Влияние семейной дисфункциональности на криминализацию подростков

Не вызывает сомнений, что динамика общественной жизни неизбежно вызывает как прогрессивные, так и на регрессивные социальные изменения. Развитие технологий, повышение информационной доступности, а также значительное ускорение темпов социальной мобильности, с одной стороны, создают условия для гармоничного общественного развития, а с другой – активизируют ряд деструктивных тенденций.

Преступность как неотъемлемая часть общественной жизни в значительной степени подвержена влиянию всех перечисленных факторов. В частности, наряду со значительным увеличением степени общественной опасности киберпреступности существует тенденция к расширению использования Интернета как инструмента вовлечения лиц в противоправную деятельность.

Дети и подростки являются одной из наиболее защищенных с точки зрения юридической охраны прав и законных интересов категорий населения. Вместе с тем в условиях развития информационных технологий и происходившего до недавнего времени процесса распада групповых ценностей молодежная среда в высшей степени подвержена процессам криминализации.

Начало третьего десятилетия XXI века в России характеризуется внедрением в общественную жизнь политики сохранения и развития традиционных семейных ценностей. Актуализация такой политики связана не только с демографической ситуацией, но и с упадком института брака, а также с имеющейся тенденцией дисфункционализации внутрисемейных отношений. Такая тенденция значительно влияет на риски развития девиаций асоциального и криминального спектров в подростковой среде. Так, в 2024 году, по данным органов ЗАГС, было заключено порядка 880 000 браков. При этом за тот же период было расторгнуто 644 500 браков, что, с одной стороны, не позволяет напрямую судить о доле распада конкретных браков, а с другой – все же свидетельствует о высоком соотношении количества разводов к числу заключенных браков1.

Распад семьи как полноценной социальной группы, существующей в рамках общества, неизбежно влечет за собой наступление общественно-опасных и неблагоприятных последствий, влияние которых распространяется и на более объемные социальные группы [1, с. 177]. Из частых последствий следует выделить:

• 1.    Психологический стресс, испытываемый членами семьи при ее распаде.

• 2.    Дистанцирование детей от родителей.

• 3.    Невозможность оказания детям должного внимания ввиду повышенной занятости родителя.

• 4.    Эмоциональное выгорание одинокого родителя.

Указанные последствия зачастую являются базисными элементами развития дисфункциональности семейных отношений, которая, в свою очередь, представляет собой один из основных агентов десоциализации и криминализации детей и подростков.

Важно подчеркнуть, что само по себе понятие «семейная дисфункциональность» не имеет единого определения. Его отсутствие связано прежде всего с тем, что само по себе явление дисфункциональных семейных отношений может рассматриваться как в криминологической, так и в социологической и психологической парадигмах в зависимости от фундаментальных аспектов дисфункциональности, среди которых можно обозначить:

• 1.    Структурный аспект.

• 2.    Функциональный аспект.

• 3.    Собственно-психологический аспект.

• 4.    Социокультурный аспект.

• 5.    Системный аспект.

Сущность структурного подхода состоит в рассмотрении состава и типа организации семьи как базисного аспекта. В данном контексте под дисфункциональностью понимается устойчивое нарушение структуры семейных отношений, которое выражается в деградации, а равно искажении внутрисемейных межличностных отношений. Искажение семейных отношений применительно к современным реалиям, как правило, представлено наличием неполных семей, повторными браками родителей, появлением в сиблинговой иерархии сводных братьев и сестер, а также конфликтными отношениями между супругами, родителями и детьми по различным основаниям [2, с. 45].

В рамках проведения криминологических исследований наиболее целесообразным представляется применение именно структурного аспекта, так как специфика искажения отношений в данной парадигме в наибольшей степени коррелируется с механизмами личностной криминализации. Так, исследователи склонны выделять несколько видов дисфункциональных семей, среди которых псевдоблагополучная (с деспотическим характером и физическим насилием), неполная, проблемная (с постоянной конфликтной атмосферой), аморальная (с алкогольной, наркотической, сексуальной деморализацией) и криминогенная (с членами, совершающими преступления) [3, с. 293].

