Церковная пресса Вятско-Камского региона в первые месяцы после падения монархии

The church press in the Vyatka-Kama region in the first months after the fall of the monarchy

Тема реакции Русской православной церкви (РПЦ) на события 1917 года до сих пор чрезвычайно актуальна. Новый виток обсуждения отношений государства и церкви произошел в 2010-х гг. после публикации М.А. Бабкина, который провел настоящую ревизию устоявшихся в науке представлений о характере этого союза1. Автор наглядно показал, что РПЦ в 1917 г. была внутренне готова к падению монархии, поэтому встретила революцию спокойно. В полемику вступили десятки историков, выступающих как в защиту концепции М.А. Бабкина2, так и критикующих ее3. Из последних работ, доказывающих серьезный конфликт между епископатом и властью, можно отметить работу И.О. Мишина4. Одним из способов изучения позиции РПЦ на революционные события могут служить собственные церковные издания того периода. Сама историография изучения епархиальных ведомостей в период революции сравнительно не-большая5. Однако, некоторые характерные черты этого явления уже отмечены исследователями. Например, И.И. Юрганова пишет, что революция нарушила устоявшийся уклад жизни духовенства и периодичность номеров епархиального издания, а также что Якутские ведомости самостоятельно принимали решения о публикуемых ма-териалах6. Среди работ по Вятско-Камскому краю можно отметить работы А.Н. Марченко и Л.А. Обухова7. Л.А. Обухов изучил влияние на общественную жизнь светской периодики именно в период революции. Но этот вывод можно применить и к церковным изданиям, опираясь на статью А. Н. Марченко, который отметил огромное значение ведомостей в жизни региона, высокий уровень авторов и разнообразие публикаций.

Методология. В основу исследования были положены прин- ципы историзма и ряд методов исследования. Изучение исторических событий на основе периодических изданий предполагает комплексный подход. Уже сложилось мнение, что епархиальные ведомости это сложный и особый вид исторического источника8. При работе с ними применяются специальные приемы: например, метод подбора образцов однотипных изданий за определенный период. Также нужно использовать контент-анализ, когда на основе выборки журналов устанавливается как часто и какие именно темы волновали общество в исторический период. Историко-типологический анализ позволяет рассмотреть, как менялось издание во времени.

Цель статьи – показать реакцию Русской православной церкви на политические и общественные изменения в первые три месяца после свержения монархии. Примером были выбраны публикации в региональной церковной периодике.

***

Русская православная церковь (РПЦ) традиционно поддерживала самодержавие и была государственным институтом. После отречения царя и падения монархии, она должна была определиться по отношению к новой власти и обозначить позицию к монархии как таковой. Впервые за несколько столетий РПЦ предоставлялось пусть и гипотетическое, но право выбора и самоопределения как государственного и социального института. Поэтому интересно проследить, как официальные издания РПЦ освещали такое грандиозное общественное событие как Русская революция 1917 года и в целом реагировали на новые общественные отношения. Для примера в исследовании проанализированы издания Вятско-Камского региона: Вятской и Пермской епархии.

Важное место в жизни РПЦ занимало специальное корпоративное издание - Епархиальные ведомости. Ведомости к 1917 г. выпускались в большинстве епархий. Чтобы не дублировать светские издания они изначально ориентировались на духовенство. Структура ведомостей была одинаковой. Они состояли из официального отдела, в котором публиковали различные нормативные акты не только РПЦ (указы Синода и распоряжения епархиального начальства), но и государства в отношении церкви, информацию о перемещени- ях по службе, вакансиях, различные отчеты церковных организаций, сборы на благотворительность.

А также неофициального отдела, где печатались статьи религиозного характера, но и часто различные исторические и литературные материалы. Среди статей этого раздела встречались работы анонимных авторов. Таким образом, изначально ведомости шли по пути не только информирования, но и просвещения и расширения кругозора читателя. Важное значение имело то, что ведомости обладали значительной самостоятельностью в плане редактуры. При этом, безусловно, действовала цензура. Ведомости прочитывались и корректировались епархиальным начальством. Но само содержание номеров самостоятельно определяла редакция. Выпуски по епархиям не совпадали по времени (в Вятке они выходили 2 раза в месяц, а в Перми – 3).

В 1917 г. редактором официального отдела Пермских епархиальных ведомостей (ПЕВ) был Зеленов Петр Васильевич – секретарь духовной консистории, неофициальный отдел редактировал Николай Иванович Колосов. Официальный отдел Вятских епархиальных ведомостей (ВЕВ) также редактировал секретарь консистории Н.И. Троицкий. А неофициальным отделом руководил Николай Григорьевич Гусев.

