Зеркало из «Княжеского» погребения гуннского времени c поселения Мухино 2 на Верхнем Дону

В данной статье будет рассмотрено металлическое зеркало с центральной петлей с декором в виде трех концентрических кругов (рис. 1, 1 ), которое было обнаружено в богатом женском погребении, открытом на поселении Мухино 2 на Верхнем Дону и датированном второй четвертью V в. ( Мастыкова, Земцов , 2014. С. 212). Подобные зеркала иногда встречаются и на других памятниках По-донья эпохи переселения народов, таких как Ксизово‑8 и Ксизово‑19 ( Бирюков и др. , 2015. С. 10. Рис. 5, 16 ; Обломский, Козмирчук , 2015. С. 161, 162. Рис. 243, 6 ) 1 . Попытаемся выяснить, как эти зеркала распространяются в интересующее нас время, для какой территории они более всего характерны и каковы их общие хронологические рамки.

• ¹    Здесь и далее приводится не весь список аналогий. Свод находок зеркал подобного типа будет включен в состав полной публикации погребения Мухино, которая готовится к печати.

Рис. 1. Зеркала типа Карповка–Анке-4 эпохи Великого переселения народов

• 1    – Мухино; 2 – Сиреневая бухта, склеп 15/3; 3, 6 – Керчь, склеп 78.1907 г., погр. 4; 4 – Ново-покровка; 5 – Керчь, склеп 165.1904 г., погр. 6; 7 – Михаэльсфельд

  1 – Рисунок С. Л. Богаченко; 2 – по: Масленников , 1997. Рис. 33, 3; 3, 6 – по: Засецкая , 1998. Табл. XIV, 7, 8; 4 – по: Засецкая и др. , 2007. Рис. 4, 1; 5 – по: Засецкая , 1993. Табл. 54, 297; 7 – по: Засецкая , 2010. С. 132. Ил. 7,4

1974. Рис. 9, 1 ; Кудрявцев, Гаджиев , 1991. Рис. 5, 1 ; 9, 70 ). Довольно широко они распространены, как мы увидим далее, в V–VI вв. Для VII–VIII вв. зеркала такого типа отмечены, например, в захоронении 101 некрополя Мокрая Балка, в погребениях 135 и 151 могильника Дюрсо и в материалах Борисовского могильника ( Афанасьев, Рунич , 2001. Рис. 112, 4 ; Дмитриев , 2003. Табл. 83, 94, 95 ; Саханев , 1914. Табл. 2, 5 ). В более позднее время, в IX и, возможно, X в., подобные зеркала известны в основном на памятниках салтово‑маяцкой культуры (например, Маяцкое селище: катакомба I, яма 18, катакомба I в постройке 18, катакомба 2 в постройке 18: Винников, Афанасьев , 1991. Рис. 7, 14 ; 20, 5 ; 38, 17 ; 39, 5 ), а также на Северо‑Западном Кавказе в контексте X–XII вв. (например, Змейский могильник: Кузнецов , 1963. С. 35; 1995. С. 321).

Металлические зеркала античности и средневековья довольно хорошо изу‑ чены. Больше всего исследователи обращали внимание на сарматские зеркала. Все их классификации построены преимущественно с учетом морфологических признаков, которые характеризуют форму дисков и ручек.

В свое время А. М. Хазанов посвятил специальное исследование генезису, типологии и датировке сарматских металлических зеркал. Он выделил изделия с центральной петлей в особый тип X, независимо от характера декора ( Хазанов , 1963. Рис. 1). Автор отметил, что зеркала этого типа во II–IV вв. находились на стадии сложения, поскольку форма петли на них очень изменчива ( Хазанов , 1963. C. 67, 68). Орнамент же, по мнению А. М. Хазанова, на зеркалах с центральной петлей формировался под влиянием декора сарматских зеркал с боковым ушком, но не исключалось и влияние орнаментальных мотивов китайских металлических зеркал, последние также известны у степных евразийских кочевников ( Хазанов , 1963. C. 67, 68).

