Ценностные компоненты концепта «дом» в лирике А. Г. Румянцева

Берёзкина Е. П. Ценностные компоненты концепта «дом» в лирике А. Г. Румянцева // Вестник Бурятского госуниверситета. Сер. Филология. 2020. Вып 3. С. 61–68.

В литературоведении и лингвистике на сегодняшний день представлено много исследований, посвященных концептам, отражающим национальную картину мира. Существует различные определения данного термина, но все ученые сходятся в том, что концепт является единицей мышления, в структуре которого выделяются понятийный, ценностный и образный компоненты [3; 5]. Поскольку нас интересует ценностный компонент концепта «дом», то он будет являться определяющим, будет представлять значимость данного концепта в русской культуре, отражать ассоциативное поле, связанное с этим концептом в лирике А. Г. Румянцева.

Ценностный компонент «отличает концепт от других ментальных единиц, которыми оперирует современная наука» [14, с. 12]. В философии под ценностями понимаются «социальные определения объектов окружающего мира, выявляющие их положительное или отрицательное значение для человека и общества. <...> Они присущи ему [предмету или явлению] не от природы, не просто в силу внутренней структуры объекта самого по себе, а потому, что он вовлечен в сферу общественного бытия человека и стал носителем определенных социальных отношений» [17, с. 534]. Подобные определения объектов формируют ценностную (аксиологическую) картину мира, которую «можно представить в виде наполненных определенным концептуальным содержанием “блоков” оце- ночных смыслов» [7, с. 20]. Ценностная составляющая концепта не только включает оценочные коннотации, но и «проявляется в ассоциативных связях его основных языковых номинантов» [9, с. 5]. Ценностный компонент может быть выявлен на основе анализа паремиологического поля ключевого слова концепта, данных ассоциативных словарей и психолингвистических экспериментов.

Концепт «дом» в картине мира, согласно данным В. А. Масловой, входит в ядро языкового сознания русских, занимая 2-е место в списке ключевых концептов (у англичан – 22-е место) [8, с. 262]. Концепт «дом» активно изучается с разных точек зрения, ряд работ посвящен исследованию концепта в художественном дискурсе (труды Л. А. Базыловой, С. М. Богатовой, С. Р. Габдуллиной и Н. Г. Дацкевича, О. В. Ланской, О. А. Фещенко, Е. В. Слепцовой).

Поскольку речь о концепте невозможна без обращения к словарям, то в «Большом толковом словаре русского языка» отражены следующие значения лексемы «дом»: это «здание, строение, предназначенное для жилья, для размещения различных учреждений и предприятий», «жилое помещение, квартира, жилье», «семья, люди, живущие вместе одним хозяйством» [2, с. 272]. В словаре В. Даля присутствует такое важное значение, как «род, поколение» [4, с. 466]. Историко-этимологический словарь русского языка отражает не менее важные понятия как «домашний очаг», «род», «семья», а также «храм» и «собор» [18].

Ю. С. Степанов считает, что концепт «дом» нужно отнести к «существующим постоянно, или, по крайней мере, очень долгое время» [15, с. 826–827]. «Русский ассоциативный словарь» позволяет рассматривать концепт «дом» в кругу следующих ассоциат: родной, большой, мой, гостеприимный; жизнь, тепло, защита, очаг, родина, убежище, уют и др. Именно дом формирует у человека нравственные ценности, которые позволяют ему выстраивать свою жизнь, ориентироваться в обществе. Дом взращивает человеческую личность и становится отражением его внутреннего мира.

Дом в нашем сознании ассоциируется прежде всего с представлениями о семье, спокойствии, уюте, счастье, достатке. Дом представляется закрытым, обжитым и защищенным пространством, в котором существуют любовь, понимание, доверие, прощение со стороны самых близких людей – супругов, родителей. Это место, где проявляется радость гармоничных отношений, где слышен детский смех. Таким образом, нравственные ценности изначально заложены в сущность понимания концепта «дом». Исследователи концептов полагают, что «доминирование ценностного компонента «дом» позволяет его отнести к аксиологическим концептам национальной концептосферы» [1, c. 122].

