Женщины-мэры в Российской Федерации: особенности визуальной самопрезентации (на примере Челябинска и Самары)

Эта работа © 2025 Бурмистровой Е. С. и Вершининой Д. Б. распространяется под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 International. Чтобы просмотреть копию этой лицензии, посетите

This work © 2025 by Burmistrova, E. S. and Vershinina, D. B. is licensed under Creative Commons Attribution 4.0 International. To view a copy of this license, visit licenses/by/4.0/

Гендерный дисбаланс в политике является одним из основных трендов политической жизни современности. Несмотря на рост женского участия в политике, по-прежнему сохраняется тенденция к его исключению из процесса принятия политических решений (Harper et al., 2020). Как отмечают С. Анзиа и Р. Бернард, стереотипы, ассоциирующие женщин с недостатком стратегических и исполнительных качеств, необходимых для лидерских ролей, становятся препятствием для более широкого вовлечения женщин в политику (Anzia and Bernhard, 2022, p. 1547). Эта проблема усугубляется и со стороны СМИ, которые тяготеют к стереотипному освещению черт характераженщин (Van der Pas and Aaldering, 2020).

Вместе с тем исследователи выделяют комплекс факторов, повышающих уровень участия женщин именно в городской политике по сравнению с другими ее уровнями. Так, отмечается, что именно город становится тем пространством, которое создает для женщин образовательные и экономические возможности, необходимые для участия в политических выборах (Holman, 2017, p. 292–293). Более того, представленность женщин в местной политике выше в более крупных городских районах, чем в районах с меньшим населением (Dahl and Nyrup, 2021). А. Сундстрем и Д. Стокемер, исследовав 29 европейских стран, пришли к заключению, что высокая доля рабочей занятости женщин напрямую коррелирует с уровнем политической женской репрезентации (Sundström and Stockemer, 2015, p. 266). Эти выводы подтверждаются и результатами исследований Дж. Джонса и его команды, которые свидетельствуют о том, что рост участия женщин на рынке труда приводит к постепенному снижению гендерных стереотипов (Jones et al., 2020).

В локальной политике Российской Федерации сохраняется гендерный дисбаланс. Проведенное в 2019 году исследование показало, что из 359 мэров только 19 (5 %) – женщины, а «преодоление гендерного дисбаланса в корпусе мэров российских городов идет слишком медленно»1. Эта тенденция сохраняется и в настоящем: на сентябрь 2024 года женщины возглавляют два города из топ-10 крупнейших российских городов2. В целях преодоления данной тенденции в России принимаются различные меры по развитию женского участия в локальной политике. Так, в апреле 2024 года Валентина Матвиенко предложила в рамках программы «Женщина-лидер» создать отдельный поток для женщин, занятых в сфере муниципального управления, чтобы женщины начали активнее заявлять о себе3. Об этом свидетельствуют и такие мероприятия, как Евразийский женский форум, прошедший в Санкт-Петербурге в сентябре 2024 года, одна из дискуссий которого была посвящена вопросам роли женщин в городской дипломатии и популяризации достижений глав-женщин в развитии муниципальных образований4.

Таким образом, изучение деятельности женщин-мэров становится особенно актуальным в свете растущего признания лидерства женщин в местном самоуправлении. Поскольку женщины-мэры играют жизненно важную роль в решении вопросов городского развития, международных отношений и семейных ценностей, данное исследование вносит вклад в понимание того, как гендер влияет на их политический имидж и стратегии лидерства. В контексте продолжающихся дискуссий о повышении качества жизни и развитии глобального сотрудничества изучение представленности женщин-мэров помогает выявить как проблемы, так и возможности преодоления гендерного дисбаланса в местной политике.

МЕТОДОЛОГИЯ (ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ) ИССЛЕДОВАНИЯ

Для того чтобы оценить, насколько сильно пол мэра влияет на особенности репрезентации, в данном исследовании используется концепция гендерного дисплея. Понимая под гендерным дисплеем вслед за И. Гофманом способы, с помощью которых люди выражают свою гендерную идентичность в процессе межличностного общения и социального взаимодействия (Goffman, 1979, p. 69), мы анализируем то, как женщины-мэры конструируют и демонстрируют свою гендерную идентичность в сфере массмедиа.

Как отмечает Л. Блаш, «политическая коммуникация в поздней современности характеризуется развертыванием брендинговых практик, растущей (цифровой) медиатизацией и визуализацией» (Blasch, 2021, p. 39), что тесно связано с трендом на персонализацию политики. Важнейшей платформой для политической персонализации становятся социальные сети (Raynauld and Lalancette, 2023), предполагающие не только информирование избирателей о политических решениях, но и презентацию личного бренда политика.