Личности редакторов неофициальных отделов были очень важны, что наглядно показал 1917 г. Особенно талантливым писателем был Н.И. Колосов, выпускник Киевской духовной академии, который сам активно печатался, часто под псевдонимом «Ник В-нъ»9. В 1917 г. он трудился преподавателем духовной семинарии и одновременно получал светское образование на историко-филологическом факультете Пермского университета. Немногим уступал ему Н. Г. Гусев – преподаватель Вятского епархиального женского училища. Он закончил Казанскую духовную академию и также печатался в ведомостях.

В этом плане, обеим епархиям повезло. В большинстве других епархиальных ведомостей неофициальный отдел возглавлял ректор семинарии. Как писал один из авторов в этом случае «отцы ректоры наполняли журналы своими очередными проповедями да тягучими, нудными и «учеными» статьями, такими далекими от интересов сельского духовенства… Секретари и ректоры – это все «блуждаю- щие светила», для епархии они люди чужие»10.

9 марта выходит актуальный 9-10 номер ВЕВ. В нем на первых страницах были напечатаны распоряжения Св. Синода об обеспечении священнослужителей в военное время, о назначении пенсий, а также другие распоряжения по епархии о переменах по службе и награждениях, о различных денежных тратах и сборах, о церковно-приходских школах. И только на 20 странице размещалась речь епископа Вятского и Слободского Никандра в Кафедральном соборе от 5 марта по случаю отречения Николая II и вел. князя Михаила Александровича, где развитие страны сравнивалось с развитием семьи. Никандр говорил, что «наконец взрослые члены нашей семьи решили взять все заботы государственные всецело на себя, а глава семьи, царь, решил совершенно уступить им свое место. Совершилось, значит, в наши дни самое обыкновенное семейное дело». И дальше снова шла информация о каждодневных буднях епархии.

Очень интересны опубликованные в этом номере данные Денежного отчета редакции ВЕВ за 1916 г. В приходной части было 9754 руб., однако большую часть составил остаток прошлого года, подписка принесла 5409 руб. 75 коп., размещение объявлений 56 руб. 30 коп. Расходы составили 5600 руб. 38 коп., из которых на типографию 3017 руб., на жалование редакторам 600 руб., авторам статей 581 руб. Можно утверждать, что издание ведомостей было с финансовой точки зрения не выгодной и до революции.

Неофициальный отдел был необычно небольшим (16 страниц) и содержал статью о значении духовных концертов и перепечатанную статью из газеты «Русское слово», которая призывала продолжить войну и не предавать союзников.

При этом можно утверждать, что среди духовенства был запрос именно на публицистические материалы. В 1907 г. недолго просуществовала газета «Епархиальные отголоски», которая публиковала актуальные материалы и была закрыта под давлением епархиальных властей11. В январе 1917 г. в Вятке появилась новая газета «Слово и жизнь» под редакцией преподавателя духовной семинарии А.В. Красова, которая определила свою главную задачу «рассказать о жизни людей, поведать их радости и горе, распространить полезные знания, с которыми лучше живется на свете, в беспросветную тьму бросить светлый луч правдивой мысли…»12. Газета выходила дважды в неделю и была очень востребована.

В Перми актуальный 7-8 номер Ведомостей вышел 11 марта. С этого номера нарушится порядок выхода ПЕВ. В марте он выйдет дважды, в апреле четыре раза, а в мае всего один раз. В очень коротких сообщениях говорилось, что «Пермским епархиальным начальством сделано распоряжение духовенству епархии о том, что ныне моления следует произносить за Богохранимую державу Российскую и за благоверное Временное правительство». В конце номера была опубликована телеграмма от 6 марта за подписью князя Львова о передаче власти в губернии от Губернатора Председателю губернской земской управы.

Неофициальная часть продолжила публиковать не имеющие к Революции материалы. Например, трагедию «Тень Наполеона», которая выходила уже в нескольких предыдущих номерах. По сюжету императору Вильгельму является в видении Наполеон, убеждая властителя Германии не воевать с Россией. Само издание пьесы, да еще и за авторством преподавателя местной Пермской духовной семинарии Б. Чистовского некоторые ученые называют «небывалым» для епархиальных ведомостей13. Также номер содержит поздравления по поводу важного местного события – вступлении архимандрита Феофана в должность епископа Соликамского.

Однако следующий 9 номер ПЕВ от 21 марта был полностью посвящен революционным событиям. Официальный отдел номера открывался Указом Св. Синода, которым епископу поручалось во всех церквах прочесть акты об отречении Романовых и текст «верным чадам Православной Российской церкви», который начинался со слов «Свершилась воля Божья. Россия вступила на путь новой государственной жизни». Кроме того, была опубликована форма присяги на верность Временному правительству.

