Византийские пряжки типа «Сиракузы» из могильника у села Лучиcтое (Юго-Западный Крым)

DOI:

Цитирование. Хайрединова Э. А., Антипенко А. В., Лобода А. Ю. Византийские пряжки типа «Сиракузы» из могильника у села Лучиcтое (Юго-Западный Крым) // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. – 2025. – Т. 30, № 6. – С. 11–25. – DOI:

Введение. Небольшие византийские бронзовые цельнолитые пряжки со стилизованным изображением листьев аканта или полупальметт вызывают особый интерес у специалистов по раннесредневековой материальной культуре. Названные Й. Вернером пряжками типа «Сиракузы» – по месту первых находок с территории Сицилии [23, S. 37], эти застежки бытовали в VII в. на широком пространстве от Пиренейского полуострова до Северного Кавказа и от Северной Африки до Южной Британии [17, S. 119, Abb. 13; 21, S. 176, Abb. 62; 23, S. 37, 46, Karte 1]. Необычайной популярностью они пользовались на территории Крыма – в настоящее время известно более двухсот экземпляров названных пряжек, происходящих из Боспора, Херсона и памятников крымских готов [1, с. 43, рис. 2, 122 ; рис. 42, 6 , 7 ; 4, с. 316–321; 5, с. 242–265; 8, с. 63–69].

Несмотря на многочисленные находки и специальные исследования, посвященные пряжкам типа «Сиракузы», до сих пор остается спорным вопрос о месте производства этих предметов. Обилие одинаковых по форме, декору, материалу и технике изготовления пряжек, по мнению Д. Чалланя, должно свидетельствовать об их централизованном производстве в Константинополе [10, с. 326]. Согласно Й. Вернеру, однообразие вариантов пряжек и отсутствие индивидуальных черт работы должно указывать на их изготовление по общему образцу в литейных мастерских по всему византийскому миру [23, S. 38]. Как показали проведенные ранее исследования [9, с. 591–596], для решения вопросов, связанных с производством пряжек типа «Сиракузы», перспективным является изучение изделий естественно-научными методами. В предлагаемой работе в научный оборот вводятся пряжки типа «Сиракузы», найденные в двух склепах из гото-аланского могильника у с. Лучистое в Юго-Западном Крыму, дается их культурно-хронологическая атрибуция, анализируются состав сплава и технологические особенности изготовления.

Метод. Изучение пряжек типа «Сиракузы» проводилось комплексно. Для атрибуции публикуемых изделий выявляется круг аналогий, по сопутствующему инвентарю обосновывается датировка. Публикуемые пряжки найдены в погребениях in situ , что позволяет говорить об их роли в костюме. Изучен элементный состав сплава, из которого изготовлены пряжки и выполнен трасологический анализ следов производства и бытования пряжек.

Изучение элементного состава выполнялось на портативном рентгенофлуоресцентном анализаторе (ПРФА) «МетЭксперт» с полупроводниковым кремниевым детектором высокого разрешения (напряжение 45 кВ, мощность 40 Вт). Регистрация флуоресцентного излучения производилась на воздухе, что позволило детектировать элементы с атомным номером выше 11 (Na). Изучаемая область при каждом измерении составляла 1,2 мм. Элементный состав определен с диапазоном концентраций до 0,02 %. Время измерения 20 секунд. Большинство из исследованных пряжек очищены в ходе реставрационных работ от коррозии и поверхностных загрязнений. Измерения проводились на всех составных частях пряжек – на подвижном язычке и цельнолитых рамке и щитке. Места измерений показаны на рисунках 1 и 2 красными кружками и пронумерованы красными цифрами, а результаты измерений приведены в таблице 1. Номера областей измерения в таблице и на рисунках соответствуют друг другу.

Анализ. Для комплексного исследования отобрано семь пряжек типа «Сиракузы» из склепов 223 и 280 могильника у с. Лучистое (рис. 1 и 2). Каждая из них целиком отлита с овальной, граненой рамкой и овальным, вытянутым в длину щитком с небольшим прямоугольным выступом на завершении. Подвижной граненый язычок отлит отдельно и закреплен на перекладине в тыльной части рамки. На обратной стороне щитка пряжек имеются две прямоугольные пластины с круглыми отверстиями для крепления на ремне. Размеры пряжек: длина – 4,2–5,0 см, ширина рамки – 3,2–3,4 см, щитка – 2,3–2,7 см.