Политики, включенные в процесс регулярного взаимодействия с избирателями, используют соцсети для «политического вещания, саморекламы и само-пропаганды» (Abid et al., 2025, p. 756).

Мир современной политики – это мир видимости: «...чтобы стать политически значимым событием или политически значимой персоной, надо визуализироваться через экран телевизора или визуально репрезентироваться в виде электронной фотографии» (Щербинина, 2012, с. 8). Исследуя активность венгерских политиков в социальных сетях, Кс. Фаркас и М. Бэне пришли к заключению о том, что именно визуальные материалы становятся основой для персонализации политиков (Farkas and Bene, 2021, p. 120–121). Поэтому в нашем исследовании главное внимание мы уделяем визуальной саморепрезентации женщин-мэров. Визуальные образы позволят оценить, как женщины-мэры либо соответствуют традиционным гендерным нормам на политической арене, либо бросают им вызов, раскрывая сложности гендерного дисплея в лидерских ролях.

В России гендерный дисплей женщин-политиков часто связан со стереотипными представлениями, подчеркивающими традиционно женские черты. По данным мониторингового исследования ВЦИОМ 2024 года по участию женщин в политике, общество в основном приписывает женщинам-лидерам такие качества «мягкой силы», как доброта, сочувствие и человечность, ассоциируя их с материнским инстинктом и ориентацией на решение семейных проблем5. Этот стереотип способствует тому, что женщины в основном занимаются социальной политикой, в то время как мужчины доминируют в таких областях, как экономика, оборона и право. Согласно результатам мониторинга, женщины-политики считаются также эмоционально стабильными, в них часто подчеркиваются такие черты, как благоразумие, спокойствие и взвешенное принятие решений. Однако эти качества могут рассматриваться и как слабые стороны, поскольку эмоциональность и кажущаяся мягкость нередко становятся предметом критики. Стоит отметить, что такая оценка качествженщин-лидеровявляетсяобщемировойтенденцией. Вчастности, про-веденноеН.Гигериеекомандойисследованиепоказало,чтоженщины-политики обычно характеризуются избирателями как сострадательные, честные, поддерживающие левые/либеральные взгляды, феминистски настроенные и высоко компетентные в вопросах социального обеспечения (Giger et al., 2014, p. 305).

Исследуя выборы в Европарламент 2019 года, М. Юнгблут и М. Хаим пришли к выводу о том, что политики «стратегически подчеркивают и ослабляют эмоциональные гендерные стереотипы в своей визуальной коммуникации» (Jungblut and Haim, 2021, p. 576). Женщина-политик вольна выбирать, будет ли она акцентировать внимание избирателей на принадлежности к женскому полу или предпочтет более «маскулинный» подход, не активизируя стереотипы, связанные с «женственностью» (Bauer, 2015, p. 705). Таким образом, формируя свой визуальный облик в социальных сетях, женщина-мэр может либо усиливать, либо преодолевать гендерные нормы.

В процессе изучения саморепрезентации политиков в социальной сети Twitter Э. Маттан и Т. Смолл отметили, что в качестве «визуальных сигналов», помогающих женщинам-политикам формировать свой образ, могут выступать фотографии с членами семьи, неформальный стиль одежды, улыбка, физический контакт с окружающими, фотографии с детьми и пожилыми людьми (Mattan and Small, 2021, p. 482).

Для систематической обработки информации о женщинах-политиках (мэрах и кандидатах в мэры) в рамках исследования по гранту Российского научного фонда «Женщины-политики: локальное измерение гендерного дисплея в сравнительной перспективе» была создана база данных, ставшая основой для анализа демографических, лингвистических и визуальных характеристик женщин-политиков в различных социально-политических кон-текстах ⁶ . База данных включает профайлы политиков, структурированные по пунктам: страна, город, партийная принадлежность, этническая принадлежность, начало и конец срока полномочий, год рождения и возраст на момент избрания, образование и профессия, семейное положение и дети, ключевые темы самопрезентации (повторяющиеся темы из предвыборных сообщений, постов в соцсетях или публичных выступлений, дающие представление о брендинге политика и тех областях, на которых он делает акцент).

Анализ визуальной составляющей гендерного дисплея предусматривал систематизацию выложенных в социальных сетях женщины-мэра фотографий с ее изображениями. Опорная мысль состояла в следующем: то, как выглядит на видео- и фотоматериалах женщина-политик, является не просто случайным выбором, а символическим измерением власти: визуальные знаки становятся посылом, несущим в себе политическое высказывание.

