Защита должной (деловой) репутации юридического лица в праве России и сша

DOI:

В условиях продолжающейся трансформации гражданско-правовой системы России проблема создания эффективного института права на должную репутацию нуждается в особо внимательном подходе со стороны судебной власти ввиду своей социальной значимости. Сравнительный анализ основных положений законодательства в данной области правового регулирования позволит выявить не только недостатки, но и достоинства российской законодательной базы, что соответственно предопределяет практическую ценность исследования.

Именно при разрешении дел о диффамации особенно важно достигнуть равновесия между правом юридического лица на защиту деловой репутации, с одной стороны, и правом членов общества на получение информации, свободой слова, свободой прессы – с другой. Слишком усердная защита чьей-либо деловой репутации может расцениваться как воспрепятствование свободному распространению информации, необходимой для общества, и следовательно посягательством на свободу слова как на важнейшее конституционное право. Наиболее проработанным с точки зрения баланса свободы слова и права на деловую репутацию считается американский институт защиты от диффамации, многие положения которого восприняты Европейским судом.

Термин «диффамация» отсутствует в российском гражданском праве, но употребляется активно в Постановлениях Европейс- кого суда и, соответственно, рассматривается российским правоприменителем аналогично понятию распространения порочащих сведений, не соответствующих действительности (ст. 152 ГК РФ) [4].

Особенности механизма защиты деловой репутации юридического лица в законодательстве России и США

Положительная деловая репутация юридического лица способствует воплощению целей организации, ради которой она была создана, она помогает держать юридическое лицо в тонусе и поддерживать конкурентоспособность. Создание положительной деловой репутации юридического лица – это, как правило, довольно длительный процесс, предполагающий значительные усилия как непосредственно исполнительных органов юридического лица, так и его учредителей и работников. Но ее можно достаточно быстро испортить антирекламой, целенаправленной дискредитацией со стороны конкурента и т. д. Верховный суд РФ выделяет предпринимателей, адвокатов, нотариусов, к которым относятся те же положения, что и к юридическим лицам [2].

В настоящее время правоприменитель четко определился в отношении компенсации морального вреда как способа защиты в случае диффамации в отношении юридического лица, предложив в качестве альтернативы «репутационный вред» [3]. Организация вправе подвергать сомнению и оспаривать в суде сведения, которые приносят вред репута- ции [9, с. 11]. В основном деловая репутация может быть испорчена путем вынесения неверной информации о работе юридического лица в средствах массовой информации. Распространение порочащих юридическое лицо сведений порождает факт длительной неопределенности, причиняющей юридическому лицу значительное неудобство [7].

Диффамация является гражданским правонарушением и влечет ответственность при соблюдении общих условий деликтной ответственности за исключением условия о вине ответчика [5].

Главным условием наступления ответственности за диффамацию является доказанность порочащего характера информации и факта ее распространения, также должен быть установлен факт сформированной деловой репутации истца и утраты доверия к его репутации, следствием чего может быть сокращение числа клиентов и утрата конкурентоспособности [5].

Необходимо отметить, что распространение порочащих его деловую репутацию сведений может быть осуществлено различными способами. В частности, юридическое лицо действует в гражданском обороте через свои исполнительные органы (ст. 53 ГК РФ), следовательно деловая репутация лиц, которые в них входят, оказывает влияние на деловую репутацию организации в целом (п. 12 Обзора), в виду этого действия и образ указанных лиц ассоциируются с этим юридическим лицом. Также репутация юридического лица отражается непосредственно на самом руководителе юридического лица [3]. В частности, как указывается в одном из судебных постановлений: «Сведения, относящиеся к руководству компании, распространяются на все предприятие в целом, даже если люди, о которых идет речь, остаются неназванными, в то время как их причастность к компании четко обозначается и не вызывает сомнений. В связи с этим можно прийти к выводу, что деловая репутация члена совета директоров тесно связана с деловой репутацией организации, а посягательство на нее влечет ущемление прав организации. То же самое касается и деловой репутации исполнительного органа, так как распространенные сведения о директоре относятся к деловой репутации общества [6].