Функциональный подход состоит в рассмотрении дисфункциональности как действий или бездействий, направленных на невыполнение членами семьи своих базисных функций воспитания и социализации индивидов. В частности, нарушение воспитательной и ценностно-формирующей функций может повлечь за собой формирование у детей и подростков девиантных ценностей и поведенческих паттернов.

Собственно-психологический подход акцентирует внимание на внутреннем климате семьи, эмоциональных и коммуникативных нарушениях. Дисфункциональность в данной парадигме связана с ригидными правилами межличностного взаимодействия, неспособностью решать проблемы, негативным эмоциональным фоном, нарушением процессов адаптации и деструктивным поведением членов семьи.

Исследователи отмечают, что в дисфункциональных семьях часто наблюдается дефицит позитивного интереса со стороны родителей, высокий уровень конфликтности и разобщенности, отсутствие возможностей для личностного роста подростка. Э. Г. Эйдемиллер и В. В. Юстицкис указывали, что в нормально функционирующих семьях структура ролей целостная и динамичная, а в дисфункциональных – жестко фиксированная или отсутствующая, что оказывает психотравмирующее воздействие на членов семьи [4, с. 418].

Социокультурный подход учитывает влияние внешних социальных и экономических факторов на семью. К дисфункциональности в этом контексте относят последствия бедности, низкого уровня образования родителей, неблагоприятных жилищных условий, безработицы, влияния криминогенного окружения.

Системный подход рассматривает семью как целостную систему, где нарушения в одном элементе влияют на всю систему. Дисфункциональность здесь понимается как нарушение взаимосвязей между членами семьи, искажение коммуникационных паттернов и невозможность адаптироваться к изменениям [5, с. 7]. Дисфункциональность супружеской диады, как правило, имеет внешнее выражение, вследствие чего может вовлекать ребенка в проблемные отношения родителей и в ряде случаев способна детерминировать делинквентное и асоциальное поведение у детей и подростков, дискредитируя гармоничные внутрисемейные отношения в качестве референтных.

О наличии обозримой корелляционной зависимости между семейной дисфункциональностью и рисками криминализации подростковой среды, а также об имеющейся тенденции к увеличению степени такой взаимосвязи свидетельствуют и эмпирические материалы. Так, из содержания данных, предоставленных комиссиями по делам несовершеннолетних Иркутской области и Дальневосточного федерального округа, следует, что одним из ключевых детерминантов подростковой делинквентности является именно дисфункциональные семейные отношения.

Исходя из представленной органами внутренних дел статистики, до 47 % правонарушений совершались подростками вследствие недостаточного контроля со стороны родителей, опекунов или законных представителей. Помимо недостатка контроля, значимым фактором представляется и низкий уровень материальной обеспеченности семей, о чем свидетельствует то, что порядка 18 % правонарушителей происходили из семей с низким уровнем материального достатка.

Наряду с вышесказанным, о тенденции к расширению влияния дисфункциональности семейных отношений на развитие делинквентного поведения может свидетельствовать и то, что 45 % несовершеннолетних правонарушителей воспитывались в неполных семьях.

Указанные выше факторы сами по себе не являются самостоятельными критериями дисфункциональности, однако способны в значительной степени катализировать риски развития таких отношений в семьях. Помимо прочего, исходя из социального портрета несовершеннолетних преступников, нередко одним из детерминантов противоправного поведения выступают и конфликтные отношения между ребенком и сожителем матери, отчимом2.

Выводы комиссий по делам несовершеннолетних находят эмпирическое подтверждение в результатах анкетирования 65 подростков делинквентного поведения, состоящих на учете в подразделениях по делам несовершеннолетних и содержащихся в специальных учебно-воспитательных учреждениях закрытого типа Иркутской области и Дальневосточного федерального округа (далее - СУВУ ЗТ).

