Водные ресурсы в контексте оценки качества жизни в российских мегаполисах: изучение удовлетворенности и повседневных практик населения

Выступая интегральным показателем благополучия условий человеческого существования, категория качества жизни на протяжении многих лет не теряет своей актуальности в качестве исследовательского инструмента в изучении социально-экономических процессов и состояний в нашей стране. Субъективно-объективное измерение качества жизни позволяет наиболее полно охарактеризовать способность окружающего мира (в единстве материального, духовного и социального) систематически удовлетворять множество разноаспектных потребностей отдельного человека или целой социальной общности [1, с. 107-108; 2, с. 205; 3, с. 291; 4, с. 108]. Субъективное измерение, при этом, оказывается в своем роде результирующим, так как представление населения о качестве его жизни, во-первых, строится на восприятии им объективно наблюдаемых условий и, во-вторых, обладает первостепенной значимостью для разработки и реализации мер потенциально успешной политики [5, с. 178].

Воспринимаемое населением качество его жизни складывается в контексте множества условий, среди которых экологические, вопреки распространенному мнению, оказываются сегодня одними из наиболее значимых. В соответствии с результатами опроса ВЦИОМ 2018 года, благоприятная экология (или хотя бы минимально – безопасные атмосферный воздух и водопроводная вода) находится на четвертом месте по важности для жизни россиян (4,52 балла из 5 возможных), а также выступает вторым по силе фактором, определяющим крепкое здоровье и значительный потенциал долголетия человека (57%) – первое по важности условие высокого качества жизни в стране (4,69 балла) [6]. Подобное внимание со стороны населения к состоянию окружающей среды исходит в первую очередь из остроты реально наблюдаемых проблем в данной области. Так, экологическая обстановка располагается на третьем месте антирейтинга удовлетворенности опрошенных в 2018 году россиян разными аспектами качества их жизни (3,19 балла из 5 возможных) [6], а ее продолжающееся ухудшение, по мнению

Электронный экономический вестник № 3 (июль-сентябрь 2020 года) опрошенных ВЦИОМ 2019 года, является наиболее опасной (48%) из ожидаемых глобальных угроз этого века [7, с. 147].

Загрязнение воды, в отличие от большинства других экологических угроз, россияне считают максимально близко и сильно касающимся их семей (15%) [7, с. 71], в связи с чем около пятой части опрошенных ВЦИОМ 2019 года (16%), опасаясь плохого качества водопроводной воды (22%) и вероятного вреда, который она может нанести человеческому здоровью (27%), странного вкуса и/или запаха воды (29%), ее непрозрачности (9%) и остающегося в емкостях осадка (21%), избегают пить и использовать для приготовления пищи воду из-под крана даже после кипячения и/или фильтрации. Треть из остальных (31%) комбинируют потребление водопроводной и бутилированной воды в зависимости от ситуации, а среди 44% россиян, использующих только водопроводную воду, большинство (35%) предварительно ее фильтруют [8]. В контексте этих результатов можно говорить о высокой значимости качественного водоснабжения для обеспечения благополучной жизни населения в стране. Вода, в частности, выступает необходимым средством удовлетворения потребностей самого базового уровня – жажды и голода, поддержания гигиены – наиболее примитивных, но при этом фундаментальных, препятствующих доступ человека к пулу возможностей личностного и социального роста. Обеспечение россиян безопасной водой, таким образом, должно находиться в числе первостепенных задач проводимой социально-экологической политики [9, с. 55], и в данной статье мы беремся оценить конечную субъективную (воспринимаемую населением) эффективность соответствующих мероприятий на материалах исследования, реализованного при участии автора в конце 2018 года в форме массового опроса жителей двух российских мегаполисов – Москвы и Казани – по двухступенчатой стратифицированной выборке (n = 1 500, по 750 человек в каждом городе).

В своих более ранних статьях по проблемам водопотребления и водоснабжения в рассматриваемых городах мы уже сформировали представление о содержании и результатах проводимых локальных водных политик. Так, качество водоснабжения в Москве экспертным сообществом сегодня оценивается выше, чем в Казани. Опережающая политика московской власти за последние 5 лет обеспечила значительное улучшение процессов забора, очистки и транспортировки воды, а также заметное повышение ее качества. Политика казанской власти встречает больше критики, так как, по мнению экспертов, не способствует повышению качества водоснабжения в городе, в связи с чем число сопутствующих проблем не меняется либо становится только больше. Серьезные проблемы, тем не менее, характерны для обоих городов. Для Москвы, в частности, актуально усиление контроля за деятельностью промышленных предприятий, обеспечение их централизованной канализационной системой и ужесточение санкций по фактам сброса загрязняющих веществ в водоемы. Для Казани, в первую очередь, важно изменить отношение местной власти к проблеме водоснабжения и поставить высокое качество воды в городе в приоритет, достижение которого требует обновления инженерных сетей города и внедрения новейших разработок в практику очистки воды [9].

