Взаимодействие советской власти и русской православной церкви в годы великой отечественной войны

В советскую эпоху отношение власти к рели гиозным организациям , включая Русскую Православную Церковь , не было однозначным . В отдельные периоды наблюдалось противосто яние и притеснение представителей клира .

Определённое количество духовенства вместе с другими слоями населения невинно пострадало в период ежовских репрессий 1937–1938 гг. Но вскоре, уже в довоенный период стал разворачиваться процесс реабилитации. При этом многие лица, повинные в репрессиях, получили заслуженное возмездие.

В годы Великой Отечественной войны , особенно начиная с 1942 г ., наметилась тенденция норма лизации отношений между органами советской власти и Церковью . В результате стали созда ваться условия для возрождения обрядности и упрочения религиозной традиций в повседнев ной жизни многих семей .

Русская Православная Церковь в первые дни войны дала благословение на борьбу с врагом . Московский митрополит Сергий обратился к ве рующим с призывом встать на защиту Родины против фашистских захватчиков . В отстаивании свободы Отечества светская власть и Церковь были едины . Беззаветное и жертвенное служе ние делу правды , интересам Родины признава лись Церковью великим и благодатным деянием . Как известно , евангельская заповедь гласит : « Нет больше той любви , как если кто положит душу свою за друзей своих » [1, с . 1151].

Многие граждане СССР , включая работников советских органов власти , в своей душе сохра няли уважение к Церкви , почитали её святыни . В частности , они пытались спасти церковные ат рибуты и ценности , которые оказались под угро зой сохранения в период оккупации . В августе 1941 г ., когда враг приблизился к Новгороду , большая часть колоколов православных храмов была временно вывезена в тыл страны . Но большой колокол со звонницы Софийского собо ра весом в 1600 пудов ещё оставался на своём месте . Его звон был слышен на расстоянии 40 км [2]. Этот колокол спасали в тот момент , когда уже рвались рядом снаряды и бомбы . Русские патриоты во главе с председателем горсовета Юдиным своими руками с большим трудом пе ремещали его к берегу реки Волхова , чтобы по грузить на баржу . Но немцы прорвались к окраи нам города , и было принято решение закопать колокол в землю . Два с половиной года проле жал он в ней . Фашисты пытались найти знамени тый колокол , чтобы переплавить на свои нужды , но новгородцы не выдали гитлеровцам его нахождение . После освобождения города от за хватчиков колокол извлекли из земли и устано вили возле звонницы .

Фашисты , рвавшиеся к Москве , осенью 1941 г . были вблизи столицы . С конца лета осуществ лялись налёты вражеской авиации на город . То гда были замаскированы многие важные объек ты , включая храмы , « золотые купола которых были скрыты под брезентом ». И это признают даже авторы , которых трудно заподозрить в ло яльном отношении к советской власти [3, с . 94]. Вряд ли бы богоборцы и ненавистники Церкви , за которых некоторые современные исследова тели и публицисты выдают руководство нашей страны , тратили на это дефицитный брезент . На самом деле , отношение советской власти к Церкви , её храмам в ту тяжёлую годину устано вилось преимущественно уважительное .

В первые месяцы 1942 г. в Советском Союзе были закрыты все антирелигиозные периодические издания. Следует заметить, что ещё до их закрытия воздействие на широкое общественное мнение таких печатных изданий было малозна- чительным. Теперь они перестали вообще выходить в свет. В феврале того же года власти разрешили Русской Православной Церкви вновь осуществлять издательскую деятельность.

Как утверждают некоторые зарубежные и россий ские авторы ( Стивен Меррит Майнер , О . В . Будниц кий и др .), исчезновение в годы войны со страниц газет и журналов антирелигиозной пропаганды объяснялось , прежде всего , давлением на со ветское руководство со стороны союзников по антигитлеровской коалиции [4, с . 114-119], [5, с . 116]. Такие суждения далеки от истины .

Во-первых , для нашего руководства тех лет не было свойственно угодничество по каким - либо вопросам .

