Цикл «Монашеские подвиги» по мотивам Слова 5 «Лествицы Иоанна Синайского» на иконе Карельского музея изобразительных искусств, № 1452

Ярким свидетельством переклички византийской и русской культур является существование иконографического цикла «Монашеские подвиги», получившего распространение в искусстве Руси с начала XVI века. Изображения этого цикла сохранились в десятках памятников, среди которых рукописи, иконы, стенописи храмов, книжные гравюры и рисованные рас

кладные листы старообрядческой традиции. Генетически цикл восходит к иллюстирова-нию малоизвестного памятника византийской гимнографической литературы XI века – Покаянного канона (Κανὼν κατανυκτικὸς τὴν ἱστορίαν διαλαμβάνων τῶν ἐν τῇ κλίμακι ἁγίων καταδίκων), созданного анонимным автором по мотивам Слова 5 «Лествицы Иоанна Синайского» (Περὶ μετανοίας μεμεριμνημένης καὶ

ἐναργοῦς, ἐν ῇ καὶ βίος τῶν καταδίκων, καὶ περὶ τῆς φυλακῆς). Канон иллюстрирован 32 миниатюрами, каждое изображение сопровождено комментирующей надписью; публикацию надписей см. в работе [3]. Филологическое исследование Покаянного канона содержится в монографии [4]: проанализированы 23 памятника русского изобразительного искусства, сохранивших сюжеты на тему Лествицы (4 книжные миниатюры, 9 икон, 3 фрески, 3 гравюры, 4 рисованных листов-«раскладушек» старообрядческой традиции), выявлены взаимоотношения этих произведений искусства в виде стеммы. В частности, рассмотрена икона «Ле-ствица преп. Иоанна Лествичника (с “пещерами”)» из собрания Карельского музея изобразительных искусств (№№ КМИИ КП-5559, И-1452, далее – КМИИ 1452); подробное описание этой иконы с аннотированной библиографией, а также публикация иконы представлены в иллюстрированном Каталоге «Лествица Иоанна Синайского в изобразительном искусстве» [5: 76–80 (кат. № 63), 239 (илл. 109)].

Задачи настоящей работы – систематизировать и уточнить содержащуюся в названных книгах информацию, а именно: указать источники композиций, назвать генетически близкие памятники, привести доказательства в пользу выговского происхождения иконы; сверхзадача публикации – привлечь внимание искусствоведов, филологов и всех интересующихся христианским искусством, святоотеческой литературой и культурой старообрядцев к замечательному памятнику русского изобразительного искусства, хранящемуся в г. Петрозаводске Республики Карелия (см. рисунок).

Икона «Лествица преп. Иоанна Лествичника (с “пещерами”)». Карельский музей изобразительных искусств. Фото Т. Г. Поповой Icon The Ladder of St. John Climacus (with “Caves”). The Museum of Fine Arts of the Republic of Karelia. Photo by T. G. Popova

ОПИСАНИЕ ИКОНЫ

Икона размером 86,5 × 77,3 × 2,8 см написана в конце XVII – начале XVIII века неизвестным мастером. Имеет повреждения (левый верхний угол отломился, верхняя часть обрублена). Возможно, на верхнем, обрубленном, поле иконы было название, часть которого сохранилась на правом поле: «Препод[обнаго] отц[а] <…> Иван[а] списа[те]ля святыя Лествицы от слова пята о покаянии по-печеннемъ и истиннем, в немже о темницы бла-гоугодней святыхъ отецъ осуженикъ». Икона привезена экспедицией Карельского музея изобразительных искусств в 1969 году из часовни пророка Ильи в д. Шелтопорог (бывший старообрядческий скит, ныне – район д. Данилово) Медвежьегорского района Республики Карелия. Икона происходит из местного ряда этой часовни. Очевидно, она бытовала в среде выговских старообрядцев.

Описание памятника и анализ иконографии выполнили В. Г. Платонов [2: 223–224] и В. Г. Пуц-ко [6]. В. Г. Пуцко первым из исследователей обозначил «генетическую связь с переработкой византийского наследия» [6: 294]. Важные замечания по иконографии КМИИ 1452 содержатся в работах искусствоведов И. Л. Хохловой [9: 246] и О. А. Туминской [7: 402 (№ 102)], [8: 102–103]. В вышеупомянутой монографии о Покаянном каноне [4] КМИИ 1452 рассматривается как звено в развитии традиции изображений кающихся грешников, восходящей к иллюстрированию памятника византийской литературы.

