Архаизмы в уголовном праве: влияние на восприятие преступлений и наказаний

Введение.

Консерватизм и устойчивость всегда являлись основными характеристиками языка права. Обеспечение однозначности толкования юридических норм представляет собой основную функцию языка юриста. Одним из проявлений консервативности считается сохранение и активное употребление архаичных высказываний.

В современной судебной практике архаизмы выполняют символические и прагматические функции. Именно сочетание традиционных способов оформления речевых высказываний с их современной интерпретацией играет роль связующего звена прошлого и настоящего.

Архаизмы выступают источником гарантии точности и достоверности толкуемых законов, и эта основная функция представляет научный интерес как для лингвистов, так и для правоведов.

Результативность законов и точность выражения воли законодателя в сфере правотворчества напрямую зависит от точности использования терминов, с помощью которых эти законы толкуются.

Архаизм – устаревшая форма слова, которая больше не употребляется на данный момент времени, но местами могут проявляться в различных сферах. Архаизмы- пассивный словарный запас русского языка, не активно используемый в современном лексиконе, но встречающийся в правовых документах.

Традиционное восприятие архаизмов непосредственно связано с различными тематическими сферами лексики (компьютерная, юридическая, экономическая).

Рассматривая применение архаичных лексем в современном языке правосудия, авторы анализируют процесс собственно языковых и социокультурных обстоятельств, в силу которых устаревшие термины и выражения переходят из пассивного лексического запаса в активный. Под воздействием социально-культурных и исторических изменений, объективно происходящих в общественном развитии, назревает необходимость введения так называемых «модернизмов» (криптовалюта, смарт-контракт, цифровые активы).

Правовая сфера также претерпевает введение и активное использование современных слов и выражений в юридической теории и практике. Изменяя и совершенствуя законодательство, необходимо, по мнению авторов, сохранять правовые архаизмы и помнить, что любое вытеснение старой правовой лексики может повлиять на понятийный аппарат и затруднить толкование отдельных юридических норм и конституций. В ходе анализа интерпретации лексических архаизмов, следует рассмотреть лингвокультурный аспект, позволяющий упрощение коммуникативного взаимодействия разных поколений [1].

В данной статье мы рассмотрим юридическую сферу, чтобы выяснить:

• –    как архаизмы употребляются в гражданском и уголовном праве;

• –    проанализируем процесс устаревания тех или иных форм речевых высказываний;

• –    трансформацию из прошлого в будущее языка права, создавая мост между историей и современностью.

Обсуждение. Результаты.

Каждый этап в механизме эволюционной динамики внушает надежду на сохранение исторического языкового наследия и представляет научный интерес к современному развитию культуры речи в юридической теории и практике.

Некоторые архаизмы употребляются чаще, чем другие либо же ещё не стали общепризнанными.

Таким образом многие учёные выделяют помимо архаизмов также историзмы. Реалии прошлого, исчезнувшие вместе с явлениями и предметами, которые они обозначали (ямщик, уезд).

Под лингвистической архаизацией понимается процесс устаревания слов. С точки зрения использования архаизмов в речи юриста, следует отметить, что, придавая языку изящность и необычность, они могут вызвать недопонимание и затруднить коммуникацию. Также, избыточное использование архаичных выражений может придать речи искусственности и манерности, что не всегда уместно в ряде рассмотрения сложных судебных дел.

Научно-правовой анализ функционирования архаичных лексических единиц в системе уголовного законодательства: на примере терминов «деяние» и «сокрытие».

Семантико-юридический анализ термина «деяние» в уголовном праве.

В общеязыковом употреблении (согласно дефиниции В. И. Даля), термин «деяние» определяется как нейтральная категория, охватывающая семантическое поле «действия, дела, поступка» [[2, с. 509–512],

В религиозно-текстологическом контексте, лексема приобретает позитивно-аксиологическую окраску, что подтверждается её использованием в каноническом названии библейского текста – «Деяния святых апостолов» [3, с. 130–168].

В рамках уголовно-правовой парадигмы термин трансформируется в специализированную юридическую категорию, обозначающую внешнюю форму проявления общественно опасного поведения субъекта, включающую:

• –    объективную выраженность акта;

• –    социальную вредоносность;

• –    противоправный характер;

• –    осознанность и волевой компонент.

