Трансформация системы вневойсковой военной подготовки населения Киргизской ССР в 1942–1945 годы

Введение .

Период 1942–1945 гг. стал этапом качественного совершенствования системы вневойсковой военной подготовки населения Киргизской ССР. Как отмечает А.К. Аккузинов, массовая подготовка пополнения для Красной армии была организована в рамках постановления ГКО от 17 сентября 1941 г. [1, с. 562]. Однако если 1941 г. был временем экстренного развёртывания, то с 1942 г. на первый план вышли задачи специализации [2].

В историографии проблемы выделяются работы по Хакасии (Н.Я. Артамонова) [3, с. 240], Узбекской ССР (А.А. Зияев) [4, с. 46–47], Среднеазиатскому военному округу (М.Я. Сухарь) [5, с. 8– 12, 28]. Кыргызстанские учёные – Б.Д. Джам-герчинов [6], коллективная монография под ред. Ш.Ж. Батырбаевой [7], исследования Г.Д. Джуну-шалиевой [8], Кирешеева [9], – заложили основы изучения темы, подчеркнув вклад республики в оборонную систему и значение исторической памяти. Наиболее комплексный подход представлен в диссертации 2024 г. (на материалах 16 фондов пяти архивов), где предложена авторская периодизация, определены роль партийных и общественных организаций в системе Всевобуча [9, с. 103–129]. Тем не менее, специального комплексного исследования по Киргизской ССР, учитывающего природно-географические условия, национальный состав населения и динамику подготовки по семи очередям Всевобуча, до настоящего времени не предпринималось. Цель статьи – восполнить этот пробел на основе архивных материалов и сопоставления с другими регионами СССР.

Результаты . К концу 1942 года накопившийся опыт боевых действий потребовал кардинального пересмотра подходов к вневойсковой подготовке населения. Если в 1941 году основной задачей являлась массовая подготовка стрелков, то уже к весне 1942 года на первое место вышла задача подготовки узких военных специалистов. Как отмечается в докладе штаба Среднеазиатского военного округа, в системе Всевобуча вводилась подготовка бойцов по отдельным военным специальностям: пулемётчиков, миномётчиков, истребителей танков, автоматчиков, снайперов и связистов [10].

Постановлением Центрального Комитета ВКП(б) Киргизии от 14 апреля 1942 года предписывалась организация курсов по подготовке истребителей танков и гранатомётчиков во всех крупных промышленных центрах и районных центрах республики. В 1942–1944 годах на учебных пунктах республики было подготовлено: истребителей танков – 7450 человек, гранатомётчиков – 8710 человек, станковых пулемётчиков – 17980 человек, миномётчиков – 26678 человек [11].

Особого внимания заслуживает подготовка женщин-снайперов. Приказом Народного комиссариата обороны СССР № 0367 от 1942 года разрешалось создание отдельных женских подразделений в системе Всевобуча. В Киргизской ССР такие подразделения были организованы при Фрунзенском, Ошском и Джалал-Абадском городских военных комиссариатах. Только в 1943 году в республике было подготовлено 2340 женщин-снайперов, что составляло около 18 % от общего числа подготовленных женщин в системе Всевобуча по среднеазиатским республикам.

По итоговому отчёту Управления Всевобуча Киргизской ССР за 1944 год, охват населения военнообязанного возраста (мужчины 16–50 лет и женщины 16–45 лет) достиг 90,5 %. Как следует из доклада штаба Среднеазиатского военного округа, органы Всевобуча Киргизской ССР к марту 1942 года добились лучших показателей в округе по охвату обучением призывников и военнообязанных, подготовке командных кадров, успеваемости и посещаемости занятий. Начальник штаба Среднеазиатского военного округа генерал-майор М.Ф. Липатов в докладе начальнику Главного управления Всевобуча Народного комиссариата обороны СССР особо отмечал, что по всеобщему военному обучению Киргизская ССР занимает первое место в Среднеазиатском военном округе [12].

Обсуждение .

Проведённое исследование подтверждает вывод о том, что система вневойсковой военной подготовки населения Киргизской ССР в годы Великой Отечественной войны прошла через качественную эволюцию, направление которой определялось переходом от экстенсивной практики массовой подготовки стрелкового контингента к интенсивной практике углублённой специализации бойцов по отдельным военноучётным специальностям. Данная трансформация не являлась спонтанной, а представляла собой целенаправленный ответ на оперативные запросы действующей армии, собранные и проанализированные на всех уровнях военнополитического руководства – от Государственного Комитета Обороны до районных военных комиссариатов. Именно обратная связь с фронта, выражавшаяся в систематическом анализе боевого опыта и вытекавших из него требованиях к качеству пополнения, служила главным двигателем изменений в учебных программах и организационных формах Всевобуча.

В числе факторов, обеспечивших высокую результативность военно-учебной системы республики, первостепенное значение имела межведомственная координация. Как обоснованно отмечает Н.Я. Артамонова в исследовании, по- свящённом Хакасии, вся полнота ответственности за военно-физическую подготовку населения сосредотачивалась в руках областного военкомата, выступавшего основным организующим звеном [3, с. 242]. В Киргизской ССР механизм координации приобрёл ещё более совершенные формы: при бюро Центрального Комитета КП(б) Киргизии действовала специализированная комиссия по военному обучению населения, объединявшая усилия всех вовлечённых структур – Всевобуча, Осоавиахима, ВЛКСМ, Красного Креста и добровольных спортивных обществ. Подобная организация управленческой вертикали давала возможность оперативно разрешать возникавшие проблемы, включая перераспределение дефицитных материальных ресурсов и кадров. Протоколы заседаний этой комиссии наглядно показывают, как распределялись задания, как отчитывались руководители и как решались возникавшие проблемы. Например, на заседании 23 марта 1943 года обсуждался вопрос о нехватке учебных винтовок для занятий Всевобуча – вопрос был решён в течение двух недель путём передачи 1200 винтовок из арсеналов Среднеазиатского военного округа. звеном [2].