И. А. Тарасова отмечает, что «в художественных текстах возможна актуализация признаков, не входящих в ядро национального концепта, а также неузуальная оценочная интерпретация ядерных признаков» [16, с. 743]. Например, а в прозе Чехова дом в более ранних произведениях является символом счастья, любви, мечты, а позднее дом становится отражением мещанского быта, душевной лени, мертвенного начала.

З. С. Паперный отмечал, что для С. Есенина дом является источником света и радости, первоначалом жизни, мерой всех вещей, которой оценивается действительность. В некоторых стихотворениях поэта дом разрастается до понима- ния Родины, России, и в связи с этим актуализируется мотив бездомности, потери кровных связей [10, с. 72].

В лирике А. Г. Румянцева, как и у большинства русских поэтов, концепт «дом» занимает ведущее место. Так, в сборнике «Государыня жизнь» (2006 г.) из 239 стихотворений само слово дом (здесь и далее курсив наш. - Е. Б. ) или его ассоциаты встречаются в 85 случаях (35,6%), в сборнике «Взывает время к доброте» (2016 г.) из 196 стихотворений - в 68 (34,7%), в сборнике «От сосны до звезды» (2017 г.) - из 157 стихотворений - в 51 (32,5%) [11, 12, 13]. Дом часто заменяется словами-синонимами изба, избушка, юрта, храм, отчий двор, отчий порог, жилище, палаты.

Только одно стихотворение в сборнике «Государыня жизнь» названо «Дом». «В тот год я с дядей строил дом. / Он рос, да рос, сосновый, желтый, / Как будто солнце тонким шелком / Дом обшивало чередом», ниже автор заменяет дом синонимом изба : «золотую ту избу / Обычным топором рубили!» [11, с. 63]. Крестьянский труд - строительство дома - возведен в высокий ранг и приравнен к творчеству, его может «творить высокая душа». Стихотворение пронизано светом, теплом, радостью, одухотворенностью и приподнятостью. Дом представлен как часть природного мира и одновременно он творение рук человека. Близко к этому стихотворению еще одно - «Хваля припекавшее солнце...», в котором дом, построенный из сосен, согревает особым теплом: «И после, когда мы все выше / К звезде поднимали наш дом, / Я чувствовал; дерево дышит / Живым сбереженным теплом. <…> / Вот даже теперь под оконцем На светлом отцовском дворе Мне кажется: вновь я под солнцем / В обнимку с сосной, на горе...» [11, с. 50]. Дом становится символом связи человека с природой, что позволяет лирическому герою ощутить тепло сосны, прогретой солнцем. Дом олицетворяет связь с землей, поэтому в пространстве он «растет» от земли до звезды. Дом укрепляет связь со своим родом, возводили его родные люди: отец и сын, дядья, дом явился результатом их совместного труда, он приносит радость живущим в нем людям много лет спустя, и актуализирует память.

В сборнике стихотворений А. Румянцева «Взывает время к доброте» поэт не раз обращается к мотиву строительства дома. В стихотворении «Мужики» поэт показывает тяжелую работу, мужество и благородство деревенских жителей -богатырей и исполинов, которые «труды закончив, в дом входили, плечами раздвигая косяки!» или «могли построить дом на счастье / И молодым шутейно поднести!» [11, с. 13-14].

Силой мужа и хозяина создается крепкий быт: «некрашеные грубые столы...», «И стол входил. И табурет к нему. / И лавка, коей век не будет сносу. / Всё силушка расставила в дому» - «Я вижу рук крестьянских торжество!». Но не только о создании деревенского быта и элементарного убранства дома стихотворение «Сила», размышления поэта направлены на то, что такой дом необходимо было охранять, защищать: «И как не вспомнить, что храня свой дом, / <...> Мой предок-русич гневно шел с дубьем / Навстречь штыку любых гостей незваных!», а далее представление о доме разрастается до масштабов родины и наставления молодому поколению: «И по-сыновьи Русь свою хранил, / И нам завет - хранить ее - оставил!» [11, с. 29]. В одном стихотворении представлено сразу несколько ценностных компонентов от деталей незатейливого сельского интерьера в доме, до завета хранить дом - Родину.