Заканчивался официальный отдел 9 номера ПЕВ Воззванием к духовенству Пермской епархии, которое было подписано председателем исполнительного комитета Александром Архангельским. Это воззвание повторяло подобное обращение епископа Андроника ко всему духовенству епархии, напечатанное в этом же номере. В них центральной была идея «иметь полное искреннее подчинение Временному правительству, к тому же всемерно призывать и все население». Особо епископ обращал внимание на подготовку к Учреди- тельному собранию. Предлагалось знакомить паству с программами партий. При этом оговаривалось, что «церковная кафедра – не арена для политических выступлений».

Архангельский повторял за Андроником, что огромную роль теперь должны иметь церковно-приходские попечительства, которые объединят прихожан и духовенство. Эти попечительства должны были, по его мнению, координировать уже существующее Епархиальное братство им. Стефана.

В неофициальном отделе 9 номера было опубликовано Воззвание Всероссийского земского союза и Всероссийского союза городов, которое начиналось словами «Великие события воскрешают нашу родину к новой жизни. Основы старого строя рухнули. Рождается освобожденная Россия». Далее предлагалось «дружно объединиться в деятельной и честной поддержке нового правительства».

Номер 11-12 ВЕВ от 23 марта открывался как и номер 9 ПЕВ указанием Св. Синода, а после шел текст отречения царя и его брата Михаила. С другой стороны, половина номера была посвящена текущим вопросам, например осмотру тротуаров и бани Глазовского духовного училища. Впервые читатели узнали о выходе из духовного звания двух псаломщиков без указания причины. Такая информация станет обыденностью. Всего за весенние месяцы духовенство епархии покинет 12 человек, но один из них затем вернется. До 1917 г. всегда указывалось, что псаломщики покинули духовное ведомство в связи с поступлением на военную службу. За аналогичный период в 1916 г. духовное сословие покинуло всего 4 чел.14

По-прежнему неофициальный отдел не содержал актуальных статей о политической обстановке. При этом он начинался необычным обращением «От редакции». В ней редакция просила духовенство епархии «не забывать свой епархиальный орган». При этом признавалось, что «давно назрел вопрос о преобразовании самих ВЕВ в интересный и живой и действительно руководящий для пастырей и паствы епархии орган». Одним из вариантов развития ведомостей предлагалось «слить ВЕВ с недавно возникшей газетой «Слово и жизнь».

«Слово и жизнь» действительно выглядела более прогрессивным и актуальным изданием. Именно в ней 17 марта было опубликовано «Обращение к духовенству», в котором впервые критиковалась не только монархия, но и церковное руководство, которое «рабски покорное светской власти шла в преступных деяниях рука об руку с ней»15. В газете раньше стали появляться оригинальные политические статьи16.

Официальный отдел следующего 10 номера ПЕВ от 2 апреля содержал только информацию о вакантных должностях в епархии. При этом в неофициальный отдел была включена опубликованная телеграмма с благодарностью нового обер-прокурора В. Львова на приветственную телеграмму епископов и духовенства Перми. Главная мысль ее была не допускать беспорядков и сплотиться вокруг Церкви. Такая же телеграмма ранее была опубликована в ВЕВ, а вместе с ней приветственная телеграмма от вятских священников – депутатов Государственной Думы, в которой они поздравляли епископа и духовенство епархии «с наступлением новой светлой эры в жизни Русского государства и Церкви».

В 13-14 номере ВЕВ от 6 апреля в официальном отделе шла будничная информация. Зато в неофициальном впервые появилась остро политическая статья «Навстречу будущему», начинавшаяся словами «Самодержавный строй рухнул. Оковы пали. Народ стал у власти. Мысль и слово стали свободными. Церковь, как ведомство, веками находившаяся на службе существовавшего государственного строя, именем Божьим, учением Евангельским, извинявшая насилие, оправдывающая рабство, оказалась свободной». В статье говорилось, что пастыри не должны оставаться безучастными и совершать только обряды, но и участвовать в политической жизни и активно агитировать на выборах в Учредительное собрание. При этом статья осталась анонимной за подписью «Священник В.».

Не менее интересной была публикация решений Пастырского собрания духовенства г. Вятки от 21 марта. Было напечатано, что собрание постановило: «1. Цензуру для проповедей и печатного слова отменить и должности цензоров ВЕВ упразднить, 2. Духовенству убеждения свои как с церковной кафедры, так в частных беседах и печати высказывать откровенно, без боязни административного давления», в п.4 призывалось духовенству знакомить прихожан с программами политических партий и, наконец, п. 5 гласил «Возврат к прежнему политическому строю признан категорически нежелательным». Кроме того, закрытым голосованием было опро- шено городское духовенство на предмет политических пристрастий. Результаты были следующие: за демократическую республику – 59 чел., за конституционную монархию – 8, за монархию – 3, за христианскую беспартийность – 1, воздержался – 1.