Во-вторых , поворот власти в сторону конструк тивных отношений с Церковью был намечен уже в предвоенные годы .

В-третьих , начавшаяся война , огромные испы тания и беды , обрушившиеся на страну , объек тивно выдвинули фактор единства народа в ка честве определяющего .

А ведь , без объединения всех здоровых сил со ветского общества , включая миллионы верую щих в Бога людей , такого единства достичь было невозможно . Советские власти понимали , что в схватке с фашистским агрессором решалась судьба не только общественной системы , но и самого многовекового Отечества . Именно это обстоятельство было определяющим мотивом для отказа руководства СССР от атеистической пропаганды в период войны .

В военное лихолетье перестали чиниться пре пятствия богослужениям , возобновлялась рабо та храмов . Так , в апреле 1942 г . в крупных горо дах нашей страны были проведены пасхальные крестные ходы вокруг храмов с зажжёнными свечами . Многие тысячи верующих посетили в тот праздничный день храмы . На Пасху 05 апре ля 1942 г . тридцать церквей Москвы посетило в пасхальную ночь 75 тыс . человек . Ещё 85 тыс . верующих людей пришло в храмы Московской области [6]. Следовательно , в одном только сто личном регионе на богослужения в православ ных храмах собралось тогда более 160 тыс . че ловек .

С начала войны стала расширяться практика массового поклонения чудотворным иконам . Некоторые авторы полагают , что в конце 1941 г ., в период ожесточённых боёв с врагом под Моск вой был осуществлён облёт на самолете Ли -2 столицы с чудотворной иконой Тихвинской Бо жьей Матери [7].

Для верующих людей , их семей был возобнов лён доступ к особо почитаемым иконам . В част ности , в московском храме Воскресения Христо ва в Сокольниках тысячи людей вновь смогли поклониться иконе Божией Матери Иверской , которая прославилась своими чудесами . На раз личных этапах российской истории к этому свя тому образу верующие прибегали в трудные пе риоды жизни , получая помощь . В годы Великой

Отечественной войны многие наши соотече ственников , глядя на православную святыню , молили её об избавлении страны от фашистской агрессии .

Для мобилизации народа на отпор врагу органы советской власти , средства массовой информа ции стали чаще обращаться к героическому прошлому истории , к жизни и подвигам видных правителей и полководцев Отечества , многие из которых были глубоко верующими людьми . Вера в Бога укрепляла их дух , придавали силы в борьбе с неприятелем . Порой , они демонстриро вали не только решительность , но и способность проявить выдержку , терпение для накопления сил и сохранения жизни соотечественников . Од ним из них был Святой Благоверный великий князь Александр Невский . Выдающийся право славный мыслитель конца XX в . Иоанн ( Снычёв ) справедливо писал , что особый подвиг выпал на долю святого Александра . Для спасения России он должен был одновременно явить доблесть воителя и смирение инока . « При этом , - про должал владыка , - подвиг ратной славы пред стоял князю на берегах Невы и на льду Чудского озера : агрессоры - иноверцы ( псы - рыцари воени зированных католических орденов ) стремились поработить Русь , осквернить святыни русского Православия … Подвиг смирения ожидал его в отношениях с надменной и пресыщенной побе дами монгольской Ордой _» [8]. В тех историче ских условиях зависимость от монголо - татар была меньшим злом , чем духовное порабоще ние со стороны католической Европы . Это и определило позицию Александра Невского , став делом его жизни .

В определённой мере , советскому руководству на начальном этапе войны пришлось смириться с тяжёлой неизбежностью отступления армии вглубь страны , с временной потерей значитель ных территорий и ресурсов . Такое горькое сми рение позволило накопить ресурсы , закалить дух и с новыми силами вступить в схватку с врагом , прогнав с нашей земли , а затем и разгромив в его логове . Абсолютное большинство советского народа не поддалось низменным страстям пани ки и отступничества . Как отмечал православный старец , преподобный Варсонофий Оптинский , сила духа определяется не только победами , но и способностью людей извлекать уроки из пора жения , « начать борьбу снова , не впадая в уны ние и отчаяние » [9, с . 32]. Это было свойственно нашему народу в тяжёлый начальный период войны .

