Ценностные ориентации в социокультурных механизмах формирования устойчивости местных сообществ

Глазовский государственный инженерно-педагогический университет имени В.Г. Короленко, Глазов, Россия, ,

Glazov, Russia, ,

Атомизация социума, запущенная процессами урбанизации и либерализации, усугубленная цифровизацией1, разрушает культуру, сводя ее до уровня удовлетворения базовых потребностей.

Изменения в российском обществе, обусловленные актуализацией уникального пути страны как государства-цивилизации, акцентировали внимание на сохранении и развитии традиции как основы национальной идентичности. Указ Президента РФ от 09.11.2022 г. № 809 «Об утверждении Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовнонравственных ценностей»2 законодательно закрепил феномен российской традиции как инструмента общественной консолидации. Именно поэтому задача объединения и солидаризации граждан сегодня определяет тренды национального социального развития. Одной из форм их обеспечения выступает местное сообщество. Именно оно как малая социальная группа обеспечивает на территориях проживания прямое участие граждан в принятии решений, направленных на улучшение качества жизни. Местные сообщества, опираясь на локальную историю и культуру, становятся солидаризованной силой, поддерживающей традиции как скрепы единой российской культуры.

Условимся, что под местным сообществом мы будем понимать группу людей, проживающих на одной территории, обладающих общей идентичностью и осуществляющих совместную деятельность, направленную на улучшение качества их жизни.

С 2020 г. нами проводится исследование местных сообществ, сформированных в ходе проекта, реализуемого на территории Удмуртской Республики Благотворительным фондом Елены и Геннадия Тимченко (г. Москва) и Фондом «Сообщество» (г. Ижевск). В рамках исследования нами впервые теоретически осмыслена модель формирования местных сообществ («Культурная мозаика»), разработанная и апробированная Фондом Тимченко.

Проект «Культурная мозаика Удмуртии» (Баженов, 2022) стал первым региональным, на который были экстраполированы основные принципы федерального проекта «Культурная мозаика малых городов и сел», реализуемого на территории России с 2014 г.3 Он был построен по принципу воронки и проходил в два этапа: 1 этап (2020–2021 гг.) – реализация 35 мероприятий, 2 этап (2021– 2022 гг.) – еще 9. Мы выполняли функцию регионального эксперта, координирующего ход реализации проекта и его соответствие модели «Культурная мозаика». Проблема устойчивости сообществ заинтересовала нас как один из факторов успешности реализации проекта.

После окончания проекта «Культурная мозаика Удмуртии» (июнь 2022 г.) часть сообществ продолжила развиваться, в том числе некоторые из тех, которые получили старт в 2020 г. – в рамках первой волны конкурса, но не включенные в его второй этап. Перед нами встал вопрос о поиске детерминант, определяющих устойчивость сообществ, которые не были бы связаны с влиянием групповой динамики команды проекта, вопросов лидерства и руководства, так как все проекты-победители второго этапа, которые мы рассматриваем в качестве эмпирической основы исследования, были в практически равных условиях.

В структуру методологии нашего исследования легла теория о ментальности и ценностных ориентациях. В качестве основного возьмем определение, данное В.Ю. Хотинец. Под ментальностью она понимает «систему взаимосвязанных представлений, сформированных на основе культурных ценностей, поведение членов социальной группы» (Хотинец, 2011: 100).

Актуальным является и феномен «синергийного общественного сознания», представленный С.А. Кравченко. Ученый выделяет определенные «сложности», оказывающие влияние на формирование России в складывающихся внешне- и внутриполитических условиях, и отмечает, что сознание современного человека складывается на парадоксальной основе, так как объединяет в себе множество культурных слоев: «национальные идеологии, верования, парадоксальные представления о добре и зле» (Кравченко, 2024: 8). При этом С.А. Кравченко утверждает, что отечественные культурные генотипы укрепляют общественное сознание, в то время как чуждые представления создают хаос в нем.

Удмуртская Республика – многонациональный субъект России, в котором проживает более 100 представителей различных этносов4. Автохтонные народности – удмурты, татары, русские, бесермяне, марийцы. Исторические и этнокультурные особенности развития региона позволяют говорить о том, что до сегодняшнего дня в сознании коренных народов сохранились элементы традиционной культуры и мировосприятия (Шкляев, 2003).

В качестве гипотезы исследования мы приняли следующее утверждение: жители территории со сформированными ценностями локальной (традиционной) культуры в рамках совместной деятельности (реализации социокультурных проектов) склонны к объединению в устойчивые сообщества, что, в свою очередь, влечет за собой улучшение качества их жизни.

