Археологические исследования в городе Таре в 2023 году

Шестнадцатый сезон археологических исследований в историческом центре Тары был связан с кардинальными изменениями в общем направлении развития города. В течение 2021–2022 гг. была разработана программа создания в исторической части города археолого-исторического туристического комплекса. Проект предусматривает в т.ч. воссоздание участка крепостной и острожной стен, проходивших вдоль гребня коренной террасы левого берега Иртыша. В связи с этим необходимым стало полное изучение данной полосы перед началом строительных работ. Усложняющим моментом стал тот факт, что стены были поставлены не на верхней площадке берега, а врезаны непосредственно в склон примерно на два метра ниже. Сейчас стена фиксируется в виде небольшой террасы. В этом году было принято решение раскопать по возможности большую площадь на верхнем участке, чтобы на следующий год спуститься непосредственно к стенам.

Раскоп 2023 г. привязан к площадке предыдущих исследований 2016–2019, 2021 гг. и протянулся вдоль кромки берега почти до раскопа 2010 г. Площадь работ составила 276 м2. Мощность культурного слоя на данном участке варьируется от 0,8 до 1,0 м, но в ходе выборки выяснилось, что его значительная часть была вывезена в ходе строительства административных зданий в конце 60-х гг. прошлого века, а в образовавшийся котлован свален строительный и бытовой мусор. Кроме этого, в площадь раскопа попало три мусорных ямы конца ХХ в. Тем не менее в непотревоженных частях раскопа были найдены монеты XVIII в., ко стяные наконечники стрел, каменная пулелейка, фрагменты китайского фарфора, ременная пряжка и пр. Под мусором, на уровне материка, который представлен здесь плотной супесчаной глиной, были зафиксированы три объекта – жилая постройка (изба), погреб-ледник и еще один погреб, попавший в площадь раскопа лишь частично и уходящий в край берега.

Изба размерами 4,2 × 4,3 м ориентирована по сторонам света. Сохранилось по 4 венца северной, западной и южной стены, от восточной стены сохранился лишь один венец в связи с тем, что верхняя ее часть была уничтожена котлованом. Вход в жилище находился с восточной стороны у юго-восточного угла сруба. Рядом с ним зафиксирован развал глинобитной печи. По нумизматическому материалу постройка датируется 1740–1770 гг. Обнаруженный при ее изучении вещевой комплекс можно разделить на несколько основных групп: элементы костюма; хозяйственный и бытовой инвентарь; посуда; предметы досуга.

Элементы ко стюмного комплекса делятся на несколько групп: ткани; украшения (перстни, бусы и бисер, пронизка); обувные подковки; пуговицы; пряжки. Ткань, обнаруженная в ходе работ, представляет собой фрагменты сукна разного качества, аналогичного найденному в Таре в предшествующие годы

[Glushkova, Tataurov, Tikhonov, 2015, с. 28–29], также в ходе раскопок найдено несколько фрагментов конопляной веревки, войлока.

Из украшений тела в объекте обнаружено два железных перстня плохой сохранности, судя по размерам, женских. От одного сохранился только щиток с инкрустацией, у второго инкрустация, напротив, утрачена. Эти находки в очередной раз подтверждают вывод о том, что перстни являлись одним из самых распространенных видов нательных украшений в Западной Сибири. Похожие предметы обнаружены при раскопках русских городов Тобольска, Мангазеи и Березова, встречались они ранее и в Таре [Татау-ров С.Ф., Татауров Ф.С., 2021, с. 670–671].

В ходе раскопок обнаружена одна костяная бусина и две стеклянные бисеринки. Интересна находка подвески-пронизки: железного стержня с нанизанными на него шестью костяными бусинами (возможно, часть серьги).

Обувные подковки представлены десятью экземплярами. По форме они напоминают полумесяц, что отличает их от более поздних предметов конца XVIII – XIX в., похожих на латинскую букву U. К костюмному комплексу также можно отнести две оловянные круглые выпуклые пуговицы и круглую ременную пряжку. Предметы лишены каких-либо характерных черт и сопоставимы с аналогичными находками XVIII в., сделанными в предшествующие годы в острожной части города, где в указанный период проживало преимущественно служилое население [Археологическая…, 2019, с. 388–392].

Хозяйственный и бытовой инвентарь в изученной постройке немногочислен, однако его можно разделить на несколько групп. Первая – орудия труда (две швейные иглы, два ножа, два оселка, фрагмент жернова). Вторая – орудия рыбной ловли (кочедык, поплавок из сосновой коры, два глиняных грузила). Отдельную группу составляют навесной замок достаточно архаичной «сердечковидной» формы (похожий известен из материалов Мангазеи [Визгалов, Пархимович, 2017, с. 288]), несколько гвоздиков и железные полосы от сундуков. К освещению и добыче огня относятся многочисленные находки кресальных кремней. Стоит также отметить, что в слое обнаружено большое количество мелких осколков костей, из чего можно сделать осторожный вывод, что проживающий здесь тарчанин занимался косторезным ремеслом. В пользу этого говорит также находка шлифованной пластины из бивня мамонта.