К моменту издания 11 номера ПЕВ от 9 апреля неофициальный отдел вернулся к публикации трагедии «Тень Наполеона» и опубликовал последнюю часть. Также номер содержал исторический материал и информацию об отправке духовенства на фронт. Этот номер был самым маленьким по объему – всего 16 страниц.

12 номер ПЕВ от 16 апреля заслуживает внимания тем, что имел специальную пометку «Первый № без цензуры». Сам номер содержал две больших статьи за авторством главного редактора, который лично подавал пример новой политической публицистики. Во-первых, рассуждения о будущем всех российских епархиальных ведомостей «Дамоклов меч». В ней Н. Колосов с горечью писал, что епархиальные ведомости «духовный читатель часто только перелистывает, но отнюдь не читает», а светский читатель «может читать только в виде наказания». Он видел преобразование ведомостей за счет отказа от плохих материалов. Например, «якобы научных статей по тем или иным вопросам, представляющие собой компилятивные семестры бывших студентов духовных академий». Поэтому предлагалось печатать только «выразительные статьи, с богословской или пастырской точек зрения освещающие наиболее острые и практически важные вопросы современности».

Другая статья «О современном» была публикацией речи Н. Колосова, произнесенной по благословению Преосвященного Андроника на одном из собраний духовенства. В ней он рассуждал о текущем политическом моменте, приветствуя свободу и Временное правительство. О прошлом говорил следующее: «Старый строй пал, по-видимому, просто, легко и почти безболезненно. Это ясный показатель, что старый строй обносился, изветшал и одряхлел в живом народном собрании». Автор призывал дистанцироваться от монархии, указывая, что «За двести лет служения государству часто вынуждавшаяся молчать и, молча, страдать наша Церковь, все же не срослась с несовершенствами старого государственного строя».

Также в номере была опубликована большая статья депутата Государственной Думы, протоиерея Ф. Адриановского «Что нам теперь нужно?». Статья начиналась словами «Свершилось возрождение нашей родины, освобождение исстрадавшейся России от тяжкого ига государственного управления и от гнетущего правительственного режима». Адриановский писал о необходимости повиноваться власти Временного правительства и объединить усилия для продолжения войны. Таким образом, тема войны, которая была одной из центральных в дореволюционных номерах, спустя месяц возвращается на страницы издания.

С 12 номера ПЕВ начнет публиковаться информация призывающая духовенство распространять информацию о «займе Свободы» Временного правительства. Тема войны и призыв к ее поддержке, а также сбору на это пожертвования – одна из немногих центральных тем, которая сохранится в транслировании РПЦ с царского времени. У этого явления в целом были мощные исторические корни17. Из этого же номера пермское духовенство узнало об отмене ограничений к духовным лицам, слагающим сан.

В конце номера была напечатана короткая информация «В среде духовенства». Но ее содержание было необычным. Так говорилось, что духовенство Перми объединилось в особую организацию «Объединенное духовенство г. Перми и Мотовилихинского завода». Поначалу организация собиралась под председательством епархиального преосвященного, но затем переехало в здание Епархиального женского училища, где каждый раз избирало из своей среды председателя собрания. Организация также напрямую общалась с Синодом и обер-прокурором и планировала созыв Чрезвычайного епархиального съезда духовенства, на который хотело пригласить прихожан.

В номере 15-16 ВЕВ (вышел 20 апреля) в официальном отделе ничего не говорилось о политических событиях на уровне страны. Однако неофициальный отдел продолжил публиковать политически окрашенные материалы. Например, номер открывался статьей «Православные объединяйтесь», где были строчки «Церковь наша была вовлечена в чуждую ей область государственного строительства, и церковная жизнь почти совершенно погасла, подавленная бюрократическим ведомством православного вероисповедания». А далее шел призыв всем православным объединяться в общества и участвовать в выборах в Учредительное собрание.

Нетипичным для ведомостей был художественный рассказ «Почти с натуры» без указания автора, как это часто происходит с материалами 1917 г. В нем старый священник спорил с молодой интеллигенцией, доказывая, что евреи не должны иметь равных прав с другими нациями, приводил истории, что они совершают ритуальные убийства, и предлагал их переселить на остров посреди океана. Заканчивался текст словами «Тут не сознательное ретроградство, а просто человек сжился со старым и не может сразу переменить все убеждения. Жизнь воспитала в старых взглядах, жизнь и перевоспитает».