29 июля 1942 г . указом Президиума Верховного Совета СССР был учреждён Орден Александра Невского . Им награждались командиры Красной Армии - дивизий , бригад , полков , рот и взводов , проявившие умелое и грамотное командование своими подразделениями в боях за Родину . В основном , этот орден вручался командирам в звании от лейтенанта до майора . Кавалерами его были и женщины .

Конструктивная работа государственных органов с Церковью проявилась в поддержке властью сборов верующих на нужды Советской Армии.

Люди вносили пожертвования , как наличными деньгами , так и облигациями госзаймов , продук тами , вещами и др . К 01 июлю 1944 г . духовен ство и верующие , например , Красноярского края собрали ценностей для нашей армии почти на 9,5 млн руб . В Горьковской ( ныне Нижегород ской ) области было собрано более 9 млн 324 тыс . руб ., а от верующих Воронежской епар хии поступило тогда средств на 2 млн 882 тыс . руб . [10, с . 75].

В Донской епархии по инициативе протоиерея И . И . Васильева собрали средства , на которые построили танк « Имени православных Дона ». Его передали частям генерала - лейтенанта тан ковых войск И . Г . Лазарева [11, с . 12]. Деятель ность донского священника была отмечена бла годарственной телеграммой от Верховного Главнокомандующего Вооружёнными Силами СССР .

Пожертвования всех православных общин в Фонд обороны за период 1941-1944 гг . состав ляли 200 млн руб . К концу войны общий взнос Церкви на нужды обороны превысил 300 млн руб . [12, с . 49]. Часть этих средств пошла на со здание танковой колонны имени Димитрия Дон ского , двух авиационных эскадрилий ( имени Александра Невского и « За Родину ») и др .

Танковая колонна имени Димитрия Донского со стояла из 40 танков . На её сооружение право славные граждане и их семьи собрали пожерт вований на сумму более 8 млн руб . [13]. Митро полит Николай ( Ярушевич ) 7 марта 1944 г . пере дал Красной армии эту колонну . Её танки громи ли фашистов на территории Украины , Белорус сии , Молдавии , Польши , Германии .

Благотворительная деятельность Церкви прояв лялась не только в сборе пожертвований для нужд фронта . Она выражалась и в работе при хожан , православных семей на ниве социально го служения , включая материальную поддержку и шефство над военными госпиталями, воинскими частями, детскими домами, фронтовиками-инвалидами и др .

Конструктивный характер взаимодействия вла сти и Церкви получил своё проявление и на са мом высшем уровне . В сентябре 1943 г . руково дитель страны И . В . Сталин встретился с митро политом Сергием . Через несколько дней был созван Архиерейский Собор РПЦ . На нём 08 сентября Сергий был избран Патриархом Рус ской Православной Церкви . Собор высказался за поддержку усилий советской власти и Красной Армии в борьбе с фашизмом . В « Обращении Собора епископов Русской Православной Церк ви ко всем христианам мира » наша армия была названа героической . В нём отмечалось , что ею движет « борьба за попираемые Гитлером идеа лы христианства , за свободу христианских Церк вей , за свободу , счастье и культуру всего чело вечества » [14, с . 151].

Отдельные современные авторы полагают , что ни встреча Сталина с митрополитом Сергием и другими иерархами , ни избрание патриарха на

Архиерейском Собор в сентябре 1943 г ., ни дру гие меры , направленные на конструктивное вза имодействие Церкви и власти , не означали их примирения . Власть , якобы , цинично использо вала Церковь в своих корыстных интересах , преимущественно , внешнеполитических . Для подтверждения этой версии историк О . В . Буд ницкий ссылается на отношение руководства страны к просьбе митрополита Сергия ( вскоре ставшего Патриархом ) об амнистии арестован ных иерархов . « Речь об этом , - пишет историк , - зашла во время встречи со Сталиным , предло жившим Сергию передать Карпову список лиц , подлежавших освобождению . Он был составлен 28 октября и включал имена 26 архиереев , 25 из которых , чего не мог знать патриарх , были рас стреляны ещё в 1937-1938 гг . В живых оставал ся только архиепископ Николай ( Могилевский )» [5, с . 122]. Он , по мнению данного автора , нахо дился на положении « вольного ссыльного » в Казахстане и не получил освобождения . Следо вательно , если в подаче данного материала придерживаться логики Будницкого , то прошение Сергия об амнистии арестованных иерархов бы ло советским руководством проигнорировано . На самом же деле , всё обстояло иначе .