Риторика медиапредставления данных проблем, однако, создает для водных политик городов значительно более положительные коннотации. В Москве, согласно местным СМИ, власть выступает центральным агентом решения всех проблем водоснабжения – ее действия позволяют оперативно находить и «наказывать» виновных в возникновении множества связанных с качеством воды локальных угроз, тем самым устраняя их. Казанские СМИ также транслируют миф безусловной решенности всех подобных вопросов, хотя она выступает результатом уже сложных взаимодействий возмущенного местного населения, власти, экологов и активистов общественного движения. Достигаемые успехи политики в медиатекстах, к тому же, тем более очевидны, чем чаще сопровождаются демонизацией образа воды – ресурса, несущего непреходящую социально-культурную ценность, но способного, посредством масштабного или локального воздействия, нанести человеку больший урон, чем тот, которым он может ему ответить [10]. Таким образом, несмотря на то что проводимая в Москве и Казани водная политика (1) не может считаться достаточно эффективной для того, чтобы отвечать на все из соответствующих вызовов качества жизни горожан, она (2) позиционируется таковой в медийном пространстве, являющимся для населения главным источником актуальной информации и, следовательно, центральным практическим ориентиром.

Первое находит отражение в скорее невысоких оценках водоснабжения со стороны горожан. Как показали результаты опроса, состояние водопроводной воды – и в первую очередь ее вкус – вызывает сомнения у значительной части пользователей. Пить воду прямо из-под крана не боятся всего 6,3% и 4,8% опрошенных москвичей и казанцев соответственно, подавляющее же большинство используют фильтрованную (38,4% и 34,8%) и кипяченую (31,9% и 31,7%) водопроводную воду, находя ее самостоятельное качество чуть выше, чем средним. Так, оценивая качество водопроводной воды в месте своего проживания по разным характеристикам, москвичи и казанцы присуждают 3,29 и 2,9 балла из 5 возможных соответственно ее вкусу, 3,56 и 3,2 балла – ее запаху, а также 3,85 и 3,45 балла – ее цвету. В целом качество водопроводной воды оценивается горожанами на 3,35 и 3,1 балла из 5 возможных в Москве и Казани соответственно, причем, по мнению большинства опрошенных (65% москвичей и 53,6% казанцев), за последние 5 лет оно не изменилось ни в лучшую, ни в худшую сторону. В этой связи, некоторые респонденты на сегодняшний день совсем отказались от употребления водопроводной воды, предпочитая использовать для питья и приготовления пищи исключительно бутилированную воду. Доля таковых среди казанцев (26,7%) выше, чем среди москвичей (22,9%), соответственно более пессимистичным оценкам актуального (описанного выше) и динамического состояний водопроводной воды в городах (вариант «качество воды за последние 5 лет ухудшилось» – 14,2% москвичей и 24,4% казанцев).

Второе находит отражение в реализуемых горожанами практиках водопотребления – далеких от действительно проэкологических. Практически все опрошенные москвичи и казанцы (91,3% и 90% соответственно) имеют дома стандартные приборы учета воды (счетчики), и, хотя новейшие – более эффективные – технологические средства учета (например, мобильные приложения для отслеживания расхода воды в режиме реального времени) не получают среди них большого распространения (5,5% и 5,9%) [11, с. 256], бережный расход водопроводной воды систематически (варианты «постоянно» и «часто») осознанно практикуют абсолютное большинство горожан (73,1% и 63,9%) [12, с. 131]. В частности, москвичи и казанцы следят за тем, чтобы вода была выключена, когда не используется (87,8% и 82,6% соответственно), принимают душ вместо ванны (74,8% и 67,5%), используют меньший поток воды (74% и 66,4%), следят за протечками сантехники и труб (71,3% и 69,6%) и полностью загружают стиральную машину (71% и 64,2%), а некоторые также используют посудомоечную машину для экономии воды (28,5% и 22%). Однако объясняется данная экономия не столько заботой о сохранности запасов пресной воды и других природных ресурсов (14,6% москвичей и 17,4% казанцев), сколько бережливостью в целом – попыткой избежать чрезмерных трат на услуги водоснабжения (37,8% и 34,3% соответственно). Определенное значение для реализации горожанами практик экономии воды имеют, кроме этого, обеспокоенность собственным здоровьем и стремление минимизировать угрожающие ему экологические риски (21,3% москвичей и 19,9% казанцев), и воспитанные родителями привычки экономить (14,5% и 17,9% соответственно) [11, с. 256].

Проводимая в рассматриваемых городах водная политика, таким образом, оставляет нерешенным целый ряд локальных проблем водоснабжения, очевидных для населения и в значительной степени его волнующих с точки зрения угрозы для качества его жизни. Так, в целом положительные оценки горожан в отношении качества водопроводной воды в Москве и Казани говорят об ее пригодности к использованию для питья и приготовления пищи, однако только после очистки (фильтрования) или термической обработки (кипячения). Столкновение с этими проблемами, тем не менее, не приводит горожан к осознанию структурно более глубокого противоречия в обращении с водными ресурсами на уровне деятельности простых граждан, особенно в контексте «сглаживающего» эффекта от представления мер и результатов водной политики в СМИ. Реализуемые москвичами и казанцами практики сбережения воды оказываются определенными в большей степени экономическими мотивами (экономия денег, сил и здоровья), что в конечном счете создает неустойчивые перспективы для повышения качества жизни в городах с точки зрения создания благоприятных экологических условий.