Эмпирическое исследование проводилось в период с января по июль 2025 года. Сбор данных осуществлялся поэтапно в двух регионах: сначала в Иркутской области (январь–апрель 2025 года), затем в субъектах Дальневосточного федерального округа (май–июль 2026 года). Анкетирование производилось в отношении 40 респондентов из числа несовершеннолетних, содержащихся в специальных учебно‑воспитательных учреждениях закрытого типа, а также 25 респондентов, состоящих на учете в подразделениях по делам несовершеннолетних (далее – ПДН) при территориальных органах МВД. Критериями включения в выборку являлись установленный факт совершения правонарушения, преступления, постановка на учет в ПДН или нахождение в

СУВУ ЗТ. Статистическая обработка полученных данных производилась методами описательной статистики, а также корелляционного, сравнительного, факторного и категориального анализа.

Для подавляющего большинства респондентов характерна низкая академическая успеваемость и отсутствие устойчивых познавательных интересов и хобби. В 64,62 % случаев респонденты проживают в семьях с матерью и отчимом. В 81,54 % таких семей матери являются домохозяйками, а отцы/отчимы не имеют постоянного места работы.

Все семь являются многодетными (имеют более четырех детей), причем респонденты занимают преимущественно среднюю или старшую позицию в сиблинговой иерархии. Дефицит внимания со стороны значимых взрослых, наряду с отсутствием позитивной мотивации к учебной и внеучебной деятельности, способен в значительной степени создавать предпосылки для усвоения ценностно-нормативной системы криминальных подростковых групп в качестве референтной.

В дополнение к изложенному деструктивная семейная обстановка и внутрисемейные девиантные поведенческие паттерны, исходя из эмпирических данных, заключаются не только в нарушении или искажении ролевой структуры семей и дефиците внимания к детям, но и в отсутствии эмпатии и проявлениях агрессии со стороны родителей или законных представителей. Восприятие респондентами эмоциональной ситуации в семьях свидетельствует о значительной степени распространенности ряда негативных факторов во внутрисемейных межличностных отношениях.

В частности, участники опроса в качестве основных детерминантов конфликтных отношений между членами семьи отмечают систематические упреки в адрес детей и подростков, зачастую не имеющие, по мнению респондентов, существенных оснований.

Конфликтные отношения в семьях, как правило, выходят за пределы отношений родителя и ребенка и зачастую касаются прежде всего самих родителей. Такие конфликтные отношения нередко сопровождаются эпизодическим физическим и моральным насилием. Детерминантами конфликтов и насилия, в свою очередь, являются аддиктивное поведение родителей, выражающееся как в непосредственных химических аддикциях, так и в созависимости одного из родителей. Социально-экономическая депривация, также являющаяся значимым фактором развития дисфункциональности, влияющим на криминализацию, в данном контексте выступает как самостоятельным детерминантом, так и производным от аддиктивного и асоциального поведения трудоспособных членов семьи [6, с. 781].

Среди прочего наряду с подростками из неблагополучных в классическом понимании семей в равной степени подвержены криминализации и несовершеннолетние, происходящие из семей со средним и высоким уровнем дохода. В данном случае группы факторов, способствующих детерминации делинквентности подростков, в основном не связаны с экономическим положением семей, а также наличием в них аддиктивного и маргинального поведения.

Независимость степени вероятности подростковой криминализации от материального благополучия семьи находит свое подтверждение в криминологической литературе.

По справедливому замечанию А. И. Долговой разница между фактическими доходами и «жизненными соблазнами» из-за нереальности достижения последних законным путем может вовлекать несовершеннолетних даже из относительно благополучных семей в криминальную сферу [7, с. 343]. Криминализации зачастую бывают подвержены и подростки из семей с высоким уровнем достатка и образования, что также представляет именно эмоциональные и моральные детерминанты подростковой делинквентности в качестве главенствующих.