Семантическая дифференцированность – в отличие от общеупотребительного «поведение»:

• –    «деяние» имплицирует целенаправленность действия;

• –    его социально значимый характер;

• –    потенциальную криминализацию.

Можно определить правовую специфику термина «сокрытие» (ст. 312 УК РФ) [4].

Термин «сокрытие» относится к категории архаизированных лексических единиц в современном русском языке, однако в уголовном праве сохраняет строго определённое значение, связанное с:

• –    утаиванием имущества, приобретённого преступным путём;

• –    маскировкой следов преступления;

• -    воспрепятствованием установлению истины.

Обоснование отсутствия адекватной синонимической замены:

• -    из этого вытекает понятие «утаивание», которое обладает чрезмерно широкой семантикой, не отражает криминальный контекст;

• -    «маскировка» - акцентирует визуальное сокрытие, игнорируя юридические аспекты;

• -    «конспирация» - относится к организационным мерам, не охватывая результативную сторону деяния.

Архаичные термины в уголовном законодательстве представляют собой не лингвистический изъян, а специфическую черту юридической техники, обеспечивающую:

• -    преемственность правового регулирования;

• -    формирование профессионального юридического языка, возникновения правовых коллизий;

• -    увеличения количества судебных ошибок; необходимости комплексной переработки нормативной базы .

Таким образом, сохранение терминов «деяние» и «сокрытие» в уголовном законодательстве обусловлено их функционально-правовой адекватностью и историко-доктринальной легитимностью, что подтверждается многолетней практикой их применения в правотворчестве и право-реализации [5].

«Измена Родине» (ст. 275 УК РФ) [4]. Это выражение, хотя и является устоявшимся юридическим термином, имеет сильный эмоциональный и идеологический оттенок, унаследованный от советского периода. В некоторых зарубежных законодательствах используются более нейтральные формулировки, такие как «государственная измена» или «предательство государства». Сам термин «Родина» является скорее морально-этической, чем строго юридической категорией, что может вызывать вопросы при его толковании.

«Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления» (ст. 150 УК РФ) [4]. В контексте современного языка, «вовлечение» может восприниматься как слишком мягкое или пассивное действие, хотя в уголовном праве оно подразумевает активное склонение, принуждение и т.д. Возможно, более точным было бы «склонение», «принуждение» или «использование».

«Похищение человека» (ст. 126 УК РФ) [4]. Термин «похищение» имеет корни в старом праве и литературе. Хотя он понятен, иногда в обыденной речи может быть перепутан с «кражей» или «грабежом», хотя речь идёт о преступлении против личности.

«Злостное уклонение» (от уплаты алиментов, отбывания наказания и т.д.). Слово «злостное» не имеет четкого юридического критерия, его оценка часто субъективна и может создавать сложности в применении. Что именно делает уклонение «злостным»? Это оценочное понятие, которое требует дополнительной конкретизации в судебной практике.

Некоторые термины в старых уголовнопроцессуальных актах. Например, дореволюционные уставы или ранние советские кодексы содержали такие термины как «преступление и проступок», «непотребство», «развратные действия» (последний, к сожалению, до сих пор присутствует в УК РФ, хотя его смысловая наполненность для разных людей может сильно отличаться от строго юридической).

Использование устаревших единиц измерения. Хотя в современном УК РФ они практически искоренены, в более старых нормативных актах можно было встретить меры, которые сейчас не используются (например, пуды, версты в описании географических объектов или объемов контрабанды).

Определенные формулировки в описании объектов преступления: Например, «нравственность», «общественная безопасность». Рассматривая вопросы употребления старой правовой лексики, необходимо учитывать природу их происхождения и влияние на существующий ныне понятийный аппарат в области юриспруденции. Та часть пассивной правовой лексики, что сохраняется в виде архаизмов, по многим причинам вытесняется активной современной лексикой. Под влиянием времени некоторая часть архаизмов модифицировалась (пашпорт-паспорт), а некоторые сохранили свое значение в первозданном виде (деяние, кара) [6].

Исходя из выше изложенного, стоит сделать вывод о том, что архаизмы в наше время сохранились по таким причинам, как:

Историческое наследие.

