Целевые установки академика А. П. Окладникова в публикациях по наскальным изображениям Сибири

В рамках возрастающего научного интереса к памятникам и предметам древнего искусства актуально провести работу по рассмотрению и систематизации целевых установок в трудах акад. А. П. Окладникова (см. рисунок), одного из основоположников фундаментальных исследований в этой области в СССР. Источниками для исследования послужили монографии, статьи в научных журналах и сборниках, заметки в газетах, посвященные изобразительной деятельности древнего человека – наскальным изобразительным памятникам в частности и первобытному искусству в целом.

Творчество акад. А. П. Окладникова неоднократно подвергалось разностороннему анализу, предметом детального рассмотрения становились различные аспекты его научно-исследовательской деятельности [Деревянко, 1978; Конопацкий, 2001; Деревянко, Закстельский, 2008; Молодин, 2009а]. Ряд статей освещает вклад ученого в область изучения памятников первобытного искусства [Молодин, 1997; 2008; 2009б; Бродян-

Алексей Павлович Окладников (начало 1960-х гг.) (из личного архива Е. А. Окладниковой)

ский, 2008; Черемисин, 2008; Дашибалов, 2009; Ларичев, 2009; Мухарева, Русакова, 2009]. Нам бы хотелось подойти к этому вопросу немного иначе – с метрических позиций наметить этапы эволюции научного интереса исследователя к творческой деятельности древнего человека, выявить и проанализировать цели и задачи, которые ставил перед собой А. П. Окладников, его соратники и ученики при публикации работ по петроглифам Сибири, с упором на фундаментальные монографические труды, так как они включали самые последние научные изыскания ученого.

Такую работу необходимо начать с приведения общего свода трудов А. П. Окладникова по наскальным изображениям Сибири и искусству в хронологическом порядке. Затем следует определить направленность монографических работ и статей, целевые установки и задачи, наиболее значимые при исследовании и публикации памятников наскального искусства, а также подвести общие итоги по полученным нами результатам.

Для полноты выборки список имеющихся у нас публикаций мы сравнили с материалами к библиографии ученых СССР [Финашина, Ворошилова, 1981].

Краткая характеристика трудов А. П. Окладникова по данной проблематике позволяет нам говорить о четырех видах историографических источников публикационного характера. Это монографии, статьи в научных журналах и сборниках по отдельным вопросам изобразительной деятельности древнего человека, небольшие заметки в газетах, научные труды, где ученый являлся редактором или рецензентом (табл. 1–4).

Свод монографических работ А. П. Окладникова по наскальным изображениям Сибири и искусству, в частности, позволил нам констатировать, что всего было опубликовано 25 монографий, из которых 12 (48 %) вышли под авторством А. П. Окладникова, остальные (52 %) в соавторстве.

Таблица 1

Монографические работы, посвященные памятникам изобразительной деятельности древнего человека

Год издания	Название работы	Соавторы
1959	Шишкинские писаницы: памятник древней культуры Прибайкалья	–
1959	Ленские писаницы	В. Д. Запорожская
1964	Олень золотые рога (рассказы об охоте за наскальными рисунками)	–
1966	Петроглифы Ангары	–
1967	Утро искусства	–
1968	Лики древнего Амура: Петроглифы Сакачи-Аляна	–
1969	Петроглифы Забайкалья. Ч. 1	В. Д. Запорожская
1970	Петроглифы Забайкалья. Ч. 2	В. Д. Запорожская
1971	Петроглифы Нижнего Амура	–
1972	Центральноазиатский очаг первобытного искусства (Пещерные росписи Хойт-Цэнкер Агуй. Сэнгри-агуй, Западная Монголия)	–
1972	Петроглифы Средней Лены	В. Д. Запорожская
1972	Сокровища Томских писаниц	А. И. Мартынов
1974	Петроглифы Байкала – памятники древней культуры народов Сибири	–
1976	Писаницы реки Олекмы и Верхнего Приамурья	А. И. Мазин
1977	Петроглифы Верхней Лены	–
1979	Петроглифы долины реки Елангаш (юг Горного Алтая)	Е. А. Окладникова
1979	Писаницы бассейна реки Алдан	А. И. Мазин
1980	Петроглифы Горного Алтая	Е. А. Окладникова, В. Д. Запорожская, Э. А. Скорынина
1980	Новые петроглифы Прибайкалья и Забайкалья	В. И. Молодин, А. К. Конопацкий
1980	Петроглифы Центральной Азии. Хобд-Сомон (гора Тэбш)	–
1981	Петроглифы Чанкыр-Келя. Алтай. Елангаш	Е. А. Окладникова, В. Д. Запорожская, Э. А. Скорынина
1981	Петроглифы Монголии	–
1981	Петроглифы Чулутын-гола (Монголия)	–
1982	Петроглифы урочища Сары-Сатак (долина р. Елангаш)	Е. А. Окладникова, В. Д. Запорожская, Э. А. Скорынина
1985	Древние рисунки Кызыл-Келя	Е. А. Окладникова