Кроме того, исходя из структурного подхода определения семейной дисфункциональности, материально обеспеченные семьи с искаженными ролевыми паттернами поведения следует классифицировать в качестве псевдоблагополучных.

С точки зрения криминальной психологии, детерминация делинквентного поведения подростков в относительно благополучных семьях связана с внутрисемейными межличностными конфликтами, а также с искажениями процессов первичной социализации, среди которых:

• 1.    Гиперопека и чрезмерный контроль.

• 2.    Эмоциональная отстраненность родителей.

• 3.    Отсутствие нравственных ориентиров.

• 4.    Проблемы с социализацией.

Анализируя гиперопеку и чрезвычайный контроль, следует упомянуть, что зачастую для семей с высоким уровнем достатка может быть характерен снобизм, выражающийся в отрицательном отношении родителей подростка к его окружению, в особенности в условиях имеющихся классовых различный в рамках учебного или досугового коллектива. Для таких семей также характерно преобладание материальных ценностей над нравственно-духовными, что искажает представление подростка о ценностях и повышает риск принятия решений, противоречащих правовым и моральным нормам, в особенности в случаях резкого ухудшения материального положения семьи [8, с. 60].

Необходимо подчеркнуть и стремление родителей оградить ребенка от вредоносного, по их мнению, окружения, а также ограничить ряд его социальных контактов с целью минимизации рисков криминализации и развития девиантного поведения. Однако стремление к самовыражению и юношеский максимализм, характерные для пубертатного периода, нередко становятся катализатором противоправного поведения, являясь своеобразной формой протеста против авторитарного семейного воспитания.

В свою очередь, семьи с высоким уровнем материального дохода характеризуются повышенной занятостью и, как следствие, утомляемостью родителей, нередко влекущими за собой дефицит эмпатии по отношению к детям [9, с. 31]. В данном контексте делинквентное поведение детерминируется стремлением подростка к получению внимания и поддержки, которые они зачастую находят в криминальных кругах. Вызываемая чрезмерной занятостью родителей дезорганизация быта и досуга, в свою очередь, представляется катализатором укрепления социальных связей подростка с делинквентным окружением [10, с. 400].

Криминализации зачастую подвержены и подростки из семей с низкой или вовсе отсутствующей дисфункциональностью. В данном контексте значимым катализатором развития делинквентного поведения могут выступать и внешние факторы, а также неосведомленность об этом родителей и, как результат, невозможность оперативного реагирования. Среди наиболее частых внешних причин, способствующих криминализации подростков, следует выделить влияние медиа- и поп-культуры, а также ряда референтных групп, в рамках которых первично и вторично социализируется подросток.

Таким образом, семья, являясь базисным институтом первичной социализации индивида и агентом его всестороннего личностного развития, оказывает прямое влияние на формирование правосознания, коммуникативных навыков, а также систему моральнонравственной ориентации.

Ввиду сложного устройства детской и подростковой психологии, в особенности в пубертатный период, для подростков характерна высокоэмоциональная реакция на внешние раздражители, а также значимые события, происходящие внутри социальных групп. Такой психический и психологический конструкт вместе с низкой степенью развитости критического мышления создает значительные риски для приобретения и развития в личности подростка поведенческих девиаций.

Дисфункциональные отношения, вызванные как социально-экономическими причинами, так и особенностями межличностного взаимодействия внутри семьи, всецело влияют на возникновение явления криминализации в подростковой среде. Вместе с тем риски развития делинквентности в материально, нравственно и духовно благополучных семьях в значительной степени ниже, однако все же сохраняются в условиях влияния внешних факторов.

В этой связи представляется необходимым не только развитие и укрепление ценностей семьи как социальной группы и репродуктивного агента, но и принятие мер идеологического и практического характера, направленных на укрепление взаимоотношений между родителями и детьми, а также на улучшение эмоционального климата внутри семей.