Владельческие записи на маньчжурских книгах архимандрита Петра (Каменского) в коллекции Института восточных рукописей РАН

* Photos provided by the author.

Институт восточных рукописей РАН (далее — ИВР РАН) является правопреемником Азиатского музея, созданного при Азиатском департаменте Министерства иностранных дел России в 1818 г. В течение нескольких столетий в нем собирались документы на различных восточных языках, привозимых дипломатами и миссиями из стран Востока. Начиная с 1717 г., т. е. с момента открытия Духовной миссии в Пекине, в С.- Петербург стали регулярно поступать рукописи и книги на китайском и маньчжурском языках — официальных языках маньчжурской династии Цин (1644– 1912 гг.). Их привозили священники и студенты Миссии, которые после окончания пребывания в Китае поступали на службу переводчиками в Азиатский департамент в С.- Петербурге. Эти материалы стали основой маньчжурского фонда Института восточных рукописей. Часть из них, состоящая из ученических упражнений, копий деловой переписки между Сенатом и китайской Палатой внешних сношений и небольшого числа документов, касающихся жизни Миссии в Пекине, в каталоге маньчжурских рукописей отнесена в раздел «Архив Миссии». Однако маньчжурские рукописи и ксилографы, когда-то принадлежавшие миссионерам, распределены по всему маньчжурскому фонду ИВР РАН, а их переводы на русский язык хранятся в Архиве востоковедов ИВР РАН.

По владельческим записям на книгах можно выделить 70 маньчжурских рукописей и ксилографов, принадлежавших членам Пекинской миссии и относящихся к периоду с начала XVIII до середины XIX вв. Наибольшее число рукописей принадлежат ученикам 8-й и 10-й миссий — Степану Липовцову, Василию Новоселову, Петру Каменскому, Захару Леонтьевскому1. Следует отметить, что именно эти фондообра-зователи были наиболее известными переводчиками с маньчжурского и китайского языков при Коллегии иностранных дел после возвращения из Китая, поэтому их коллекции позднее вошли в фонды Азиатского музея и частично в рукописный фонд Российской национальной библиотеки.

Наибольший интерес представляет коллекция архимандрита Петра (Каменского, 1765–1845), пробывшего в Китае сначала учеником при 8-й миссии (1794–1807 гг.), а затем начальником 10-й миссии (1821–1830 гг.). По его владельческим записям можно выделить 12 книг, которые прекрасно отражают тематику текстов, которыми занимался исследователь, и которые принадлежат к двум периодам его пребывания в Пекине. Судя по этим пометкам о. Петра (Каменского), книги покупались в книгопечатнях двух основных монастырей Пекина — Лунфу-сы и Люли-чан. Например, на внутренней стороне обложки- тао ксилографа «Зерцало маньчжурской словесности в переводе на китайский язык» Nikan hergen ubaliyambuha manju gisun-i bulekû bithe 音漢清文鑑 (В 210 xyl)² написано по-русски: «Из книг Каменского. 1800 г. куплена в Лунх Фу сане за 4 чоха серебром». На первой странице ксилографа «Важное слово о похвале добру, изданное по повелению императора» Hani araha sain be hûwekiyebure oionggo gisun 御制颧善要言 (С 21 xyl)³ есть запись на маньчжурском языке: ere bithe lun fu sy sere juktehen de juwe tanggû susai amba jiha bufi udaha. meniemu minggan jakûn tanggû ci aniya uiun biya ice jakûn de («Эту книгу купил в монастыре называемом Лун-фу-сы за 250 больших монет в наш 1800-й год 9-й месяц 8-й день»). На другой странице форзаца имеется посвящение, также на маньчжурском языке: kamensakû-i sere alibun gûnin okini sere jalin. Wasilii torofimobihaci de gingguleme alibuhangge («С почтением подношу в подарок Василию Трофимовичу, чтобы думал о Каменском»).

На обертке ксилографа китайско- маньчжурского фразеологического словаря «Образцы маньчжурского лексикона» Manju bithe kooli šošohoni bithe, Manju bithe koooli oyonggo ioni bithe 清文典要 (А 1 xyl)⁴ о. Петр (Каменский) написал: «1824 года июня 14-го числа куплен сей лексикон с фразами, называемый Цинъ-вэньдянь-яо

Рис. 1. Владельческая запись П. Каменского на ксилографе «Важное слово о похвале добру, изданное по повелению императора» (С 21 xyl). ИВР РАН в Лю- Ли-чане за <…> да переплет <…> книги стоит обертка, стоит сей лексикон 1 250 б.<ольших> ч.<охов>».

