Влияние санкций на стратегии устойчивого развития нефтегазовых компаний: сравнительный анализ российского и зарубежного опыта

EDN:                             ISSN 2413-1407 (Print)

С принятием в 2015 году странами - членами ООН 17 целей устойчивого развития (ЦУР), развитием концепции энергоперехода, активизацией климатической повестки и продвижением экономики замкнутого цикла крупнейшие нефтегазовые компании в своих стратегиях в качестве приоритетных начали ставить вопросы снижения выбросов в окружающую среду, прежде всего СО 2 , реализации проектов в сфере возобновляемых источников энергии (ВИЭ), ресурсосбережения, энергоэффективности, переработки отходов.

Являясь лидерами в отрасли по выручке, ведущие российские и зарубежные нефтегазовые компании должны быть на первых позициях и по другим показателям деятельности, в частности по уровню достижения ЦУР. Благодаря масштабу, имея большой штат сотрудников, реализуя проекты на территориях разных стран, данные компании располагают достаточными возможностями для достижения намеченных показателей в рамках устойчивого развития и, несмотря на различные обстоятельства, следования приоритетам, обозначенным в их стратегиях.

В трудах по ЦУР и их реализации нефтегазовыми предприятиями все чаще появляются тезисы о том, что под влиянием геополитических и экономических условий происходит пересмотр стратегических планов по переходу к низкоугле-родному развитию. Американские и европейские компании, добившись существенного снижения воздействия на окружающую среду, начинают отказываться от изначальных целей в области зеленой повестки, в то время как в России, Китае и Саудовской Аравии, где только активизируются климатические инициативы, наоборот, данному вопросу уделяется все больше внимания.

Однако исследователи не рассматривают отдельно влияние санкций на стратегии устойчивого развития ведущих зарубежных и российских нефтегазовых компаний, динамику показателей выбросов парниковых газов, объемов добычи углеводородов, затрат на реализацию ЦУР в до- и постсанкционный периоды. В настоящей работе проводится анализ и оценка стратегий устойчивого развития ведущих зарубежных и российских нефтегазовых предприятий в 2019–2023 гг. на предмет соответствия заявленных ими показателей и достигнутых результатов.

Цель статьи – по итогам анализа влияния санкций на стратегии устойчивого развития ведущих зарубежных и российских нефтегазовых компаний в современных геополитических и экономических условиях предложить рекомендации по усовершенствованию данных стратегий.

Для достижения поставленной цели были решены следующие задачи: исследованы приоритеты в стратегиях устойчивого развития крупнейших зарубежных и российских нефтегазовых компаний в разрезе достижения намеченных показателей, проведен сравнительный анализ данных стратегий, разработаны рекомендации по их оптимизации, позволяющие соблюсти баланс интересов всех участников: акционеров, руководства компаний, государства и общества.

ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ

Отдельным аспектам разработки и реализации стратегии устойчивого развития компаний посвящено достаточно большое количество трудов. В основном рассматриваются вопросы имплементации целей устойчивого развития в стратегии компаний в XXI в. [1; 2]. Например, М. К. Измайлов [3] подчеркивает роль включения ЦУР в стратегии управления предприятиями, что обеспечивает создание ценности для акционеров, способствует повышению лояльности партнеров и привлекательности для инвесторов, укреплению доверительных отношений с клиентами, улучшению финансового состояния. М. В. Утевская, А. А. Шиян [4] заявляют о том, что компании, не интегрировавшие ЦУР в свои стратегии, лишаются возможности получить доступ к рынку капитала, вызывают недоверие инвесторов, несут имиджевые потери. В статье А. А. Бжассо [5] обосновывается необходимость разработки стратегии устойчивого развития для компаний в современных условиях как фактора, определяющего эффективность управления и снижение потенциальных рисков.