Как признают авторитетные церковные историки ( протоирей В . А . Цыпин [ и др .]), значительная часть репрессированного духовенства после встречи Сергия со Сталиным была возвращена на свободу . Так , почти сразу , ещё до открытия Архиерейского Собора два архиерея - Сара пульский архиепископ Удмуртской митрополии Иоанн ( Братолюбов ) и епископ Молотовский ( г . Пермь ) Александр ( Толстопятов ) - были освобождены из лагерей [15]. Вскоре вернулись из заключения архиепископы Казанский - Ан дрей ( Комаров ), Ставропольский - Антоний ( Ро мановский ), Астраханский - Филипп ( Ставицкий ), Краснодарский - Фотий ( Тапиро ), Уфимский - Стефан ( Проценко ), а также - епископы Киров ский - Вениамин ( Тихоницкий ), Свердловский - Варлаам ( Пикалов ), Ростовский - Елевферий ( Воронцов ) и др . [16]. Позже освободили из за ключения и известного иерарха - святителя Нико лая ( Могилевского ), который затем был назначен руководителем Алма - Атинской кафедры .

14 сентября 1943 г. при СНК СССР был создан Совет по делам Русской Православной Церкви. Он призван был осуществлять системное взаимодействие между советским правительством, его представителями в регионах и патриархатом, местными епархиями по вопросам,требующим решения властей, а также для выработки общих подходов по вопросам законодательства о религиозных культах. Председателем этого совета стал Г.Г. Карпов1. При создании данного органа было определено, что предназначался он не для администрирования духовенства, а для лучшего понимания проблем РПЦ и решения их на правительственном уровне. Именно такая установка была дана Карпову И.В. Сталиным: «Берите себе 2-3 помощника, которые будут членами вашего совета, образуйте аппарат, но только помните, во-первых, что Вы не обер-прокурор, во-вторых, своей деятельностью больше подчеркивайте самостоятельность церкви» [17, с. 492].

Постановлением № 1095 от 07 октября 1943 го да было утверждено Положение о Совете по делам Русской Православной Церкви . О важной роли , которая отводилась Совету , свидетель ствует тот факт , что со стороны правительства его работу координировал заместитель Предсе дателя Совета Министров СССР В . М . Молотов .

При деятельном участии Совет по делам РПЦ правительством страны в 1943-1945 гг . было принято около 20 постановлений и распоряже ний , касавшихся религиозных объединений . Среди них : « О порядке открытия церквей » ( но ябрь 1943 г .), « Об открытии текущих счетов епархиальных управлений и приходов в Госбан ке СССР » (1944 г .), « Об освобождении от призы ва и мобилизации священнослужителей » ( но ябрь 1944 г .), « О порядке открытия молитвенных зданий религиозных культов » ( декабрь 1944 г .), « О предоставлении религиозным общинам пра ва юридического лица в части аренды , строи тельства и покупки в собственность домов , стро ений , транспорта и утвари » (1945 г .), « О порядке обложения доходов монастырей и предприятий при епархиальных управлениях » (1945 г .) и др .

Наряду с Советом по делам Русской православ ной церкви , созданном в сентябре 1943 г ., с июля 1944 г . в нашей стране стал функциониро вать ещё один правительственный орган , зани мавшийся вопросами религии . Назывался он Советом по делам религиозных культов . Два эти органа имели своих уполномоченных на местах . Позже , в середине 1960- х гг . ( в 1965 г .) оба они были преобразованы в один - Совет по делам религий при Совмине СССР . Главная задача его оставалась прежней - оказание содействия ре лигиозным объединениям в их патриотической и миротворческой деятельности . В условиях жёст кой государственной централизации власти этот Совет и два предшествующих ему при оказании помощи религиозным организациям осуществ ляли за ними и контрольные функции . Степень их корректности , уважительности к духовенству и верующим людям во многом определялась личными качествами и нравственным уровнем конкретных уполномоченных .