Первые две книги были приобретены о. Петром (Каменским) во время его первого пребывания в Пекине учеником 8-й миссии, третья — в начале его второго периода. Именно этот словарь был активно использован о. Петром при составлении пятиязычного маньчжурско- монгольско-китайско- русско-латинского словаря. Об этом свидетельствуют его владельческие записи на полях тетрадей, указывающие на время его работы со словарем, например, на л. 80, тетр. 2 — «30 апреля 1831 г. кончено в Куй-туне»; на л. 1, тетр. 3 — «31 апреля начато на р. Или»; на л. 86, тетр. 3 — «Переведена в Кяхте 1831 года»; на л. 45, тетр. 4 — «На зыбях бурного Байкала»; на л. 62, тетр. 4 — «26 ноя.<бря> в день Св. <ятого> Иннокентия»; л. 65, тетр. 4 — «28 ноября, Иркутск»; на л. 70, тетр 4 — «30 ноября 1831. Иркутск»; на полях л. 79, 80, 81, тетр. 4 — перевод текста словаря на русский язык; на л. 88, тетр. 4 — «Перевод кончен в Иркутске 3 декабря 1831 года. Архим. <андрит> Петр. Отборные выражения, фразеология».

В коллекции о. Петра есть маньчжурско- монгольско-китайский словарь: Han-i araha manju monggo nikan hergen ilan hacin-i mudan acaha buleku bithe 御制满洲蒙 古漢子三合切音清文鑑 ( С 89 xyl)⁵. На обложке каждой тетради имеется содержание на русском языке. Весь словарь переведен на русский и латинский языки. На обложке 1-й тетради есть владельческая надпись: «Четыре- язычный на китайском, маньчжурском, мунгальском и российском языках лексикон переводчика П. Каменского, выпечатанный в Пекине 1780-го года в царствование императора Кянълуна,

Рис. 2. Владельческая запись П. Каменского на маньчжурской рукописи (С 2 mss). ИВР РАН

Рис. 3. Владельческая запись П. Каменского в конце маньчжурского перевода Библии (С 32 mss). ИВР РАН

а на российский язык переведен 1813-го года». Указание на 1813 г. говорит нам о том, что словарь переводился о. Петром уже в С.-Петербурге во время его работы переводчиком в Коллегии иностранных дел.

Владельческие надписи на маньчжурских рукописях из коллекции о. Петра косвенным образом рассказывают о том, чем занимались ученики Миссии. Они переписывали различные деловые бумаги, которые о. Петр позднее, после своей второй миссии привез в С.- Петербург. Например, «Азиатское посольство на маньчжурском языке» (С 2 mss)6 — сведения о посольствах, которые снаряжались по указу Канси в пограничные районы. На л. 1 имеется пояснение на русском языке: «От пекинского двора разные посольства и по оным трактаты переведены на российский язык для поднесения посланнику графу Головину». Рукопись в европейском переплете, на полях л. 1: «В государственную Коллегию иностранных дел. Для употребления и особенно для справок по Азиатскому Департаменту случающихся с переводом на русский язык всеусерднейше посвящаю, коллежский ассесор Павел Каменский, 1816 год, декабрь».

Во время своей второй миссии о. Петр делал копии маньчжурских документов, относящихся к различным российским посольствам в Китай. Так, на рукописи без заглавия (А 130 mss)7 есть запись карандашом на титульном листе: «Бумага, относящаяся до посольства из России 1805 года (до посольства гр.<афа> Головнина), списанные о. Петром с бумаг, хранящихся в Русско-маньчжурском училище.

Рис. 4. Владельческая запись П. Каменского на маньчжурском ксилографе А 7 xyl. ИВР РАН

N. B. Подлинный список о. Петра оставил при Миссии, а этот копия оного. Пекин. 11 мая 1841 г.». Из этой записи следует, что данная рукопись является копией, сделанной кем-то из членов следующей 11-й миссии с текста о. Петра, оставленного в библиотеке Миссии.

В фонде есть четыре тетради с различными записями на маньчжурском языке, принадлежащие начальнику 10-й миссии о. Петру (Каменскому) (А 78 mss)8:

• 1    тетрадь (122 л.) — копии переписки между Сенатом и Лифаньюань о пограничных делах 1733–1760 гг. (л. 1–46); сообщение о необходимости перевода на маньчжурский язык русских учебников и деловых бумаг (л. 47–48).