Следующим фактором, определившим успех, стала глубокая адаптация учебных программ к специфическим природно-географическим условиям республики. Горный рельеф, занимающий 94 % территории Киргизской ССР, вопреки ожиданиям превратился из потенциального препятствия в стратегический ресурс. Именно здесь развернулась одна из самых ярких страниц в истории киргизского Всевобуча – массовая и высококачественная подготовка горных стрелков и альпинистов, необходимых на Кавказском и 4-м Украинском фронтах. Киргизская ССР заняла место безусловного лидера среди среднеазиатских республик по данному профилю подготовки, что подтверждается как абсолютными (2984 подготовленных горных стрелка), так и относительными показателями. В отчёте начальника штаба Среднеазиатского военного округа за 1943 год отмечалось: «Бойцы, подготовленные в горных районах Киргизской ССР, показали высокую эффективность при действиях в условиях горнолесистой местности».

Третьим важным обстоятельством явилось целенаправленное преодоление языкового барьера. Архивные материалы свидетельствуют, что в сельской местности значительная часть военнообязанных коренных национальностей, особенно старших возрастных групп, обладала низким уровнем владения русским языком, а определённая доля была вовсе неграмотной [12]. В ответ на этот вызов в системе Всевобуча были оперативно созданы школы по изучению русского языка, выполнен перевод базовых учебных программ и инструктивных материалов на киргизский язык, а также налажена подготовка двуязычных инструкторских кадров. Без осуществления этих мер говорить о достижении 90,5-процентного охвата населения военнообя- занного возраста было бы невозможно. Особенно остро эта проблема стояла в Тянь-Шаньской и Джалал-Абадской областях, где доля коренного населения достигала 85–90 %.

Четвёртым фактором выступило массовое вовлечение женщин в систему военного обучения. К 1944 году доля женщин среди обучаемых по отдельным военно-учётным специальностям (снайперы, радисты, санитарки) достигла 22 %. Этот показатель указывает как на мобилизационную исчерпанность мужского контингента, так и на сознательную государственную политику, направленную на использование женского потенциала для восполнения дефицита квалифицированных кадров в действующей армии и тыловых подразделениях. Подготовка 2340 женщин-снайперов только в 1943 году – наглядное тому подтверждение. В фондах Центрального государственного архива Кыргызской Республики сохранились списки выпускниц снайперских школ, многие из которых впоследствии были направлены в действующую армию и отмечены боевыми наградами.

Наряду с перечисленными факторами успеха, система испытывала воздействие комплекса объективных трудностей, сдерживавших её потенциальную эффективность. Наиболее острым был дефицит учебного стрелкового оружия в 1941–1943 годах, вследствие которого, по разным оценкам, от 30 до 40 процентов учебного времени расходовалось на занятия с использованием деревянных макетов, изготовлявшихся силами самих обучаемых. Макеты винтовок и гранат в каждом районе изготавливались собственными силами. Во многих сельских районах остро не хватало боевого стрелкового оружия, поскольку воинские части имелись только во Фрунзе, Оше, Джалал-Абаде и ещё в двух районах. В остальных областях военные комиссариаты вынуждены были обращаться за вооружением в органы милиции, вневедомственной охраны и линейные отделы НКВД. По сведениям военного отдела обкома, ВКП(б) на декабрь 1943 года, для полного покрытия потребности учебных пунктов Всевобуча требовалось свыше 200 единиц трёхлинейных винтовок и 24 единиц автоматического оружия.

Заключение .

Подводя итог проведённому исследованию, следует сформулировать несколько обобщающих положений.

Во-первых, система военной подготовки населения Киргизской ССР в годы Великой Отечественной войны прошла сложную эволюцию: от экстренного развёртывания в 1941 году, через массовую подготовку стрелков в первой очереди Всевобуча, к качественной специализации и углублённой подготовке узких военных специалистов к 1944–1945 годам. Суммарно за семь очередей Всевобуча в республике было подготовлено 82421 боец-специалист, что в 1,36 раза превышает показатели трёх первых очередей и

является одним из самых высоких результатов среди среднеазиатских республик.

Во-вторых, одновременно с подготовкой взрослого населения в республике была создана эффективная система начальной и допризывной военной подготовки учащейся молодёжи. На основе постановлений Совета Народных Комиссаров СССР от 24 октября 1942 года и республиканских нормативных актов была выстроена трехуровневая система обучения школьников 5– 10 классов, позволившая за годы войны охватить военной подготовкой свыше 150000 учащихся. Общий средний балл успеваемости по военной подготовке в 1942/1943 учебном году составил 4,24 по пятибалльной системе, что свидетельствует о высоком качестве обучения при всех имевшихся трудностях.

В-третьих, ключевыми факторами, обеспечившими успех системы, стали: чёткая координация всех задействованных структур (Всевобуч, Осо-авиахим, ВЛКСМ, Красный Крест, спортивные общества) через партийные комитеты; широкое привлечение к инструкторской работе бывших фронтовиков; переориентация промышленности на производство учебного оружия и наглядных пособий; системная работа по преодолению языкового барьера среди военнообязанных коренных национальностей (курсы русского языка, перевод учебников на киргизский язык, подготовка двуязычных инструкторов); активное вовлечение женщин в военное обучение, составивших к 1944 году до 22 % от общего числа обучаемых по отдельным специальностям.

В-четвёртых, несмотря на достигнутые высокие показатели (охват населения военнообязанного возраста к концу войны достиг 90,5 %, что было