Значимость финансовых стимулов в мотивации многодетности: опыт качественного исследования
Журнал: Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз @volnc-esc
Рубрика: Социальное и экономическое развитие
Статья в выпуске: 4 т.19, 2026 года.
Бесплатный доступ
Цель исследования – выявление значимости финансовых мотивов среди мотивационно-ценностных ориентиров, определяющих решение людей о создании многодетной семьи. Эмпирической базой выступили фокус-групповые дискуссии с многодетными родителями из Екатеринбурга, разделёнными на две группы: поколение 1 (ставшие многодетными до введения материнского капитала в 2007 году; N = 14 чел.; 8 женщин и 6 мужчин) и поколение 2 (ставшие многодетными после 2007 года; N = 15 чел.; 8 женщин и 7 мужчин). Гайд включал вопросы о мотивации, драйверах создания многодетной семьи и влиянии финансовых факторов на репродуктивный выбор. Рабочая гипотеза предполагала, что внедрение материнского капитала трансформировало иерархию мотивов: для поколения 1 определяющими должны выступать социокультурные и ценностные основания, а для поколения 2 возрастает роль финансовых факторов при сохранении значимости ценностно-нормативных установок. Результаты показали, что мотивация к многодетности обусловлена преимущественно ценностно-нормативными установками и социально-реляционными драйверами, а не ориентацией на финансовые выгоды от государственной поддержки. У обоих поколений выявлен схожий набор ключевых мотивов: интенциональная установка на многодетность; влияние позитивных образцов многодетности в старших поколениях; стремление к созданию семьи; ожидание взаимной опоры братьев и сестёр для детей. Межпоколенческие различия в структуре мотивации оказались незначимыми. Вместе с тем зафиксированы гендерные особенности: мужчины реже декларируют планирование многодетности, что связано со спецификой восприятия планирования и зависимостью от репродуктивной готовности женщины, и чаще акцентируют эффект «обновления родительской энергетики» при рождении ребёнка; для женщин значимы вступление в новый брак, реализация ресурса родительской любви и обогащение опыта материнства. Перспективным направлением дальнейших исследований является оценка институционального эффекта материнского капитала посредством сравнительного анализа однодетных и двухдетных семей (по критерию «до/после 2007 года»), что позволит проследить эволюцию мотивационной структуры и механизмы влияния мер поддержки на репродуктивные решения.
Короткий адрес: https://sciup.org/147254796
IDS: 147254796 | УДК: 314.6; 314.372.43 | DOI: 10.15838/esc.2026.4.106.10
The significance of financial incentives in the motivation for having a large family: A qualitative study
This study aims to identify the role of financial motives among the motivational and value orientations that shape people’s decisions to have a large family. It draws on focus group discussions with parents of large families in Yekaterinburg, divided into two groups: Generation 1 (those who became parents of large families before the introduction of maternity capital in 2007; N = 14; 8 women and 6 men) and Generation 2 (those who became parents of large families after 2007; N = 15; 8 women and 7 men). The interview guide covered motivation, drivers behind the decision to have a large family, and the influence of financial factors on reproductive choice. The working hypothesis was that the introduction of maternity capital had reshaped the hierarchy of motives: Generation 1 was expected to be driven primarily by sociocultural values, while for Generation 2 financial factors were expected to gain importance without displacing value-normative attitudes. The results show that the motivation for having a large family is driven primarily by value-normative attitudes and social-relational drivers rather than by an orientation toward financial benefits from state support. Both generations exhibited a similar set of key motives: an intentional orientation toward having a large family; the influence of positive examples of large families in older generations; the desire to create a family; and the expectation that siblings will support one another. Intergenerational differences in the structure of motivation proved insignificant. At the same time, gender-specific features were recorded: men less often report planning for a large family, which reflects different perceptions of planning and a reliance on the woman’s reproductive readiness; they also more often emphasize the effect of “renewal of parental energy” at the birth of a child. Women, in turn, stress entering a new marriage, the fulfillment of parental love, and the enrichment of the motherhood experience. Future research could assess the institutional effect of maternity capital by comparing one-child and two-child families before and after 2007, shedding light on how motivational structures evolve and how support measures shape reproductive decisions.