По особенностям декора публикуемые пряжки типа «Сиракузы» представлены двумя вариантами. К варианту 1 отнесены пряжки, на прилегающей к рамке части щитка которых изображены небольшие листья на изогнутых стеблях, соединяющихся в центральном поле щитка (рис. 1). Вдоль краев щитка вырезаны стебли, завершающиеся двумя крупными листьями, расположенными зеркально друг другу. На передней стороне рамки некоторых пряжек прорезаны вытянутые треугольники или небольшие кружки.

Описанные застежки относятся к самому распространенному варианту пряжек типа «Сиракузы» [8, с. 66–67; 16, pl. 15; 21, S. 171–179]. Для определения времени их бытования показательны находки в комплексах, датированных по сопутствующему инвентарю. Так, в Коринфе пряжка типа «Сиракузы» варианта 1 обнаружена в одной из могил у базилики Кранейон с монетами Константа II (641–668 гг.) [19, р. 298], на Самосе – в могилах № 3 с монетами Ираклия 611/12 гг. и 613/14 гг. и № 4 с монетами Ираклия 613–616 гг. и 615/16 гг. и Константа II, из которых самая ранняя – 643/44 гг., а самая поздняя – 659–665 гг. [18, S. 124–126], на Крите и в Сирии – в слоях VII в. [15, p. 163; 20, р. 694], а на Афинской Агоре – в слое с монетами 711/713 гг. [19, р. 298, Anm. 18].

В Юго-Западном Крыму большинство пряжек типа «Сиракузы» происходит из комплексов 8-й и 9-й хронологических групп раннесредневековых древностей Крыма, датированных первой и второй половиной VII в. соответственно [2, с. 56–61, рис. 12, 19, 36 ; 13, 3 ; 17, 16, 17, 21 ; 18, 23 ; 19, 3, 11 ; 21, 12, 16, 25 ; 22, 6 ; 23, 2–5 ; 3, рис. 1, 12–14 ; 3, 17, 23,

33, 37 ; 4, 10, 20 ]. Поздняя разновидность пряжек названного типа, относящаяся к началу VIII в., зафиксирована в могильнике Узень-Баш [6, с. 121–124].

Публикуемые находки из могильника у с. Лучистое подтверждают предложенную ранее датировку пряжек типа «Сиракузы». Самые ранние пряжки (рис. 1, I , II ) происходят из склепа 280, где они выявлены вместе с орлиноголовой пряжкой 2-го варианта конца VI – первой четверти VII в. [2, рис. 12, 21 ].

Три пряжки варианта 1 обнаружены в склепе 223, функционировавшем на протяжении всего VII века. В нем похоронили четырнадцать человек, чьи тела уложили в шесть слоев. Здесь интересующие нас пряжки выявлены: в слое 4, в детском погребении 9 второй четверти VII в. (рис. 1, V ); в слое 3, в захоронении 7, частично перекрывшем костяк с орлиноголовой пряжкой 5-го варианта второй половины VII в. (рис. 1, III ) [2, рис. 12, 50 ] и в слое 1, в мужском погребении 2, совершенном одним из последних в склепе в самом конце VII в. (рис. 1, IV ).

К варианту 2 относятся пряжки из склепа 223, из погребений 1 и 9 (рис. 2, VI, VII ). По форме, размерам и способу крепления на ремне они идентичны застежкам варианта 1 , но отличаются декоративной композицией, в которой главный акцент сделан на завязи цветка, крупно изображенной в центре щитка, в окружении сравнительно небольших листьев аканта. На пространстве около язычка и рамки выполнен орнамент из кружков, треугольников и завитков. Такой же геометрический декор присутствует на боковых сторонах щитка и на передней стороне рамки.

Различия в декоре щитка пряжек типа «Сиракузы» отметил Д. Чаллань, считавший экземпляры варианта 2 более поздней и более высокой степенью развития [10, с. 329]. Однако в Крыму пряжки с декором обоих вариантов найдены в комплексах одних и тех же хронологических групп, а зачастую и в одном погребении, что указывает на их одновременное существование [2, с. 56, 58; 8, с. 67–68]. Обратим внимание на то, что в склепе 223 пряжки двух вариантов зачищены в детском погребении 9 (рис. 1, V ; 2, VI ).