В стихотворении «Когда роса украсит серебром» автор вводит детский взгляд на окружающий мир: «Я буду вечно помнить дом и мать , / И рядом с ними я запомню, кроха, / Буренок сонных медленную рать / И серебристый блеск чертополоха...» [11, с. 21]. Для деревенского мальчика дом связан прежде всего с самыми близкими и родными представлениями: мамой, коровой-кормилицей и травой. Ассоциативный ряд дом - мать - пища усиливается эмоциональным отношением лирического героя, передающего любовь ко всему живому вокруг.

Иначе изображен дом в стихотворении «Поле», здесь он становится локусом, местоположением в пространстве, до которого надо было дойти лирическому герою: «Я ходил этой снежной тропой, / Добираясь от дома до школы!». Вначале дом представлен как закрытое пространство, противопоставленное полю - открытому месту, где человек не защищен, где была «разъяренная музыка вьюг / И открытая книга созвездий», но в конце стихотворения поле называется «родным», что сближает его с домом, делает их одинаково обжитыми и освоенными, общими для лирического героя. Так границы дома расширяются до объединения с полем [11, с. 22]. В другом стихотворении «Я редко видел суету» можно наблюдать, что пространство дома разрастается до села: « От дома к дому Путь приветный» [11, с. 26].

Дом - это родной край, объединяющий и село, и ближние поля, и пригорки, и лес, что видно в стихотворении «Когда немало было пройдено…»: «Что сердце радостнее бьется / В осевшем стареньком дому, / В краю , где след полозьев вьется / По взгорью - к небу самому» [11, с. 35]. Неким продолжением этой гармонии внешнего и внутреннего, большого мира природы, родины и малого мира дома можно увидеть в стихотворении «Ведь это дар чудесный просто»: «Ведь это дар чудесный просто, / Дом у Байкала, на юру, / И плес, и поле за погостом, / Где плач и песня на миру». И далее взгляд лирического героя поднимается к небу: «Соединить без всяких лестниц / Небесный свод и вольный двор » [12, с. 26]. В. В. Иванов и В. Н. Топоров рассматривают «дом» в пространственном противопоставлении «своего» и «чужого» [6]. Именно через пространство дома человек входит в запредельное пространство мира и осознает его, что и демонстрируют приведенные выше стихотворения А. Г. Румянцева.

Еще одним важным ценностным компонентом концепта «дом» является его укорененность с землей. В стихотворении «Почему наши деды корнями, как сосны вросли…» автор пытается восстановить историю прадедов, которая привела их в Сибирь: «В дальнем веке / В лесах бесконечной сибирской земли / Затерялись те вехи, / Что прадедов наших вели. / Приняла их земля - лоно камня, ба-гула, смолья, / И укрыло их небо, бескрайнее, как и земля» [11, с. 55]. Земля и небо возле Байкала становятся домом для крестьян, предков лирического героя. Завершая стихотворение, А. Румянцев утверждает: «Но, свой дом украшая, не можем мы стены крушить, / Но земле, что нам служит, не можем и мы не служить. / Как и предков, нас греет привязанность наша нежна. / Я не знаю, земле или нам она больше нужна...» [11, с. 56-57]. Дом и земля становятся синонимами, местом обетования человека, происходит расширение и углубление смыслового наполнения концепта.

В некоторых стихотворениях А. Румянцев дом называет избой или более ласково избушкой: «За отцовской избушкой, / От прясла, / Отчеркнувшего маленький двор, / Начинается дивный и ясный, / Весь исхоженный мною простор». Этот простор завершается не только видом из окна сосны и холма, но и всей родины: «Омытая синью, / Нежнозвучна, библейски чиста, / Во все стороны света -Россия, / От сосны до звезды - высота!» [11, с. 295]. Гармоничная связь дома, окружающего природного мира и родины подчеркивают их слиянность, нераздельность.

Дом как живое существо наделен живым и одухотворенным началом, вслед за природным миром: «Дождь, он тоже изливает душу»: « Дом, он тоже душу открывает...» [11, с. 188].