Русский язык формировался веками, и многие понятия и выражения имеют глубокие исторические корни. Уголовное право, как одна из старейших отраслей юриспруденции, сохранило ряд выражений и понятий, которые были сформированы ещё в средневековую эпоху. Например, термин «преступление» восходит к древнерусскому слову «преступити», означающему нарушение закона или правила [7].

Рассматривая вопрос историзмов в современном языке правосудия, следует отметить их возвращение в активный современный словарь и обиход, становясь общеупотребительными языковыми единицами (губернатор, дума, казначейство). Реанимация некоторых слов и словосочетаний на современном этапе развития российского общества носит культурно-исторический характер и формирует связь между историей и современностью, позволяя сохранять и обогащать языковое наследие.

Традиционная правовая культура .

Традиционные правовые нормы и обычаи играли важную роль в формировании российского права. Многие архаичные термины и выражения отражают традиционные представления о справедливости и законности. Например, выражение «нести ответственность» связано с древней идеей личной ответственности перед обществом и законом [8].

Стилистические особенности устаревших языковых единиц представляют особый интерес с точки зрения их влияния на контекст высказываний и доступности понимания. Поэтапный выход некоторых архаичных выражений из словаря связан с конкретной исторической эпохой и представляет собой общественно-политическое и культурное языковое наследие. Словарный состав языка напрямую связан с историческими процессами развития общества и отражает перемены во всех сферах жизни, трансформируясь в языковое и культурное наследие.

Юридический язык имеет свою специфику и отличается особой точностью и ясностью формулировок. Архаизмы часто используются для придания речи торжественности и официальности. Это помогает подчеркнуть важность правовых норм и решений [9]. Архаичные выражения в современной терминологии уголовного и гражданского права призваны передавать и сохранять юридическую точность и доступность пониманию, являясь элементами литературной номы и представляющие собой активный словарный запас.

Сохранение юридической точности.

Некоторые архаизмы являются юридическими терминами, которые точно определяют конкретные юридические понятия. Их замена современными словами может привести к потере точности и однозначности. Например, слово «подсудимый» чётко обозначает лицо, привлечённое к уголовной ответственности, тогда как современные синонимы могут быть менее точными.

Заключение.

Таким образом, сохранение архаизмов в русском языке уголовного и гражданского права обусловлено историческим наследием, традициями правовой культуры, стилистическими особенностями и необходимостью сохранения юридической точности.

В современных условиях цифровизации происходит процесс перехода лексических единиц из области интернет-технологий в различные социально-значимые сферы такие как право. Постепенное передвижение архаизмов из активного словаря в пассивный представляет эволюционирование терминов как функциональных единиц и сужение сфер их использования. Конкурентноспособность архаизмов с «модернизмами» значительно ниже. Процессы вытеснения старой лексики новой требуют расширение понятийного аппарата для носителей языка. Несоответствие коммуникативным и культурно-историческим ценностям приводит к консервированию, а в дальнейшем, к полной историзации архаичных слов и выражений.

На современном этапе развития русского языка возрастает вероятность возрождения архаичных единиц и их укоренение в активных словарях и лексиконе. Возвращение архаической лексики символизирует реальную картину того, в каком состоянии находится общество. Лексика исторически являлась динамичной областью, подверженной социальным воздействиям.

Влияние социально-политических факторов на процесс возрождения слов и выражений не стоит недооценивать. В силу ограниченного использования иностранных заимствований, появляется необходимость обходится родным языком, соответствующим правильности и нормам применения.

В современной лингвистике утвердилась новая теория нормы, согласно которой норма – это «выбор», а не «запрет» [10]. Отступление от консервативных подходов к восприятию нормы, естественно, разрушает понимание нормы в качестве догмы. Изменчивость и динамичность нормы в результате попадания пассивной лексики в разряд общеупотребительной обусловливаются иерархией, задачами целого и не могут быть направлены против целого.

Изменчивость нормы, тем не менее, должна способствовать сохранению вариантности и устойчивому соотношению вариантов. Вариантность является одним из важнейших свойств языка, возможностью выражения различными способами одного содержания; это универсальная черта языка, в одинаковой степени характеризующая как его системную организацию, так и функционирование. Взаимодействие современных и архаичных вариантов представляет собой важное условие существования национального языка [11]

Данная тема представляет живой научный интерес с точки зрения анализа функционирования архаизмов и историзмов в современном языке правосудия и представляет обширное поле для исследований в таких областях, как юриспруденция и филология.