Ряд авторов изучают особенности внедрения принципов устойчивого развития в стратегии нефтегазовых компаний [6–11]. Так, Н. Н. Шилова, Е. П. Киселица, О. В. Ленкова [12] предлагают методический подход, позволяющий оценить соответствие стратегии предприятия принципам устойчивого развития, а также рекомендации по ее корректировке в случае рассогласования. А. В. Шевелева, М. В. Черевик [13; 14] анализируют стратегии и достигнутые результаты в области устойчивого развития ведущих нефтегазовых компаний развитых и развивающихся стран. В. И. Киселев [15] проверяет сообразность стратегий устойчивого развития российских и западных нефтегазовых компаний мировой рыночной конъюнктуре, сопоставляя их приоритетные направления и текущие показатели деятельности. А. Н. Шарафутдинов1 определяет первоочередные направления стратегий устойчивого развития крупнейших мировых, а М. К. Измайлов [16] - российских нефтегазовых компаний. А. В. Ещенко, Д. А. Косякова [17], Н. Титова [18] дают сравнение данных стратегий. М. И. Рябова [19] соотносит их в плане темпов энергоперехода и значимости климатической повестки.

На современном этапе на первый план выходят вопросы влияния геополитической и экономической ситуации на реализацию стратегии устойчивого развития компаний в целом и в частности нефтегазового сектора [20]. В работах В. В. Авиловой [21] и М. А. Измайловой [22] подчеркивается, что, несмотря на санкции, российские компании не отказываются реализовывать подобную стратегию, поскольку партнеры, кредиторы и инвесторы из дружественных стран в своей деятельности также ориентируются на данный тренд. С. А. Шубин и Е. М. Киселева [23] отмечают, что у отечественных предприятий появилась необходимость корректировки стратегий: соблюдение принципов устойчивого развития должно не только удовлетворять интересам всех сторон - акционеров, инвесторов и кредиторов, но и способствовать экономическому развитию компании, благополучию ее сотрудников. Сравнительный анализ приоритетов ведущих российских, американских и британских нефтегазовых компаний в области устойчивого развития выявил, что зарубежные предприятия в текущих условиях пересматривают стратегические планы по переходу к низкоуглеродному развитию и снижают зеленые инвестиции [24; 25], в то время как российские, наоборот, наращивают их объемы.

Однако указанные труды затрагивают лишь определенные элементы исследуемой темы, практически не уделяя внимания анализу динамики и взаимосвязи выбросов парниковых газов, объемов добычи углеводородов, затрат на реализацию ЦУР; не проводится оценка ожиданий и результатов реализации стратегий до и после санкций. В данном исследовании применен интегративный подход для анализа стратегий устойчивого развития российских и зарубежных нефтегазовых компаний на предмет изменения приоритетов, а также сравнения последствий влияния санкций на эти стратегии.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Объект исследования. В качестве объекта исследования выбраны ведущие нефтегазовые компании. Согласно рейтингу 2024 года Fortune Global 500, пятерку крупнейших зарубежных компаний по выручке за 2023 г. составили Saudi Aramco, Sinopec Group, China National Petroleum (CNPC), ExxonMobil и Shell². В данный перечень также входят российские компании ПАО «НК «Роснефть», ПАО «Газпром» и ПАО «ЛУКОЙЛ». Они же занимают первые места в рейтинге компаний России 2024 г. ведущей отечественной системы проверки контрагентов СПАРК-Интерфакс³.

Источники и хронологические рамки исследования. Исходной информацией для исследования явились данные официальных сайтов восьми указанных нефтегазовых компаний, в частности их годовых отчетов и отчетов об устойчивом развитии за 2019–2023 гг., а также презентаций и видеоматериалов.