Композиционно икона разделена на три регистра, изображения сюжетов на ней читаются, как обычно, сверху вниз, слева направо. В роли введения к циклу «Монашеские подвиги», как обычно в русском искусстве, выступает композиция «Видение Лествицы» (современный иконографический анализ этой композиции в византийской и русско-славянской культурах содержится в [1: 46–62]). На иконе КМИИ 1452 Лествица наклонена слева направо. В нижней части композиции на фоне многокупольного храма с иконой «Знамение» и колокольни преп. Иоанн Лествичник поучает братию, в его левой руке – развернутая хартия, правая рука указывает на Ле-ствицу; лицо святого обращено к слушающим его монахам. В восхождении показаны три подвижника (все они в нимбах), им помогают пять Ангелов, у одного из них в руках – венец (ср.: Пс 20, 4), на небесах – поясное изображение Спасителя, правая Его рука в благословляющем жесте, левой рукой Он принимает достигшего вершины Лествицы добродетелей праведника. Рядом с Лествицей показан крылатый демон с крюком, стаскивающий с нее монахов. Два грешника летят головой вниз в преисподнюю, изображенную в виде широко разинутой зубастой пасти. Все элементы композиции «Видение Лествицы» на иконе КМИИ 1452 хорошо известны и повторяются в других памятниках названной иконографической схемы. Новым явлением для традиции изображения сюжета является надпись, расположенная рядом с крестом на куполе одного из монастырских храмов: «Царь славы, Иисус Христос, Сын Божий», которая, по нашим данным, не встречается ни в одном другом памятнике, сохранившем эту схему.

Количество «пещерок», в которые заключены кающиеся грешники, КМИИ 1452 равно 23, в каждой из «пещерок» представлен отдельный сюжет; в верхнем регистре размещены сюжеты 1–6, в среднем – 7–16, в нижнем – 17–23.

Общее количество известных нам входящих в цикл подвигов равно 42 (в разных памятниках оно варьируется от 4 до 34). Из этих 42 сюжетов 22 генетически восходят к миниатюрам Покаянного канона, 10 – к тексту Лествицы (4: 40–42; 5: 3–251) и 10 – к творческой фантазии русских художников. Предложенный ниже анализ изображений кающихся грешников строится по следующей схеме : название подвига; описание изображения; воспроизведение надписи при изображении и указание источника (источников) сюжета. Репродукции всех сюжетов монашеских подвигов (в византийском и русском искусстве) опубликованы в электронном каталоге изображений на тему Лествицы2. При именовании подвигов в настоящей работе используется терминология, предложенная в монографическом исследовании Покаянного канона [4]. Стиль и художественные особенности изображений не рассматриваются, поскольку они должны стать объектом специального исследования искусствоведов.

СЮЖЕТЫ ЦИКЛА «МОНАШЕСКИЕ ПОДВИГИ»

Сюжет 1: В одном изображении совмещены два вида монашеских подвигов : «Всенощные бдения в неподвижном стоянии» и «Самоистязания по причине неимения слез». Стоящий в повороте направо босой средовек в длинной рубашке, с аналавом; правая рука сжата в кулак и находится на уровне груди, в левой, поднятой, руке – розги. Надпись (начало утрачено):

«<…> [до у]тра стоитъ на ясне, нозе неподвижне имуща и сномъ умиленне прекланяющася нуждею сего естества и ниединого упокоения себе дающа, но сам ся ранами и бесчестием возбужаетъ».

Источники изображения: 1) миниатюра 2 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι

παννύχιοι μέχρι πρωΐας ἱστάμενοι αἴθριοι, τοὺς πόδας ἔχοντες ἀκινήτους̇ καὶ τῷ ὕπνῳ κατακλώμενοι, καὶ μὴ δὲ μίαν ἄνεσιν ἑαυτοῖς, χαριζόμενοι̇ μᾶλλον μὲν οὖν καὶ ἑαυτοὺς ἐπιπλήττοντες ἀτιμίαις; 2) миниатюра 8 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι δακρύων ἀποροῦντες, ἑαυτοὺς κατακόπτουσιν̇ οὗς ἡ Θεοτόκος παρεγγυᾶται μὴ ἀπογνῶναι̇ ἀλλ᾿ ἐλπίδι τῇ πρὸς Θεὸν τὸν ἔλεον ἐφελκύσασθαι. Ср.: сюжет 7.

Сюжет 2: «Умиленные взирания на небо, вопли и рыдания в ожидании Божией помощи». Стоящий в повороте направо босой старец в длинной рубашке, с аналавом; взор устремлен ввысь, руки подняты на уровне груди. Надпись: «Сей на небо у[миле]нне взираетъ, оттуду помощи проситъ с рыданиемъ и воплем многимъ». Источник изображения: миниатюра 3 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι εἰς οὐρανὸν ἐλεεινῶς ἀτενίζουσι καὶ τὴν ἐκεῖθεν βοήθειαν, μετὰ θρήνων ἐπικαλοῦνται.

Сюжет 3: «Предстояния на молитве со связанными сзади руками». Стоящий в повороте направо босой юноша в длинной рубашке, со связанными сзади руками, с опущенной головой. Надпись: «Сей на молитве предстоитъ и на опа-ко руце той яко осуженикъ связа». Источник изображения: миниатюра 4 Покаянного канона, надпись к миниатюре:

Οὗτοι ὄπισθεν ἑαυτῶν τὰς χεῖρας ὡς κατάδικοι δήσαντες, ἐν προσευχῇ ἵστανται, κλίνοντες τὰς ἑαυτῶν ὄψεις εἰς γῆν καὶ ἀναξίους ἑαυτοὺς λογιζόμενοι τῆς πρὸς τὰ ἄνω νεύσεως̇ καὶ οὐδὲ εἰπεῖν τὶ χάριν εὐχῆς τολμῶντες̇ ὑπὲρ ὧν ἡ Θεοτόκος ποιεῖται δέησιν.