Большинство российских исследователей, вслед за А. М. Хазановым изучая зеркала с центральной петлей, также не принимали во внимание характер рельефного орнамента на оборотной стороне и рассматривали их как единый тип. Но еще в 1956 г. И. Вернер разработал классификацию восточноевропейских зеркал с центральной петлей, где типы были выделены как раз по характеру декора ( Werner , 1956. S. 117, 118). Позднее другой немецкий исследователь Б. Анке вносит некоторые уточнения в типологию этих зеркал, но и он берет за основу орнамент на оборотной стороне зеркала ( Anke , 1998a; 1998b).

Вернемся к женскому захоронению на поселении Мухино 2 в Верхнем Подо-нье. В составе погребального инвентаря, как уже говорилось, было обнаружено металлическое зеркало с центральной петлей, украшенное тремя концентрическими рельефными кругами (учитывая круг по борту), оно лежало в районе груди погребенной (рис. 1, 1 ).

Зеркала с декором в виде двух или трех рельефных концентрических кругов были выделены И. Вернером в тип Карповка – Сен‑Сюльпис ( Werner , 1956. S. 117, 118), а по типологии Б. Анке они относятся к типу 4 ( Anke , 1998a. S. 26, 27). В дальнейшем я их называю зеркалами типа Карповка – Анке‑4 ( Масты-кова , 2009. С. 83, 84). Подробная сводка античных и средневековых зеркал этого типа собрана Б. Незабитовской от самих ранних – III в. (например, «Золотое кладбище», между станицами Казанская и Тифлисская, курган 52, Краснодарский край, Правобережье Кубани) и до X–XII вв. (Змейский могильник, Северная Осетия) ( Niezabitowska , 2004). Зеркала с таким декором были также подробно рассмотрены И. П. Засецкой и ее соавторами при изучении богатых женских погребений постгуннского времени – Морской Чулек в устье Дона и Михаэльсфельд в бассейне Нижней Кубани ( Засецкая и др ., 2007. С. 18–24; Засецкая , 2010. С. 149, 150). Изучались эти изделия и для территории Центрального и Западного Предкавказья в эпоху Великого переселения народов ( Мастыкова , 2009. С. 83, 84).

Как уже отмечалось на примере «Золотого кладбища» на Кубани, зеркала типа Карповка – Анке‑4 известны уже в римское время, на что, в частности, указывают находки на Северном Кавказе: погребение 3 Западного некрополя Кобани, а также погребения 2 и 3 некрополя Дербента (Нарын‑Кала) ( Абрамова ,

Поиски прямых аналогий «мухинскому» зеркалу показывают, что для эпохи переселения народов подобные зеркала с двумя, а чаще с тремя концентрическими кругами известны на Боспоре Киммерийском, как в его «европейской» части, так и в «азиатской». На «европейском» Боспоре это Керчь – склеп 165.1904 г. погр. 6 (рис. 1, 5 ); склеп 78.1907 г. погр. 4 (рис. 1, 3, 6 ); некрополь у с. Заморское, погребение 22; Старожилово, склеп 5/5, 6/6; некрополь поселения Сиреневая Бухта склеп 13/1 погр. 5, 15/3, 18/6 (рис. 1, 2 ); некрополь Джурга‑Оба, склеп 11.2003 г. ( Засецкая , 1993. С. 84. Табл. 54, 297 ; 1998. С. 430. Табл. XIV, 7, 8 ; XVI, 13 ; Корпусова , 1973. Рис. 4, 22 ; Масленников , 1997. Рис. 12, 13 ; 15, 2 ; 29, 9 ; 33, 3 ; 40, 5 ; Ермолин , 2004. С. 24. Рис. 10, 19 ). В Восточном Крыму такое зеркало представлено также в погребении постгуннского времени у с. Новопо-кровка ( Гаврилов , 1996. Рис. 2, 5 ) (рис. 1, 4 ). В «азиатской» части Боспора можно назвать зеркала из Фанагории, некрополь «В» могила 94.1938 г. ( Блаватский , 1951. Рис. 9, 7 ) и Ильичевского городища – помещение XI/ниша ( Гавритухин, Паромов , 2003. Табл. 61, 61 ).

На Нижнем Дону, в Танаисе, погребение 87 содержало зеркало с подобным декором ( Арсеньева и др. , 2006. С. 54. Рис. 1, 4 ), такое же зеркало обнаружено и в погребении урочища Терны в дельте Дона ( Гудименко , 1990. Рис. 1, 6 ). Оба комплекса можно отнести к V в., не исключая начала VI в.