В обычных статьях также можно обнаружить высказывания о политических событиях. Так в статье о займе на войну оказались строки «Теперь у нас новое правительство – правительство общественного доверия, составленное из лучших русских людей» и «Россия, нынче свободная демократическая страна, совместно с другими великими демократическими государствами борется против последних оставшихся в цивилизованном мире деспотических государств».

Номер 13 ПЕВ от 23 апреля в официальном отделе не содержит ни строчки о политической ситуации и вообще центральные новости. Угадать изменившиеся отношения внутри церкви позволяет последнее объявление «От правления Пермской духовной семинарии», в котором говорилось, что из-за дефицита средств в новом учебном году может не получиться открыть общежитие. По этому же вопросу Правление семинарии обращалось к духовенству епархии и в следующем номере.

Неофициальный отдел 13 номера содержал сразу несколько статей за авторством епископа Андроника. Номер начинался с большой статьи «Для оглашения на предстоящих приходских собраниях, благочиннических и епархиальных съездах архипастырское обращение». В своем обращении Преосвященный критиковал реальное положение дел в приходской жизни. Это явно была критика, в том числе того, что происходило до революции. В частности, порядок дел в церковно-приходских школах: «Приход же мало имеет отношение к школе, относясь к ней как к чужой» и «часто дети пройдут всю школу, а написать письмо не сумеют, да и книжку по складам бредут». Также он критиковал организацию сбора средств на благотворительность: «средства расходуются неизвестно как». Он выра- жал надежду, что избранные на съездах сумеют наладить эту работу по-новому. В этом должна была помочь, по его мнению, реформа прихода, который должен был перезапустить отношения причта и прихожан. Обращает внимание, что он дважды называет события марта «государственным переворотом».

Из этого обращения вытекала по смыслу следующая статья преосвященного «Какая должна быть народная школа?». В ней Андроник предлагал изменить финансирование церковно-приходских школ по аналогии с земскими школами с обязательными отчислениями на нее, а не пожертвованиями. Он предполагал, что в этом случае церковная школа будет более востребована в силу высокой религиозности населения.

Духовенство было воодушевлено выборами. Номер содержит программу Епархиального съезда, запланированного на 25 мая 1917 г. Этому посвящены и другие статьи. Особо можно отметить вольные зарисовки с многочисленных проходящих собраний весны 1917-го, подписанные «участник». Анонимный автор оставил много интересных штрихов «Говорливы очень некоторые батюшки: любят толочься вокруг, да около», «говорят, что сельские батюшки ныне не знают в своей глуши – что делать».

Номер был большой по объему (38 страниц) и содержал революционные политические материалы. Например, главред Н.И. Колосов опубликовал статью «Бойтесь разбить драгоценный сосуд», которая начиналась словами «Свобода, свобода…Новый режим…Новый правопорядок…Потому всем хочется радоваться этому, что рождаются светлые надежды». В ней много цитат о свободе Лермонтова, Гоголя и Грибоедова. Автор критикует старые порядки «Хочется думать и надеяться, что прошло время почти всеобщего раболепства, заискивания, трусливого забегания вперед, льстивого выслуживания и подслуживания, лжи, клеветы и всяческого обмана». Главное, что, по его мнению, должны защищать все граждане, в том числе духовенство это «Свобода, порядок, правда и закон – должна сказать вся Россия».

Номер содержит и статью о войне «Враг у ворот». Неизвестный автор призывает «воевать и работать, при том изо всех сил – вот что теперь единственно важное, повелительно необходимое. Необходима и печатная и, главным образом, устная самая пламенная пропа- ганда обороны Родины».

В официальном отделе 17-18 номера ВЕВ от 4 мая среди новостей о перемещениях по службе и награждениях местного духовенства периодически попадаются слова о новом государственном устройстве. В статье «К сведению духовенства» говорилось, что «Старое правительство довело Россию до края гибели» и рассказывалось, как именно это происходило. Автор пишет, что «в нужную минуту не хватало снарядов, бывало, что у немцев пушка и пулемет, а у русского воина дубина, да и то не у каждого. И произошло это потому, что при старой власти не готовилось снарядов, выдавались планы немцам, предавались русские идеи. Нельзя перечислить всех тех действий, которые претерпела Россия из-за этих негодных людей». Поэтому «народ восстал за правду, за Россию, свергнул старую власть, которую Бог через народ покарал за все ее тяжкие и великие грехи». Заканчивалась статья призывом духовенству агитировать за правительственный заем.

Большую часть номера занимали сведения о деятельности епархиальных попечительств и братств. Также в номере есть обращение Педагогического совета Вятской духовной семинарии к ученикам, которое все составлено в духе времени. Начинается оно словами о революции «Учащиеся! Великое событие свершилось… Свободной стала наша общая мать – Россия, свободными стали сыны ея - граждане». Дальше идут слова о «возрождении духовной школы» и большей активности учеников, например организации различных союзов.