Таблица 2

Статьи за период с 1926 по 1959 г., посвященные отдельным вопросам изобразительного творчества древнего человека

Год издания	Название работы
1936	Каменные рыбы (к изучению памятников неолитического искусства Восточной Сибири) // СА. № 1. С. 215–245
1947	Писаницы около поселка Свирского на Ангаре // КСИИМК. Вып. 14. С. 22–25
1948	Древние шаманские изображения из Восточной Сибири // СА. № 10. С. 203–225
1949	Древнейшие наскальные изображения Северной Азии // СА. № 11. С. 155– 170
1945	Палеолитическая статуэтка из Бурети (раскопки 1936 г.) // Палеолит и неолит СССР. М.; Л.: Изд-во АН СССР. С. 104–108
1945	К вопросу о назначении неолитических каменных рыб из Сибири // Палеолит и неолит СССР. М.; Л.: Изд-во АН СССР. С. 193–202
1951	Конь и знамя на ленских писаницах // Тюркологический сборник. М.; Л.: Изд-во АН СССР. Т. 1. С. 143–154
1952	К вопросу о происхождении искусства (в связи с критикой взглядов Н. Я. Марра на первобытное искусство) // СЭ. № 2. С. 3–22
1954	Оленный камень с реки Иволги // СА. № 19. С. 207–220
1954	Образ птицы в искусстве бронзового века Забайкалья и его аналогии в народном искусстве бурят // СЭ. № 1. С. 150–153
1955	Первобытные изобразительные искусства и архитектура // БСЭ. 2-е изд. Т. 32. С. 357–360
1959	Древние амурские петроглифы и современная орнаментика народов Приамурья // СЭ. № 2. С. 38–46.

Таблица 3

Статьи и заметки за период с 1960 по 1981 г., посвященные отдельным вопросам изобразительного творчества древнего человека

Год издания	Название работы	Соавторы
1960	Петроглифы Братского моря // Наскальные рисунки каменных островов на Ангаре (по материалам открытой выставки в Иркутском художественном музее. Иркутск. С. 5–15	–
1961	У истоков искусства Сибири (о древних наскальных рисунках на Каменных островах р. Ангары) // Искусство. № 1. С. 61–65	–
1962	Древнемонгольский портрет, надписи и рисунки на скале у подножья горы Богдо-Уула // Монгольский археологический сборник: Посвящается славному 40-летию Монгольской Народной Республики. М.: Изд-во АН СССР. С. 68–74	–
1965	Петроглифы Сакачи-Аляна // Вопросы истории советского Дальнего Востока (Тез. докл. на пленарном заседании IV Дальневост. науч. конф. по вопросам истории, археологии, этнографии и антропологии. Владивосток. С. 15–21	–
1967	Центральноазиатский очаг первобытного Искусства (к итогам Сов.-Монг. археол. экспедиции 1966 г.) // Вестн. АН СССР. № 1. С. 96–104	–