Использованная в декоре щитков вариантов 1 и 2 орнаментальная композиция, в центре которой – стебель или завязь цветка в окружении симметрично расположенных листьев аканта, характерна для предметов византийского прикладного искусства VII века. Отдельные элементы этого растительного мотива – изогнутые стебли, ажурные листья и их расположение относительно друг друга, в различных сочетаниях можно увидеть на золотых «аристократических» украшениях – серьгах, медальонах, застежках для ожерелья и на деталях оружия воинской элиты [8, с. 65, ил. 47]. Растительный декор на пряжках варианта 2 дополнен орнаментальным мотивом в виде прорезных чередующихся черточек и точек, названным Д. Чалланем «пунктиром точка-тире» [10, с. 333, табл. II, 6, III, 9, IV, 1, 1a]. Такой стиль заполнения пустого поля вокруг растительного орнамента типичен для византийских изделий VII века. Сочетание растительного и «пунктирного» орнаментальных мотивов наглядно демонстрируют пластинчатые обкладки меча из Кастель-Трозино. Безусловно, элитные ювелирные изделия, изготовлявшиеся в VII в. на заказ в специализированных мастерских, послужили образцами для производства более дешевых предметов широкого потребления [8, с. 68].

Пряжка типа «Сиракузы» предназначена для ремня шириной 2,1–2,4 см. В толще кожаного ремня она крепилась при помощи двух пластинчатых петель, фиксировавшихся при помощи металлического или деревянного стержня (рис. 2, а ). Остатки таких стержней и кожаного ремня сохраняются на многих пряжках [5, с. 249, 263, рис. 5; 14, S. 71, Abb. 7].

В костюме крымских готов пряжка типа «Сиракузы» была универсальной застежкой – ее носили и мужчины, и женщины, и дети. В традиционном женском костюме с большой поясной застежкой пряжка типа «Сиракузы» использовалась в качестве застежки для сумочки (рис. 2, в) или для узкого ремня с ножом. Лишь к концу VII в., когда большие поясные застежки вышли из моды, их место в женском костюме заняли предназначенные для узкого ремня пряжки типа «Сиракузы» [14, S. 73, 75, Abb. 10]. Дети и подростки носили пряжку с декором из листьев аканта на поясе, застегивая ею поясной ремень. Мужчины – воины, опоясывавшие верхнюю одежду наборными поясами со свисающими короткими ремешками с металлическими наконечниками, пряжкой типа «Сиракузы» застегивали сумочку с кресалом. В костюме гражданских мужчин пряжка типа «Сиракузы» была застежкой для пояса (рис. 2, б), реже – для сумочки с кресалом и инструментами. В некоторых погребениях мужчин и детей выявлено по две пряжки типа «Сиракузы». Одной из них застегивали поясной ремень, опоясывавший верхнюю одежду, второй, лежащей обычно ниже, на тазовых костях – ремень от штанов (рис. 2, б) [8, с. 84–85, ил. 59].

Элементный состав сплава. Все публикуемые пряжки изготовлены из многокомпонентных медных сплавов, содержащих олово, свинец и цинк в различных сочетаниях (табл. 1). Язычок и рамка со щитком пряжек близки по элементному составу, однако, прослеживаются вариации содержания цинка или свинца. Тот факт, что их составы, как правило, очень схожи, может указывать на преобладание одновременного производства комплектом пряжки и язычка.