Для анализа были выбраны показатели выбросов парниковых газов, объемы добычи углеводородов, затраты на реализацию целей устойчивого развития, поскольку именно их взаимосвязь позволяет наглядно показать реальный вклад компаний в исполнение ЦУР. Например, рост выбросов при снижении объемов добычи и увеличении зеленых инвестиций говорит о неэффективности стратегии устойчивого развития; а при повышении объемов добычи и уменьшении зеленых инвестиций – об изменении приоритетов в стратегии, отказе от изначальных ЦУР. Сокращение же выбросов на фоне спада объемов добычи и возрастания зеленых инвестиций свидетельствует о том, что, несмотря на санкции, предприятие следует стратегии устойчивого развития и эффективно ее осуществляет.

Для сопоставления стратегий устойчивого развития использовались Рейтинг стран мира по достижению целей устойчивого развития и Индекс уровня загрязнений по странам мира4.

Хронологические рамки исследования не случайны. В 2018 году странами – членами ООН были приняты правила реализации Парижского климатического соглашения5, а Всемирный банк выделил на это 200 млрд долл. до 2023 г., что актуализировало оценку уровня достижения поставленных целей в области устойчивого развития для ведущих нефтегазовых компаний в 2019–2023 гг.

Методы исследования. Метод сбора исходных данных позволил провести систематический обзор научных статей по теме исследования, определить изученные области и выявить пробелы.

С помощью метода абстрагирования выделялись ключевые характеристики стратегий устойчивого развития: минимизация воздействия на окружающую среду, повышение энергоэффективности, достижение углеродной нейтральности.

Таким методом количественного исследования, как анализ статистических данных собирались числовые данные, устанавливались связи между выбранными показателями.

Качественным методом, в частности посредством анализа текстов отчетов, официальных документов, видеопрезентаций, выяснялись мотивы руководства анализируемых предприятий в процессе разработки стратегий устойчивого развития.

Обобщение полученных в ходе сравнительного анализа результатов дало возможность сформулировать основные выводы настоящей работы.

Этапы исследования. На первом анализировались основные результаты реализации стратегий устойчивого развития ведущими зарубежными нефтегазовыми компаниями Saudi Aramco, Sinopec Group, CNPC, ExxonMobil и Shell. Для этого показатели выбросов парниковых газов, объемы добычи углеводородов, затраты на исполнение ЦУР данных компаний в 2019–2023 гг. были представлены в динамике и сопоставлены с целевыми параметрами.

На втором этапе осуществлялась оценка уровня достижения поставленных целей в области устойчивого развития ведущими российскими нефтегазовыми компаниями ПАО «НК «Роснефть», ПАО «Газпром» и ПАО «ЛУКОЙЛ». Рассматривалась динамика показателей выбросов парниковых газов, объемов добычи углеводородов, затрат на реализацию ЦУР предприятий в 2019–2023 гг.

На третьем этапе проводился сравнительный анализ основных аспектов реализации стратегий устойчивого развития выбранными компаниями по следующим критериям: ключевая цель стратегии; динамика снижения выбросов; динамика объемов добычи углеводородов; расходы на реализацию стратегических целей в заданной области; приоритеты стратегии.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Оценка реализации стратегий устойчивого развития зарубежными нефтегазовыми компаниями. В стратегии развития национальной нефтяной компании Саудовской Аравии Saudi Aramco отражены задачи: изменение климата и энергопереход; безопасная работа и развитие персонала; минимизация воздействия на окружающую среду – применение принципов экономики замкнутого цикла, восстановление экосистем и увеличение биоразнообразия.

Компания стремится к 2050 году достичь нулевых выбросов парниковых газов Scope 1 и Scope 26; к 2035 – улавливать и хранить до 11 млн т CO2 в год, а также сократить углеродоемкость на 15 % по сравнению с базовым показателем 2018 г. в 9,1 кг CO2 e/бнэ; к 2030 г. – инвестировать в проекты по солнечной фотоэлектрической и ветровой энергии общей мощностью до 12 ГВт.