Зеркала типа Карповка – Анке‑4 известны в Юго‑Западном Крыму, в частности, в склепе 8/погр. 1 могильника Совхоз 10 ( Высотская , 1998. С. 257. Рис. 5, 25 ), в склепе 77/погр. 2 некрополя у с. Лучистое ( Гавритухин , 2011. Рис. 3, 56 ).

Эти зеркала в эпоху переселения народов встречены, как уже говорилось, и на Северном Кавказе, но только в западной половине этого региона – на Черноморском побережье, на Кубани, в Кабардино‑Балкарии. Они отмечены на следующих памятниках: Дюрсо, погр. 259, 298, 300, 306, 410, 483, 500, 516 ( Дмитриев , 2003. С. 201. Табл. 80, 24 ); Бжид 1, погр. 57 и погр. 144; Сопино, погр. 3, 11 и вне погребений; могильник Пашковский № 1, погр. 2.1936 г., 7.1948 г., 14.1948 г., в тайниках погребений 1.1949 г. и 5.1949 г.; Нижний Джулат, погр. 15 ( Мастыкова , 2009. С. 83, 84. Рис. 88–90; Гавритухин , 2011. Рис. 7, 28 ). Зеркало с центральной петлей на оборотной стороне, украшенное тремя концентрическими рельефными кругами, было найдено в разрушенном погребении у с. Михаэльсфельд (ныне с. Джигинское Краснодарского края) ( Засецкая , 2010. С. 132. Ил. 7, 4 ) (рис. 1, 7 ). Такие зеркала известны в Адыгее, на могильнике Мешоко в погребениях 5 и 7/раскоп III; погр. 3/раскоп V ( Дитлер , 1995.

С. 144–146, 151. Табл. XXXII, 1–3 ). Можно назвать в этом же регионе еще два зеркала - на могильнике Ново-Вочепшийский и Тауйхабль, найденные вне комплексов, но вместе с вещами V–VI вв. ( Мастыкова , 2009. Рис. 90, 3, 4 ). Стоит упомянуть и подобное зеркало из погребения 194в, конца IV – VI в., могильника Старокорсунского городища № 2 на Правобережье Кубани ( Лимберис , Марченко , 2009. С. 130. Рис. 1, 3 ).

Приведенные аналогии выявляют определенную закономерность. Появившись в III в., судя по самым ранним находкам, на Северном Кавказе («Золотое кладбище», Кобань, Нарын‑Кала), зеркала с концентрическими рельефными кругами становятся наиболее популярными в V - середине VI в. и распространяются прежде всего в Северном Причерноморье и в Западном Предкавказье. Затем в VIII-IX вв. зеркала с таким декором фиксируются в основном на памятниках салтово-маяцкой культуры и на Северо-Западном Кавказе (см. список зеркал: Засецкая и др ., 2007. С. 21–22. Табл. 1; Засецкая , 2010. С. 149, 150).

Стоит однако добавить, что зеркала типа Карповка - Анке-4 с концентрическими рельефными кругами, как видно из приведенного списка аналогий, лучше всего представлены в древностях оседлого населения Северного Причерноморья и Западного Предкавказья эпохи переселения народов. В кочевнических могилах этого времени такие зеркала, за редкими исключениями (например, Михаэлсфельд), не отмечены. Было высказано предположение, что зеркала типа Карповка являются частью материальной культуры в первую очередь эллинизированного понтийского населения Боспора Киммерийского и Танаиса гуннского и постгуннского времени ( Shchukin et al. , 2006. P 182). Действительно, для эпохи переселения народов зеркала типа Карпов-ка – Анке‑4 чаще всего встречаются именно в этой культурной среде. В свете данной гипотезы особое значение приобретает тот факт, что костюм женщины, погребенной на поселении Мухино 2, имеет выраженный понтийский характер, а биоархеологические данные свидетельствуют о ее южном, возможно понтийском, происхождении, связанном, во всяком случае, с аридной зоной ( Добровольская и др ., 2015). Зеркало из погребения, таким образом, является еще одним индикатором связей «мухинского» комплекса с Северным Причерноморьем гуннского времени.