• 2    тетрадь (64 л.) — копии переписки Сената и Палаты внешних сношений о пограничных делах в 1750–1779 гг. (л. 1–47); записка о приобретении земли для русского подворья в Пекине (л. 48).

• 3    тетрадь (68 л.) — сообщение о Шестом торговом караване с директором Алексеем Владыкиным в 1754 г. (л. 1–23); письмо директора Пятого торгового каравана Герасима Лебратовского об учениках 4-й миссии в Пекине (1741–1763 гг.) Иване Быкове и Ефиме Сахановском (л. 24б).

Дата — 1744 г. — на обложке тетради: «Из книг Павла Ивановича господина Каменского 1813 г. 25 февраля» и заметка о расстояниях от Пекина до города Синьцзина.

• 4    тетрадь (66 л.) — копии переписки между Сенатом и Палатой внешних сношений о пограничных делах в 1728–1782 гг. На обложке тетради: «Сия книга, подаренная господином Алексеем Николаевичем переводчиком Парышевым в Иркутске».

Будучи начальником 10-й миссии, о. Петр (Каменский) поручал студентам Миссии копировать различные тексты для миссионерской библиотеки. К ним относится

Рис. 5. Владельческая запись П. Каменского на маньчжурском ксилографе А 7 xyl. ИВР РАН редчайший экземпляр рукописной копии Библии на маньчжурском языке в переводе Луи Пуаро (1735–1814) (С 32 mss), 3 тао, 21 тетрадь9.

В конце каждой тетради имеется рукописная запись о. Петра, например, тао 1, тетр. 1, л. 175а: «Книгу бытия на маньчжурском языке 1829 года сверял Архимандрит Петр. 1825-го года». На последней странице последней тетради: «Деяния святых Апостолов на маньчжурском языке, перевода Римского веропроповедника Почтеннешего отца Пуерота 1825 года списанные. Сверял пекинского Сретенского монастыря Архимандрит Петр. Сентября 8 дня».

В библиотеке Миссии хранились и тетради с переводами учеников предыдущих миссий. В настоящее время две тетради в переплете с «Работами студентов- учеников за 1784–1817 гг.» хранятся в Архиве востоковедов ИВР РАН (Ф. 42. Оп. 1. Ед. хр. 1–2). Они, видимо, были привезены о. Петром в С.- Петербург после его первого пребывания в Пекине. На первом титульном листе первой тетради имеется надпись рукой о. Петра: «Государственной коллегии Иностранных дел для Азиатской библиотеки при Азиатском департаменте хранящейся, 1817, июня 1-го». Сброшюрованная тетрадь в 286 л. (16 х 28 см) содержит переводы на русский язык китайских классиков с китайского и маньчжурского языков, выполненные о. Петром в 1806–1809 гг., а также переводы А. Владыкина и В. Солертовского 1784–1794 гг. Именно в этой тетради на последнем листе рукой о. Петра написано его заключение, которое уже всем известно и часто цитируется в исторических работах: «Пекин для умных миссионеров есть прекрасная школа, рай; а для невежд мучительнейшая неволя — ад»10.

Во второй тетради «работ студентов- учеников за 1784–1817 гг.» (305 л., 15 х 27 см) есть переводы о. Петра, выполнен ные в 1817 г., Ивана Филонова — в 1784–1790 гг.,

Егора Солертовского — в 1794 г., Алексея Попова — в 1784–1794 гг. Как и в предыдущей тетради, переводы о. Петра записаны на пустых страницах между переводами учеников предыдущей 7-й миссии. На последней странице, видимо, уже в С.- Петербурге о. Петр описал судьбу студентов, перу которых принадлежат эти переводы:

«Студенты сии были из окончивших учение в Троице- Сергиевой лавре и АК ученики Дамаскина и Апполиса.

Иван Филонов и Егор Солертовский действительно были люди образованные, но кроме других причин, как мне кажется, от худости начальника впали в слабость и там умерли в Пекине.

Алексей Попов ученик Риторики также впал в слабость и умер.

Филонов11 помер в 1790 г.

Солертовский в ночь выезда своего в отечество12, а Попов через два дня на 2-й станции от Пекина13.

