Жизненный путь настоятеля Цугольского дацана в XIX в.: влияние «Автобиографии» Г.-Ж. Дылгырова на развитие буддийского института

Статья освещает ранее неизвестные факты из автобиографии второго настоятеля Цугольского дацана Г.-Ж. Дылгырова, где он подробно описывает принятие им монашества, годы поступления в дацан, этапы обучения и карьеры. Автобиография позволяет подробно рассмотреть духовную деятельность Г.-Ж. Дыл-гырова, выявить влияние его трудов на развитие буддийского института на примере Цугольского дацана, и в целом дополнить сведения по буддизму во второй половине XIX в.

Галсан-Жимба Дылгыров* (1816–1872?) – представитель бурятского буддийского духовенства XIX в., автор более 30 комментариев и переводов крупных буддийских сочинений с тибетского на монгольский язык, ученик первого настоятеля Цугольского дацана Лубсана Дандарова, второй настоятель Цугольского дацана с 1857 по 1872 (?) гг. [Ванчикова, 2000, с. 88]. Он начал переводить буддийские тексты в 17 лет. Последняя работа, где упоминается его авторство, датируется 1872 г. Его переводы касались различных сфер буддийской жизни – от медицины до философских трудов. В автобиографии он подробно пишет об этапах своей карьеры и о духовном становлении, начиная с периода начала учебы в монастыре, включая назначение Г.-Ж. Дылгырова настоятелем Цугольского дацана, и далее до 1871 г.

Письменное наследие Г.-Ж. Дылгырова становилось объектом исследования в работах Р.Е. Пубаева [Пубаев, 1981], Отгонбаатара [Отгонбаатар, 1995], Б.Д. Баяртуева [Баяртуев, 1997], Е.Р. Шубиной [Шубина, 2014], Д.С. Жамсуевой [Жамсуева, 2001] и А.В. Лощенкова [Лощенков, 2018, с. 44–64]. О существовании автобиографии впервые сообщается в «Летописи баргузинских бурят», подготовленной к изданию отечественными востоковедами А.И. Востриковым и Н.Н. Поппе [Востриков, Поппе, 1935, с. 47]. В 1998 г. автобиография Г.-Ж. Дылгырова была переведена на монгольский язык Л. Тэрбишем [Тэр- биш, 1998]. Краткое описание автобиографии дано в двух статьях Ц.П. Ванчиковой: «О двух первых настоятелях Цугольского дацана» [Ванчикова, 1999, с . 92–94] и «Тибетские и монгольские источники о деятельности первых настоятелей Цугольского дацана» [Ванчикова, 2000, с. 85–101]. Материалом для написания настоящей статьи послужили сведения из переведенного авторами с тибетского на русский язык полного текста автобиографии Г.-Ж. Дылгырова [Автобиография 1864–1872].

Е.Г. Батонимаева описывает текст «Автобиографии» Г.-Ж. Дылгырова, отмечая, что она написана на тибетском языке между 1864–1872 гг. и опубликована ксилографическим способом в Цугольском дацане. «Текст занимает 55 листов размером 43,5 × 8,5 см, на одном листе размещено 5 строк. Текст расположен на обеих сторонах листов. Биография разделена на 6 глав, каждая глава имеет собственное название. Для каждой главы использована раздельная пагинация» [Батонимаева, 2021, с. 331]. Начинается каждая из них заголовком «Достоверное личное изложение моих деяний», который является одинаковым для всех глав, и его можно принять за общее название всей автобиографии. В конце каждой главы автобиографии указана дата ее составления. Первая глава написана на 6 листах, на 1 и 6-м листах текст расположен на одной стороне. В данной главе повествуется о жизни Г.-Ж. Дылгырова до 13-летнего возраста. Во второй главе, написанной на шести листах, охвачен возраст с 15 до 26 лет. Третья глава описывает деятельность автора с 27 до 44 лет. Четвертая глава посвящена его деятельности на должности хамбо-ламы (настоятеля) Цугольского дацана с 45 до 56 лет с 1860 по 1871 гг. В автобиографии он подробно описывает принятие им монашества в 7 лет, годы поступления в дацан, этапы обучения и карьеры.

В первой главе автор пишет о том, что в возрасте 7 лет в 1823 г. «у подножия небольшой горы Эрдэнэ толгой встретился со знатным ламой и принял монашеский обет» [Автобиография…, 1/3v-4r]. В восьмилетнем возрасте он попросил своего брата научить его тибетскому языку за неимением других учителей [Там же, 1/4r]. Автор отмечает, что в эти годы в стране

Ксилограф «Автобиографии» Г.-Ж.Дылгырова на тибетском языке.

начинает широко распространяться буддийское учение, поэтому строится много новых монастырей для монахов и растет поддержка буддизма среди населения [Там же, 1/4 v]. В возрасте 9 лет Г.-Ж. Дылгыров становится учеником-послушником при монастыре. В течение последующих 3 лет он прилежно учит наизусть необходимые молитвы и благодарно принимает помощь лам в своем обучении.