Продолжение табл. 3

Год издания	Название работы	Соавторы
1968	Марксизм и проблема происхождения искусства // Изв. СО АН СССР. № 6. Сер. обществ. наук, вып. 2. С. 3–12	–
1968	Из предыстории искусства амурских народов (петроглифы на р. Кия, Уссури) // СА. № 4. С. 46–57	–
1969	Петроглифы Сибири и Дальнего Востока как источник по этнической истории Северной Азии (методология и некоторые общие выводы) // Материалы конференции «Этногенез народов Северной Азии». Новосибирск. Вып. 1. С. 3–27	–
1971	О палеолитической традиции в искусстве неолитических племен Сибири // Первобытное искусство / Под ред. Р. С. Василевского. Новосибирск: Наука. С. 3–21	–
1971	Искусство эпохи палеолита // История искусств народов СССР: В 9 т. М.: Изобразительное искусство. Т. 1: Искусство первобытного общества и древнейших государств на территории СССР. С. 10–22	–
1971	Искусство неолитических племен Сибири // История искусств народов СССР: В 9 т. М.: Изобразительное искусство. Т. 1: Искусство первобытного общества и древнейших государств на территории СССР. С. 86– 96	–
1971	Причинное объяснение происхождения искусства // Современный детерминизм и наука (материалы к школе-семинару). Новосибирск. С. 145	–
1973	Искусство Янковской культуры // Материалы по истории Дальнего Востока (история, археология, этнография, филология). Владивосток. С. 33–42	–
1973	К истокам творчества // Будущее науки: Междунар. ежегодник. М.: Знание. Вып. 6. С. 339–364	–
1974	Лоси на Долгом пороге (периодизация нижнеангарских наскальных изображений) // СЭ. № 3. С. 53–59	–
1974	Нефертити с Амура: Беседа // Камч. комсомолец. 16 февр.	–
1975	Архаринская писаница // Вопросы истории социально-экономической и культурной жизни Сибири. Новосибирск. С. 38–51	–
1975	Две бронзовые статуэтки бохайского времени из Приморья // Сибирь, Центральная и Восточная Азия в Средние века. Новосибирск: Наука. С. 47–52	–
1975	Тысячелетние знаменосцы Прибайкалья // Сибирь. № 3. С. 98–100	П. П. Хороших
1975	По следу бегущего оленя (о зимней археологической экспедиции на реке Уде) // Советская культура, 8 апр.	–
1975	Галерея древних художников (о работе археологической экспедиции в зоне затопления водохранилища Усть-Илимской ГЭС. Беседа) // Вост.-Сиб. правда, 25 нояб.	–

Окончание табл. 3

Год издания	Название работы	Соавторы
1976	Древности Сибири: петроглифы, орнаменты, мифы // Наука и человечество: Междунар. ежегодник, 1977. М.: Знание, 1976. С. 66–81	Б. А. Фролов
1976	Удивительные звери острова Ушканьего и периодизация петроглифов Приангарья // Первобытное искусство / Под ред. Р. С. Василевского. Новосибирск: Наука. С. 47–55	–
1976	Петроглифы и первобытная история // Атеистические чтения. Вып. 8. М.: Изд-во полит. лит. С. 22–29	–
1976	Лоси и шаманы на Долгом пороге // Неделя, 19–25 янв. № 3. С. 12–13	–
1977	Взаимодействие древних культур Тихого океана (на материалах петроглифов) // Проблемы археологии Евразии и Северной Америки. М.: Наука. С. 41–49	–
1977	Загадочные личины двух материков и петроглифы Урала // VI Уральское археологическое совещание. Ниж. Тагил, 28 марта – 3 апр., 1977 г.: Тез. пленар. и некоторых дискус. докл. М. С. 20–22	Е. А. Окладникова
1978	Петроглифы Дэлгэр-Мурена и долины реки Тэс // Археология и этнография Монголии: Сб. ст. Новосибирск. С. 159–198	Совместно с другими
1978	Турочакская писаница (Алтай, долина р. Бия) // Древние культуры Алтая и Западной Сибири: Сб. ст. Новосибирск: Наука. С. 11–21	–
1978	Новые наскальные рисунки на Дубынинском-Долгом пороге (Ангара) // Древние культуры Приангарья. Новосибирск: Наука, С. 96–112.	-
1980	Звери и знаки Ярминского порога // Звери в камне (первобытное искусство). Новосибирск. С. 96–116	–
1980	Изображения медведей в неолитическом искусстве Северной Азии // Звери в камне (первобытное искусство). Новосибирск. С. 230–238	Р. С. Васильевский
1980	Древнейшее искусство Северной Азии: петроглифы, орнаменты, мифы // Наука стран социализма, 70-е гг. М. С. 338–353	Б. А. Фролов
1980	Древние лики Амура: Как сохранить их для потомков: Беседа // Комсомольская правда, 24 окт.	–
1981	Образ воина на писаницах Монголии // Военное дело древних племен Сибири Центральной Азии. Новосибирск: Наука. С. 21–29	Ю. С. Худяков