Опорной теорией ценностей, на основании которой мы выстраиваем логику исследования, является концепция, предложенная Р. Инглхартом (Инглхарт, Вельцель, 2011). В соответствии с ней все общества в своем развитии проходят трансформацию от традиционных к секулярно-рациональным. В концепте парадигмы глобализации, которая определяла развитие планеты на протяжении ХХ и начала XXI вв., эта теория, с нашей точки зрения, отражает реальную социальную динамику обществ, вошедших в глобальные товарно-рыночные отношения. Данное убеждение подтверждают исследования ценностных ориентаций российского общества накануне цивилизационных изменений (2022–2025 гг.).

И.М. Кузнецов, анализируя данные опроса «Общероссийская идентичность и межэтнические отношения: социальная практика, публичный дискурс и управленческие решения» (2020) и социологического исследования «Двадцать лет реформ глазами россиян» (2011), приходит к выводу, что в последнее десятилетие при общей сохраняемости традиционных российских ценностей происходит их адаптация к новым социально-политическим реалиям: как среди молодежи, так и населения всех возрастов, принявших участие в опросе (N = 1 000), отражается поворот аксиологического конструкта менталитета в сторону инициативы, предприимчивости, индивидуализма и реализации активной жизненной позиции (Кузнецов, 2021: 99–101).

Именно поэтому за основу исследования мы взяли опросник World Values Survey (WVS)1 и адаптировали его, оставив в качестве ядра общий принцип разделения ценностей на традиционные и секулярно-рациональные.

Нами была составлена анкета, в основе которой лежит метод семантического дифференциала. В содержании – шкалированные пары антагонистических тезисов, опирающиеся на культурные ценности, выступающие основой механизма консолидации/атомизации сообществ.

Тезисы подобраны с учетом аксиологических детерминант, консолидирующих население в сообщества (Баженов, 2024): память (историческая, культурная), традиция, место («третье место», сакральное место), травма (социальная, культурная). Также нами было выявлено еще одно специфическое основание консолидации – потребность (например, в безопасности, общении, самовыражении и др.). Указанные детерминанты были объединены термином «социокультурные механизмы формирования местных сообществ», под которыми мы понимаем способность-свойство аттрактора консолидировать население в объединения (местные), основываясь на ценностно-патерналистских началах ментальности общества того или иного типа (традиционного, рыночного).

Каждому указанному механизму соответствовали 4–5 переменных:

• 1    блок факторов (традиция): этничность, кросс-культурная коммуникация, семья как основа традиционного сообщества, основа солидаризации – дружеская коммуникация / родственные узы, традиция как экзистенциальная ценность.

• 2    блок факторов (память): фото, артефакт, песня, память как феномен.

• 3    блок факторов (общее место): кладбище – общее сакральное место во многих культурах, общее место как центр коммуникации, памятники, «третье место».

• 4    блок факторов (потребностная основа солидаризации): потребность в безопасности, в содержании придомовой территории, в эффективных тратах, в улучшении площадок коммуникации.

• 5    блок факторов (травма): осознание горя, утрата национальной культуры, преодоление травмы (индивидуальное/совместное).

Анкетирование проводилось среди команд участников (местных сообществ) первого (2020– 2021 гг.) и второго (2021–2022 гг.) этапов реализации проекта «Культурная мозаика Удмуртии» (N = 124). Оно носило сплошной характер и реализовывалось через чат в ВК, а также посредством выезда в районы к победителям второго этапа (май – июнь 2024 г.). Выборка соответствует общим социально-демографическим характеристикам генеральной совокупности участников проекта. Доля женщин в опросе составила 95 %. Возрастной состав опрошенных: от 18 до 73 лет. 50 % опрошенных составили респонденты в возрасте 41–55 лет, 25 % – 26–40 лет, 20 % – 56 лет и старше. Большинство опрошенных – работники бюджетной сферы (77 %), пенсионеры (14 %). Национальный состав: русские – 47,5 %, удмурты – 42,5 %, среди опрошенных также – татары, марийцы.

Обработка полученных данных осуществлялась в программе IBM SPSS Statistics v. 23.

