Зарубежный опыт кумулятивной охраны интеллектуальной собственности и его имплементация в Российской Федерации

В научной литературе термин «кумулятивная (или «двойная») охрана» обозначает явление, при котором один результат интеллектуальной деятельности подпадает под охрану одновременно нескольких правовых режимов [5, С. 24]. В доктрине термин «кумулятивная охрана» нередко заменяется синонимичным обозначением – «пересечение режимов интеллектуальных прав» или «наслоение правовых режимов» [2, С. 45]. Характерно использование и почти идентичного понятия «пересечение прав интеллектуальной собственности», что является прямым переводом термина из американской правовой доктрины, в которой подобное явление называется «overlapping intellectual property rights» [13].

И.С. Блинов заключает, что пересечение прав интеллектуальной собственности представляет собой правовую ситуацию, предопределенную особенностями конкретного объекта и обусловленную способностью одновременно применять к нему два или более самостоятельных правовых режима охраны [1, С. 32].

В XIX веке идея о возможности пересечения различных прав была закреплена положениями Бернской конвенции. Статья 2(7) конвенции устанавливает, что, если в стране происхождения произведения охраняются только как образцы и модели, в других странах-участницах они могут получать только соответствующую специальную защиту. Однако в случае отсутствия такой специализированной охраны эти произведения становятся объектами защиты как художественные произведения.

По мнению А.С. Ворожевича, в настоящее время большинство развитых правопорядков (ЕС, Япония, Австралия и др.) допускает пересечение правовых режимов [2, С. 50].

Возможность кумулятивной охраны в праве Европейского Союза (далее – ЕС) следует из определений товарного знака и промышленного образца: ст. 4 Регламента ЕС 2017/1001 и ст. 3 Регламента № 6/2002 допускают пересечение этих режимов, в частности, в отношении формы товаров и упаковки. При таком толковании довольно существенен потенциал пересечения правовой охраны товарных знаков с авторско-правовой охраной, а также между правовой охраной товарных знаков и промышленных образцов.

Под влиянием актов ЕС претерпевает изменения и национальное регулирование. В Италии изначально кумулятивная охрана была исключена из-за правила отделимости (итал. «regola di scindibilità del carattere artistico»), согласно которому объекты могли претендовать на автор- ско-правовую охрану лишь при возможности выделения их эстетической составляющей из индустриальных свойств. После принятия Директивы ЕС об охране дизайна, в частности, ее ст. 17, Италия скорректировала национальное регулирование, законодательно разрешив кумулятивную охрану [3, С. 37].

Необходимо отдельно отметить подход Франции, сформировавшей теорию «единства искусства» (фр. Théorie de l’unité de l’art), согласно которой данной юрисдикции не свойственно разграничение искусства и промышленности при охране творческих работ, что обеспечивает возможность полной кумулятивной охраны. Неотъемлемой чертой данной теории является невозможность передачи одного исключительного права без другого, вследствие чего права в рамках обоих режимов всегда остаются вместе у одного лица [7, С. 117].

Заимствование в российское право французской теории «единства искусства» в части, обеспечивающей полную кумулятивность прав с их неразрывной консолидацией у единого субъекта, способствовало бы большей правовой определенности. Имплементация современного французского подхода сократила бы количество ситуаций, при которых реализация прав на кумулятивно охраняемые объекты блокируется или усложняется ввиду множественности правообладателей. Так, консолидация исключительных прав разрешила бы существующую правовую проблему, поскольку единый комплексный договор охватывал бы все правовые режимы охраны, устраняя фрагментацию (необходимость оформления отдельных лицензий для каждого режима) и связанные с ней риски ответственности.

В качестве одной из возможных мер реализации автор видит целесообразным закрепить в ст. 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации императивное требование к лицензионным договорам включать стандартное заверение правообладателя: «Лицензиар заверяет и гарантирует, что предоставляет Лицензиату право использования объекта по каждому возможному правовому режиму (включая авторское право, патентное право, товарный знак и иные), принадлежащее Лицензиару на данный объект интеллектуальной собственности в совокупности, без дополнительных обременений или иных правообладателей с его стороны, в пределах объема, срока, территории и способов, указанных в настоящем лицензионном договоре». Такое требование можно приравнять к установлению дополнительного существенного условия либо обязательного элемента формы договора, аналогично уже существующим нормам ст. 1235 ГК РФ.