При этом из содержания данной информации должна прослеживаться безусловная связь между организацией и лицом, упомянутым в таком сообщении, их отождествление. Ввиду того что на положительную деловую репутацию оказывают влияние и профессиональные, и деловые, и порой человеческие характеристики лиц, входящих в иные органы юридического лица (совет директоров (наблюдательный совет), ревизионная комиссия), целесообразно распространить вышеуказанную правоприменительную практику и на данных лиц. Особенно, если учесть, что судебная практика определила непосредственную связь между диффамацией в отношении работника и деловой репутацией юридического лица, с которым последний состоит в трудовых отношениях, так как распространение ложной информации о некачественном выполнении работником своей работы повлечет возможный отток клиентов.

По данной категории дел истец обязан доказать только то, что ответчик распространил порочащие сведения, а уже непосредственно ответчик должен предоставить доказательства того, что данные сведения соответствуют действительности. В отношении же юридических лиц должна быть установлена презумпция нарушения их деловой репутации, если из информации о недобросовестности лиц, входящих в органы юридического лица, работников, проявленной при выполнении ими производственно-хозяйственных функций, прослеживается четкая связь между этими лицами и (или) их действиями и самим юридическим лицом.

В праве США под диффамацией, как правило, понимают выявление неверных сведений, порочащих честь и достоинство лица или компании. Как утверждает американский юрист Роберт Вандерет: «Диффамация – это утверждение, являющееся ложным и не защищенным привилегиями, порочащее репутацию человека, побуждая других людей осуждать или ненавидеть его или нанося ущерб бизнесу этого человека» [8, с. 43]. Ложные сведения и сведения, которые нанесли ущерб лицу, именуют дискредитирующими. В шестидесятых годах Верховный суд РФ отменил действие большинства нормативных актов, которые устанавливали непопулярность общественного мнения, именно это про- тиворечило положениям Конституции в сфере свободы прав. Поэтому споры о диффамации практически совсем ушли в гражданское право и рассматриваются в качестве дел частного обвинения.

Как упоминалось ранее, в случае возникновения диффамации в средствах массовой информации возрождается столкновение двух прав: на свободу слова и защиту чести, на достоинства и репутации. В связи с этим создание равновесия между этими правами представляется особенной характеристикой и порождает деление в научной доктрине и правоприменительной практике (не только в сфере мировой арены, но и в рамках национальных правовых систем). В ряде стран существуют различные подходы к данному вопросу. В США главную роль играет право на свободу слова, а также СМИ. Несмотря на тот факт что права Великобритании и США схожи по основным чертам, американские суды не брали во внимание решения судов Великобритании на том основании, что прослеживалось противоречие Первой поправке к Конституции США.

Также стоит отметить, что в США установлена обязанность, возлагающаяся именно на истца, доказать не только факт распространения сведений ответчиком, но и то, что их порочащий характер не соответствует действительности.

Корпорации и иные коммерческие организации могут подавать в суд только в случаях, когда диффамирующее заявление нанесло им ущерб в сфере осуществления ими бизнеса или лишило их деловых партнеров. При этом диффамирующее заявление, сделанное в отношении членов правления, служащих, акционеров корпорации, не является диффамацией корпорации. В связи с этим диффамацией корпорации может считаться только заявление, которое затрагивает осуществление корпорацией своей деятельности, не совместимой с надлежащим ведением бизнеса. Сведения, касающиеся качества выпускаемой продукции или ее прав на имущество, могут стать основанием для обращения в суд за так называемую «вредоносную фальсификацию»). Для профессии диффамацией считаются только сведения, которые несовместимы с профессией, обвинение в пьянстве или в других амо- ральных поступках не может повлиять на предпринимателя [10, с. 100].

Выводы

Таким образом, американское право подходит к диффамационному ущербу деловой репутации лица, в том числе и юридического лица, с позиций гражданско-правовой ответственности, требующей наличия вины, и тем самым определяет узкоспециализированный характер категории «деловая репутация». Общая же тенденция развития российской правовой доктрины направлена на построение категории «деловая репутация» именно с позиции универсальности последней. Американское право содержит исключительные юридические составы, позволяющие нивелировать осложнение доказывания репутационного ущерба путем установления случаев безви-новной ответственности в обозначенной сфере [1, с. 72], на которые не распространяется российское законодательство (так же, как и деления на общие и специальные репутационные убытки). В таких условиях неизбежное интегрирование только общей канвы теории в отечественное правовое поле порождает ситуацию продуцирования системных ошибок доктрины в рассматриваемой области и, как следствие, – формирование не отвечающей объективному социальному запросу судебной практики.