Диагностика психологических ресурсов рабочего места: опыт пилотажного исследования

,

Введение . Современные исследования предметно-пространственной среды все чаще смещаются к междисциплинарному подходу, интегрирующему знания из психологии, социологии, архитектуры и дизайна (Смолова, 2008). Областью исследовательских интересов часто становится пространственная среда профессиональной деятельности человека, а в качестве операциональной единицы анализа используется понятие рабочего места. В фокусе психологической интерпретации взаимодействия организации рабочего места и человека оказываются разные его аспекты, в том числе – восприятие человеком рабочего места (Панюкова, Александрова, 2025). Если в зарубежной психологии среды проблема изучения восприятия рабочего места – это самостоятельное направление, представленное разнообразными теоретическими подходами и вариативными дизайнерскими решениями эмпирических исследований (Colenberg, Julha, 2022) с учетом нюансов, касающихся особенностей организации рабочих мест для «нейроотличных» сотрудников (Weber et al., 2024), то для отечественной психологии – это достаточно новая, но интенсивно развивающаяся область академических изысканий¹ (Резниченко, Подтягина, 2024; Романова, 2025). Авторитетными методологическими форматами их являются: теория сохранения ресурсов (Иванова, 2013), теория салютогенной среды (Antonovsky, 1996), а также варианты интерпретации положений этих теорий в отечественных экопсихологических исследованиях, связанных с организацией комфортной среды рабочего места офисного типа («Здоровый» офис как фактор психологического благополучия работников …, 2025). Одним из объединяющих интересы современных исследователей является концепт «психологические ресурсы», который определяется, в частности, в теории сохранения ресурсов как «… ценности, которыми обладает индивидуум или сообщество, а также средства, с помощью которых эти ценности могут быть сохранены и преумножены…» (Иванова, 2013: 122). Многомерность и глубина конструкта «психологические ресурсы» по отношению восприятию рабочего места сотрудником актуализирует поиски в области методических аспектов исследований. Можно констатировать, что для отечественных исследователей доступна формализованная методика «Люди в офисе»², которая направлена на диагностику значимых для сотрудников офиса воспринимаемых характеристик рабочего места. Что касается проективных методик, то таких инструментов пока нет, в связи с чем, учитывая серьезный психодиагностический потенциал проективных методов, можно обозначить актуальность нашего обращения к диагностике психологических ресурсов рабочего места с помощью рисуночной методики.

Небольшой экскурс в историю позволяет вспомнить, что традиции изучения субъективного образа жизненной среды связаны с именем К. Линча (Линч, 1982). Под «образом города» он понимает субъективное, но поддающееся изучению ментальное представление, которое формируется у жителя в результате непосредственного восприятия и накопления опыта. Методологический аппарат картографических методик, восходящий к работам К. Линча, остается основным в эмпирических исследованиях, связанных с пространственным восприятием и репрезентацией предметнопространственной среды города3 (Веселкова, 2010; Воробьева, Кружкова, 2012; Глазков, 2015; Латыпова, Мингалимова, 2021; Митин, 2017; Прокопьева, 2018; Семенова, 2020). Методики, основанные на графической репрезентации городского пространства, нацелены на визуализацию объектов, наделенных для индивида личностными смыслами и переживаниями (Стрельникова, 2012, 2013). Получаемые рисунки, особенно выполненные в виде схем, похожи на ментальные карты. Ключевое отличие от них заключается лишь в том, что ментальная карта содержит пространственную схему или отсылку к ней, в то время как рисунок города может быть лишен такой структурной организации. Подобные методики позволяют идентифицировать значимые для респондента участки городской среды, выявить особенности их индивидуального восприятия, а также проанализировать символическую нагрузку, которой наделены различные элементы города.