Иеродиакон Израиль за несколько дней до отправки из Пекина помер14, а сам начальник на 3-ей станции от Пекина, также возвратного пути, помер.

Архим<андрит> Иоаким15 из польских выходцев.

Возвратились только 3 человека: Иеромонах Алексей16, кой был Архимандритом в Новгороде, Причетчик Семён Соколовский, кой был худым попом, из студентов Антон Владыкин17 выехал в Россию, был Надворн<ым> Сов<етником> и орд<еном> Вл<адимира> 4-й степени кавалер»18.

Любопытную владельческую запись мы находим на китайско- маньчжурском ксилографе А 7 xyl¹⁹ «Слова императора, обращенные к сердцам сановников» Han-i araha mujilen be targabure gisun 御制人臣儆心录 , т. е. наставления императора Шуньчжи, обращенные к министрам (1655 г.). Это — тао 1, тетр. 2 в желтом переплете. Видимо, о. Петр предполагал послать эту книгу в Балахнинский уезд Нижегородской губернии, где он провел детство. На л. 1 тетр. 1 есть две владельческие записи пером:

«Из числа книг Павла Каменского прежде сему месту весьма принадлежащего по Балакнинскому училищу».

«В Главное Нижегородское народное училище для фигуры посвящаются сии две книжки: 1-я на китайском, а 2-я на маньчжурском языках, одного содержания, сочинения Китайского императора Шуньджия, первой из маньчжурской фамилии. Желтая оболочка означает, что сии книжки принадлежат к Императорской библиотеке, или кому по высоч<айшей> милости жалуется, — ибо сей цели партикулярно не употребляется. Книжка сия содержит императорские наставления к министрам. Я, зная неусыпное попечение его высокородия Павла Ивановича Воронцова, директора сего училища, о умножении училищных редкостей, и не имея более сил, осмелился дерзновенно поднести сии ничтожные, так сказать, вещи: 1. Китайская всеобщая книга; 2. Несколько китайских монет; 3. План театра, открытого на случай аньнаньско-го посланника; 4. План Пекина».

Увлечение о. Петра (Каменского) маньчжурским языком значительным образом повлияло на студентов Миссии, которым архимандрит ввел в повинность заниматься китайским и маньчжурским языками. Именно 10-я миссия впоследствии дала первых преподавателей маньчжурского в Казанской семинарии — Алексея Сосницкого (ум. в 1843 г.) и Осипа Вой цеховского (1793–1850), а также одного из ярчайших переводчиков при Азиатском департаменте — Захара Леонтьевского (1799–1874). Коллекция Леонтьевского в составе 25 книг также попала в Азиатский музей. Поражает разнообразие интересов этого талантливого маньчжуроведа: среди его книг и рукописей есть китайско- маньчжурские словари, историко- географические описания Восточного Туркестана, «Книга для обязательного прочтения при начальном обучении», рассказы, составленные в виде вопросов и ответов, о происхождении маньчжурского государства, сыновней почтительности, военном искусстве и т. п., конфуцианские дидактические сочинения, подборка маньчжурских переводов христианской литературы, выполненных иезуитами, проживавшими в Пекине. В рукописном фонде ИВР РАН есть экземпляр перевода на маньчжурский язык «Истории государства Российского» Карамзина с дарственной подписью переводчика. Списки этого перевода хранятся и в Российской национальной библиотеке, и в библиотеке восточного факультета С.- Петербургского государственного университета20.

Эти две коллекции о. Петра (Каменского) и З. Леонтьевского отражают основное содержание маньчжурских материалов, когда-то принадлежавших членам Пекинской духовной миссии, а сейчас хранящихся в фондах ИВР РАН. Особый интерес привлекают подборки документов Миссии на маньчжурском и китайском языках. Под шифром С 17 mss21 из коллекции З. Леонтьевского хранятся 11 тетрадей, в которых имеются копии различных документов, касающихся жизни 10-й миссии:

Уведомление на маньчжурском языке из Палаты внешних сношений в Сенат о награждении иеромонаха Вениамина Морачевича за усердное обучение русскому языку учеников Российского училища в Пекине (л. 1).

Извещение архимандрита Петра Каменского в Лифаньюань на маньчжурском и китайском языках о получение платы за пользование пашней, принадлежащей Миссии. Дата — 1832 г. восьмой месяц (л. 2–4).