Дом как семья формирует у человека необходимость заботы о близком окружении, делает его ответственным за родных и совместные дела. В стихотворении «Отец» дом выступает именно в таком смысле. Концепт «дом» присутствует в первой и последней строфах: «Был работником. / Утром из дома / Уходил, пропадал до темна.» - «В тесном доме, / Где знал он заботу, / По наследству / Оставил он мне / Лишь не начатый день / Да работу / На проснувшейся страдной земле» [11, с. 28]. Таким образом, родительский дом становится негласным носителем отцовского завета.

Дом осознается безусловной ценностью для лирического героя, создающего свою собственную семью, он, оказывается, наполнен особым смыслом в стихотворении «От каждого цветы…»: «Ты в свадебном наряде взлетаешь на крыльцо, в дом счастья и добра » [12, с. 175]. Однако любовь не ограничивает рамки дома: стенами и дверью, а, наоборот, расширяет их до пространства большого природного мира. «Я введу тебя в дом / Не из темных сеней, / А с вершины гольца, / Что Байкала синей / Стены в доме моем / Широки-широки / От реки Селенги / До Витима-реки. / А уж сколько зеркал / Отражают лицо: / То в распадке аршан, / То в лесу озерцо» [12, с. 176]. Это же представление о большом доме мироздания содержится и в стихотворении «Я опять говорю тебе: лада…»: « Небосвод – золотая палата , / Ослепительны стены вдали» [12, с. 188]. Для влюбленного человека дом становится особым местом: «В какой светлице из светлиц / Живет царица из цариц.» (стихотворение «Черемуха») [12, с. 178]. Но нигде не изображена отгороженность внутреннего мира дома, замкнутость на семье, наоборот, у Румянцева постоянно присутствует мотив выхода в пространство внешнего дома - природы родного края.

Тема войны и неустроенного быта заставляет поэта изменить ассоциативные ряды концепта «дом»: «в нетопленном доме », «в замерзшем доме », отсутствие дома в стихотворениях «Стояла зима», «Волчий вой», «Пароход 1942 года». Ситуация изменяется с возвращением в дом мужчины - отца, появляются совсем другие краски и световые / тепловые ощущения: «…И возвратился фронтовик. Он в дверь вошел нетерпеливо, / и закружился дом счастливо! / И свет упал на половик» [11, с. 118]; «И солнце грело жарче, / печка ярче пылала в нахоложенной избе » [12, с. 84].

Изображение убогого и заброшенного состояния домов становится свойственно для стихов А. Румянцева, объединенных в цикл под говорящим названием «Боль». В них показаны сложные перестроечные и постперестроечные 1990-е гг. и начало 2000-х гг., даже заглавия становятся соответствующими безрадостной действительности: «Оставленное село» - «Заброшены дворы, покинуты дома.» [12, с. 113], «Смотреть на вымершее поле» - «Тогда к усадебному пряслу вела тебя одна из троп» [12, с. 115], «Лукоморье уже без чудес» - «Ты ж покайся в убогом селенье» [12, с. 117], «Царевна» - «убогий домик у болотца.» [12, с. 118], «Не бездельнику и не разине..» - появляется интересная замена концепту «дом»: «рухнет наземь гнилая постройка» [12, с. 126], а в следующем стихотворении «Никогда не надеясь на чудо.» - «Ни в одной из казенных палат» [12, с. 127], «Дольный ветер выстудил вечер.» - «Дом твой выстудил вражий ветер» [12, с. 128]. Эти стихотворения объединяет гражданский пафос поэта, критика правящей власти, неприятие социальной действительности, приводящей к разрушению села, дома, семьи, самого человека, утратившего свое достоинство. Поэт эмоционален, он негодует, призывает к действию и фронтовиков, и внуков. И один из путей спасения видит в храме - стихотворение «Я стоял в этом храме...». Храм изображен как особое пространство, дом веры, молитвы, душевного очищения, в котором высшие духовные ценности противопоставлены материальным благам и разрушительным, скептическим убеждениям.

Новое наполнение концепта «дом» представлено в стихотворении, посвященном Татьяне Суровцевой «Азиату пристало родиться…». А. Румянцев констатирует: «Мы с тобой по судьбе азиаты», что влечет за собой использование концепта «дом» в расширительном значении природы, как части мироздания и места рождения двух поэтов: «Дом наш - снег да седая трава». Однако в этом стихотворении можно пронаблюдать и представление о доме как о творческом процессе: «Ты в обметанном, тусклом окошке / Золотой пятачок продыши. / Продыши эти мерзлые дали - / В песню хлынет чужая беда. / Ну и что же, что так не певали Никакие певцы никогда!» [11, с. 261].