Сюжет 4: «Сидения на земле во вретище и пепле , пряча лицо между коленями». Согнутый в дугу сидящий на земле в повороте налево юноша в короткой рубашке, обхватывающий руками голову. Надпись: «Сей на земли во вретищи и пепеле седя, коленома лице свое закрывъ и че-ломъ в землю бьетъ». Источник изображения: миниатюра 5 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι ἐπ᾿ ἐδάφους̇ σάκκον καὶ σποδὸν ἑαυτοῖς ὑποστρώσαντες, κάθηνται κλαίοντες̇ καὶ τοῦ Θεοῦ περιπαθῶς δεόμενοι (ср.: Иов 42, 6; Мф 11, 21; Лк 10, 13 ).

Сюжет 5: «Непрестанное биение себя в грудь». Два босых монаха в коротких рубашках стоят на полусогнутых ногах, в повороте друг к другу; руки обоих согнуты в локтях на уровне груди, сжаты в кулаки. Изображение симметрично. Надпись: «С[ии без престани] ся въ перси биюще и своя душа и живот ко Господу взывающе». Источник изображения: миниатюра 6 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι τὰ ἑαυτῶν στήθη διηνεκῶς τύπτοντες, τὴν ἑαυτῶν ψυχὴν καὶ ζωὴν ἀνακαλοῦνται.

Сюжет 6: «Омочение земли слезами». Стоящий на земле на коленях, в повороте направо, согнутый в дугу босой старец в короткой рубашке; голова наклонена близко к земле, рука опущена. Надпись: «Сей слезами тои (Так! – Т. П .) землю омачаетъ». Источник изображения: миниатюра 7 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι τὸ ἔδαφος τοῖς ἑαυτῶν δάκρυσι βρέχοντες, ἀπαράκλητοι μένουσιν.

Сюжет 7: «Самоистязания по причине неимения слез». Стоящий в повороте налево босой монах в разодранной на груди короткой рубашке; руки согнуты в локтях на уровне груди, левая рука сжата в кулак. Надпись: «Сей слезъ не имея сам ся бьетъ». Источник изображения: миниатюра 8 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι δακρύων ἀποροῦντες, ἑαυτοὺς κατακόπτουσιν̇ οὗς ἡ Θεοτόκος παρεγγυᾶται μὴ ἀπογνῶναι̇ ἀλλ᾿ ἐλπίδι τῇ πρὸς Θεὸν τὸν ἔλεον ἐφελκύσασθαι. Ср.: сюжет 1.

Сюжет 8: «Оплакивание смерти своей души» и «Рыдание сердцем и сдерживание криков голосом». Два стоящих лицом друг к другу сгорбившихся босых подвижника в коротких рубашках; одна рука закрывает рот, вторая рука согнута в локте на уровне груди, ладонь раскрыта. Изображения симметричны. Надпись:

«Сии яко над мертвецы над своими душами рыдаху, содрогания сердечнаго терпети не могуще. Ови же серд-цемъ рыкаху и усты кричания глас возбраняху, есть же егда к тому держатися не могуще внезапу восклицаху».

Источники изображения: 1) миниатюра 9 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι τὰς ἑαυτῶν ψυχὰς ὡσανεὶ νεκροὺς προτιθέντες̇ ὀλολύζουσι κοπτόμενοι, τὴν συνοχὴν τῆς ἑαυτῶν καρδίας μὴ φέροντες; 2) миниатюра 10 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι τῷ στόματι τὸν τοῦ ὀδυρμοῦ ψόφον κωλύοντες, τῇ καρδίᾳ μόνῃ βρύχουσιν̇ ἔστι δὲ ὅτε τὴν βίαν τῆς ὀδύνης μὴ φέροντες, αἰφνιδίως κράζουσιν.

Сюжет 9: «Юродство во Христе». Стоящий в повороте налево босой полуобнаженный старец, с оголенным плечом; руки согнуты в локтях и прижаты к груди; ноги в движении; голова высоко поднята. Надпись:

«Сии изступивъ обычаем и умомъ обьюродевъ от многаго сетования весь омраченъ и яко нечювьственъ ко всемъ житейским бывъ, умом прочее во глубину смирения погрузився и огнем печали очныя слезы иссу-шивша».

Источник изображения: миниатюра 12 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι ὑπὸ τῆς ἄγαν ἀθυμίας ἑαυτῶν ἐκστάντες, ἀναίσθητοι πρὸς πάντα τὰ τοῦ βίον γεγόνασιν̇ οἷς ἡ Θεοτόκος βοηθὸς πάρεστι τὰ σωτήρια συμβουλεύουσα.

Сюжет 10: «Качания головой, сопровождаемые львиными рычаниями». Слева: юный бо- сой монах в короткой рубашке, стоящий на ногах, согнулся в дугу и обхватил голову обеими руками; справа: юный босой монах сидит на земле в скорбной позе, голова лежит на голых коленях, опущенные руки скрещены. Надпись: «Сии седяще дряхлы на землю поникша и своя главы непрестанно зыблющ[а], и яко лвы из среды сердца и костей рыкающа и стенюща». Источник изображения: миниатюра 11 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι σύννους ἐπ᾿ ἐδάφους καθήμενοι̇ καὶ τὰς ἑαυτῶν διηνεκῶς κεφαλὰς κινοῦντες, ἐκ μέσης καρδίας βρύχουσιν.