Традиция использования рисуночных методик в исследованиях взаимодействий человека и жизненной среды не утратила своей актуальности в современной психологии и реализуется в практике обращения исследователей к этому диагностическому инструменту в контексте восприятия природной среды (Веселкова, 2010; Profice et al., 2023), жилой1 (Дмитриева, 2014; Дом и его обитатели: психологическое исследование …, 2018; Дом как жизненная среда человека: психологическое исследование …, 2016), образовательной (Панюкова, 2001; Berti, Cigala, 2022 и др.).

Проективные методики представляют собой уникальный исследовательский инструмент. Как отмечает С. Милграм, непроизвольное отображение элементов среды и их появление в сознании отражает субъективную значимость и эмоционально-ценностное отношение к ним (Милграм, 2000). Применение проективных методик обеспечивает доступ к имплицитным, неосознаваемым слоям восприятия предметно-пространственной среды, минуя рациональные фильтры сознания. Получаемые с их помощью данные повышают валидность комплексного исследования за счет минимизации эффекта социальной желательности и предоставления релевантного качественного материала, дополняющего результаты стандартизированных инструментов диагностики.

Основная часть . Опираясь на теоретические положения о психологических ресурсах жизненной среды для человека, а также ориентируясь на базовые положения, раскрывающие психодиагностические возможности проективных методик, мы провели пилотажное исследование, направленное на изучение психологических ресурсов рабочего места офисного типа с помощью рисуночной методики. С учетом цели мы сформулировали следующие гипотезы:

• 1.    В проективных рисунках комфортного рабочего места и их описаниях элементы визуального содержания, а также единицы анализа описаний репрезентируют психологические ресурсы рабочего места для сотрудника: функциональность, социальное взаимодействие, эмоциональный комфорт и профессиональную идентичность. При этом доминирующие элементы рисунка и единицы анализа описаний позволяют выявить иерархию инвариантно и вариативно значимых психологических ресурсов рабочего места.

• 2.    В представленности психологических ресурсов рабочего места: функциональности, взаимодействия, эмоционального комфорта и профессиональной идентичности у респондентов с разным уровнем субъективного благополучия, профессионального выгорания и формата работы могут быть выделены различия.

Выборка исследования составляла 26 человек: 20 женщин, 6 мужчин. Возраст респондентов – от 21 до 25 лет (средний возраст – 23 года). Распределение выборки по формату работы: офисный – 11 человек, гибридный – 11, удаленный – 4 человека.

При проведении исследования с применением рисуночной методики респондентам предлагался лист бумаги формата А4 и инструкция: «Нарисуйте на листе бумаги место, в котором Вам было бы комфортно работать». Участникам предлагалось воспользоваться синей или черной ручкой или простым карандашом. Время для создания рисунка не ограничивалось; как правило, респонденты затрачивали на выполнение задания от 10 до 25 минут. После того как рисование было окончено, респондентам предлагалось письменно ответить на некоторые вопросы, перевернуть листы с рисунками и на другой стороне кратко описать собственный рисунок. Для получения данных о психологическом благополучии сотрудников использовался опросник PERMA-Profiler в адаптации О.М. Исаевой, А.Ю. Акимова и Е.Н. Волковой (Исаева и др., 2022). Для анализа уровня профессионального выгорания был применен Инструмент измерения выгорания (Burnout Assessment Tool, BAT) – версия для работающих в адаптации Н.И. Колачева, Е.Н. Осина, В. Шауфели и Ш. Дез-арта (Личностные ресурсы и выгорание у сотрудников библиотек Московской области …, 2019). Поскольку исследование носило пилотажный характер и было направлено на получение информации о возможности определения и дальнейшей дифференциации шкал интерпретации рисуночной методики, то акцент делался на качественном анализе полученных данных.