Неофициальный отдел опять развивал высказанные еще в 11-12 номере размышления о будущем епархиальных ведомостей в статье «Об епархиальном органе». Автор «Священник В.» признавал, что вопрос реорганизации издания «назревший и насущный». Он предлагал сделать ВЕВ «серьезным духовным журналом», а «Слово и жизнь оставить газетой. Автор считал, что «среди духовенства таится много литературных сил».

14-15 номер ПЕВ от 14 мая станет единственным в мае. В официальном отделе номер содержит помимо обычных сведений о перемещениях по службе призыв преосвященного Андроника к прихожанам принять меры по защите церквей от участившегося грабежа церковного имущества, так как гражданская полиция ликви- дирована. Неофициальный отдел был посвящен войне. Открывался он речами политиков, например А.И. Гучкова «Отечество на краю гибели», общественных деятелей (Плеханов) и простых граждан о необходимости сплотиться и противостоять внешней угрозе. Сам епископ Андроник опубликовал напутствие отправляющемуся на войну пермскому запасному пехотному полку.

Н. Колосов отходит от радужных тонов по поводу революции и публикует статью «Великое молчание». В ней он писал, что при огромном количестве собраний и митингов, на которых выступают активные граждане, остальные «сотни миллионов, вся эта великая Русь, Русь средних людей, она только слушает, созерцает и молчит». Автор предполагал, что основная часть населения «тяжела на подъем», но она обязательно скажет свое слово в будущем.

В апреле случился правительственный кризис, поэтому логично выглядит статья анонимного автора «Да здравствует Временное правительство». Он писал, что в апреле «Россия очутилась лицом к лицу с огромной опасностью. Она оказалась на краю пропасти». Автор призывал сплотиться вокруг Временного правительства, которое должно решить только две вещи: решения проблем, связанных с войной и проведение выборов в Учредительное собрание: «довольно пока и этих великих забот и трудов».

Именно в 14-15 номере впервые появляется статья о месте РПЦ в системе государства «Нужно разобраться. К вопросу об отделении церкви от государства». Статья анонимна, но инициалы Н.К. очень напоминают инициалы главного редактора. Автор начинает с того, что рядовые священнослужители «провозглашают лозунг: Отделение церкви от государства». Он объясняет это тем, что «при союзе Церкви с прежним государственным строем было так много зла для нее, что хочется скорее освободиться». А далее в статье доказывается, что это невозможно, «потому что государство никогда не допустит существования в своих пределах совершенно независимой по отношению к себе организации». Одной из главных проблем независимой церкви автор называет материальную, которую сводит к обеспечению причта. По его мнению, в сложившихся условиях «приход с легким сердцем зачеркнет добрую половину церковного клира».

Проблема материального обеспечения причта затронута и в статье «О престиже духовенства». Автор рассуждает о том, что сбор треб клириками приводит к тому, что «священник принижается, делается объектом скверных поговорок, обидных выражений, а при народных волнениях, при революционных неврозах делается козлом отпущения». Главной причиной падения авторитета священников называется обязанность зачитывать распоряжения правительства и «противные народу проповеди». Заканчивалась статья пессимистично «Термин Достоевского «церковь в параличе» уже устарел, сделался общим местом, теперь уже говорят о гангрене».

Номер также содержит обращение учащихся Московской духовной семинарии к своим пермским товарищам, в котором они предлагали объединить усилия по реформированию духовной школы на демократических принципах, «богословское образование очистить от налетов схоластики…воспитание освободить от фальши так называемой церковности».

№ 19-20 ВЕВ от 18 мая в официальном отделе разместил информацию по новым законам, касающимся хозяйственных вопросов свечных заводов РПЦ, а также обычных вопросов по перемещениям по службе духовенства.

А вот неофициальный отдел открывался большой статьей уже упоминаемого ранее анонимного Священника В. «Христианство и социализм», которая не поместилась в один номер. Данная статья является не публицистической или исторической, а научной. В ней на достаточно профессиональном уровне анализируется материалистическая концепция К. Маркса и как она объясняет эволюцию общественных отношений. При этом автор критикует социализм как теорию и делает вывод, что он не приемлем для христианина. Чтобы написать подобную работу автор должен был прочесть работы идеологов социализма и вместе с тем разбираться в современном богословии. Можно только предположить, что анонимный автор имел серьезное образование и возможно преподавательский и научный опыт. С другой стороны, под эти критерии подходили многие священнослужители г. Вятки.

Также в номере была перепечатана статья «Формы правления» из Оренбургских епархиальных ведомостей. Показательно, что перепечатанная статья также была анонимна. Автор критиковал неограниченную монархию. Также читателя подробно знакомили с по- пулярными формами правления: конституционной монархией, непосредственной и представительной республиками. Автор призывал до выборов в Учредительное собрание каждому разобраться в этом вопросе и сделать внутренний выбор.