Изученная выборка изделий включает 7 экземпляров, изготовленных из бронз различного состава – свинцовых (табл. 1, 1–2) или свинцово-оловянистых (табл. 1, 13–14). Большая часть изделий выполнена из материала, имеющего в составе компоненты как бронз, так и латуней. Среднее значение в выборке свинца – 18,8 %, олова – 4,0 %, цинка – 3,9 %. Измерения проводились в двух точках на поверхности щитка и в основном в двух точках на язычке. Во всех анализируемых случаях распределение элементов на поверхности не равномерное, что, вероятно, связано с доминирующей ролью свинца в сплаве. Разброс в количественных значениях одного элемента может достигать 10–15 %. Учитывая широкую вариабельность составов в столь небольшой выборке и средние значения элементов, наиболее показательным следует считать факт наличия высокого, доходящего до половины состава, содержания свинца. По этому принципу все застежки делятся на две группы: с низким содержанием свинца (от 1,3 до 20,2 %) и с высоким (свыше 20,2 до 54,5 %). При этом, соответственно, уменьшается концентрация остальных компонентов сплава и наблюдается обратная зависимость – чем выше значения свинца, тем меньше в сплаве олова и цинка. Их концентрации варьируются от 0 до 2–3 %. Концентрации свинца ниже средних значений отмечены у двух пряжек типа «Сиракузы» варианта 2 (табл. 1, 18– 25; рис. 2, VI, VII). Его средние количественные показатели составляют 3,7 %. Основной легирующий компонент в этих двух экземплярах – цинк, его концентрации от 2,8 до 11,6 %, при среднем показателе в 6,8 %. Содержание олова от 4,0 до 10,0 %, среднее – 5,7 %. Это наблюдение было проверено на остальной выборке пряжек типа «Сиракузы» вариантов 1 и 2 из могильника у с. Лучистое (всего получены данные элементного состава для 75 пряжек этого типа, результаты не опубликованы). Установлено, что разница в рецептуре сплава между двумя вариантами одного типа пряжек слабо выражена. В основном наиболее распространенный для раннесредневековых могильников Крыма тип пряжек изготавливали из многокомпонентных медных сплавов, содержащих олово, свинец и цинк в различных сочетаниях. Чистые металлы и сплавы встречаются крайне редко. Доли олова, свинца и цинка не равнозначны. Концентрации олова и свинца преобладают над содержанием цинка. Этот факт может служить указанием на многократные переплавки вторичного сырья в производстве изделий массовых типов.

Ранее проведенные нами исследования пряжки типа «Сиракузы» варианта 1 , происходящей из склепа 305 могильника у с. Лучистое, также выявили аномально высокие доли свинца в составе сплава изделия [9, с. 593– 594]. Проведенные специалистами Британского музея измерения элементного состава сплава происходящей из Крыма пряжки типа «Сиракузы» из коллекции Бертье-Делагарда показали, что основа изделия отлита из свинцовой бронзы, а язычок – из латуни. Процентное содержание элементов в сплаве не приводится [13, p. 63]. Данные по составу сплава двух пряжек типа «Сиракузы», найденных в Сардах, свидетельствуют о том, что мало-азийские экземпляры также изготовлены из многокомпонентного цинкосодержащего сплава, но процент свинца в них существенно ниже, тогда как количество олова и цинка близко крымским находкам [22, p. 155, tab. V. 3, № 689 , 690 ].

Трасологический анализ следов производства и бытования пряжек проведен для двух пряжек из раскопок могильника у с. Лучистое, габаритные размеры и детали орнамента на щитках которых были крайне близки. В ходе первичного визуального осмотра публикуемых пряжек выдвинуто предположение, что два экземпляра варианта 2 из склепа 223, из погребения девушки-подростка 1 (далее – пряжка 1; рис. 2, VII ) и из захоронения ребенка 9 (далее – пряжка 2; рис. 2, VI ), могли быть изготовлены с использованием одной многоразовой формы.

Размеры пряжки 1: общая длина 4,55 см; ширина щитка 2,3 см; ширина рамки 3,12 см (рис. 2, VII ). Канавки орнамента на щитке неглубокие, на некоторых участках орнамент плохо читается из-за не очень качественного литья (рис. 3, 1 ). Зафиксированы дефекты литья – непроливы, наросты, корольки (рис. 3, 3 , 5 ), облой по боковой поверхности (рис. 3, 5 , 6 ). Орнамент на щитке не имеет следов постлитьевой доработки, плоскость щитка запилена по внешней поверхности и по бокам (рис. 3, 4 ). Дефекты литья – наросты, корольки и облой видны и на боковой поверхности (рис. 3, 5 , 6 ).