Процедура обработки результатов заключалась в визуальном анализе каждого рисунка с фиксацией всех изображенных элементов. В ходе него были выделены элементы рабочей среды, сгруппированные следующим образом: рабочая техника (компьютеры, ноутбуки, планшеты), климатическая техника (кондиционеры), источники искусственного освещения (люстры, торшеры, настольные лампы, гирлянды); рабочая мебель (столы, стулья, стеллажи, шкафы), мебель для отдыха (диваны, кресла, пуфики, лежаки), атрибуты профессиональной деятельности (предметы, указывающие на нее), окна и виды из них, двери, стены, другие помещения (кабинеты, кухни, санузлы), люди (работники офиса или близкие респондентам люди), природная среда (солнце, растения, животные), еда и техника для хранения и приготовления пищи (напитки, холодильники, кофеварки, чайники), предметы для создания уюта и эстетической привлекательности помещений (книги, пледы, фотографии, статуэтки, картины, ковры). Опираясь на традиции междисциплинарных исследований в области воспринимаемых характеристик рабочего места и с учетом полученных данных, мы выделили следующие шкалы и элементы оценки рисунков респондентов, которые представлены в таблице 1.

Таблица 1. Шкалы и элементы оценки рисунка «Комфортное рабочее место»¹

Table 1. Scales and Evaluation Elements for the Drawing “Comfortable Workplace”

Шкалы оценки рисунка	Элемент
Функциональность	Офисная мебель
	Климатическая техника
	Искусственные источники света
	Рабочая техника
	Другие помещения
Социальные взаимодействия	Люди, мебель в комнате, предназначенная для других людей, двери, стены
Эмоциональный комфорт	Мебель для отдыха
	Продукты, техника для хранения и приготовления пищи
	Природная среда (растения, животные, солнце)
	Окно, вид из окна
	Предметы для создания уюта, личностно значимые предметы
Профессиональная идентичность	Предметы, связанные с профессиональной деятельностью, грамоты, награды

В основном на рисунках участников исследования оказалась изображена комната с рабочим местом (15 рисунков); только рабочее место обозначили в них 7 респондентов; из них 3 человека представили его схематично – видом сверху; на одном рисунке был изображен пляж. Примеры работ участников исследования приведены на рисунке 1.

Рисунок 1. Примеры рисунков респондентов

Figure 1. Examples of Respondents’ Drawings

Описания рисунков анализировались путем выделения характерных единиц, их подсчета и систематизации. Полученные данные представлены в таблице 2.

С учетом анализа исследований по схожей проблематике и полученных эмпирических данных мы предприняли попытку определить содержательные особенности выделенных для интерпретации репрезентации рабочего места шкал.

Таблица 2. Шкалы и элементы анализа описания рисунка «Комфортное рабочее место»

Table 2. Scales and Elements for Analyzing the Description of the Drawing “Comfortable Workplace”