Возвращаясь к рассмотрению зарубежных подходов, стоит отметить, что в ранней судебной доктрине США господствовала позиция, согласно которой создатель интеллектуального продукта обязан был выбрать единственный режим правовой охраны [7, С. 119]. А.И. Минакова приводит в пример дело De Jonge Co. v. Breuker Kessler Co., при рассмотрении которого суд указал, что «автор не может испрашивать правовую охрану дизайнерского решения одновременно по авторскому и по патентному праву – он должен сделать выбор» [6, С. 31]. К середине XX столетия обозначился постепенный отказ от прежней позиции, что иллюстрирует прецедент Mazer v. Stein (1954), в котором Верховный суд США указал, что патентоспособность функционального изделия не препятствует его охране авторским правом в качестве произведения искусства.

Как отмечает А.И. Минакова, прецедентное право США в настоящий момент придерживается подхода, согласно которому при обладании единым объектом признаками охраноспособности по нормам авторского и патентного права, его создатель освобождается от необходимости выбирать между режимами [6, С. 31]. Вместе с тем значительная часть споров о правомерности совмещения режимов остается на усмотрение суда, а попытки использовать товарный знак для продления истекшего патента получили в доктрине наименование «backdoor patent».

Кардинально отличного подхода придерживается правовая система Великобритании: истец вправе осуществить защиту только одного приоритетного права по своему выбору [10]. Подобная система существует и в Австралии, правовая система которой не предусматривает пересечения режимов охраны. А.И. Минакова акцентирует внимание на том, что австралийское законодательство об авторском праве (ст. 75, п. 2 ст. 77 Закона об авторском праве Австралии) исключает из сферы нарушений авторских прав на художественное произведение его воплощение в изделии промышленного производства [6, С. 32].

В Китае же законодательство не содержит норм, прямо указывающих на возможность кумулятивной охраны, но и прямо не запрещает ее – напротив, определения объектов отдельных правовых режимов сформулированы так, что допускают пересечения. Статья 2 Закона КНР «О патентах» определяет объекты патентной охраны: изобретения, полезные модели и промышленные образцы. В таком виде регулирова- ние не исключает кумулятивную охрану: например, промышленный образец может совпадать с объектом авторского права, а товарный знак – с полезной моделью (формой/упаковкой). Так, в 2014 году в Китае было признано нарушением исключительного права на изобразительный товарный знак в виде дизайна бутылки его воплощение в реальном товаре [14]. Суд постановил, что с учетом внешнего сходства сопоставимых объектов и репутации истца вероятно, что потребитель может предположить наличие связи между спорным товаром и истцом [5, С. 86].

Аналогичным образом строится регулирование и с использованием Закона КНР «О товарных знаках». В соответствии со ст. 8 данного Закона товарный знак может включать «слова, графические изображения, буквы алфавита, числительные, трехмерные изображения, комбинации цветов». Данное положение создает основу для кумулятивной охраны, поскольку трехмерные знаки могут совпадать с объектами промышленного образца или произведениями изобразительного искусства. Н.И. Капырина указывает, что в 2021 году Верховный суд Китая официально закрепил правовую охрану объектов прикладного искусства наравне с художественными произведениями [4, С. 76], тем самым косвенно подтвердив допустимость кумулятивной охраны в КНР.

В Японии кумулятивная охрана не только возможна, но и активно стимулируется: Тэцуя Фусе отмечает, что в последние годы правообладатели все чаще прибегают к более широкой кумулятивной охране, обращаясь, в частности, к защите одновременно и авторским правом, и товарным знаком [8]. На практике дизайн, определяемый правами на внешний вид объектов, координируется с патентным режимом для продуктов, где технологические инновации проявляются визуально [8].

Таким образом, в аспекте признания возможности кумулятивной охраны зарубежные право-порядки демонстрируют несколько типологических подходов. Нами выделены: подход полного признания кумулятивности (Европейский Союз, Франция, Италия, современные США, Япония и др.), характеризующийся отсутствием законодательных запретов на одновременную защиту одного объекта несколькими правовыми режимами; взаимоисключающий подход (Великобритания, Австралия), предполагающий жесткое демаркационное разграничение правовых режимов; переходный подход (Китай), опирающийся на отсутствие прямых запретов при пересекающихся законодательных дефинициях с косвенным признанием кумулятивной охраны в судебной практике.

Проведенное исследование зарубежного опыта регулирования кумулятивной охраны интеллектуальной собственности свидетельствует о доминировании моделей полного признания параллельной защиты одного объекта несколькими правовыми режимами в большинстве развитых юрисдикций. Французская теория «единства искусства», по мнению автора, представляет наиболее развитую форму кумулятивности, обеспечивая неразрывную консолидацию исключительных прав у единого субъекта. Имплементация элементов французского подхода в российское право позволила бы устранить фрагментацию титулов и связанные с ней риски множественного лицензирования. Для реализации данной меры предлагается, среди прочего, дополнить статью 1235 ГК РФ положением, предусматривающим обязательное заявление лицензиара по каждому режиму на данный объект.