Интерес представляет раздел «Хроника», где центральное место занимает освещение собрания прихожан г. Вятки для избрания депутатов от мирян на епархиальный съезд. Отмечается, что на собрании присутствовало только 120-150 человек, большинство из которых были крестьянами, приписанными к городским церквам. Поэтому редакция констатировала, что «Холодность и безразличие к текущим событиям, начинающие широкой волной разливаться в обществе, весьма ясно обнаружились и здесь. По-видимому, широкие массы народа мало интересуются церковно-приходской жизнью и совершенно не заботятся о том, чтобы урегулировать ненормальности церковно-приходских отношений».

Другая заметка повествовала об уездном собрании духовенства Глазовского уезда, где обсуждался вопрос перераспределения доходов от треб между священниками, диаконами и псаломщиками в сторону увеличения размеров доходов последних. Спор по этому поводу не утихал в РПЦ, и здесь также участникам не удалось добиться единства мнений.

• 1    июня вышел № 21-22 ВЕВ. Номер открывался Указами Св. Синода, связанными с финансами: созданием Приходских сберегательных касс для духовенства. Далее шла информация от духовных училищ: перепечатка журналов окружного съезда духовенства Но-линского духовного училища и разрядных списков учеников Глазов-ского училища.

Неофициальный отдел содержал всего две статьи: продолжение публикации «Христианство и социализм» и оригинальную статью «Православная церковь в Северной Америке» анонимного автора. В статье доказывалось преимущество выборов в церкви на должности: «В свободной земле – где народ сам выбирает главу государства и должностных лиц – светских и духовных, православная церковь процветает, развиваясь свободно».

В номере также была опубликована заметка «Как приготовлять сахар», в которой говорилось, что «пить сахарный песок с чаем очень невыгодно, он неспор, скоро издерживается и нормы – один 431

фунт в месяц на человека не хватает». Поэтому предлагалось варить сахарный песок с медом для увеличения массы.

• 4    июня в печать пошел № 16-17 ПЕВ. Их официальный отдел также как ВЕВ перепечатал указ о сберегательных кассах.

Неофициальный отдел имеет целый ряд актуальных политических статей. Открывала номер статья «К вопросу о платформе православного священник», в которой анонимный автора рассуждал о политической позиции духовенства. Он писал, что священник выбирает «встать в стороне от стремительного социалистического потока рабочих партий или же пойти в самые глубокие недра революции». Автор выражает мысль об исключительности православного священника. Он сравнивает его с клириками других христианских церквей и приходит к выводу, что православный священник превосходит их. Лютеранского пастора он ругает за увлечение наукой «эта вера влечет человека в ученый кабинет, в химическую лабораторию, но не в храм». В результате, по его мнению, «Нет в кирке дыхания божественного духа».

Католического ксендза автор оценивал лучше, но писал, что «пастырь в своей кипучей энергической деятельности главный, почти весь свой интерес сосредоточил не на том, что дороже и важнее всего для верующего сердца, а именно на том, что красиво на вид, что блестяще по форме». А делает все это католический священник не по своей воле, а «потому что это нужно для Папы, для поднятия его престижа». Именно поэтому «любовь пасомого к пастырю сменяется, таким образом, острой ненавистью…».

В отличие от ксендза и пастора пишет автор «Непосредственно и просто все в православном священнике. Он ведает, не мудрствуя лукаво». Именно поэтому «между православным пастырем и православной паствой существует такая общность интересов, такая крепкая связь в мыслях, в желаниях, во всем душевном строе, какой не существует ни в одной другой церкви».

В сноске к этой статье был дан развернутый комментарий епископа Андроника. Данная статья действительно сильно выделяется на фоне остальных. Она написана в идеалистических тонах, которые скорее присущи временам монархии. В ней открыто доказывается не только гармония в отношениях православного населения и церкви, но и РПЦ предстает единственной правильной церковью в мире. 432

Как оказалось, № 21-22 ВЕВ был последним номером в старом формате. Следующий номер вышел только 2 августа и снова именовался № 1. На первой странице до духовенства епархии была доведена информация, что согласно постановлению Епархиального съезда духовенства и мирян решено прекратить издание ВЕВ в прежней форме, но продолжить выпускать только официальный отдел, чтобы информировать о распоряжениях и постановлениях местной и центральной церковной власти. Редактором ВЕВ остался секретарь духовной консистории Н. Троицкий.