При оценке визуальной стороны гендерного дисплея женщин-мэров мы использовали подход, предложенный Ш. Брэндс, С. Крукемайер и Д. Триллинг (Brands et al., 2021). Изображения были классифицированы по определенным критериям:

• -    взаимодействие с другими: взаимодействие политика с другими людьми на фотографии свидетельствует о его приближенности к горожанам и вовлеченности в общественную жизнь;

• -    дистанция и доминирование: физическое расстояние между мэром и другими людьми на снимке, а также уровень доминирования, выраженный в позе, языке тела и зрительном контакте, помогает оценить, как мэр подчеркивает авторитет и лидерство;

• -    выражение лица: анализ выражения лица, например улыбки или серьезности, позволяет оценить тон и настроение, передаваемые в публичных образах: улыбающееся лицо может говорить об открытости и любезности (ассоциируемых с женственностью), в то время как серьезное выражение лица призвано подчеркнуть профессионализм и авторитет.

Одежда, в которой женщины-мэры запечатлены на фотографиях, также была разделена на три стиля:

• -    официальный: деловые костюмы, которые обычно надевают на официальные мероприятия и встречи, усиливая авторитетность образа;

• -    полуделовой: более расслабленная, но все же профессиональная одежда, демонстрирующая гибкость и открытость в менее официальной обстановке;

• -    неформальный: одежда, надеваемая на общественные мероприятия или в личные моменты, призванная очеловечить политика и сделать его более близким для избирателей.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Наталья Котова: особенности визуальной самопрезентации мэра Челябинска

Мэр Челябинска Наталья Петровна Котова выбирает стиль практичного мэра-хозяйственника: довольно часто она появляется на фотографиях в джинсах, инспектируя в этот момент очередную стройку. Официальный стиль Котова выбирает лишь во время торжественных мероприятий (30 из 257 снимков). Для нее характерна скромность в одежде: ее не увидеть в длинных вечерних платьях, ярким тонам она предпочитает черный, синий цвета, а также пастельные оттенки. Скромность мэра Челябинска проявляется и в том, что она нечасто обновляет свой гардероб и регулярно носит одни и те же платья или костюмы. Одинаково часто Котову фотографируют в полу-деловом стиле или неофициальном: в легких блузках, незаменимых для мэра уральского города куртках спортивного вида, рубашках и джинсах. Внешний облик Котовой нацелен на формирование образа доступного, понятного обычному горожанину мэра.

Котова стремится предстать как политик, вовлеченный в жизнь городского сообщества: на 233 фотографиях из 257 она взаимодействует с другими людьми, чаще всего с рядовыми челябинцами. Наталья Котова не пытается дистанцироваться от тех, для кого работает на посту мэра; напротив, она старается ходить по тем же местам, где ходят обычные жители города, – например, лично оценивает качество уборки Челябинска от снега, поскольку именно

Бурмистрова Е. С., Вершинина Д. Б. Женщины-мэры в Российской Федерации: особенности визуальной самопрезентации... этот аспект работы городских органов, как правило, становится объектом критики со стороны горожан. Большинство снимков, размещенных в аккаунте челябинского мэра, демонстрируют готовность главы города не только не подавлять, но, напротив, уйти в тень: на 185 групповых фотографиях Котова не является доминирующей фигурой; нередки случаи, когда мэр оказывается на краю снимка. Все это, по-видимому, должно говорить о том, что профессиональные задачи для Натальи Котовой важнее постановочных кадров.

Профессионализм главы Челябинска подчеркивает ее серьезность, лишь на 56 из 257 фотографий она выглядит улыбающейся или веселой. Часто улыбка мэра сопровождает церемонии награждения, которые являются важным компонентом деятельности Котовой. Гораздо более распространены снимки, на которых она запечатлена серьезной. Отказ от улыбки, как представляется, нацелен на демонстрацию основательного подхода Натальи Котовой к ее профессиональным обязанностям, а также на опрокидывание традиционных представлений о том, как должна выглядеть женщина: авторы часто пишут, что женщины берут на себя бремя заботы о том, чтобы другие чувствовали себя комфортно, проявляя положительные эмоции, например улыбаясь (Koo, 2022).

Елена Лапушкина: особенности визуальной самопрезентации главы городского округа Самара

Визуальная составляющая гендерного дисплея главы городского округа Самара Елены Владимировны Лапушкиной, представленная в социальных сетях, сочетает в себе сдержанную женственность с акцентом на активное участие в общественной жизни. В ее визуальной репрезентации доминирует взаимодействие с людьми (194 из 240 случаев). На 190 изображениях она располагается физически близко к другим, что говорит о доступном и ориентированном на сообщество стиле руководства. Тот факт, что Лапушкина не занимает доминирующего положения на фотографиях (33/240), свидетельствует об ориентированности ее лидерства скорее на сотрудничество, чем на авторитарность.