Сюжет 11: «Терпение множества гниющих ран на теле». Стоящий в повороте направо босой старец в набедренной повязке, с согнутой спиной; правая рука у лица, около подбородка; левая рука согнута в локте на уровне груди, ладонь открыта. Надпись «Сей весь день сетуя хождаху (ср.: Пс 37, 7 ) и возсмердевшася и согнилы теле-сныя язвы имуща и небрегомы суще и забываю-ща убо еже ясти хлеб свой (ср.: Пс 101, 5 ) <…>». Источник изображения: миниатюра 15 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι μωλώπων πεπλησμένοι, ἑαυτοὺς ἀνεπιμελήτους ἐῶσι̇ μή δὲ μίαν τῆς σαρκὸς ποιούμενοι πρόνοιαν (ср.: Пс 37, 6 ).

Сюжет 12: «Растворение водного пития слезами». Стоящий в повороте налево босой монах, в рубашке ниже колена, с аналавом; правая рука согнута в локте и поднята на уровне груди, в левой руке – чаша, которую подвижник подносит к левому глазу. Надпись: «<…> питие же водное с плачемъ растворя[ю]ща <…>». Источник изображения: миниатюра 17 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι σποδὸν μὲν ἀντὶ ἄρτου ἐσθίουσι̇ τὸ δὲ πόμα τοῦ ὕδατος, κλαυθμῷ κιρνῶσι καὶ δάκρυσιν (ср.: Пс 101, 10 ).

Сюжет 13: «Ядение пепла и золы вместо хлеба». Стоящий в повороте направо босой монах, в рубашке ниже колена, с аналавом; правая рука согнута в локте и поднесена ко рту, в левой руке – чаша, внутри которой красный свет. Надпись:

«<…> и пепелъ и жератокъ вместо хлеба ядуща (ср.: Пс 101, 10 ), прилепша имуща кости к плоти (ср.: Пс 101, 6 ) и той яко сено исхшша (ср.: Пс 101, 12 ), и ни-чтоже бе ино от нихъ слышати разве глаголы сия: Горе, горе, увы мне, увы мне, вправду, вправду, пощади, пощади, владыко; овии глаголахъ: Помилуй, помилуй, ови паки умиленнейше: Прости, владыко, прости, аще можно есть».

Источники изображения: 1) миниатюра 17 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι σποδὸν μὲν ἀντὶ ἄρτου ἐσθίουσι̇ τὸ δὲ πόμα τοῦ ὕδατος, κλαυθμῷ κιρνῶσι καὶ δάκρυσιν (ср.: Пс 101, 10); 2) миниатюра 18 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι κεκολλημένα ἔχοντες τὰ ὀστᾶ τῇ σαρκί̇ καὶ ὡσεὶ χόρτος ἐξηραμένοι ἐπὶ συννοίας ἑστήκασιν̇ ὡς τῷ ἀδιαλείπτῳ πένθει ἐξατονήσαντες (ср.: Пс 36, 2; Пс 101, 6; Пс 101, 12); 3) текст Лествицы (5: 13):

Οὐδὲν ἦν ἕτερον παρ᾿ αὐτοῖς ἀκούειν, εἰ μὴ ταῦτα τὰ ῥήματα ̇ Οὐαί, οὐαί̇ οἴμοι, οἴμοι̇ δικαίως, δικαίως̇ φεῖσαι, φεῖσαι, Δέσποτα. Οἱ μὲν ἔλεγον̇ Ἐλέησον, ἐλέησον̇ οἱ δὲ πάλιν ἔτι ἐλεεινότερον̇ Συγχώρησον, Δέσποτα, συγχώρησον, ἐὰν ἐνδέχεται (цит. по: PG. T. 88. Col. 768C).

Сюжет 14: «Стояние с воспаленным языком, выпущенным изо рта, как у пса». Стоящий фронтально босой монах, в рубашке по колено; руки скрещены на груди, язык высунут. Надпись: «У сего же языкъ опалевша и подобно псомъ изо устъ испущаемъ». Источник изображения: миниатюра 19 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι ἐν τῷ καύσωνι ἑαυτοὺς τιμωροῦσιν̇ οἷς αἱ γλῶσσαι φλεγόμενοι, τοῦ στόματος ἔξω προβέβληνται. Ср.: сюжет 15.

Сюжет 15: «Стояние под палящим солнцем». Стоящий в повороте налево босой монах, в рубашке ниже колена, левая рука у левой щеки, около рта; правая рука согнута в локте и немного поднята раскрытой ладонью вверх; в черноте пещеры изображено ярко-красное солнце. Надпись: «Сей на зной от вара солнечнаго самъ себе томитъ». Источник изображения: миниатюра 19 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι ἐν τῷ καύσωνι ἑαυτοὺς τιμωροῦσιν̇ οἷς αἱ γλῶσσαι φλεγόμενοι, τοῦ στόματος ἔξω προβέβληνται. Ср.: сюжет 14.

Сюжет 16: «Стояние на холоде». Стоящий в повороте направо сгорбившийся босой монах, в рубашке ниже колена; руки согнуты на уровне пояса; ноги скрещены. Надпись: «Сей на студени сам ся мучитъ». Источник изображения: миниатюра 21 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι ἐν τῷ ψύχει ἑαυτοὺς βασανίζουσι̇ καὶ τῷ παγετῷ πηγνύμενοι, τρέμουσιν.

