Влияние гетероагрессивности больных алкогольной зависимостью на их суицидологический спектр

В нашей стране вопрос алкоголизации населения, и связанных с этим негативных социальных феноменов, стоит достаточно остро на протяжении многих лет. Это касается агрессивных действий больных, которые, по мнению многих авторов, является неотъемлемой частью «образа» страдающего алкоголизмом. Действительно, в обыденной жизни можно часто наблюдать как тихие, приветливые, законопослушные люди после приема алкоголя трансформируются в агрессивных и склонных к насилию субъектов.

Существуют различные теории, объясняющие взаимосвязь между алкоголем и агрессией. Согласно селективной дисингибиторной теории [1], индивидуум воздерживается от агрессивного поведения благодаря нормам межличностного поведения, которые он интер-нализовал. В ситуации межличностного конфликта при слабой социальной поддержке норм, запрещающих насилие, алкоголь может ослабить механизмы торможения агрессивных импульсов. Кроме того, алкоголь нарушает логическое мышление и затрудняет использование когнитивных механизмов, направленных на торможение агрессивного ответа и замещение его социально приемлемым поведением.

Как известно, имеющаяся у человека агрессия способна найти выход весьма раз- личными способами [2]. Пациент может направить весь поток «этиловой агрессивности» исключительно на других лиц. В данном случае речь идёт о классической алкогольной гетероагрессивности. Но порой он решает «наказывать» исключительно себя. Здесь мы уже говорим о непосредственном проявлении такого феномена, как аутоагрессия. Разумеется, у исследователей, занимающихся проблемами гетеро- и аутоагрессии всегда возникал вопрос о соотношении и взаимопереходах рассматриваемых состояний [3]. Действительно ли в основе каждого из них лежат одни и те же причины и механизмы? Либо внешнеориентированное поведение алкогольных ге-тероагрессантов защищает их от покушений на собственную жизнь? Нам в своей практической работе неоднократно приходилось сталкиваться с такими «житейскими» характеристиками пьющих мужчин-суицидентов: «был тихим, депрессивным алкоголиком и, в итоге, повесился», «бьёт домашних смертным боем, с чего ему что-то с собой делать?» [4]. То есть, в алкогольном окружении часто существует более или менее чёткое, интуитивное разделение пьющих на более склонных к гетеро- и аутоагрессии.

Таким образом, целью данного исследования являлось выяснение отношения алкогольной ауто- и гетероагрессии [5].

Исходя из поставленной цели, задачей исследования был поиск значимых отличий в суицидологическом профиле между группами мужчин, больных алкогольной зависимостью, имеющих и не имеющих гетероагрессивные паттерны в анамнезе.

Материалы и методы исследования.

Для решения поставленных задач были обследованы мужчины, больные алкогольной зависимостью (n=51), у которых были выявлены выраженные проявления гетероагрессии. Отнесение к данной группе происходило в случае сочетания субъективной оценки собственной персоны как излишне агрессивной в состоянии алкогольного опьянения с наличием в анамнезе «подтверждающих фактов» (участия в драках – их провокация и индукция, конфликты с представителями правоохранительных органов и т.п.), а также в случае указаний ближайших родственников на неоднократные случаи семейного насилия. Средний возраст больных алкогольной зависимостью составил 41,8±4,3 года.

В качестве контрольной группы использованы мужчины, больные алкогольной зависимостью, у которых данных проявлений не было выявлено (n=51). Средний возраст респондентов составил – 41,9±4,9 года.

Таблица 1

Сравнение представленности аутоагрессивных паттернов и их предикторов в изучаемых группах

Признак	Гетероагрессивные МСАЗ		Не гетероагрес-сивные МСАЗ		Значение критерия χ2	P<
	n	%	n	%
Суицидальные мысли	23	45,09	8	15,69	10,427	0,0023
Суицидальная попытка	23	45,09	6	11,76	13,924	0,0003
Опасные для жизни хобби	24	47,05	9	17,64	10,079	0,002
Серьёзные ЧМТ	17	33,33	8	15,68	4,292	0,042
Акцепция насилия	20	39,21	8	15,68	7,089	0,009
Жертва воровства	19	37,25	9	17,64	4,672	0,045
Периоды безысходности	28	54,90	15	29,41	6,795	0,016
Обращение к психиатру / наркологу / психологу	13	25,49	3	5,88	7,413	0,007
Способность нарушить нормы нравственности и морали	38	74,50	16	31,37	19,046	0,002
Потеря работы в последние пять лет	19	37,25	9	17,64	4,672	0,045

Все обследованные мужчины, страдающие алкогольной зависимостью (МСАЗ), клинически находились во II стадии заболевания, с псевдозапойной формой злоупотребления алкоголем. Значимые клинико-терапевтические отличия между группами пациентов отсутствовали.