Сообщение на китайском языке пристава Российского подворья Вэнь-хана начальнику Миссии о назначении нового учителя для русских миссионеров (л. 4). Без даты.

Отношение на маньчжурском и китайском языках Палаты внешних сношений, направленное в Пекинской губернское управление, об уплате Миссией недоимок за пользование пашней (л. 5–14). Дата — 1832 г., пятый месяц.

Доклад губернатора провинции Чжили о землетрясении, направленный императору на китайском языке. Без даты (л. 15–20).

Доклад на маньчжурском и китайском языках председателя тайного совета Цао Чжэнь-юня императору о порядке отсылки официальных бумаг в Россию. Дата — 1832 г., восьмой месяц.

Доклад на маньчжурском и китайском языках приставов Лунбудорджия и Лэшаня императору о сопровождении Миссии из Кяхты до Пекина.

Прошение на маньчжурском и китайском языках архимандрита Петра (Каменского) в Палату внешних сношений о перестройке ворот в посольском доме (л. 29–30). Дата — 1832 г., четвертый месяц.

Краткое описание Российского государства на китайском языке, сочиненное З. Леонтьевским по случаю вопросов, предлагаемых корейцами о России (л. 32–42).

Доклад императору на маньчжурском языке председателя Государственного совета, директора Российского училища в Пекине То Цзина об экзаменах по русскому языку, сданных учениками училища (л. 43–46).

Прошение начальника Миссии архимандрита Петра (Каменского) в Палату внешних сношений о покупке имения, ранее принадлежащего папским веропроповедни-кам (л. 54).

Грамота на китайском языке цинского императора папским веропроповедникам (л. 53-54). Дата — 1828 г., десятый месяц.

Среди этих документов любопытными являются маньчжурские письма начальника Миссии в Палату внешних сношений о хозяйственной деятельности, о которой Миссия должна была докладывать курирующей ее Палате внешних сношений. Всякие изменения на территории подворья должны были быть согласованы. Например, под №8 — записка о. Петра о планируемых строительных работах:

«Почтительно поданное прошение в Палату внешних сношений от русского главного ламы Петра относительно перестройки южных ворот напротив канцелярии и постройки въездных ворот в переднем дворе нашего подворья у западных служебных помещений.

Поскольку мы хотим построить конюшни позади западных служебных помещений переднего двора нашего подворья, то необходимо сделать проезд у первого помещения западных служебных построек, начиная от южной стены переднего двора. Изменяя проем у ворот, находящихся напротив канцелярии, мы расширим разваливающиеся ворота. Кроме того, что это будет удобно для наших людей, вся дорога в подворье будет обновлена и починена.

Прошу разрешения у Высшей палаты на постройку этих двух ворот. Ради этого почтительно представлено в 4-й дополнительный месяц правления Доро элдэгэ (22 мая — 19 июня 1830 г. — Т. П. )».

Другое письмо начальника миссии (под № 2) касается получения арендной платы за монастырские земли: «В этом году 12-го числа 8-й луны на наше подворье пришел распахивающий наши земли Ляо Юншу. Он передал нам по счету всю арендную плату за 9-й год правления Доро элдэнгэ (февраль 1828 г. — январь 1829 г. — Т. П. ) столичными деньгами за арендную плату 53 тысячи 486 монет. Мы эти деньги приняли. Приняв все эти недостающие деньги от вышеупомянутого человека по имени Ляо Юншу из уезда Дун-ань-сянь, лама Вэй (Вениамин Морачевич. — Т. П. ) написал расписку на нашем языке, подписал ее и, поставив печать вручил ему. Почтительно склонив голову, думаем, что Верховная палата, производя надзор за этим делом, управляет беспристрастно. Мы очень благодарны за сердечную заботу, оказанное благодеяние людям издалека. Поскольку получена арендная плата, принесенная в соответствии со счетом, то об этом почтительно уведомляем Верховную палату. Ради этого почтительно подано».

Эти процитированные документы на маньчжурском языке характеризуют хозяйственную сторону жизни Миссии и отношения с китайской администрацией. Их не очень много, однако, в исторической литературе эти тексты не упоминаются и могут быть интересны для изучения внутренней повседневной жизни Пекинской миссии.

Владельческие записи архимандрита Петра (Каменского), оставленные им на полях маньчжурских рукописей и ксилографов, дают важную информацию о местах покупок и стоимости книг, их бытовании и использовании владельцем, путях их появления в фонде ИВР РАН.