Богатство и бедность как степени общественного благосостояния в мире и в России

Нобелевская премия по экономике 2019 г. присуждена экономистам Абхиджиту Банерджи, Эстер Дюфло и Майклу Кремеру за их вклад в борьбу с бедностью. А несколькими годами ранее, в 2015 г., Нобелевской премии по экономике был удостоен Ангус Дитон за исследования потребительского поведения, бедности и благосостояния. Выбор Нобелевского комитета показывает, что и в XXI в. проблема преодоления неравенства, снижения уровня бедности и повышения общественного благосостояния как в развивающихся, так и в развитых странах продолжает оставаться чрезвычайно важной.

Можно выделить две степени благосостояния – богатство и бедность, представляющие собой диалектическое единство, а также социально-экономическое неравенство в качестве фактора, который обусловливает развитие данных категорий. Проблематика благосостояния занимала умы ученых-экономистов практически с самого начала возникновения и развития концепций, получивших свое завершение в истории экономической науки. Достаточно вспомнить меркантилистов, А. Смита и его знаменитый труд «Исследование о природе и причинах богатства народов», И.Т. Посошкова, В. Парето, А. Пигу (главный труд «Экономическая теория благосостояния»), А. Сена (Нобелевская премия 1998 г. за вклад в экономическую теорию благосостояния).

Согласно докладу Credit Suisse Research Institute 2019 г. глобальное благосостояние домохозяйств в мире в XXI в. росло, за исключением периода финансово-экономического кризиса 2008–2009 гг., и достигло в 2019 г. 361 трлн долл. Наибольший вклад в мировое богатство внесли США, Китай и Европа (3,8 трлн долл., 1,9 трлн долл., 1,1 трлн долл. соответственно), а самыми богатыми на планете оказались швейцарцы, американцы, японцы и голландцы.

За последние 30 лет в большинстве стран мира сформировалась тенденция к углублению неравенства в распределении доходов и общего благосостояния населения. В то время как 2,9 млрд человек (57% всех взрослых в мире) имеют чистый капитал ниже 10 тыс. долл., почти 1% взрослых является миллионерами и миллиардерами, владея в совокупности 44% мирового богатства. В последние годы эта тенденция несколько смягчилась: в 2019 г. нижние 90% имеют долю в 18% глобального богатства по сравнению с 11% в 2000 г., а доля топ-1% держателей богатства ниже недавнего пика 2016 г. (выше 50%) [4].

Индекс Джини в европейских странах приближается к оптимальному (0,250– 0,260). В то же время в ряде стран – Зимбабве, Чили, Мексике – наблюдается превышение критического предела дифференциации доходов коэффициента Джини (0,410–0,420) [1, с. 19].

В современной России общественное благосостояние достигало своего максимума в 2014 г. (2,2 трлн долл.), но уже в следующем году из-за резкой девальвации валюты совокупное богатство жителей России со-

10 в ыпуск 2/2020

кратилось почти на 60% – до 1,3 трлн долл. При этом показатель в расчете на душу населения снизился с 19,6 тыс. долл. в 2014 г. до 10,3 тыс. долл. в 2016 г. [1, с. 20].

Снижение уровня общего и индивидуального благосостояния россиян было вызвано следующими основными причинами: 1) ослабление курса рубля почти вдвое по сравнению с серединой 2014 г.; 2) высокий уровень инфляции; 3) один из самых низких в мире уровней пенсионного обеспечения граждан; 4) падение реальных доходов населения, продолжающееся шестой год подряд, и составившее в 2018 г. 10,9% по сравнению с 2013 г.

Снижение благосостояния домохозяйств сопровождалось значительным социальным и имущественным расслоением российского общества. В 2019 г. самые богатые 10% россиян владели 83% всех семейных активов страны. Динамика ко- эффициента фондов показывает, что соотношение доходов 10 или 20% наиболее и наименее обеспеченных групп стремительно растет. Если в советское время этот показатель был кратным 3, в 1991 г. – 4,5, то в 2016 г. коэффициент составил 15,7 раза, по данным Всемирного банка – 20, по неофициальным данным – 28–36. Предельно допустимый для национальной безопасности уровень, кратный 10, превышен в России в 3,5 раза, что говорит не просто о дифференциации доходов, а об их переходе в крайние, особо опасные формы неравенства. Рост неравенства свидетельствует о сжатии среднего класса и способствует укреплению властных позиций автократической группы, стремящейся перераспределить общественное богатство в пользу участников своей узкой коалиции. За 1992–2018 гг. коэффициент Джини вырос с 0,289 до 0,411 (рис.).