В ходе проверки гипотезы о том, что социокультурные механизмы формирования местных сообществ влияют на качество/продолжительность реализации проекта, нами был проведен корреляционный анализ Спирмена. В результате был обнаружен ряд значимых положительных корреляций. Так, на продолжительность реализации проекта влияют следующие ценности консолидации (в разрезе социокультурных механизмов):

• 1)    традиция (табл. 1):

  – значимость традиции в наши дни (Ro = 0,254, р < 0,01);

  – песня как застольная традиция (Ro = 0,164, р < 0,05);

  – поминальные дни на кладбище как традиция (Ro = 0,304, р < 0,01).

Таблица 1 – Взаимосвязь устойчивости проекта от социокультурного механизма «традиция»¹

Table 1 – The Relationship between Project Sustainability and the Sociocultural Mechanism of “Tradition”

			Значимость традиции в наши дни	Песня как застольная традиция	Поминальные дни на кладбище как традиция	Этап проекта
аз ф S О о а.	Значимость традиции в наши дни	Коэффициент корреляции	1,000	,139*	,370**	,254**
		Значимость (двухсторонняя)		,013	,000	,000
		N	318	318	318	318
	Песня как застольная традиция	Коэффициент корреляции	,139*	1,000	,470**	,164**
		Значимость (двухсторонняя)	,013		,000	,003
		N	318	318	318	318
	Поминальные дни на кладбище как традиция	Коэффициент корреляции	,370**	,470**	1,000	,304**
		Значимость (двухсторонняя)	,000	,000		,000
		N	318	318	318	318
	Этап проекта	Коэффициент корреляции	,254**	,164**	,304**	1,000
		Значимость (двухсторонняя)	,000	,003	,000
		N	318	318	318	318
Корреляция значима на уровне 0,05 (двухсторонняя).*
Корреляция значима на уровне 0,01 (двухсторонняя).**

• 2)    память (табл. 2):

  – фото как элемент памяти (Ro = 0,365, р < 0,01);

  – старые вещи как память (Ro = 0,101, р < 0,05);

  – знание прошлого (Ro = 0,380, р < 0,01);

  – памятники героям войн (Ro = 0,174, р < 0,01).

Таблица 2 – Взаимосвязь устойчивости проекта от социокультурного механизма «память»

Table 2 – The Relationship between Project Sustainability and the Sociocultural Mechanism of “Memory”

			Фото, как элемент памяти	Старые вещи, как память	Отношение к прошлому	Памятники героям войн	Этап проекта
1	2	3	4	5	6	7	8
аз ф § S О о а.	Фото, как элемент памяти	Коэффициент корреляции	1,000	,310**	,437**	,061	,365**
		Значимость (двухсторонняя)		,000	,000	,282	,000
		N	318	318	318	318	318
	Старые вещи, как память	Коэффициент корреляции	,310**	1,000	,227**	,272**	,101
		Значимость (двухсторонняя)	,000		,000	,000	,073
		N	318	318	318	318	318
	Отношение к прошлому	Коэффициент корреляции	,437**	,227**	1,000	,431**	,380**
		Значимость (двухсторонняя)	,000	,000		,000	,000
		N	318	318	318	318	318

• ¹    В статье все таблицы составлены автором.

Продолжение таблицы 2

1	2	3	4	5	6	7	8
	Памятники героям войн	Коэффициент корреляции	,061	,272**	,431**	1,000	,174**
		Значимость (двухсторонняя)	,282	,000	,000		,002
		N	318	318	318	318	318
	Этап проекта	Коэффициент корреляции	,365**	,101	,380**	,174**	1,000
		Значимость (двухсторонняя)	,000	,073	,000	,002
		N	318	318	318	318	318

**. Корреляция значима на уровне 0,01 (двухсторонняя)

• 3)    общее место (табл. 3):

  – кладбище как сакральное место солидаризации (Ro = 0,314, р < 0,01);

  – обратная корреляция «третье место» (Ro = –0,203, р < 0,01).

Таблица 3 – Взаимосвязь устойчивости проекта от социокультурного механизма «общее место»

Table 3 – The Relationship between Project Sustainability and the Sociocultural Mechanism of “Common Place”

			Этап проекта	Третье место	Кладбище как сакральное место солидаризации
аз ф S О о а.	Этап проекта	Коэффициент корреляции	1,000	–,203**	,304**
		Значимость (двухсторонняя)		,000	,000
		N	318	318	318
	Третье место	Коэффициент корреляции	–,203**	1,000	,070
		Значимость (двухсторонняя)	,000		,216
		N	318	318	318
	Кладбище как сакральное место солидаризации	Коэффициент корреляции	,304**	,070	1,000
		Значимость (двухсторонняя)	,000	,216
		N	318	318	318
**. Корреляция значима на уровне 0,01 (двухсторонняя).