Монографии о памятниках наскального искусства выходили регулярно с 1959 по 1981 г. (а также в 1982 и 1985 гг. уже посмертно). Перерывы в издании монографий пришлись на 1960–1963, 1965, 1973, 1975 и 1978 гг., что, очевидно, связано с периодическим накоплением источниковой базы. В 1959–

1977, 1979 и 1980 гг. выходили монографии, посвященные петроглифам Северной Азии – рекам Лена, Ангара, Амур, Томь, оз. Байкал и Забайкалья. Фактически это результат планомерных исследований, проведенных экспедициями под руководством А. П. Окладникова в различных регионах Северной

Азии. В 1979–1981, 1982 и 1985 гг. систематически издавались книги по петроглифам Алтая, которые в итоге представили собой серию работ по наскальному искусству Центральной Азии. Эти книги-альбомы можно оценивать как предварительные источники, представляющие совершено иной регион первобытного искусства в художественно-стилистическом и культурном отно- шении, к аналитической оценке которых А. П. Окладников предполагал вернуться.

С момента самой первой печатной работы А. П. Окладникова (1926 г.) и до выхода в свет первой монографии по наскальному искусству [1959] вышло 12 публикаций, рассматривающих семантику образов в первобытном искусстве, мелкую пластику, наскальные изображения Сибири, а также тео- ретические проблемы происхождения искусства (2 статьи) (табл. 2).

В период систематического выхода в свет монографий по памятникам искусства (с 1960 по 1981 г.) А. П. Окладниковым опубликовано 35 статей. Это почти в 3 раза больше, чем в предшествующий период. В них все чаще рассматривались проблемы истоков и традиций искусства (10 статей), новых местонахождений петроглифов, вопросов семантики и сохранения памятников первобытного искусства (табл. 3).

А. П. Окладников выступил в качестве рецензента и редактора для трех работ: С. И. Вайнштейна [1974], М. А. Дэвлет [1976], Я. А. Шера [1980]. Он написал также предисловия к 2 монографиям: по палеолитическому искусству Сибири и петроглифам Средней и Центральной Азии (табл. 4).

Составленные нами своды статей по выбранной тематике позволили достигнуть определенной конкретики в представлении проблемного спектра, затрагиваемого ученым. В годы перерывов в издании монографий выходили в свет разноплановые статьи, например в 1960 г. – по петроглифам Братского моря. По одной статье выходило в 1961, 1962 и 1965 гг. В 1973 г. увидели свет две работы: одна по искусству янковской культуры, другая – по истокам творчества. В 1975 г. опубликовано 5 статей (см. табл. 3), из которых четыре по петроглифам и одна по мелкой пластике, а в 1978 г. – две по пи- саницам Алтая, одна о новых наскальных рисунках Ангары. Всего же увидели свет 72 специализированные работы по петроглифам и первобытному искусству, из которых 50 публикаций (69,7 %) направлены на введение в научный оборот огромного пласта изобразительных источников и их интерпретацию.

Таким образом, можно говорить не только о широком разностороннем научном интересе к творческой деятельности древнего человека, но и масштабной, систематической публикационной работе А. П. Окладникова, о введении в научный оборот массового материала и рассмотрении его общеисторического значения. Архивные материалы исследователя, хранящиеся в Санкт-Петербургском филиале Архива РАН, показательны – скрупулезность в сборе любых упоминаний о наскальных галереях и первобытном искусстве как Сибири, так и любой другой территории. Им собирались и бережно хранились даже газетные заметки.