Сюжет 17: «Изнурение себя малопитием». Стоящий в повороте направо босой монах, в рубашке ниже колена; левая рука согнута и находится на уровне пояса ладонью вверх, в правой, поднятой руке, держит чашу, от которой он отворачивается. Надпись: «Сей мало воды пия пре-стааше елико токмо от нужда (Так! – Т. П .) не ум-рети». Источник изображения: миниатюра 22 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι τῷ δίψει φλεγόμενοι, μικρὸν τοῦ ὕδατος ἀπογεύονται ὅσον μὴ ἐκ δίψης ἀποθανεῖν̇ καὶ εὐθὺς παύονται.

Сюжет 18: «Изнурение себя малоядением». Сидящий в повороте налево босой монах, в короткой рубашке; правой рукой подпирает голову, в левой, поднятой руке, держит предмет (чашу или кусок хлеба), от которого он отворачивается; ноги монаха скрещены. Надпись: «Сей мало хлеба приемлетъ и сего далече рукою отметаетъ, недостойна себе наричетъ словесныхъ брашна, яко безсловесных дела сотворша». Источник изображения: миниатюра 23 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι μικρὸν τοῦ ἄρτου μεταλαμβάνοντες, τοῦτον μακρὰν ἑαυτῶν ἀπορριπτοῦσιν̇ ἀναξίους ἑαυτοὺς λογικῆς ἡγούμενοι βρώσεως, ὡς τὰ ἄλογα ἔργα πράξαντες.

Сюжет 19: «Земные поклоны до оцепенения коленей» и «Удары в грудь до кровавых плеваний». Два босых разновозрастных монаха (средо-век и старец), в коротких рубашках, лицом друг к другу, стоят на полусогнутых ногах; руки и головы опущены. Изображения симметричны. Надпись:

«У сихъ колени оцепеневша от множества кланяния, очи истекли и внутрь негде во глубину внишли, рясновъ не имуще, вежда уязвена и опалена имуще разгорени-емъ теплых слез, лица увядша и бледа, ничимже в подобии мертвых разньствующа, перси биениемъ боляща и исплевания кровава от персныхъ биении».

Источник изображения: текст Лествицы (5: 19):

Ἐν || ἐκείνοις ἑωρᾶτο γόνατα ἐπεσκληκότα, τὸ πλήθει τῶν μετανοιῶν, οἱ ὀφθαλμοὶ ἐκτακέντες καὶ ἔσω που εἰς βάθος δεδυκότες̇ τριχῶν ἀπεστερημένοι, παρειὰς κεκτημένοι πεπληγμένας καὶ περιπεφλεγμένας τῇ ζέσει τῶν θερμῶν δακρύων̇ πρόσωπα καταμεμαρασμένα καὶ ὠχρὰ μηδὲν ἐν συγκρίσει νεκρῶν διαφέροντα̇ στήθη ταῖς πληγαῖς ἀλγοῦντα καὶ αἱμάτων πτύελοι, ἐκ τῶν ἐν τῷ στήθει πυγμῶν (цит. по: PG. T. 88. Col. 769D – 772A).

Сюжет 20: «Предстояния на молитве как перед небесными вратами». Два фронтально стоящих босых средовека, в рубашках ниже колена; руки обоих согнуты в локтях на уровне груди. Изображения симметричны. Надпись:

«Сии в перси сами ся биюще, и яко в небесныхъ вратехъ стояще (ср.: Быт 28, 17; Пс 23, 7 ) к Богу гла-голаху: Отверзи намъ, судии, отверзи, елма грехъ ради нашихъ затворихомъ себе, отверзи намъ (ср.: Мф 25, 11; Лк 13, 25 )».

Источник изображения – текст Лествицы (5: 16):

Οἱ μὲν τὸ στῆθος ἰσχυρῶς κρούοντες, ὥσπερ ἐν τῇ τοῦ οὐρανοῦ πύλῃ ἱστάμενοι, πρὸς Θεὸν ἔλεγον̇ Ἄνοιξον ἡμῖν, Δικαστὰ ἄνοιξον ἡμῖν , ἐπειδὴ δι᾿ ἁμαρτίας ἐκλείσαμεν ἑαυτοῖς (цит. по: PG. T. 88. Col. 769A).

Сюжет 21: «Заковывание себя в кандалы до смерти». Два сидящих вполоборота лицом друг к другу на одной скамье босых монаха в коротких рубашках; ноги закованы в общие для обоих кандалы; руки сложены спереди крестообразно, на них оковы; на шеях у обоих – цепи. Изображения симметричны. Надпись:

«Сии железны оковы на рукахъ и на выяхъ имяху и ноги во стражущихъ утвердиша древехъ, и седяще в темне месте сами себе мучятъ, и не прежде оттуду испущеномъ быти даже прочее техъ гробъ прииметъ».