Размеры пряжки 2: общая длина 4,5 см; ширина щитка 2,35 см; ширина рамки 3,16 см (рис. 2, VI ). Щиток имеет более глубокие канавки орнамента (рис. 3, 2 ). Зафиксированы дефекты литья – наросты, корольки (рис. 3, 7 , 10 ). Отдельные элементы орнамента (точки) доработаны после литья ударами чекана пуансона (рис. 3, 8–10 ). На обратной стороне пряжки также видны интенсивные дефекты литья – непроливы, наросты, корольки, облой от петель по щитку (рис. 3, 7 ).

Толщина изученных изделий различна – 2,1 см по центру пряжки 1 и 2,6 см по центру пряжки 2. Пряжка 1 запилена по внешней поверхности и по бокам, канавки орнамента менее глубокие. Она представляет собой литое изделие, на орнаменте щитка, помимо опиливания, нет следов постлитейных работ. На щитке пряжки 2 обнаружены следы доработки орнамента после литья чеканом пуансоном (рис. 3, 2, 8–10). Боковой контур пряжки 1 менее рельефный, по сравнению с пряжкой 2, сглажены углубления между деталями щитка и рамкой (рис. 3, 1, 2). На боковых гранях щитка первой пряжки также видны следы опиливания. Несмотря на эти отличия, общие габариты пряжек и все основные размеры и детали литого орнамента на щитках и рамках практически идентичны, что позволяет предположить их изготовление с использованием многоразовой, вероятно, каменной формы. Петли для крепления на ремне на обратной стороне каждого щитка различаются как размерами, так и своим расположением, а значит, не являлись частью многоразовой формы. Однако на всех исследованных изделиях петли были отлиты вместе с туловом пряжки, в некоторых случаях имели крупные литейные дефекты, переходящие с петли на щиток (рис. 3, 7).

Все вышеописанное позволяет реконструировать процесс изготовления подобных изделий. Можно предположить, что для создания модели тулова пряжки использовались многоразовые, вероятно, каменные двустворчатые формы, в которых оттискивалась / отливалась плоскостная восковая модель пряжки без выступающих элементов. Многоразовая форма позволяла многократно получать одинаковый, орнаментированный с одной стороны щиток и рамку пряжки, а заливка / оттиск в форму воска минимизировала травмирование самой формы. Полученная модель дорабатывалась, на обратной стороне воскового щитка прикреплялись две пластины с отверстиями. На обороте некоторых пряжек фиксируются крупные царапины, идущие от краев щитка к петлям. Их поверхность свидетельствует о том, что царапины были нанесены на щиток еще до литья. Возможно, появление царапин связано с процессом закрепления восковых петель на модели щитка и последующим выравниванием поверхности вокруг петель. Полученная, уже не плоскостная модель пряжки, заформовывалась в формовочную смесь и отливалась методом литья по утрачиваемой модели. Можно предположить, что литье производилось через участок щитка пряжки, противоположный рамке. В этой области большая часть пряжек имеет подпрямоугольный выступ, иногда несущий на себе следы обсечки и, вероятно, являющийся остатком литника. Среди всех рассмотренных нами пряжек лишь в одном случае этот выступ был аккуратно удален (пряжка варианта 1

из погребения 2 склепа 223, рис. 1, IV ). Следует отметить, что полное удаление литника отмечено еще на нескольких пряжках из могильника у с. Лучистое [2, рис. 18, 23 , 23, 4 ]. Такой прием постлитейной обработки характерен не только для крымских пряжек, но и встречается на изделиях этого типа с территории самой империи, о чем свидетельствует находка из Самоса [18, S. 124, Abb. 37, Taf. 16, 3a , 3b ].

На боковых сторонах пряжек, а в случае пряжки 2 и на обороте щитка, виден облой (рис. 3, 5–7 ). Такой дефект может образоваться на месте любых стыков формовочных масс или литейных форм – на восковой модели, при заливке воска в разъемную многоразовую форму или на металле, при недостаточно плотном слеплении кусков формовочной смеси (глины), которыми облепляют с разных сторон восковую модель при создании глиняной литейной формы вокруг нее (например, на щитке вокруг петель пряжки 2 – рис. 3, 7 ).