Важным историографическим вопросом является анализ целей и задач, которые ставил перед собой ученый. В фундаментальных трудах А. П. Окладникова по проблемам древнего искусства эти проблемы четко ранжированы. Основываясь на этом, можно определить 3 вида публикационно-исследовательской направленности монографических работ.

Таблица 4

Вид	Год издания	Название работы
Рецензия	1954	Против вульгаризации в вопросе о происхождении и сущности первобытного искусства (О диссертации И. Б. Астахова «Происхождение и развитие искусства в свете марксистско-ленинской эстетики») // Вопросы философии. № 2. С. 232–243
Предисловие	1960	Абрамова З. А. Палеолитическое искусство Сибири. Иркутск. С. 3–6
Рецензия	1975	Вайнштейн С. И. История народного искусства Тувы. М., 1974 // СЭ. № 2. С. 168–171.
Рецензия	1977	Дэвлет М. А. Петроглифы Улуг-Хема. М., 1976 // Сиб. огни. № 11. С. 190–191
Редактирование	1980	Шер Я. А. Петроглифы Средней и Центральной Азии. М.: Наука. 328 с.
Предисловие	1980	Шер Я. А. Петроглифы Средней и Центральной Азии. М.: Наука. С. 3–7

Рецензии и редактирование акад. А. П. Окладниковым научных трудов, посвященных отдельным вопросам изобразительного творчества древнего человека

Первый – это монографии с подробной характеристикой рисунков, образов, сцен, сюжетов, стилей, семантики, с глубокой культурно-хронологической интерпретацией объектов исследований, представлением их в качестве исторического источника (см. табл. 1). Эти книги предназначены, прежде всего, для научного сообщества. Они имеют исключительно важное значение по введению в научный оборот колоссального круга источников и их осмыслению. Можно констатировать важность монографий А. П. Окладникова с точки зрения сохранения для человечества богатейшего пласта первобытного искусства. Активное негативное антропогенное влияние приводило к интенсивному уничтожению петроглифов, а это лишило бы научное сообщество колоссального по своей значимости историкокультурного наследия.

Второй – книги-альбомы, в основе которых лежат материалы полевых исследований с краткой характеристикой истории изучения наскальных рисунков в регионе, описанием рисунков и приведением таблиц к ним, а также краткой характеристикой образов, сюжетов, определением исторического и культурного значения, но без глубоких интерпретационных выводов (см. табл. 1).

Третий – работы просветительского характера, предназначенные как для археологов, так и для широкого круга читателей, интересующихся историей своего региона, страны в целом (см. табл. 1).

С точки зрения просветительской деятельности А. П. Окладников (и группа соавторов) ставил перед собой цель донести не только до научного сообщества, но и широкой общественности наиболее полное представление о памятниках и предметах искусства, возможном развитии художественного творчества и культуры древнего населения на той или иной территории. Достигалась она за счет четкой структуры работ, доступного и понятного языка изложения.

Интересно, что для первого и второго вида работ с позиции исследователей-археологов А. П. Окладников и соавторы ставили несколько иные цели.

Во-первых, это выявление, описание, фиксация наскальных изображений для обязательной последующей публикации материалов систематических исследований, скорейшего введения в научный оборот, а при необходимости – уточнение и обобщение данных [Окладников, 1959; 1971; Окладников, Запорожская, 1969; 1972; Окладников, Мазин, 1976; Окладников и др., 1981; 1982; Окладников, Окладникова, 1985]. Необходимо, «бережно сохранить прелесть древних рисунков, скопировав их» [Окладников, 1972. С. 6], при этом выполнять эту работу как можно точнее, так как копии должны стать полноценным источником, писал исследователь [1966; Окладников, Окладникова, 1985]. Отмечая ценность подобного источника, Н. Я. Мерперт и Е. Г. Дэвлет выразились так: «Наскальные изображения – ценнейшая категория источников, является наиболее уязвимой и постоянно подверженной угрозе разрушения как естественного, так и антропогенного характера» [2003. С. 180].

Во-вторых, осуществление, по возможности, разносторонних исследований и интерпретации накопленного материала [Окладников, 1964].