Появились проблемы, которых раньше не было. Например, сложности с финансированием. Цены на услуги типографии постоянно росли. С 1 декабря 1916 г. цена каждого экземпляра ВЕВ уже была повышена с 7 до 10 руб.18 26-27 номер ПЕВ от 21 сентября открывался заголовком о том, что «Ведение печатного дела в г. Перми встречает чрезвычайные затруднения… в летние месяцы Ведомости едва могли существовать. Плата была повышена до 200 руб. за лист, рабочих рук было совершенно мало, и типография совсем отказывалась, за обремененностью работой, печатать Ведомости»19. В связи с этим редакция просила все приходы заплатить по 2 руб. за каждый будущий экземпляр до 1 ноября.

Тем не менее, ПЕВ продолжили издавать неофициальный отдел, хотя как мы видим от месяца к месяцу порядок выпусков менялся.

В этот период многие епархиальные ведомости прекращали издаваться. Другие, меняли название и формат. Чаще всего решение об этом принимали епархиальные съезды. Так 28 мая вышел последний номер Екатеринбургских епархиальных ведомостей. Показательно обращение, которым редактор завершил номер. Он объяснял падение значения ведомостей: «Миссия епархиального органа не только сообщать факты, но и давать им свое мнение по всем волнующим епархию вопросам…я должен сказать, что редко когда имел время «думать»…при старом режиме епархиальные ведомости не только были под цензурой, но находились еще под неотразимым влиянием епархиальных сфер, а при таких сферах вести дело было трудно» и вместе с тем сожалел «тяжело уходить, когда только бы работать при новых условиях»20. Но второго шанса общество изданию не предоставило.

В начальный период после свержения русской монархии епархиальные ведомости вынуждены были меняться не только внешне, но и внутренне, подстраиваясь под изменившиеся условия. На примере церковных изданий мы видим определенную динамику эволюции РПЦ в ходе революции.

Несколько недель епархиям потребовалось, чтобы снова войти в привычное русло и определить свою позицию к текущим событиям. Николай II отрекся в четверг 2 марта. Актуальные номера вышли: 9 марта в Вятке и 11 марта в Перми. В отдаленные приходы они были доставлены через несколько суток, то есть больше недели и целых две воскресных службы. Впрочем, например, в Екатеринбурге актуальный номер вышел еще позднее – 12 марта»21.

Официальные издания епархий сразу приняли позицию лояльности к Временному правительству и не выступили в защиту старого строя. Фактически РПЦ сыграла определенную роль в легитимации новой власти. Первые политические статьи появились в неофициальных отделах только в апреле. На страницах своих ведомостей РПЦ не только дистанцировалась от монархии, но и негативно отзывалась о прошлом и своем подчиненном положении. Среди авторов царило воодушевление, большинство крайне положительно отзывалось о демократии, свободе и будущих выборах в Учредительное собрание. В этом плане авторы 1917 года, как и до революции, были единодушны в политических взглядах, просто сменив их на противоположные.

Отличительной чертой времени стала анонимность авторов статей. Например, в первых восьми номерах ВЕВ за 1917 г. все статьи имеют конкретного автора, хотя в ВЕВ за 1916 г. было несколько анонимных статей. Сложно определить, как поменялся состав авторов. Два анонимных автора 1917 года (Священник В. и С.I.Б.) имели по публикации в прошлом году22. Однако самые часто печатаемые авторы 1916 года Иаков Мултановский и Аркадий Мамаев под своими фамилиями в 1917 г. не издавались23.

В ПЕВ в 1917 г. активно печатался лично преосвященный Андроник, чего не скажешь о епископе Вятском Никандре. То же можно сказать о главном редакторе ПЕВ Н. Колосове, который публиковал свои статьи практически в каждом номере. В то время как его коллега из ВЕВ под своим именем не опубликовал ни одной.

Уровень статей, размещаемых в епархиальных ведомостях, был высоким. Это касается не только научных, но и публицистических работ. При этом в самих ведомостях печатались рассуждения, что необходимо улучшить содержание публикуемых материалов.

Как мы видим из сравнения, ПЕВ печатали гораздо больше публицистических и аналитических материалов в течение первых трех революционных месяцев. Возможно, в этом кроется причина, почему они оставались актуальным изданием, и епархиальный съезд не принял решение закрыть ведомости полностью или существенно ограничить количество страниц.

Само издание епархиального издания становится затратным делом, которое было не всегда востребовано современным обществом. Поэтому судьба ведомостей так различна по разным губерниям.

Очень важным является вывод, что ВЕВ и ПЕВ совершенно не совпадают ни в официальном отделе, ни в неофициальном и являются самостоятельными изданиями, о чем не говорится в современной историографии. В 1917 г. эта самостоятельность проявилась еще сильнее. Тем более важно обратиться к изучению епархиальных ведомостей в каждой епархии.