количество репостов, цитирований, комментариев и взаимодействий с контентом), что позволяет определить масштаб воздействия и выявить потенциальных свидетелей;

• 3)    идентификацию лица или лиц, причастных к публикации, посредством сопоставления вторичных следов с данными о подозреваемом либо выдвижения версий о способах сокрытия авторства;

• 4)    подтверждение публичного характера деяния через сбор и анализ свидетельских показаний, репостов и цитат, фиксирующих фактическое распространение информации в сети, а также данных о количестве и типе аудитории, имевшей доступ к публикации.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Пленума от 9 февраля 2012 г. № 1 «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях террористической направленности», публичные призывы к осуществлению террористической деятельности представляют собой обращения к другим лицам, а вопрос о публичности определяется с учетом способа, места и обстановки распространения информации, при этом преступление считается оконченным с момента ее публичного распространения 4 . В связи с этим в рассматриваемой ситуации особое значение приобретает тщательный и комплексный анализ всех доступных вторичных следов, поскольку утрата первоисточника создает повышенный риск недоказанности факта совершения преступления. Комплекс действий по восстановлению информации, сопоставлению вторичных следов и установлению личности автора публикации обеспечивает сохранение доказательственной базы и повышает результативность расследования даже при ограниченном доступе к оригинальному контенту.

Четвертая типичная следственная ситуация характеризуется выявлением систематической противоправной деятельности в сети «Интернет», которая проявляется в многократном размещении материалов террористической направленности, ведении специализированных каналов, сообществ или страниц, а также в организации сетей распространения подобного контента.

Основная специфика здесь – преступная деятельность носит длящийся характер, что может свидетельствовать не только об устойчивой криминальной направленности субъекта, но и о возможной (как версия) групповой или координированной деятельности, цель которой - направленной идеологическое воздействие на широкую аудиторию.

Соответственно, к основным тактическим задачам здесь можно отнести:

• 1)    необходимость установления масштаба и структуры противоправной деятельности путём анализа активности пользователя (группы пользователей) в сети. Целесообразно изучить частоту публикаций (построение шкалы активности), их регулярность (возможно связана, например, только с определенными событиями/новостями), наличие так называемых всплесков (в определенные памятные даты), а также длительность нахождения пользователя в сети, характер и продолжительность его взаимодействия с аудиторией (с новыми и постоянными подписчиками).

Необходимо уделить внимание выявлению технической составляющей процесса (наличие ботов, автоматизация алгоритмов ответов, рассылки, использование нескольких аккаунтов одним лицом). Так, равномерный круглосуточный поток информации с минимальными перерывами или незамедлительный ответ на комментарии с наибольшей вероятностью свидетельствует об автоматизации процесса. Кроме того, так как сетевая структура распространения контента может включать несколько уровней: ядро - первичный источник (каналы и страницы, в которых непосредственно происходит публикация), транзитные узлы (каналы-ретрансляторы, зеркала, дубли и клоны каналов/страниц на случай блокировки) и периферию (групповые чаты, комментарии - для вовлечения аудитории), - важно установить направление распространения (от ядра или к ядру), так как это влияет на определение ролей участников группы;

• 2)    выявление круга участников и распределение ролей, что позволит доказать не только групповой, но и организованный характер преступной деятельности. Это достигается посредством выявления и анализа данных, содержащихся в текстах, роликах и другом контенте (изучение поведенческих паттернов и специфики взаимодействия (кто кому отвечает/цитирует и тому подобное), «карты» связей активных участников), что, в свою очередь, позволит определить перечень необходимых следственных действий и ОРМ с наибольшей эффективностью;

• 3)    фиксацию и систематизацию сведений, имеющих доказательственное значение. Так, следователю необходимо создать файлы с занесением туда архивов публикаций (для их последующего анализа) с обязательным сохранением временных характеристик и других идентификационных признаков, что позволит установить динамику системности противоправной деятельности.

Приоритетным направлением здесь будет фиксация электронно-цифровых следов. Следует помнить, что такая фиксация отличается от работы с традиционными материальными следами спецификой самих следов: их хрупкостью (данные могут быть изменены или уничтожены в любой момент) и отсутствием физической формы (объект нельзя «изъять» в привычном понимании). Соответственно главный принцип работы здесь: минимальное вмешательство - максимальная фиксация. До прибытия специалиста или начала следственных действий необходимо обеспечить «замораживание» ситуации (исключить любые действия, способные изменить цифровую среду). При проведении осмотра интернет-ресурса протокол должен содержать исчерпывающие идентификационные данные, что позволит в дальнейшем подтвердить подлинность зафиксированного материала, с обязательным приложением скриншотов (в фототаблице и на электронном носителе).