В визуальном облике главы Самары чередуются серьезность и улыбчивость: из 240 фотографий на 158 она выглядит серьезной, а на 80 – улыбается. Интересно, что в определенных контекстах, особенно на снимках с детьми и ветеранами, она улыбается более свободно, что можно интерпретировать как стратегическую теплоту, позволяющую ей выражать сочувствие, сохраняя профессионализм в других сценариях.

Стиль одежды Елены Лапушкиной добавляет еще одно измерение к ее гендерному дисплею. Официальные костюмы, как и Наталья Котова, она надевает лишь в редких случаях, в ее публичном образе преобладает полуофициальная и неформальная одежда. На 151 снимке она выбирает полуофициальные наряды, а на 88 – неформальные, что отражает ее активное участие в общественной жизни, особенно в таких мероприятиях, как субботники и посадка деревьев. Ее стиль балансирует между традиционной женственностью и современной практичностью. Например, она часто носит длинные платья свободного кроя, подпоясанные на талии ремнем, и дополняет свои полуофициальные наряды кроссовками, что позволяет ей соответствовать современным тенденциям, подчеркивая при этом удобство и доступность. Более того, ее визуальное представление объединяет ее с городом. Так, выбранная ею зимняя шапка с надписью «Самара» зрительно усиливает ее связь с городом, которым она руководит. Когда Лапушкина появляется в официальной одежде на официальных мероприятиях, ее современные, облегающие фигуру костюмы – особенно ярких цветов, таких как синий, или более мягких тонов, например молочно-белого, – сигнализируют об авторитете, не являясь при этом жестко мужскими. Сочетание формального и неформального стилей, включая ношение такой обуви, как кроссовки, с костюмами, помогает ей создавать образ доступного, динамичного, приближенного к действительности лидера.

Ее активный, практический стиль руководства наглядно подтверждается многочисленными фотографиями, на которых она запечатлена в движении, будь то уборка улиц или участие в общественных мероприятиях. Эти динамичные снимки изображают ее как активного и деятельного мэра, который не довольствуется руководством из-за стола, а регулярно участвует в повседневной жизни Самары.

В заключение следует отметить, что гендерный дисплей Елены Лапушкиной визуально балансирует между серьезностью и эмпатичностью, современным профессионализмом и доступностью, позволяя ей взаимодействовать со своими избирателями. Благодаря стратегическому визуальному выбору она позиционирует себя как лидера, глубоко погруженного в жизнь своего сообщества.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Анализ визуальных образов женщин – глав крупнейших российских городов в социальных сетях демонстрирует общее, при сохранении вариативности, стремление политиков женского пола утвердить свою профессиональную компетентность при выстраивании образа близкого и доступного для горожан руководителя. И Лапушкина, и Котова предпочитают выглядеть на фотографиях серьезно, используют страницу исключительно для фотографий, демонстрирующих их деятельность в качестве мэра, замалчивают свою личную жизнь и выкладывают снимки, акцентирующие внимание на их взаимодействии с горожанами. Оба политика используют социальные сети для подчеркивания сходных форматов деятельности на посту главы города: у обеих есть фотографии с субботников, со строек, обе крайне редко выкладывают официальные портретные снимки. Предпочтение, отдаваемое обеими женщинами полуофицальной и неформальной одежде, показывает их сосредоточенность на делах родных городов, делает их понятными обычным горожанам. При этом каждая выстраивает собственный образ. Если Наталья Котова предпочитают одежду пастельных и костюмных тонов со строгим силуэтом, то Елена Лапушкина нередко появляется в длинных платьях. Сочетание женственной одежды с короткой стрижкой и строгими очками делает образ Лапушкиной многомерным и тяготеющим к симбиозу феминных и маскулинных черт. В то же время Наталья Котова выстраивает образ мэра-хозяйственника и зна-

Бурмистрова Е. С., Вершинина Д. Б. Женщины-мэры в Российской Федерации: особенности визуальной самопрезентации... чительно реже подчеркивает собственную женственность, которая в мужском мире политики может оказаться не преимуществом, а ахиллесовой пятой политика.

Таким образом, женщины-политики локального уровня стремятся сделать свои образы доступными, однако не все из них отказываются от традиционной женственности, которая при этом всегда дополняется образом профессионала. Впрочем, делать глобальные выводы на двух кейсах преждевременно, поэтому наши выводы требуют уточнения на более широкой выборке.