В 2019–2021 годах объемы выбросов парниковых газов Scope 1 и Scope 2 предприятием сократились на 4,5 %, хотя и добыча углеводородов снизилась на 6,8 %. Однако в 2022 году, несмотря на увеличение добычи углеводородов на 10,5 %, выбросы парниковых газов выросли всего на 5,9 %, что стало возможным благодаря уменьшению интенсивности сжигания газа на 16,5 % за счет улучшения внутренних систем утилизации. В 2023 году на фоне понижения добычи углеводородов на 6,6 % произошел рост выбросов парниковых газов на 1,1 % (рис. 1), что обусловлено включением в одноименный кадастр нефтеперерабатывающего завода Jazan производительностью 400 тыс. барр./сут.

^^м Выбросы парниковых газов (Scope 1 и Scope 2) / Greenhouse gas emissions (Scope 1 and Scope 2) ^^ Объем добычи углеводородов / Volume of hydrocarbon production

Р и с. 1. Динамика объемов выбросов парниковых газов Scope 1 и Scope 2

и добычи углеводородов компанией Saudi Aramco в 2019–2023 гг., %7

F i g. 1. Dynamics of Scope 1 and Scope 2 greenhouse gas emissions and hydrocarbon production of Saudi Aramco in 2019–2023, %

В целях снижения выбросов СО2 Saudi Aramco к 2023 г. посадила больше 30 млн мангровых деревьев, способных поглотить 445 тыс. т СО2-эквивалента.

Компания инвестирует в проекты солнечной и ветровой энергии, изучает возможности получения геотермальной энергии. Общий объем затрат на научноисследовательские и опытно-конструкторские работы в области технологий устойчивого развития в период с 20218 по 2023 г. вырос больше, чем в 1,7 раза (с 315,1 до 540 млн долл.9).

В 2023 году компания провела более 9 млн ч обучения сотрудников, добившись снижения общего числа регистрируемых несчастных случаев на 16,0 %; чистое положительное воздействие на биоразнообразие выросло на 30 % по сравнению с базовым 2022 г. за счет включения дополнительных зон защиты в Саудовской Аравии. Итоги деятельности Saudi Aramco в рассматриваемый период отражены в табл. 1.

Т а б л и ц а 1. Итоги реализации стратегий устойчивого развития ведущими нефтегазовыми компаниями в 2019 – 2023 гг. ¹⁰

T a b l e 1. Results of the implementation of the sustainable development strategies by leading oil and gas companies in 2019–2023

Показатель / Indicator	2019 г.	2020 г.	2021 г.	2022 г.	2023 г.	Изменение (расчет), % / Change (calculation), %
1	2	3	4	5	6	7
Saudi Aramco
Выбросы парниковых газов Scope 1, Scope 2, млн метрических т СО2-эквивалента / Greenhouse gas emissions, Scope 1, Scope 2, million metric tons of CO2 equivalent	71,0	68,3	67,8	71,8	72,6	+ 2,2
Добыча углеводородов, млн бнэ/ день / Hydrocarbon production, million boe/day	13,2	12,4	12,3	13,6	12,7	– 3,8
Затраты на УР/НИОКР, млн долл. / R&D/HRC expenditures, million USD	Н/Д N/A	Н/Д N/A	315,1	435,0	540,0	+ 71,4
Sinopec Group
Выбросы парниковых газов, млн т СО2-эквивалента / Greenhouse gas emissions, million tons of CO2 equivalent	170,69	170,94	172,65	161,79	168,64	– 1,2
Добыча нефти и газа, млн бнэ / Oil and gas production, million boe	458,92	459,02	479,74	488,99	504,09	+ 9,8
Затраты на УР/НИОКР, млн долл. / R&D/HRC expenditures, million USD	9,2	11,4	11,0	16,8	19,2	+ 108,7
CNPC
Выбросы парниковых газов, млн т СО2-эквивалента / Greenhouse gas emissions, million tons of CO2 equivalent	Н/Д N/A	Н/Д N/A	179,0	180,0	188,0	+ 5,0

