Возможности и ограничения реализации гражданских инициатив в цифровой среде: экспертная оценка

Введение .

В современных условиях стремительной цифровизации общественных процессов и усложнения социальной реальности тема реализации гражданских инициатив в цифровой среде приобретает особую актуальность.

Во-первых, цифровые технологии становятся ключевым инструментом для выражения и формирования общественного мнения, поддержки социально значимых проектов и мобилизации гражданского активизма.

Во-вторых, постепенная гибридизация среды, сочетающая виртуальные и офлайн-форматы взаимодействия, создает новые вызовы и одновременно расширяет возможности для реализации инициатив, требуя от исследователей комплексного анализа факторов, влияющих на эффективность подобных процессов.

В-третьих, цифровая среда характеризуется высокой скоростью изменений и неопределённостью, что создает дополнительную сложность для устойчивой реализации гражданских инициатив.

Технологические инновации, законодательные ограничения и вопросы цифровой безопасности активно трансформируют условия взаимодействия, что требует адаптивных стратегий и новых подходов со стороны гражданского общества. В этой связи становится необходимым выявление возможностей и ограничений цифровых платформ с учетом их технологических, социально-политических и культурных аспектов.

• В.В.    Зотов, Е.И. Боев и Л.А. Василенко обоснованно отмечают, что «переход коммуникативных технологий на интерактивные платформы социальных медиа открыл новые возможности для организации гражданского участия.

Развитие в Интернете таких социальных платформ, как Facebook, Twitter, «ВКонтакте», Instagram1, послужило толчком к развитию и формированию сетевых сообществ, что открывает возможности постоянного взаимодействия акторов пространства публичных коммуникаций.

Глобальная информационная сеть создала условия для появления наиболее гибких, интерактивных и удобных взаимодействий, возникающих на базе взаимного социального интереса и обусловленных наличием гражданской активности. Онлайн-пространство становится площадкой, где вопреки сопротивлению бюрократического госаппарата сфера взаимодействия государства и гражданского общества демократизи- руется, наполняется элементами партисипатор-ной, прямой демократии» [2, с. 205].

Научная проблема данной статьи заключается в недостаточно всестороннем понимании механизма реализации гражданских инициатив в условиях цифровой и гибридной среды, а также в выявлении факторов, способствующих либо препятствующих успешной реализации данных инициатив.

Материалы и методы исследования . В данном исследовании в качестве теоретической основы используется концепция сетевого общества Мануэля Кастельса [3], которая позволяет рассматривать процессы гражданской активности в цифровой среде как функционирование и развитие взаимосвязанных социальных сетей, опосредованных информационно-коммуникационными технологиями. Теория сетевого общества подчеркивает роль цифровых коммуникаций в формировании новых форм социального участия и организации инициатив, что является ключевым для анализа возможностей и ограничений гражданских инициатив в современном цифровом пространстве.

В рамках данной теории мы фокусируемся на таких аспектах, как:

– структурные изменения в коммуникации (децентрализация, горизонтальные связи, сетевые узлы);

– роль цифровых платформ как инфраструктур гражданского взаимодействия;

– механизмы самоорганизации и коллективного действия в сетевом контексте.

Кроме того, в качестве теоретической основы используется теория необихевиоризма (Э. Тол-мен, К. Халл и Б. Скиннер) [5]. Она позволяет рассматривать вовлечение и активность граждан как действия, спровоцированные информационными стимулами. Согласно этой теории, поведение человека напрямую зависит от внешних информационных факторов, которые мотивируют и направляют его действия в социальной и политической сферах.

Теория необихевиоризма применяется для анализа того, как информационные потоки влияют на формирование гражданской активности, способствуя повышению уровня участия в общественной жизни и принятию решений. Она подчёркивает роль коммуникации и информации не только как источника знаний, но и как активирующего механизма мотивации поведения индивидов и групп.

Для целей нашего исследования необихевио-ристский подход операционализирован следующим образом:

– «стимул» – информационный контент в цифровой среде (пост, видео, петиция, призыв к действию);

– «промежуточные переменные» – когнитивные и эмоциональные реакции пользователя (интерес, эмпатия, чувство справедливости);

– «реакция» – конкретное действие (подпись, репост, участие в обсуждении, офлайн ‑ акция);

– «подкрепление» – обратная связь (лайки, комментарии, публичное признание, решение проблемы).