Постановлением СНК СССР « О порядке откры тия церквей » (1943 г .) верующим людям , их се мьям предоставлялись значительные права для решения вопросов осуществления религиозного культа . Соответствующие полномочия были воз ложены как на территориальные органы власти , так и на Совет по делам Русской Православной Церкви . В реальной жизни порой приходилось поправлять чиновников на местах , которые пре пятствовали открытию церквей . Например , Ря занский облисполком 23 марта и 28 июля 1944 г .

дважды отклонял заявление группы верующих об открытии храма в селе Летово Рыбновского района [10, с . 74]. Затем верующие вышли со своей просьбой на республиканский уровень . Правительство РСФСР своим постановлением от 28 августа 1944 г . отменило соответствующее решение облисполкома , обязав его разрешить открыть в данном селе церковь .

В 1944 г . Совет по делам религиозных культов при Совете министров СССР инициировал утверждение правительственной инструкции , в соответствии с которой все действовавшие тогда в стране религиозные общины должны были быть зарегистрированы [19, л . 2]. Регистрация осуществлялась соответствующими исполкома ми районных и городских советов .

Религиозным общинам на нормативно - правовом уровне было разрешено собирать добровольные пожертвования на церковные нужды не только внутри храмов , но и вне их . Теперь священники получили возможность совершать в переделах своих приходов религиозные обряды и требы в домах верующих людей без особого на то раз решения местных властей . Священнослужители также могли , при необходимости , созывать и проводить собрания верующих зарегистриро ванных общин [20, Л . 2-3]. Кроме того , с начала 1944 г . разрешалось проводить съезды духовен ства конкретных районов , городов , регионов . В последнем случае их организацию следовало согласовывать с областными ( краевыми , рес публиканскими ) исполкомами советов . В этом церковной общественности оказывали содей ствие территориальные Советы по делам Рус ской Православной Церкви .

Для удовлетворения религиозных потребностей церковные общины получили право взаимодействовать с кооперативными организациями , сельскохозяйственными , кустарными и другими производственными объединениями . А это стало возможным , так как теперь православные , му сульманские и другие конфессиональные орга низации сами свободно распоряжались находя щимися у них денежными средствами и культо вым имуществом . Это было особенно важно в связи со значительным ростом производствен ных кооперативов и артелей , который наблю дался в 1943-1945 гг . Так , в г . Сталинграде толь ко за первую половину 1943 г . было организова но 19 кустарно - промысловых артелей , в которых трудились свыше тысячи человек [21]. Данная тенденция наблюдалась во всех регионах стра ны . На этих предприятиях производились , пре имущественно , товары массового спроса . Опре делённые заказы получали артели и от церков ных обществ .

С начала 1944 г . была нормативно затруднена процедура закрытия , как православных храмов , так и молитвенных зданий других конфессий . Закрытие церквей допускалось лишь в следую щих случаях :

• -    при наличии заявления от 2/3 или большего числа учредителей религиозного объединения , подписавших ходатайство об открытии церкви ;

• -    при существенном или неоднократном нару шении религиозной общиной действующего за конодательства ;

• -    если специальной городской комиссией цер ковные здания по причине ветхости или в поряд ке планировки города признавались подлежа щими сносу ( в таких случаях местные власти должны были находить возможности предостав ления религиозной общине другого здания );

• -    в случае , если в период фашистской оккупа ции под молитвенные собрания были заняты государственные и общественные здания ( шко лы , клубы , театры ).