Динамика изменения индекса Джини в России

В последние годы увеличилось количество населения России, живущего за чертой бедности. По официальным данным Росстата, во втором квартале 2019 г. 18,6 млн граждан (12,7% населения) страны получали доходы ниже прожиточного минимума (граница абсолютной бедности) [3]. По данным экспертов Credit

Suisse, численность бедных граждан составила в России около 28 млн человек [4], примерно как в Индонезии и Эфиопии. В России сложилась уникальная ситуация, когда в разряд бедных попадают работающие граждане («новые бедные», «работающие бедняки»), численность которых в настоящее время превышает треть при

Алпатова Э.С. Богатство и бедность как степени общественного благосостояния...    11

допустимых 7%, необходимых для воспроизводства трудового потенциала.

Основополагающая причина российской бедности заключается в кризисном состоянии социально-трудовых отношений в результате деформации идеологических, ценностных, нормативно-правовых, управленческих, организационных компонентов системы взаимоотношений власти, предпринимательства и работников [2, с. 104]. Социальное партнерство формально декларируется, но фактически государство защищает интересы работодателей, а профсоюзы в подавляющем большинстве занимают откровенно соглашательскую позицию.

На этом фоне ярко обозначилась тенденция к дальнейшей концентрации экономической и финансовой власти в руках небольшой группы богатейших россиян. Если в 2000 г. в России не было долларовых миллиардеров, то в 2019 г. их число возросло до 110 человек. Значение «коэффициента олигархичности экономики» составило 20,5% в 2012 г. (для сравнения: в США – 6,7%, в Китае – 4,9%). Причем, в отличие от развитых стран, где благосостояние миллиардеров заработано на инновациях и высокотехнологическом бизнесе, источником благосостояния российских миллиардеров является их доступ к распределению государственных ресурсов в системе «власть – собственность», позволяющий присваивать значительную часть природной ренты от эксплуатации сырьевых ресурсов, особенно добычи и реализации углеводородов на внешних рынках.

Основной путь реализации экономической политики преодоления бедности и значительного смягчения социально-экономического неравенства – трансформация эксплуататорского (автократического) государства в контрактное (демократи- ческое) государство. Государство должно выполнять свои конституционные социальные обязанности, заключающиеся в нормализации социально-трудовых отношений с учетом интересов всех участников: государства, бизнеса, трудящихся. Корректировка распределительных и перераспределительных механизмов в современной России предполагает: 1) введение прогрессивной шкалы налогов (как в большинстве стран), так как существующая в России с 2001 г. плоская шкала налогообложения представляет собой мультипликатор усиления социального расслоения российского общества; 2) безусловную отмену подоходного налога с минимального размера оплаты труда (МРОТ), как в ряде стран; 3) введение налога на роскошь, обладание которой чаще всего связано с коррупцией; 4) прямые (адресные) денежные выплаты социально уязвимым категориям домашних хозяйств (например, многодетным семьям).

Таким образом, в России со времени начала рыночных преобразований до сих пор не удалось построить модель социально ориентированного рыночного хозяйства и создать систему социальной защиты населения, как, к примеру, в странах Северной Европы. По прошествии трех десятилетий мы имеем глубокое социально-экономическое неравенство, особенно нараставшее ускоренными темпами с конца 90-х гг., узкий слой разбогатевших граждан на фоне беспросветной бедности значительного количества людей, отсутствие перспектив роста доходов в ближайшем и обозримом будущем. Фактически существуют две России не только с разным уровнем материальной обеспеченности, но и с разными системами ценностей и приоритетов, разными мотивациями и разными стереотипами общественного поведения.

Выпуск 2/2020