Как видно по исследуемым экземплярам, после отливки изделия обрабатывались. В некоторых случаях постлитейная обработка заключалась лишь в опиливании лицевой и боковой граней щитка для удаления литейных дефектов (пряжка 1). В других случаях после отливки орнамент дополнялся при помощи простейшей чеканки. Сопоставление элементов орнамента позволяет определить, что некоторые удары пуансоном на щитке пряжки 2 были поставлены для уточнения деталей плохо отлитого орнамента – орнамент идентичен аналогичному на пряжке 1 (рис. 3, красные стрелки), в то время как другие наносились на неорнаментированные литьем участки (рис. 3, желтые стрелки).

Результаты. Изученные пряжки типа «Сиракузы» из двух склепов могильника у с. Лучистое изготовлены из материала, имеющего компоненты как бронз (олово и свинец), так и латуней (в одном случае отдельно – латунный язычок), что свидетельствует об одинаковой рецептуре сплава.

Вместе с тем по составу сплава можно выделить две группы изделий. К первой относятся пряжки варианта 1 из склепов 223 и 280 (рис. 1) с высоким (свыше 20,2 до 54,5 %) содержанием свинца, что может характеризовать изделия как произведенные в местах, где отсутствуют запасы качественного сырья. К числу таких регионов относится и Крым [9, с. 593–594]. Признаки изготовления пряжек типа «Сиракузы» по импортным образцам зафиксированы в Херсоне. Химический состав найденных на городище остатков литейного производства (слитков и полуфабрикатов) и пряжек типа «Сиракузы» идентичен. Последние могли отливать в городских мастерских из привозившегося из Малой Азии сырья [12, р. 167]. В качестве сырья, возможно, использовались старые или поломанные бронзовые изделия. Судя по находкам из погребений, в эпоху раннего средневековья бронзовый лом ценился. Мужчины собирали и носили в поясных сумках фрагменты бронзовых пластин или проволоки [8, рис. 153, М71.10]. Женщины хранили при себе поломанные украшения и обломки бронзовой бытовой утвари [7, с. 233, рис. 5, 1, 3, 5].

Находки бракованных экземпляров, собственная интерпретация стандартного декора, не характерные для импортных образцов метки мастеров, позволили предположить наличие собственного производства названных пряжек и в Юго-Западном Крыму, в регионе проживания гото-аланского населения [14, S. 87–88, Abb. 6; 7]. В пользу возможности местного производства свидетельствует и находка пряжки начала VIII в. из могильника Узень-Баш. При ее изготовлении мастер взял за образец пряжку типа «Сиракузы» варианта 1 и переработал ее на манер застежек VIII в.: удлинил щиток, добавил два круглых отверстия для декора, либо для дополнительного крепления на ремне при помощи шнурка [6, с. 123, рис. 1, 1 , 2, 1 ].

Ко второй группе изделий следует отнести две пряжки варианта 2 из склепа 223 (рис. 2, 3), изготовленные из сплава, в котором концентрация свинца ниже средних значений (его средние количественные показатели составляют 3,7 %). По составу свинца и других компонентов – цинка и олова эти изделия близки пряжкам типа «Сиракузы», найденным в Сардах [22, p. 155, tab. V. 3, № 689 , 690 ]. Учитывая состав сплава, а также тот факт, что найденные в Лучистом пряжки изготовлены с использованием одной многоразовой формы, можно говорить о том, что они являются продукцией одной из малоазийских мастерских.

Найденные в портовом районе Судака византийские печати коммеркариев конца VII – первой половины VIII в. и печати VIII – рубежа VIII–IX вв. с именем Феофана хал-копрата – лица, связанного с торговлей медью или изделий из меди [11, с. 253–254], позволяют говорить о том, что сырье для изготовления бронзовых предметов, как и сами оригинальные изделия, служившие образцами для крымских ремесленников, поступали из Византии.

Пряжки типа «Сиракузы», бесспорно, являются изделиями массового производства, рассчитанными на торговлю. Их изучение имеет большое значение для истории материальной культуры раннесредневекового времени Восточной Римской империи и сопредельных территорий. Полученные результаты в очередной раз показали перспективность комплексного метода исследования для решения вопроса о месте производства найденных в Крыму византийских пряжек.