В качестве диагностического инструмента использовался опросник для выявления аутоагрессивных паттернов и их предикторов в прошлом и настоящем [6]. Также использовалась «Шкала родительских предписаний» [7], широко используемая в рамках трансакционного анализа.

Для решения поставленной задачи было произведено «фронтальное» сравнение всех изучаемых признаков в подгруппах (суицидологических, личностно-психологических).

Статистический анализ и обработку данных проводили посредством параметрических и непараметрических методов математической статистики с использованием критериев Стьюдента, χ2, а также χ2 с поправкой Йетса. Выборочные дескриптивные статистики в работе представлены в виде М ± m (средней ± стандартное квадратичное отклонение).

Результаты исследования и их обсуждение.

Рассмотрим представленность и «троп-ность» аутоагрессивных паттернов, их предикторов в изучаемых группах. Достоверно значимые отличия отражены в таблице 1.

Из данных, представленных в таблице, следует, что между изученными группами имеются существенные отличия. Прежде всего, обращает на себя внимание преобладание классических суицидальных паттернов у гете-роагрессивных МСАЗ. Это выражается в значительном преобладании суицидальных мыслей и попыток в анамнезе. То есть, наличие выраженной гетероагрессии не уменьшает, а, скорее, повышает риск и частоту аутоагрессивных действий у МСАЗ. Более того, данный факт особенно настораживает в свете того, что сам по себе алкоголизм это заболевание с «зашкаливающими» показателями классической суицидальной аутоагрессии [8, 9], а полученные данные говорят в пользу суицидологической неоднородности общей группы МСАЗ.

Аналогичная ситуация складывается и в отношении ряда несуицидальных аутоагрессивных феноменов – наличия потенциально опасных для жизни хобби, акцепции серьезного физического насилия (безусловно, прямо связанного с повышенной собственной агрессией), получение серьёзных травм и пр. Кстати, респонденты первой группы наиболее часто становились жертвами обворовывания после применения против них ответной физической силы, и не были связаны с особенностями опьянения. Респонденты этой группы ожидаемо чаще лишались работы (что в подавляющем большинстве случаев было связано с их физической и вербальной агрессией). Обращение к специалистам в области психического здоровья также перекликалось с особенностями их «пьяного» поведения и инициировалось наиболее часто их созависимыми родственниками (неспособными больше терпеть их «выходки»), а также под влиянием иных значимых других лиц. Отметим и частоту «знакомства» с чувством безысходности в группе, что лишний раз говорит в пользу их высокого аутоагрессивного потенциала.

Все вышеперечисленное указывает, что ге-тероагрессивная группа МСАЗ является в контексте суицидологии прогностически более неблагоприятной.

Данные, касающиеся спектра сценарных посланий [7, 10, 11], приведены в таблице 2.

Профили родительских посланий у МСАЗ из исследуемых групп

Таблица 2

Специфика родительских посланий	Гетероагрессивные МСАЗ	Не гетероагрессивные МСАЗ	P<
«Не существуй»	25,12 ± 8,78	19,98 ± 7,91	0,027
«Не думай»	21,12 ± 8,63	15,46 ± 8,95	0,0006
«Не будь нормальным»	19,46 ± 7,37	16,42 ± 9,04	0,047

При оценке обследуемых по шкале предписаний, мы обнаружили весьма специфический профиль родительских посланий. Группы гетероагрессивных МСАЗ достоверно отличались в отношении целого ряда сценарных «проклятий». Первое послание «Не существуй» наиболее токсично в суицидологическом плане. Именно оно выявляется у подавляющего количества лиц, имеющих суицидальную активность в мыслях и поведении [8, 9]. Эта же сценарная конструкция лежит в основе тяги к экстремальным видам спорта, неоправданному риску, влечению к алкоголю и наркотикам, где суть явлений находится в плоскости саморазрушения [10, 11].

Также обращает на себя внимание послание «Не думай». Привыкая жить по принципу «много думать вредно», люди часто совершают необдуманные поступки опасного для себя или окружающих характера. Респонденты первой группы легко вступали в конфликтные отношения, завершающиеся драками с малознакомыми людьми на улице, наносили физические увечья близким людям «по малейшему поводу». В обоих случаях, спустя какое-то время нередко приходило понимание ненужности актов насилия и возможности его избежать, что сопровождалось угрызениями совести, стыдом и вспышками безнадежности. Кстати, более половины респондентов «обострение» суицидальных идеаций чётко по времени соотносило с данными периодами.

Последнее преобладающее родительское предписание – «Не будь нормальным». Оно может иметь высокую активность, если родителями поощряется неадекватное, ненормальное поведение ребенка, в том числе и его, еще детскую, гетероагрессию (впрочем, как и про