Источник изображения – текст Лествицы (5: 20):

Ἐδυσώπουν ἐκεῖνοι πολλάκις τὸν κριτὴν τὸν μέγαν ἐκεῖνον, τὸν ποιμένα λέγω, τὸν Ἄγγελον ἐν ἀνθρώποις καὶ παρεκάλουν σίδηρα καὶ κλοιὰ ἐν χερσὶ καὶ τραχήλῳ περιθέσθαι̇ καὶ τοὺς πόδας ἐν τῷ τῶν πασχόντων κατασφαλισθῆναι ξύλῳ, καὶ μὴ πρότερον ἐκεῖθεν λυθῆναι, ἄχρι λοιπὸν τὸ μνῆμα διαδέξεται̇ πλήν, οὐδὲ τὸ μνῆμα (цит. по: PG. T. 88. Col. 772B).

Сюжет 22: «Просьба оставить себя без погребения». Босой средовек в короткой рубашке, на полусогнутых ногах, изображен в движении направо; он несет на руках умершего монаха. На черном фоне имеется изображение пейзажа (река, растения); изображены животные, ожидающие пищи (сидящий кабан с раскрытой пастью, лиса с высоко поднятой мордой). Надпись:

«Сей молитъ з заклинаниемъ не сподобити того человеческому погребению, но безсловесному, или в реку ввержену быти, или на лядине зверемъ вдану быти, еже множицею и послуша иже разсужения светилникъ, пения же и чести лишеномъ и износитися повелевая».

Источник изображения – текст Лествицы (5: 21):

μέλλοντες τοίνυν πρὸς Θεὸν πορεύεσθαι, καὶ τῷ ἀδεκάστῳ βή ματι παρίστασθαι, οἱ καλοὶ ἐκεῖνοι τῆς χώρας τῆς μετανοίας πολῖται, ὁπηνίκα τις αὐτῶν ἐν τῷ παντὶ ἐθεώρει || ἑαυτόν, τοῦτο διὰ τοῦ προεστῶτος αὐτῶν ἐδυσώπει μεθ᾿ ὅρκων τὸν μέγαν τοῦ μὴ καταξιωθῆναι αὐτὸν ἀνθρωπίνης ταφῆς, ἀλλὰ ἀλόγου, ἣ ἐν τῷ ῥείθρῳ τοῦ ποταμοῦ, ἢ ἐν τῷ ἀγρῷ τοῖς θη ρίοις παραδοθῆναι, ὅπερ πολλάκις καὶ ὑπήκουσεν ὁ τῆς διακρίσεως λύχ νος, ψαλμῳδίας τε πάσης καὶ τιμῆς ἐστερημένους ἐξοδιάζεσθαι κελεύων (цит. по: PG. T. 88. 772B-C).

Сюжет 23: «Вопрошания умирающего собрата о его видениях». Лежащий в гробу монах; над ним с обеих сторон склонились подвижники, с левой стороны – три, с правой стороны – два, они протягивают к умирающему руки; у троих из них ладони приставлены к уху. Надпись (часть надписи расположена на поле иконы):

«Внегда бо съосуженицы отходящаго скончатися хотяща ощущаху и еще уму его утвержену сущу об-ступаху его и желеючи и плачюще и жалующе умиле-немъ обычаемъ и сетованном словом покивающе главою своею вопрошаху умирающаго и горяще милованиемъ к нему глаголаху: Что есть, брате и соосужениче, како, что глаголеши, что уповаеши, что мниши, получи ли от труда искомое или ни, отверзе или повиненъ и еще еси, достиже ли или не возможе, приятъ ли некое из- вещение или безвестну имаши надежду, приялъ ли еси свобожение или клонится и сомнится еще помыслъ».

Источники изображения: 1) миниатюра 26 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι ψυχοῤῥαγοῦντα τινὰ ἐξ αὐτῶν περιίστανται̇ ἐπ᾿ ἐδάφους ὕπτιον κείμενον̇ καὶ τῇ συμπάθειᾳ καιόμενοι, ἐρωτῶσιν περιπαθῶς τὸν ἐκλείποντα; 2) миниатюра 27 Покаянного канона, надпись к миниатюре: Οὗτοι ὁμοίως τὸν ψυχοῤῥαγοῦντα περιϊστάμενοι̇ ὑπέχουσιν αὐτῷ τὰ ὦτα̇ καὶ τῶν παρ᾿ αὐτοῦ λεγομένων ἀκροῶνται σὺν προσοχῇ; 3) текст Лествицы (5: 22):

Ὁπόταν γὰρ οἱ συγκατάδικοι τὸν προπορευόμενον τελειοῦσθαι μέλλοντα ᾔσθοντο, ἔτι τοῦ νοὸς ἐῤῥωμένου, περιεκύκλουν, καὶ διψῶντες, καὶ πενθοῦντες ἐλεεινοτάτῳ ἤθει καὶ σκυθρωπῷ λόγῳ τὴν κεφαλὴν σείοντες τὴν ἑαυτῶν, ἠρώτων τὸν ἐκλείποντα̇ καὶ καιόμενοι τῇ συμπαθείᾳ τῇ πρὸς αὐτὸν ἔλεγον̇ Τί ἐστιν, ἀδελφὲ καὶ συγκατά||δικε, πῶς; τί λέγεις; τί ἐλπίζεις; τί ὑπολαμβάνεις; Ἤνυσας ἐκ τοῦ κόπου τὸ ζητούμενον, ἢ οὐ ἴσχυσας; Ἤνοιξας, ἢ ὑπεύθυνος ἔτι ὑπάρχεις; ἔφθασας, ἢ οὐκ ἐπέτυχες; Ἐλαβές τινα πληροφορίαν, ἢ ἄδηλον ἔχεις τὴν ἐλπίδα; Εἴληφας ἐλευθερίαν, ἢ κλονεῖται καὶ ἀμφιβάλλει ἔτι ὁ λογισμός; (цит. по: PG. T. 88. Col. 772C-D).