Посудный комплекс представлен многочисленными фрагментами керамических мисок и горшков, в целом не отличающихся от тех, которые были обнаружены в культурном слое XVIII в. в острожной части города Тары в предыдущие годы. Исключением можно назвать лишь находку развала корчаги, поверхность которой целиком покрыта орнаментом в виде параллельных вдавленных линий.

В объекте также обнаружены предметы досуга: бронзовая копоушка; игрушки. Последние представлены тремя орнаментированными бабками; кубиком для игры в зернь; игральной фишкой (аналоги двум последним предметам известны из раскопок Манга-зеи [Визгалов, Пархмович, 2008, с. 280, рис. 11, 14]). К игрушкам также можно отнести находку полого стеклянного шара.

По итогам изучения данной постройки можно сделать вывод, что проживал в ней либо рядовой служилый человек, либо небогатый ремесленник.

Вторым исследованным в 2023 г. объектом стал погреб-ледник, датируемый второй половиной XVIII в. Его размеры 4,75 × 4,7 м, глубина от уровня материка – 1 м. Объект оказался частично разрушен в результате прокладки электрического кабеля при строительстве административных зданий в 1950– 1960-е гг. Из-за этого культурный слой в верхних горизонтах объекта оказался переотложенным. Здесь обнаружены предметы вооружения, относящиеся скорее к XVII, нежели к XVIII в. Это наконечник шомпола (так называемая «трещотка», аналоги известны из материалов Мангазеи [Визгалов, Пархимович, 2017, с. 179]), наконечник пальмы. Пальма, или сулема – типичный для Сибири вид оружия, наиболее распространенный в восточной части региона (где была перенята у якутов в ходе боестолкновений с ними) [Багрин, 2008, с. 296–297], однако в Омском Прииртышье это первая подобная находка. Она представляет собой 30-сантиметровый клинок с втулкой для крепления к древку. Кроме этого, в переотложенных слоях обнаружено два железных ядрышка (по словам принимавшего участие в раскопках известного историка О.А. Курбатова – возможно являющихся пушечной картечью).

В культурных горизонтах погреба ниже уровня материка обнаружены две археологически целых курительные трубки (и фрагмент еще одной). Все предметы мануфактурного производства, это т.н. турецкие трубки или «люльки», часто встречающиеся в Таре в культурных слоях XVIII–XIX вв. [Археологическая…, 2019, с. 353–354].

Прочие находки в заполнении погреба весьма немногочисленны и представлены в основном фрагментами керамических сосудов, в числе которых можно отметить находки двух чернолощеных стаканчиков (от каждого по 1/2), а также двумя игральными бабками, фрагментом туеса, глиняной пулелейкой. Судя по характеру заполнения, погреб был единовременно засыпан грунтом, который, вероятно, брали рядом, на краю берега.

Еще один погреб попал в раскоп частично, в его заполнении обнаружена сибирская монета Екатерины II, другие находки здесь весьма малочисленны – пара игральных бабок, железный ключ, медный нательный крест, небольшая коллекция керамики, кости животных.

Все изученные в 2023 г. объекты укладываются в одну линию с постройками, исследованными вдоль края коренной террасы Иртыша в 2016–2019, 2021 гг. Вероятно, они составляли улицу, проходящую вдоль внутренней стороны острожной стены. Судя по всему, улица существовала до ликвидации крепости в начале XIX в., а потом, в связи с последовавшей перепланировкой города, была ликвидирована.

В предыдущих сообщениях о раскопках в Таре мы писали о расположении пороховых складов в острожных и крепостных башнях или в непосредственной близости от них [Татауров, 2022, с. 35–41]. Обнаружение погребов в этом году показывает, что и продовольственные припасы гарнизон крепости в необходимых количествах держал в непосредственной близости от места службы.

Выводы

Раскопки в 2023 г. в очередной раз подтвердили характер Тары XVII–XVIII вв. как города-крепости, где практически каждый предмет из собранных в результате археологических изысканий коллекций, каждый изученный комплекс имеет отношение к военной истории города. Полученные материалы пополнят базы данных по комплексу вооружения служилого человека XVII–XVIII вв. в Западной Сибири, его хозяйственно-бытовой деятельности, досугу. Планомерные раскопки на большой площади способствуют подробному изучению изменений культурно-исторического ландшафта русского сибирского города в XVII–XIX вв. Одновременно это делает возможным создание масштабных историко-архитектурных реконструкций.