Шкалы оценки описания	Единицы анализа описания
Функциональность / эргономика (по опроснику «Люди в офисе»)	Стол: большой; с достаточным местом для подручных вещей; из цельного сруба; с регулируемой высотой; широкий; удобный. Стул: удобный; комфортный; нужной высоты; ортопедическое кресло; мягкое кресло; пушистое кресло с массажером; эргономичное кресло. Другая офисная мебель: стеллаж с необходимыми документами в шаговой доступности; книжный шкаф; полки с книгами; множество мест для хранения; множество полок; ящики; шкаф; большие и комфортные стеллажи. Климатическая техника: обязателен кондиционер; кондиционер. Искусственные источники света: правильное освещение; световые панели; лампа; гирлянда; неоновые ленты; освещение яркое. Рабочая техника: на столе ноутбук с мышкой; на столе компьютер и необходимая периферия для работы; наушники для концентрации; ноутбук; большой и новый монитор; удобные девайсы; два монитора; несколько мониторов; техническая оснащенность места; стабильное подключение к Интернету; лицензионные программы; широкоугольный монитор; компьютер; главное, что есть рабочая техника. Другие помещения: отдельные помещения
Социальные взаимодействия / внутренние коммуникации (по опроснику «Люди в офисе»)	Люди, мебель в комнате, предназначенная для других людей: не хочу сидеть в отдельном кабинете, поэтому рядом – рабочее место коллеги; другой человек не перед глазами; никто не находится за спиной; рядом любимый человек, с которым можно в любой момент коммуницировать; работать в кабинете одному; кабинет для одного человека; среди людей; могу слышать переговоры коллег. Двери: вход – дверь со ступеньками. Стены: мое место огорожено перегородками, символичными, не закрывающими места полностью, но создающими уединенную атмосферу
Эмоциональный комфорт / этот параметр входит в шкалу «Эргономика» по опроснику «Люди в офисе»	Мебель для отдыха: возможность прилечь; лежак, на которым я бы хотела лежать и работать; диван – это особый комфорт, который расслабляет; пуфик; мягкий и удобный диван; кровать. Продукты, техника для хранения и приготовления пищи: люблю кофе, поэтому чашка с ним на столе обязательна; доступ к воде и микроволновке; конфеты на столе; чашечка кофе или чая; коктейль; вода, кофе, чай; милая кружка с водой; тарелка с блинчиками; перекус; возможность принести чашку с напитками; холодильник. Природная среда (растения, животные, солнце): несколько растений, одно обязательно на моем столе; стеллажи для цветов и много кашпо; растения на подоконнике; цветочек; цветы; мой родной котик; самым главным изображена моя собака Элизабет; греющее солнце; милый цветок в горшке; кошка и собака отвлекают от работы; возможность поставить комнатные растения; взять с собой домашнего питомца; много зелени; две вазы с растениями; аквариум; кот; вкусный чай; растения по всей комнате; водопадик с рыбками; обязательно наличие растений; коты желательны – люблю котов; было бы здорово видеть котиков; кошачий лежак с котиком для моральной поддержки. Окно, вид из окна: большое окно; наличие окон; панорамное окно; с видом на океан; красивый пейзаж, на море или горы; небо с птицами; панорамный вид на море; приятный вид за окном; окно или два окна; обязательно наличие окна; живописный вид из окна; на окнах жалюзи; окна для успокоения. Предметы для создания уюта, личностно значимые предметы, книги: мягкий теплый плед; мотивирующая картинка про жизнь у моря; книга, на которую можно отвлечься от работы; личные фигурки; фото с разных мест; гирлянда из фотографий близких людей; ковер на полу; необходимые личные вещи; пушистый коврик; зона хобби с мольбертом; без ковров – собирают грязь; картины, на которые можно отвлечься; фото семьи; под столом коврик; на ковре розовые тапочки – все в сменной обуви, чтобы не разводить грязь и для уюта
Профессиональная идентичность / офис – жизненный нарратив (по опроснику «Люди в офисе»)	Предметы, связанные с профессиональной деятельностью, грамоты, профессиональные награды: оборудование для работы; отдельный угол с инструментами, материалами и лабораторными устройствами; реагенты и зоологические материалы

• 1.    Шкала функциональности рабочего места измеряет системное его свойство, выраженное в способности физической и технологической среды предвосхищать, поддерживать и организовывать рабочие процессы и личные потребности сотрудника, тем самым минимизируя когнитивные и эмоциональные затраты на поиск, адаптацию и взаимодействие с инструментами и высвобождая психические ресурсы для целевой деятельности, концентрации и состояния контроля. Можно констатировать, что, согласно данным, полученным по выделенным элементам рисунка и единицам анализа описаний, этот ресурс может включать такие составляющие, как ресурс поддержки и структурирования деятельности, ресурс минимизации когнитивной нагрузки

• 2.    Шкала социального взаимодействия измеряет свойство рабочего пространства, позволяющее сотруднику динамически регулировать уровень и качество социальных контактов – от защищенного уединения до избирательной коммуникации в зависимости от задач и психологического состояния. Этот ресурс обеспечивается не столько наличием других людей, сколько архитектурными и символическими маркерами, которые создают ощущение предсказуемости и контроля над взаимодействием. В структуре данного ресурса также можно выделить самостоятельные компоненты баланса между потребностью в автономии и сопричастности, а также предсказуемости и возможности выбора.