ГЕНЕТИЧЕСКИЕ СВЯЗИ ИКОНЫ

С ДРУГИМИ ПАМЯТНИКАМИ

Взаимоотношения КМИИ 1452 с другими памятниками графически представлены в виде стеммы [4: 200]. Предположительно, между петрозаводской иконой и протографом цикла, отстоящими друг от друга на два столетия, имеется не менее трех несохранившихся звеньев. Место иконы в общей системе памятников находится на периферии: нам неизвестны другие памятники, воспринявшие художественные находки мастера КМИИ 1452 и продолжившие традицию с учетом этих находок.

Сравнение петрозаводской иконы с предшествующими памятниками, сохранившими цикл «Монашеские подвиги», делает возможным предполагать происхождение этой иконы: КМИИ 1452 обнаруживает несомненную близость к памятникам московской локализации.

Из 17 известных нам произведений искусства, созданных в XVI–XVII веках, только два сохранили такой вид монашеского подвига, как «Рыдание сердцем и сдерживание криков голосом». Кроме КМИИ 1452 (сюжет 8), этот подвиг встречается во фресках Благовещенского собора Московского Кремля, выполненных в 1547–1551 годах (сюжет 21), см. о стенописи: [5: 63–67 (кат. № 60), 202 (илл. 72)]. В обоих названных памятниках одинаково художественное решение изображения этого подвига: монах закрывает рот рукой, а его поза свидетельствует о глубоком страдании.

Петрозаводская икона обнаруживает несомненные генетические связи еще с одним памятником московского происхождения, а именно с гравюрой «Лествица монастырского подвижничества», созданной в конце XVII века Леонтием Буниным, см. о памятнике: [5: 73–76 (кат. № 62), 238 (илл. 108)]. Наиболее очевидно связи между двумя названными произведениями искусства проявляются при изображении следующих видов подвигов: «Растворение водного пития слезами» (ср.: сюжет 10 на гравюре и сюжет 12 на иконе), «Стояние с воспаленным языком, выпущенным изо рта, как у пса») (ср.: сюжет 12 на гравюре и сюжет 14 на иконе), «Предстояния на молитве как перед небесными вратами» (ср.: сюжет 15 на гравюре и сюжет 20 на иконе), «Просьба оставить себя без погребения» (ср.: сюжет 17 на гравюре и сюжет 22 на иконе).

Таким образом, наблюдения над иконографией цикла «Монашеские подвиги» показывают, что эта икона могла быть привезена в скит из Москвы. С другой стороны, икона сохранила большое количество таких иконографических примет, которые ранее не встречались в художественной традиции. Это обстоятельство позволяет предполагать, что КМИИ 1452 была написана местным мастером, хорошо знакомым с московской традицией бытования анализируемого цикла. При этом художник, писавший КМИИ 1452, обогатил иконографическую традицию цикла множеством новых особенностей.

ИКОНОГРАФИЧЕСКИЕ ПРИМЕТЫ

Ниже представлены приметы, характеризующие цикл «Монашеские подвиги» только на петрозаводской иконе. Как представляется, все эти приметы являются результатом творческих находок мастера КМИИ 1452.

В области изображений таковыми особенностями являются следующие:

• 1.    Совмещение двух сюжетов в пределах одной композиции.

  • 1.1.    В руке монаха, несущего подвиг «Всенощные бдения в неподвижном стоянии» (сюжет 1), художник изобразил розги. Таким образом, в одной композиции оказались совмещены два сюжета: «Всенощные бдения в неподвижном стоянии» и «Самоистязания по причине неимения слез».

  • 1.2.    Рука одного из монахов, несущих подвиг «Оплакивание смерти своей души» (сюжет 8), поднесена ко рту; кроме того, изображение сопровождено комментирующей надписью, показывающей, что в композиции представлен

• 2.    Изменение традиционных схем изображений (относительно позы и жестикуляции подвижников).

  • 2.1.    Подвиг «Качания головой, сопровождаемые львиными рычаниями» (сюжет 10) обычно представлен двумя сидящими подвижниками, один из которых средовек или старец (или оба немолодого возраста). На петрозаводской иконе показаны два юных монаха, при этом один из них не сидит, а стоит, согнувшись в дугу.

  • 2.2.    Монахи, несущие подвиги «Растворение водного пития слезами» (сюжет 12) и «Яде-ние пепла и золы вместо хлеба» (сюжет 13), в КМИИ 1452 показаны не сидящими на скамье, как во всех других известных нам памятниках, а стоящими (в рост, в полупоклонах).

  • 2.3.    Монах, несущий подвиг «Стояние под палящим солнцем» (сюжет 15), держит руку около рта (обычно руки этого монаха или скрещены на груди, или воздеты в молитвенном жесте, или развернуты к солнцу ладонями вверх).