Эмпирическую базу исследования составляют результаты глубинного экспертного интервью «Практика реализации гражданских инициатив в социально-сетевом пространстве» (N = 20) (проведено в сентябре-октябре 2025 года).

Проведение фокусированных глубинных интервью с экспертами, позволило детально проанализировать проблемы, возникающие при реализации инициатив в цифровом пространстве, а также оценить уровень активности населения в социально-сетевом пространстве.

Результаты . Обсуждение .

Современное общество отличается быстрым внедрением цифровых технологий во все сферы жизни, что неизбежно трансформирует способы и механизмы участия граждан в жизни государства. В этом контексте, исследование возможностей и ограничений реализации гражданских инициатив в цифровой среде приобретает особую актуальность, поскольку именно оно позволяет:

– на макроуровне (в логике теории сетевого общества М. Кастельса) осмыслить структурные изменения в гражданском участии: децентрали- зацию коммуникаций, формирование горизонтальных сетевых связей, появление новых узлов самоорганизации;

– на микроуровне (в рамках необихевиорист-ского подхода) проанализировать мотивационные механизмы – как информационные стимулы в цифровой среде провоцируют конкретные действия граждан.

Гражданская инициатива, понимаемая как доб-ровольное, самоорганизованное действие граждан, направленное на решение обще -ственных проблем или оказание влияния на принятие решений, получает в цифровом пространстве новые, не существовавшие ранее инструменты для своего проявления и развития. Цифровая среда, в свою очередь, выступает в качестве многогранной платформы, одновременно предоставляющей широкие возможности и накладывающей определенные ограничения на этот процесс.

Для более глубинного понимания возможностей и ограничений реализации гражданских инициатив в цифровой среде обратимся к экспертным мнениям.

По-мнению экспертов, за последние пять лет роль социальных сетей в процессе электронного взаимодействия органов государственной власти и населения значительно возросла. Если ранее соцсети, в основном, служили односторонним каналом для распространения информации от властей к гражданам, сегодня они стали полноценной платформой для двустороннего диалога, обмена мнениями, оперативного реагирования на жалобы и предоставления государственных услуг.

Ответы экспертов позволили нам выделить несколько тенденций в сфере электронного взаимодействия власти и общества – рисунок 1.

Рисунок 1 – Современные тенденции в сф ере электронного взаимодействия власти и общества

Социальные сети, несмотря на очевидные преимущества в развитии электронного взаимодействия между органами государственной власти и населением, демонстрируют и значительные риски, которые нельзя игнорировать при оценке их роли в современном цифровом обществе.

Экспертные оценки указывают на ряд негативных последствий, связанных с использованием этих платформ, что требует научного осмысления и выработки соответствующих мер.

В первую очередь, социальные сети выступают значительно уязвимыми к распространению дезинформации и фейковых новостей. Отсутствие полноценной модерации и высокая скорость распространения контента создают условия для манипулирования общественным мнением. В контексте использования искусственного интеллекта (ИИ) данные риски усугубляются: технологии генерации контента позволяют создавать правдоподобные, но полностью ложные сообщения и изображения, увеличивая объемы фейковой информации и затрудняя её распознавание. Это влечёт за собой снижение уровня доверия населения к официальным сообщениям в социальных сетях и государственным каналам коммуникации.

Анонимность рассматривается экспертами как неоднозначный фактор: около 80% отмечают, что она одновременно может как способствовать свободе выражения мнений и защите пользователей, так и снижать ответственность, что ведет к распространению дезинформации и токсичного поведения.

Эксперты не однозначны в оценке зависимости гражданской активности от поддержки и открытости государственных органов. Большинство экспертов соглашаются, что между уровнем открытости органов государственной власти и социально-сетевой активностью населения существует прямая, но не абсолютная зависимость. Открытость власти, проявляющаяся через публикацию данных, онлайн-приёмы и прямые эфиры, создаёт у граждан ощущение, что их голос слышат, что стимулирует активность в социальных сетях. Однако активность в сети не всегда перерастает в реальные инициативы.