Продолжение рассуждений о доме как месте рождения стихов, создания искусства находим в стихотворении-посвящении Киму Балкову « Твой дом , как ты, с душою нараспашку / Глядит весь день на освященный дол». Поэт дает дружеский совет: «Бери бумагу и садись за стол», который перефразирует в конце стихотворения: «Иди к столу - там ждет с утра страница Твои слова для друга и врага» [12, с. 226]. Представления о доме неразрывно связаны с самим поэтом, дом становится сакральным пространством, где рождается его творчество.

Упомянутый нами мотив Азии позволяет появиться такому синониму к концепту «дом» как юрта. Цикл «Из стихов о Монголии» открывается стихотворением «В юрте»: «И вот за малой горкой юрта / Явилась, радуя меня». Первая ассоциация лирического героя связана с чувством радости. Далее поэт дает образное метафорическое описание дома: «Как бы матрешечка в матрешку, / Она, округла и бела, / Под купол неба не с оплошкой, / А прочно вставлена она», таким образом, строение юрты прочно вписано в природный мир, соединяющий земное и небесное. При описании внешнего и внутреннего пространства дома, поэт вводит незнакомые слова со ссылкой: «В жилище этом нас не ждали, / Но, у хотона (изгородь вокруг юрты) появлясь, / Нам дед и бабка руку жали / От тихой радости светясь» и / «И, на хойморе (почетное место в юрте) принимая, / Чай от хозяйки в свой черед, / Забывшись, думал я, что мама / Мне угощение подает». Подчеркивается близость и родственность дома и юрты, в котором хозяйка - монголка воспринимается как родная мать. Позитивный настрой лирического героя позволяет ощутить единство мира как одной семьи: «Я думал в уголке уютном, / Что под заоблачным шатром, / Как в этой доброй теплой юрте, / Мы все одной семьей живем…» [11, с. 58–59]. Во втором стихотворении этого цикла «Мальчишка» А. Румянцев обращает внимание на то, что для ребенка-монгола его родная степь становится домом, он защищен окружающим миром природы: «Он стоит, будто в юрте, над войлоком серой земли. / Охраняют его степь, и небо, и горы вдали» [11, с. 60–61]. Если до сих пор мы обращали внимание на то, что домом лирического героя могли быть поле, лес, берег Байкала, то в данном стихотворении домом становится необъятная монгольская степь. Маленький герой гармонично вписан в этот большой мир, который дарует ему спокойствие, уверенность, силу духа.

Таким образом, рассмотрев достаточно большой корпус текстов А. Г. Румянцева, можно сделать следующие выводы:

• 1 . Концепт «дом» занимает важное место в его лирике на протяжении разных лет его творчества от 1960–1970 до 2010–2020-х гг., находя отражение в разных сборниках его стихотворений.

• 2 . Концепт «дом» наполнен разными ценностными компонентами:

• –    дом-жилище наделяется уютом, спокойствием, теплом, светом, его наполняют стол, скамья, табурет, печь, полки с книгами;

• –    дом-семья наделяется любовью, доверием, пониманием, образами матери, отца, коровы-кормилицы, возлюбленной, жены, сына;

• –    дом-природа расширяет личное пространство до размеров поля, леса, берега Байкала, природного окружающего мира, который становится также безопасен, освоен, любим и ценим героем («От сосны до звезды»);

• –    дом-земля, на которой человеку необходимо трудиться, быть творцом своей земли, чувствовать ответственность за свое дело;

• –    дом-родина личное пространство безгранично, свободно и широко, оно также ценимо лирическим героем, любимо и дорого им, как и малая родина (деревня, село, берег Байкала) и сама изба; все эти ценности надо беречь, сохранять и охранять от внешнего врага или неразумной власти;

• –    дом-творчество – место создания особых поэтических творений;

• –    дом-юрта, Азия (стихи о Монголии), родственность миров.