Что касается первого пункта , то даже при нали чии заявления от 2/3 или большего числа учре дителей религиозной общины , ходатайствовав ших о закрытии храма , данное решение не всту пало в силу . По правовым нормам требовалось , чтобы в течение двух недель со времени подачи таких заявлений - ходатайств не поступил протест от остальных членом религиозной общины ( в количестве не менее 20 человек ) [22, л . 3 об . 4]. То есть , процедура была вовсе не формальной . Она позволяла учитывать мнения не только большинства , но и меньшинства .

Необходимо дать разъяснения и по последнему пункту , допускавшему закрытие храмом . Следует отметить , что не любое здание , например , шко лы , клуба , театра , занятое религиозной общиной в период немецкой оккупации , изымалось у неё . В нормативном документе было особо оговоре но , если данное здание когда - либо до оккупации использовалось церковью , то изымать его у ре лигиозной общины было нельзя без согласова ния с Советам по делам Русской Православной Церкви при СНК СССР . А в годы войны этот Со вет в большинстве случаев занимал сторону верующих людей .

Пытаясь дискредитировать работу Совета по делам РПЦ и его руководителя в годы войны Г . Г . Карпова , отдельные современные авторы обвиняют его в мерах судебного воздействия в отношении отдельных иерархов в период 19441945 гг . и осуществлении « диктата в отношении духовенства ». В частности , они пишут , что , по хоже , таким способом полковник Карпов прово дил свою « кадровую политику » [5, с . 124; 23, с . 15-17].

В виде примеров «сталинских репрессий православного духовенства», которые якобы «никогда не прекращались в годы войны»,некоторые исследователи называют судебные приговоры 1944 г. в отношении архиепископа Черниговского Симона (Ивановского), епископа Таганрогского Иосифа (Чернова) в феврале 1946 г. [5, с. 122123]. Эти иерархи тогда были осуждены к 10 годам лагерей. Читателей пытаются убедить в абсолютной их невинности. Но при этом игнорируется, что они не просто оказались под немецкой оккупацией (таких было миллионы советских граждан), но и сотрудничали с фашистами, произносили антисоветские проповеди и молитвы за «немецкий порядок». Гитлеровцы, отступая в 1943 г. с Дона, забрали с собой епископа Таган- рогского Иосифа (Чернова) как ценного для них проповедника. Отношения с немцами у него испортились лишь тогда, когда он отказался разорвать каноническую связь с Московской патриархией. Но до этого его религиозное служение вполне устраивало немецких оккупантов.

Конечно , лишь обстоятельное и непредвзятое изучение судебных дел конкретных иерархов , священников , находившихся в оккупации и со трудничавших с немецкими властями , может определить меру их вины и невиновности . Но без такого изучения исследователь не вправе брать на себя функции судьи советской системы , её руководителей и ответственных работников , включая Сталина , Карпова и др .

Православный старец архимандрит Иоанн ( Кре - стьянкин ), живший в современную эпоху , в од ном из своих писем мудро заметил , что следует воздерживаться судить « с чьих - то слов или по чьему - то навету , даже и печатному ». « Да и кто я такой , – продолжал он , – чтобы судить ?» [24, с . 242]. Не с осуждением , а с любовью , милосер дием и , конечно , правдиво нужно подходить к прошлому нашего Отечества , включая советскую эпоху . Без этого нельзя получить ни целостной картины прошедшего , ни объективного его вос приятия .

Органы советской власти в период войны, особенно в последние её годы не препятствовали развитию приходской жизни. Только за несколько месяцев (с января по ноябрь) 1944 г. была возобновлена деятельность более 200 церквей [25]. А за период с августа 1944 г. по 1946 г. открылось 1735 приходов РПЦ. Всего же в стране насчитывалось 10.544 прихода [26]. При содей- ствии советского правительства во время войны было восстановлено более 100 православных монастырей [27, с. 34]. Судя по опросам, проводившимся тогда, важнейшими мотивами для открытия храмов верующие называли стремление молиться за воюющих на фронте, восстановление многовековой православной молитвенной традиции, проведение патриотической работы с населением [28, с. 22]. Кроме того, религиозные учреждения организовывали оказание материальной помощи для нужд фронта, осуществляли благотворительные акции в военных госпиталях.