ПРИЛОЖЕНИЕ

Таблица 1. Элементный состав пряжек типа «Сиракузы» из могильника Лучистое, масс. %

Table 1. Elemental composition of buckles of the “Syracuse” type from the Luchistoye burial ground

№ п/п	Место находки / Рисунок	Место измерения	Cu	Zn	Sn	Pb	Ag	Fe	Al	P
1	Склеп 280 / Рис. 1, I	Щиток	47,700	0	0	52,300	0	0	0	0
2		Щиток	44,943	0	0	54,529	0	0,528	0	0
3		Язычок	51,598	2,690	0	45,712	0	0	0	0
4		Язычок	59,759	2,315	0	37,925	0	0	0	0
5	Склеп 280 / Рис. 1, II	Щиток	74,118	0,884	0	24,462	0	0,536	0	0
6		Щиток	57,855	1,093	6,092	34,297	0	0,662	0	0
7		Язычок	64,787	1,514	3,150	28,466	0	0,550	0	1,534
8		Язычок	68,705	1,941	0	28,268	0	0,704	0,382	0
9	Склеп 223 / Рис. 1, III	Щиток	85,952	1,883	6,692	5,110	0	0	0,363	0
10		Щиток	70,700	1,594	7,545	20,161	0	0	0	0
11		Язычок	69,526	6,268	9,614	13,669	0,551	0	0,372	0
12		Язычок	82,820	6,281	7,349	2,514	0,299	0	0,738	0
13	Склеп 223 / Рис. 1, IV	Щиток	78,842	0,770	6,855	13,533	0	0	0	0
14		Щиток	67,956	0,710	8,211	22,835	0,287	0	0	0
15	Склеп 223 / Рис. 1, V	Щиток	60,998	2,244	0	36,348	0	0,411	0	0
16		Щиток	79,368	3,458	0	11,489	0	0,496	5,190	0
17		Язычок	73,015	8,698	0	9,507	0	1,255	7,525	0
18	Склеп 223 / Рис. 2, VI	Щиток	79,273	3,195	8,241	9,291	0	0	0	0
19		Щиток	79,205	2,871	9,945	7,979	0	0	0	0
20		Язычок	80,868	11,448	3,960	2,681	0,331	0	0,712	0
21		Язычок	83,549	8,138	4,483	3,586	0,243	0	0	0
22	Склеп 223 / Рис. 2, VII	Щиток	88,367	2,756	5,197	1,692	0	0	1,988	0
23		Щиток	88,580	3,072	5,639	1,890	0,155	0	0,665	0
24		Язычок	82,985	11,645	3,584	1,251	0,243	0	0,291	0
25		Язычок	83,077	10,883	4,503	1,337	0,200	0	0	0

Рис. 1. Пряжки типа «Сиракузы» варианта 1 из могильника у с. Лучистое:

I , II – склеп 280; III–V – склеп 223 ( III – погребение 7; IV – погребение 2; V – погребение 9); 1–17 – места измерения элементного состава металла на разных деталях пряжек. Фото Э.А. Хайрединовой

Fig. 1. Buckles of the “Syracuse” type, variant 1, from a burial ground near the village of Luchistoye:

I , II – crypt 280; III–V – crypt 223 ( III – burial 7; IV – burial 2; V – burial 9); 1–17 – locations of elemental composition measurements of metal on different parts of buckles. The photo is by E.A. Khairedinova

Рис. 2. Пряжки типа «Сиракузы» варианта 2 из склепа 223 могильника у с. Лучистое ( VI , VII ), схема крепления застежек на ремне ( а ) и их использование в мужском ( б ) и женском костюме ( в ). Фото, реконструкции и рисунок Э.А. Хайрединовой

Fig. 2. Buckles of the “Syracuse” type, variant 2, from crypt 223 of the burial ground near the village of Luchistoye ( VI , VII ), diagram of fastening the buckles on a belt ( a ) and their use in men’s ( б ) and women’s clothing ( в ). The photo, reconstructions, and the drawing are by E.A. Khairedinova

Рис. 3. Увеличенные детали пряжек типа «Сиракузы» варианта 2 из склепа 223 могильника у с. Лучистое со следами производства. Фото А.Ю. Лободы

Fig. 3. Enlarged details of the “Syracuse” type buckles, variant 2, from crypt 223 of the burial ground near the village of Luchistoye with traces of production. The photo is by A.Yu. Loboda