Пятая типичная следственная ситуация характеризуется активным противодействием расследованию со стороны подозреваемого и других участников преступного процесса. Такое противодействие может проявляться в использовании технических средств анонимизации (VPN, прокси-серверы, TOR-сеть), систематической смене учетных записей и идентификаторов, удалении или модификации контента, отрицании факта публикации противоправной информации, а также в попытках перекладывания ответственности на третьих лиц [8, с. 401]. Ее особенность заключается в усложнении идентификации авторства публикаций, установления публичного характера информации и выявления всех участников преступления.

Тактика расследования в этих условиях требует комплексного и многослойного подхода, включающего:

• 1)    сопоставление цифровых следов (IP- адресов, метаданных файлов, времени и места доступа к ресурсам, истории устройств) с целью выявления закономерностей в поведении пользователя и установления факта участия конкретного лица в размещении информации;

• 2)    проведение судебной компьютерно-технической экспертизы, направленной на идентификацию устройств и программного обеспечения, применяемого для размещения контента, а также восстановление удаленных или модифицированных материалов для выявления стилевых особенностей текста, цифровых водяных знаков и иных параметров, позволяющих подтвердить авторство;

• 3)    анализ показаний участников процесса, включая допрос свидетелей, очевидцев публикаций и лиц, участвовавших в распространении контента, с целью установления достоверности сведений о действиях подозреваемого и выявления противоречий;

• 4)    выявление методов противодействия следствию (использование временных и анонимных аккаунтов, шифрование сообщений, координация действий с третьими лицами), что позволяет корректировать тактику следственных действий и планировать дополнительные мероприятия.

Шестая типичная следственная ситуация возникает, когда преступная деятельность носит трансграничный характер [9]. В этом случае размещение противоправной информации происходит с использованием иностранных интернет-ресурсов, платформ, серверов, доменных зон или аккаунтов, зарегистрированных за пределами Российской Федерации, что объективно затрудняет оперативный доступ к первоисточникам информации, ограничивает возможность непосредственного изъятия цифровых носителей и требует задействование механизмов международного сотрудничества. Кроме этого, указанная ситуация характеризуется повышенной степенью сложности, которая обусловлена как техническими особенностями распределенной сетевой среды, так и правовыми ограничениями (принцип территориальной юрисдикции, необходимость соблюдения норм международного права).

В указанных условиях приоритетным направлением будет установление географической и юридической принадлежности используемых информационных ресурсов [10], включая определение страны регистрации доменов, местоположение сервера, а также определении юрисдикции, в которой функционирует интернет-платформа. Решение данной задачи позволит определить применяемые нормы права и выбрать стратегию взаимодействия с уполномоченными органами иностранного государства. Одновременно с этим необходимо осуществить все доступные действия по сбору и фиксации оперативной и доказательственной информации, не требующей стороннего вмешательства (создание архивный копий, сохранение метаданных, фиксация технической характеристики информации).

Подводя итог проведённому исследованию, можно сформулировать следующие выводы. Расследование преступлений, предусмотренных ч.2 ст.205.2 УК РФ, в современных реалиях характеризуется повышенной сложностью. Данное преступление относится к категории тяжких и предусматривает три альтернативных деяния: публичные призывы к осуществлению террористической деятельности, публичное оправдание терроризма и пропаганду терроризма.

Ключевой особенностью рассматриваемого состава является формальнооценочный характер деятельности - законодатель раскрывает понятие «оправдание» и «пропаганда» через целевую направленность информационного воздействия – формирование идеологии терроризма, убежденности в ее привлекательности или представления о допустимости террористической деятельности. Это означает, что предмет доказывания включает не только факт размещения информации, но и установление ее смысловой направленности и прямого умысла виновного. Так как типичные следственные ситуации представляют собой научно обоснованную криминалистическую категорию, отражают совокупность условий, в которых осуществляется расследование на определенном этапе, их выделение имеет двоякое значение: теоретическое (систематизация криминалистического знания о закономерностях расследования) и практическое (обеспечение следователя алгоритмом действий исходя из специфики каждой).

В условиях цифровой среды, где доказательственная информация распределена между платформами, аккаунтами и устройствами, ситуационный анализ позволяет следователю сосредоточить усилия на наиболее перспективных направлениях расследования, разработать характерную последовательность действий, с учетом данных, необходимых (приоритетных) для установления в каждой конкретной ситуации. Кроме того, определение конкретной следственной ситуации позволит предвидеть возможные изменения в ходе расследования, предвосхищать их, минимизируя риски.

Таким образом, типичные следственные ситуации по данной категории дел выполняют роль связующего звена между криминалистической характеристикой преступления и конкретными тактическими рекомендациями. Их выделение и систематизация обеспечивают научно обоснованную основу для разработки частной криминалистической    методики,    учитывающей    цифровую    специфику следообразования, анонимности субъектов и особенности доказывания субъективной стороны (целевой направленности информационного воздействия).