Большинство экспертов сходятся во мнении, что население сегодня в большей степени готово реализовывать гражданские инициативы в онлайн среде. Онлайн-платформы значительно снижают «порог входа» для гражданской активности – поставить лайк, подписать петицию или оставить комментарий проще и быстрее, чем участвовать в офлайн-акциях, митингах или посещать общественные приемные. Такой формат даёт ощущение мгновенного результата и причастности, что мотивирует многих.

В.В. Зотов, Е.И. Боев и Л.А. Василенко отмечают: «Социальные сети предоставляют условия для коммуникации, передачи информации, поиска ресурсов, становясь реально действующим инструментом горизонтальных отношений и связей в обществе» [2, с. 211–212].

Однако часть экспертов выражает сомнения в глубине онлайн-активности, называя её «слакти-визмом» – то есть поверхностным, разовым вовлечением без долгосрочного и системного участия. Они подчёркивают, что полноценная гражданская активность требует сочетания онлайн и офлайн форматов, когда цифровые инициативы подкрепляются реальными действиями и взаимодействием в обществе.

Негативные убеждения и стигмы в отношении гражданской активности в социально-сетевом пространстве действительно широко распространены и представляют собой серьёзную проблему. Одно из ключевых заблуждений заключается в дихотомии «слактивизм против реальных дел». Многие люди считают, что онлайн-активность – лайки, репосты, подписания петиций – это несерьёзная, поверхностная форма участия, которая не может заменить реальные офлайн-акции. Такое мнение обусловлено тем, что результат цифрового участия часто бывает неочевиден или проявляется с значительной задержкой, а сама форма активности кажется слишком простой и лёгкой.

Причинами распространения таких негативных стереотипов являются как объективные, так и субъективные факторы.

Во-первых, люди привыкли к традиционным формам гражданской активности, где результат виден сразу – например, участие в митингах или личные встречи.

Во-вторых, низкий уровень цифровой грамотности и недостаток понимания механизмов работы социальных платформ усложняет осознание значимости онлайн-инициатив.

Эксперты отмечают, что подобные убеждения отражают переходный период в развитии форм общественного участия. Цифровое гражданство ещё не до конца освоено и воспринимается многими как нечто второстепенное или неэффективное. Для борьбы с этими мифами необходимы просветительские инициативы, повышение прозрачности работы цифровых платформ и развитие гибридных моделей взаимодействия, сочетающих онлайн и офлайн активность.

В итоге, можно сказать, что заблуждения и стигмы обусловлены комплексом факторов – от непонимания и недоверия до целенаправленных манипуляций и социального контроля. При этом важно отличать субъективное отстаивание позиций от истинных ошибочных суждений. Распространение таких установок сдерживает развитие гражданской активности и поддерживает политическую пассивность в цифровом пространстве.

Наиболее активной возрастной когортой в реализации гражданских инициатив в цифровой среде, по мнению экспертов, является группа

25–45 лет. Это обусловлено их высокой цифровой грамотностью, сформировавшимся социальным сознанием и значительным жизненным опытом. Одни эксперты отмечают, что эта аудитория хорошо владеет онлайн-инструментами и достаточно зрелая, чтобы сталкиваться с социальными и системными проблемами (ЖКХ, здравоохранение, образование), что стимулирует их к активным действиям и защите прав. Кроме того, у них есть нужные социальные и профессиональные ресурсы для организации и продвижения инициатив.

Другие эксперты подчеркивают, что молодежь 18–24 лет проявляет высокий энтузиазм и активность, используя соцсети и мессенджеры для распространения идей, однако часто им не хватает опыта и устойчивой мотивации для реализации инициатив до конца.

Старшие поколения (45+) участвуют в меньшей степени из-за меньшей цифровой компетентности и более консервативного подхода к технологиям, хотя их жизненный опыт и авторитет могут быть важны на уровне локальных инициатив.

В условиях социально-сетевого взаимодействия между органами государственной власти и населением ключевую роль в формировании эффективного механизма реализации гражданских инициатив играют барьерные факторы и ограничения, которые сдерживают активное вовлечение граждан.

Опрошенные эксперты оценивают сформиро-ванность государственной политики в сфере поддержки гражданских инициатив в социальносетевом пространстве довольно неоднозначно.

Некоторые отмечают наличие отдельных элементов поддержки – например, создание платформ для онлайн-петиций, а также активное использование социальных сетей государственными органами для коммуникации и цифровизации услуг.