Примечательно, что Г.-Ж. Дылгыров в автобиографии сообщает обо всех своих переживаниях и не боится предать публичности прегрешения, связанные с мирскими желаниями: нарушение обета, несоблюдение и непослушание просьб и советов наставника: «В мои молодые годы и когда был в расцвете сил, будучи свободным от Добродетельного наставника, Драгоценного ламы, стал невежественным и греховным в силу желаний» [Там же, 2/4 r-v], «Поддерживал отношения с мирскими друзьями и родственниками, будучи одураченным честью, богатством и славой, забыл о поддержании дисциплины обещанных клятв» [Там же, 2/3v], «за исключением встреч с Драгоценным учителем, не только не полагался на духовных учителей, более того, сторонился и убегал, был зациклен на «восьми мирских заботах» [Там же, 2/5v], «один за другим провел годы и месяцы, часто занимался бесконечными бесполезными делами, много лет своей драгоценной человеческой жизни посвятил этому, превратился в раба греховных желаний, основанных на страсти и желаниях» [Там же, 2/6r]. Свое беспокойство о предложении учителя принять обеты гелонга Г.-Ж. Дылгыров описывает следующим образом: «находясь в положении, когда трудно соблюдать обеты гецула (вторая монашеская степень. – Авт. ), можно ли говорить об обетах гелонга (высшая степень монашеского посвящения. – Авт. )? Если буду иметь хорошую судьбу, к тридцати годам отважусь принять обеты гелонга» [Там же, 2/6 v]. После чего признается, что совершил неправедный поступок – отбросил совет своего учителя, и в ответ учитель может оставить его. «В это же время у моего Драгоценного учителя исчезло душевное расположение ко мне и к некоторым другим ученикам. Учитель начал искать истинного преданного ученика, способного принести пользу религии, и в это время его однокурсник «засаг» (глава в общежитии при монастыре) Чойсан в год железной мыши принял полные монашеские обеты (стал «гелонгом»). Получил у учителя высокое доверие, несколько раз совершил церемонию укрепления жизни для своего учителя, оказал большое почитание ламе и, тем самым, стал самым близким его учеником [Там же, 2/ 6v-7r].

Все эти переживания описаны во второй главе автобиографии, в которой он предупреждает юных монахов, что испытал похожие чувства, которые есть и у них, тем самым советует не повторять его ошибок, посвятив себя буддийскому учению. Благодаря такому художественному приему, у читателя возникает чувство доверия автору и ощущение его искренности. Автор призывает молодых монахов не уходить из монашества при несоблюдении обетов, но стараться улучшить свои знания, совершать больше благих поступков и строго следовать советам наставника.

Несколько раз автор упоминает о строгом отношении наставника к своим ученикам. На своем примере он показывает, как необходимо реагировать на критику учителя: «Непочитание своих лам и неисполнение их наказов, все эти прегрешения, понизили исполнение заповедей винаи и это заразительное влияние стало влиять на других хувараков, у которых было ослабленная вера» [Там же, 3/3v].

В 1854 г. в возрасте 38 лет Г.-Ж. Дылгыров после того, как его наставник (Лубсан-Лундэв Дандаров) оставил свою должность по болезни, становится хам-бо-ламой Цугольского дацана. Будучи настоятелем Г.-Ж. Дылгыров регулярно пишет о том, что занимается медитацией и созерцанием, организует проведение основных церемоний и молебнов. В 1859 г. умирает его учитель – первый настоятель Цугольского дацана Лубсан Дандаров в возрасте 79 лет. В честь него ученик преподносит подношения 8 дацанам округа и читает молитвы [Там же, 5/1r-2r].

По нашему мнению, Г.-Ж. Дылгыров намеренно писал автобиографию на тибетском языке, чтобы прочесть ее могли только ламы, большинство из которых в XIX в. умели читать тексты на тибетском языке. «Автобиография» носит дидактический и воспитательный характер, где монах может найти ответы на разнообразные темы и разрешить проблемы, которые встают перед ним. Поэтому он много пишет о переживаниях, с которыми могут столкнуться молодые ламы. Автор искренен и близок читателю, т.к. признается в своих грехах и ослушании своих наставников, и несмотря на это, не оставляет свою карьеру, а продолжает учебу в монастыре. В книге последовательно и подробно представлена система взаимодействий между монахом и его учителем, и красной нитью проходит через текст тезис о том, что необходимо быть преданным по отношению к учителю и буддийскому учению. Таким образом, «Автобиография» Г.-Ж. Дылгырова служила учебным целям в монастырях, и тем самым повлияла на образовательную систему буддийского института в Забайкалье. Произведение Г.-Ж. Дылгырова несомненно способствовало формированию определенной этики во взаимодействии монахов-учеников и их учителей в конце XIX в., что являлось актуальным для периода, когда буддийские дацаны начинали играть ключевую роль в жизни бурятского общества.

Работа выполнена в рамках проекта НИР ИАЭТ СО РАН № FWZG-2022-0001 «Этнокультурное многообразие и социальные процессы Сибири и Дальнего Востока XVII–XXI вв.».