Согласно этим двум целям перед А. П. Окладниковым стояли следующие задачи:

• •    дать наиболее полное представление о памятнике в целом, включая историю изучения наскальных рисунков в регионе [Окладников, 1980; 1981б; Окладников, Мартынов, 1972; Окладников, Запорожская, 1972; Окладников, Мазин, 1979];

• •    привести подробное описание рисунков [Окладников, Запорожская,1959; Окладников, 1964 и др.];

• •    дать характеристику образов, сцен, сюжетов, стилей и семантики [Окладни-ков,1982; Окладников, Окладникова,1985];

• •    осуществить типологию изображений и, там, где это возможно, определить их культурную принадлежность [Окладников, Мазин 1976; 1979; Окладников, 1980; Окладников, Молодин, Конопацкий, 1980];

• •    решить проблемы периодизации [Окладников, Запорожская, 1959; Окладников, 1971];

• •    провести охранные мероприятия [Окладников, Окладникова, 1979].

Выполнение этих задач позволяло перейти к решению более глубоких интерпретационных проблем, рассмотрению наскальных изображений в качестве полноценного исторического источника, что характерно только для первого вида монографий. Отсюда и третья целевая направленность в исследованиях памятников наскального ис- кусства, приводимых А. П. Окладниковым – уже с позиции историка представить наскальные изображения в качестве источников для понимания культурных процессов и конкретных исторических событий, происходивших на данной территории или соседствующей с ней [Окладников, 1966; 1968; 1974; 1977; 1981б; Окладников, Запорожская, 19726; Окладников, Мазин, 1976]. Все это требовало постановки и решения еще более глубоких задач.

Во-первых, привлечения как можно большего круга различного рода вспомогательных источников, что позволяло рассматривать наскальные изображения с точки зрения оптимизации хронологии групп, образов, их датировки, выделения провинций наскальных изображений [Окладников и др., 1980]. Вспомогательными источниками для исследователя были исторические (для выявления путей развития человеческого общества, смены культурно-исторических этапов), этнографические (для выполнения семантических интерпретаций, что является ключом к пониманию мировоззрения древнего человека), искусствоведческие (для характеристики стилей и их смены), биологические (для определения видов изображенных животных), археологические, психологические, философские [Окладников, Окладникова, 1979].

Во-вторых, определения идейного содержания и значения наскальных изображений. В-третьих, рассмотрения проблем происхождения и развития древнего искусства в глобальном и в региональном масштабах (см.: [Окладников, 1972] и др.).

В-четвертых, проведения этнокультурной и хронологической классификации писаниц [Окладников, Запорожская, 1970].

В-пятых, пополнения представлений о путях развития художественного творчества населения того или иного региона [Окладников, Окладникова, 1985] и выявления контактов между древними племенами [Окладников, 1974].

Статьи и заметки также укладываются в эти публикационно-исследовательские рамки.

А. П. Окладников и соавторы ставили перед собой и решали разносторонние и масштабные цели и задачи, чему способствовала удивительная работоспособность и эрудиция исследователя. Он писал о существовании связи между «живой стариной»

(мифы, легенды) и ее вещественными проявлениями [Окладников, 1974. С. 8], стремился проследить эту связь, «утраченные звенья исторического процесса, понять его ход, реконструировать забытые события», по сути, «войти в мир идей и чувств древнего человека» [Там же] или, как еще отмечал исследователь, заглянуть в «окно исчезнувшего мира», в душу древнего человека [Окладников, 1966. С. 3].

В заключение хотелось бы процитировать Н. Д. Архипова, который как нельзя лучше отозвался о Ленской экспедиции А. П. Окладникова: «Нужно помнить, что любое явление имеет свое начало. Ленская экспедиция и цикл исследований ее сотрудников, прежде всего работы руководителя экспедиции А. П. Окладникова, заложили прочную основу всех последующих исследований. Эти работы стали своеобразным трамплином, оттолкнувшись от которого современные исследователи смогли добиться и значительной интенсификации полевых исследований и более глубокого проникновения в далекое прошлое народов Сибири» [Архипов, 1985. С. 294].