Продолжение табл. 1 / Continuation of the table 1

1                                              \	2	3 1	4	5	6	7
CNPC
Добыча нефти, млн. метрических т / Oil production, million metric	181,03	178,64	179,44	182,04	184,35	+ 1,8
tons
Добыча газа, млрд м3 / Gas production, billion cubic meters	150,3	160,35	169,24	177,2	184,62	+ 22,8
Затраты на УР/НИОКР, млн долл. / R&D/HRC expenditures, million USD	21,7	22,8	25,3	30,8	33,8	+ 55,7
ExxonMobil
Выбросы парниковых газов
Scope 1, Scope 2, млн т СО2-эквивалента / Greenhouse gas	109,0	102,0	103,0	100,0	98,0	– 10,1
emissions, Scope 1, Scope 2, million t CO2 equivalent
Добыча углеводородов, млн бнэ/ день / Hydrocarbon production,	3,95	3,76	3,71	3,74	3,74	– 5,4
million boe/day Затраты на УР/НИОКР, млн долл. / R&D/HRC expenditures, million USD	5,2	4,5	4,6	5,7	7,1	+ 36,5
Shell
Выбросы парниковых газов
Scope 1, Scope 2, млн т СО2-эквивалента / Greenhouse gas emissions, Scope 1, Scope 2, million t CO2 equivalent Добыча нефти и газа, млн бнэ/ день / Oil and gas production, mil-	80,0	71,0	68,0	58,0	57,0	– 28,5
	3,67	3,39	3,24	2,86	2,79	– 23,8
lion boe/day Затраты на УР/НИОКР, млн долл. / R&D/HRC expenditures, million USD	1,2	1,65	3,4	4,01	3,63	+ 202,9
ПАО «НК «Роснефть»
Выбросы парниковых газов Scope 1, Scope 2, млн т
СО2-эквивалента / Greenhouse gas emissions, Scope 1, Scope 2, million	81,2	81,0	72,7	71,9	77,15	– 4,9
tons of CO2 equivalent Добыча углеводородов, млн т бнэ / Hydrocarbon production, million tons of oil equivalent	285,3	256,2	245,3	250,2	269,8	– 5,4
Затраты на УР/НИОКР, млрд руб. / R&D/HRC expenditures, billion rubles	34,5	42,2	54,7	56,8	63,9	+ 85,2
ПАО «Газпром»
Выбросы парниковых газов
Scope 1, млн т СО2-эквивалента / Greenhouse gas emissions, Scope 1,	236,5	210,3	243,3	213,5	209,6	– 11,3
million tons of CO2 equivalent
Добыча углеводородов, млн бнэ / Hydrocarbon production, million boe	3 741,2	3 428,0	3 832,9	3 193,7	2 877,6	– 15,1

Окончание табл. 1 / End of table 1
1	2	3	4	5	6	7
ПАО «Газпром»
Выбросы загрязняющих веществ в атмосферу, тыс. т / Emissions of pollutants into the atmosphere, thousand tons	2 862,7	2 445,7	2 506,3	2 155,3	2 213,4	– 22,7
Затраты на УР/НИОКР, млрд руб. / R&D/HRC expenditures, billion rubles	32,2	34,4	36,3	40,4	43,5	+ 35,1
ПАО «ЛУКОЙЛ»
Выбросы парниковых газов Scope 1, Scope 2, млн т СО2-эквивалента / Greenhouse gas emissions, Scope 1, Scope 2, million tons of CO2 equivalent	48,4	43,6	41,5	46,9	41,8	– 13,6
Добыча углеводородов, тыс. бнэ/ день / Hydrocarbon production, thousand boe/day	2 350,0	2 064,0	2 197,0	2 333,0	2 308,0	– 1,8
Затраты на УР/НИОКР, млрд руб. / R&D/HRC expenditures, billion rubles	47,91	53,6	54,04	54,83	68,36	+ 42,7