  • 2.4.    Руки подвижника в сюжете 14 («Стояние с воспаленным языком, выпущенным изо рта, как у пса») скрещены на груди (обычно они или подняты на уровне груди, или прижаты к груди; в поздней традиции встречается изображение руки, держащей далеко высунутый язык).

  • 2.5.    Монах, несущий подвиг «Стояние на холоде» (сюжет 16), показан со скрещенными ногами (возможно, в движении?); обычно у этого подвижника скрещены не ноги, а руки.

  • 2.6.    Необычна поза монаха, несущего подвиг «Изнурение себя малопитием» (сюжет 17): подвижник стоит в повороте направо, но его голова повернута в обратном направлении. Похожее изображение встречается в памятниках русского искусства, но при передаче другого вида подвига.

• 3.    Увеличение количественного состава подвижников.

  • 3.1.    В подвиге «Непрестанное биение себя в грудь» (сюжет 5) традиционно изображается один монах; на иконе КМИИ 1452 этот подвиг несут два монаха.

  • 3.2.    В сюжете 23 («Вопрошания умирающего собрата о его видениях») в КМИИ 1452 впервые в истории цикла над смертным одром склонились пять монахов, собравшихся около умирающего собрата (обычно их число два, три или четыре).

• 4.    Введение в иконографию цикла новых образов. Такими образами являются река, на фоне

• 5.    Внимание к пространственной организации изображаемых предметов. Мастер, писавший икону КМИИ 1452, придавал большое значение расположению образов в пределах одной композиции. Симметричными являются изображения в сюжетах 5, 8, 19. Возможно, желанием усилить выразительность изображений за счет этой «зеркальности» в сюжет 5 («Непрестанное биение себя в грудь») впервые и единожды в истории развития цикла в КМИИ 1452 введен второй подвижник, в точности повторяющий позу и жестикуляцию первого.

сюжет «Рыдание сердцем и сдерживание криков голосом».

которой изображен подвиг «Просьба оставить себя без погребения» (сюжет 22), а также животные (кабан и лиса), ожидающие добычи. Эти образы навеяны текстом Лествицы (5: 21); они нашли отражение и в надписи при этом сюжете: «<…> в реку ввержену быти, или на лядине зве-ремъ вдану быти <…>».

В области надписей к особенностям, отличающим петрозаводскую икону, относятся следующие:

• 1.    Все надписи на иконе уникальны: они не повторяются ни в одном другом памятнике русского искусства с циклом монашеских подвигов (надписи при изображениях монашеских подвигов в памятниках русского искусства опубликованы в работе: [4: 249–267]).

• 2.    Надписи над изображениями подробно объясняют содержание этих изображений: они намного значительнее по объему, нежели надписи на других памятниках с этим циклом.

• 3.    Только на петрозаводской иконе одна надпись объединяет три сюжета (11, 12, 13).

• 4.    Во фрагменте надписи при сюжете 19 («вежда уязвена») содержится ошибка против текста Лествицы. В Лествице (5: 19) читается не вежда ‘глазные веки’, а ланиты ‘щеки’, греч.: παρειάς. Эта ошибка может восходить к рукописи, с которой художник переписывал тексты для надписей: писец книги пропустил слово * ланита . Этот пропуск является следом, который может доказать, что икону писал местный мастер, вы-говский старообрядец.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Как видно из предложенного выше анализа, количество оригинальных примет, отличающих рассматриваемую икону от других памятников с циклом подвигов, достаточно велико для того, чтобы предполагать не московское, а выговское происхождение иконы. Иконописец включил в цикл только те сюжеты, которые имеют опору в тексте Лествицы (сюжеты, встречающиеся в других русских памятниках с циклом подвигов типа «Ношение тяжестей» или «Ношение колючей одежды», у которых нет параллелей в Лествице, на петрозаводской иконе отсутствуют). Наблюдения над текстами надписей к изображениям цикла показывают, что художник работал и с текстом Слова 5 Ле-ствицы, но не по старопечатному изданию (М., 1647), в котором читается ланиты уязвены (л. 93), а по ненайденной рукописи, в которой, предположительно, читается *вежда уязвена. Обнаружение книги с этим чтением в выговской библиотеке станет ответом на вопрос происхождения петрозаводской иконы.

В библиотеке выговских старообрядцев имелось не менее трех рукописей Лествицы Иоанна Синайского [10: 212–213 (кат. № 242), 331

(кат. № 547), 332 (кат. № 552)], судьба двух книг (кат. №№ 547 и 552) остается неизвестной. В Ле-ствице, входящей в настоящее время в Основное собрание Библиотеки Академии наук под номером 33.1.2 (кат. № 242), на л. 109 отчетливо видны слова: лица уязвена , то есть в этом чтении рукописи также содержится ошибка против текста Лествицы, в котором функционирует другая лексема (παρειάς, ланиты ). Таким образом, вопрос происхождения КМИИ 1452 продолжает оставаться загадкой.

Петрозаводская икона значительно обогащает картину взаимодействия византийской и русской культур; без нее представления о бытовании Ле-ствицы как памятника литературы в старообрядческой среде и о бытовании цикла «Монашеские подвиги» в русском искусстве были бы неполными.