• 4)    сообщество потребности (табл. 4) – ответственность за общественные места (Ro = 0,392, р < 0,01).

Таблица 4 – Взаимосвязь устойчивости проекта от социокультурного механизма «сообщество потребности»

Table 4 – The Relationship between Project Sustainability and the Sociocultural Mechanism of “Community of Need”

			Ответственность за общественные пространства	Этап проекта
аз ф S О о а.	Ответственность за общественные пространства	Коэффициент корреляции	1,000	,392**
		Значимость (двухсторонняя)		,000
		N	318	318
	Этап проекта	Коэффициент корреляции	,392**	1,000
		Значимость (двухсторонняя)	,000
		N	318	318
** Корреляция значима на уровне 0,01 (двухсторонняя).

• 5)    травма (табл. 5):

  – утрата традиции (Ro = 0,235, р < 0,01);

  – общение с близкими людьми как возможность справиться с травмой (Ro = 0,310, р < 0,01).

Таблица 5 – Взаимосвязь устойчивости проекта от социокультурного механизма «травма»

Table 5 – The Relationship between Project Sustainability and the Sociocultural Mechanism of “Trauma”

			Утрата национальных, культурных традиций	Общение с близкими людьми как возможность справиться с травмой	Этап проекта
аз ф S О о а.	Утрата национальных, культурных традиций	Коэффициент корреляции	1,000	,573**	,235**
		Значимость (двухсторонняя)		,000	,000
		N	318	318	318
	Общение с близкими людьми как возможность справиться с травмой	Коэффициент корреляции	,573**	1,000	,310**
		Значимость (двухсторонняя)	,000		,000
		N	318	318	318
	Этап проекта	Коэффициент корреляции	,235**	,310**	1,000
		Значимость (двухсторонняя)	,000	,000
		N	318	318	318
**. Корреляция значима на уровне 0,01 (двухсторонняя).

Таким образом, мы можем говорить о том, что на продолжительность деятельности (устойчивость) функционирования местного сообщества оказывают влияние консолидирующие ценности: традиция, память, общее место (сакральное место), травма, потребности.

Анализ показал значимые ценности, определяющие консолидацию местного сообщества. Была выявлена значимая обратная корреляция между продолжительностью реализации проекта и значимостью «третьего места». Данное явление можно интерпретировать как отсутствие значимости «общего места» для длительности проекта. Парадоксальным выступает и факт того, что переменные из блока «Общее место» также не коррелируют с блоком переменных «Доверие» (табл. 6). Исключением являются те из них, которые связаны с доверием по национальному признаку.

Таблица 6 – Взаимосвязь переменных фактора «доверие» от социокультурного механизма «общее место»

Table 6 – The Relationship between the Variables of the “Trust” Factor and the Sociocultural Mechanism of the “Common Place”

			Третье место	Доверие людям своей нации	Доверие людям другой нации
аз ф S О о а.	Третье место	Коэффициент корреляции	1,000	,312**	,187**
		Значимость (двухсторонняя)	.	,000	,001
		N	318	318	318
	Доверие людям своей нации	Коэффициент корреляции	,312**	1,000	,717**
		Значимость (двухсторонняя)	,000	.	,000
		N	318	318	318
	Доверие людям другой нации	Коэффициент корреляции	,187**	,717**	1,000
		Значимость (двухсторонняя)	,001	,000	.
		N	318	318	318
** Корреляция значима на уровне 0,01 (двухсторонняя).

Возможно, в национальной республике именно фактор этнической принадлежности играет ключевую роль в формировании доверия между людьми и их коммуникации на площадке «третьего места».

Таким образом, говоря о зависимости устойчивости (продолжительности) проекта от ценностных ориентаций их представителей, можно утверждать, что устойчивыми являются проекты, которые реализуют сообщества с ценностями, отнесенными нами к категории традиционных консолидирующих механизмов: травма, память, традиция, общее место. Парадоксальной оказалась отрицательная корреляция «третьего места». После анализа зависимости доверия в коммуникации как ценности и третьего места была выявлена устойчивая корреляция доверия по национальному признаку. Это может говорить о том, что сам феномен «третьего места» – площадки для коммуникации вне дома и работы – может быть рассмотрен только в контексте культур-ной/кросс-культурной этнической коммуникации.