• 3.    Шкала эмоционального комфорта может измерять свойство рабочего места, которое обеспечивает восстановительные возможности через предметно-пространственные элементы, способствующие восстановлению психических ресурсов, снижению напряжения и созданию чувства психологической безопасности и принадлежности. В состав этой шкалы могут входить компоненты соматической релаксации и телесного восстановления, сенсорного и эмоционального подкрепления, витальности и связи с природой, а также личной идентичности, символического самовыражения, контролируемой эстетики и бытового удобства. Шкала эмоционального комфорта, в целом, показывает, что комфорт – достаточно сложный психологический ресурс, состоящий из конкретных, материально воплощаемых измерений: восстановления, подкрепления, витальности, самовыражения и освоенного контролируемого порядка.

• 4.    Шкала профессиональной идентичности может измерять свойство среды, которое усиливает когнитивную доступность, аффективную значимость и поведенческую готовность профессиональной роли сотрудника. Этот ресурс материализуется через визуальную репрезентацию компетенций, тактильную доступность инструментов и символическую маркировку достижений. В шкале могут быть выделены несколько составляющих, в частности, ресурс инструментальной воплощенности и символической репрезентации достижений. Шкала профессиональной идентичности может быть маркером эвдемонистического благополучия субъекта в области взаимодействия с профессией.

для организационных функций, а также ресурс предсказуемости как основы контроля и управления рабочим местом.

Все визуально выделенные элементы рисунков и описаний рисунков были распределены по вышеописанным шкалам. Процедура контент-анализа рисунков и описаний выполнялась тремя экспертами с профильным образованием, имеющими специализацию в области психологии среды. В случае совпадения мнений на 90 % элемент рисунка или единица анализа описания соотносились с определенной шкалой. Далее подсчитывался «вес» шкалы по отношению к другим шкалам как для рисуночной методики, так и для описания.

Процентное выражение выделенных шкал показывает значимость каждой из них среди других, что понимается нами как уровень важности включенных в них элементов/единиц анализа для респондентов в репрезентации рабочего места. Все элементы дают в сумме 100 %. «Вес» определяется делением суммы элементов/единиц анализа, составляющих определенную шкалу, на общее количество элементов/единиц анализа. Например, всего у нас выделено 216 элементов рисунка (100 %), в шкалу функциональности включено 96, то есть «вес» шкалы функциональности среди других шкал – 44 % (96/216×100).

Полученные по всей выборке данные представлены на рисунке 2 и в таблице 3.

• ■    функциональность

• ■    социальные взаимодействия

• ■    эмоциональный комфорт

профессиональная идентичность

Рисунок 2. Распределение веса выделенных шкал (данные в %)

Figure 2. Distribution of the Weight of the Selected Scales (Data in %)

Таблица 3. Представленность элементов рисунка и единиц анализа в описаниях рисунка по шкалам, %

Table 3. Representation of Drawing Elements and Units of Analysis in Drawing Descriptions by Scale, %

Шкала	Элементы на рисунке	Единицы анализа в описании
Функциональность	44	38
Социальные взаимодействия	6	5
Эмоциональный комфорт	47	54
Профессиональная идентичность	2	3

В результате анализа соотношения выделенных по рисункам респондентов элементов и единиц анализа описаний по шкалам функциональности, социальных взаимодействий, эмоционального комфорта и профессиональной идентичности по всей выборке были обнаружены следующие тенденции. Наибольший вес по всей выборке имеет шкала эмоционального комфорта (47 % – в рисунках, 54 % – в описаниях). Следующая шкала с большим весом – шкала функциональности (44 и 38 % соответственно). Вес шкал социальных взаимодействий (6 и 5 %) и профессиональной идентичности (2 и 3 %) в репрезентации сотрудниками рабочего места значительно ниже.

Данные демонстрируют четкую иерархию в том, как сотрудники репрезентируют свое рабочее место. Доминирующими являются элементы рисунка и единицы анализа описаний рисунков, составляющих шкалу эмоционального комфорта (47 % в рисунках, 54 % – в описаниях). Этот факт свидетельствует о том, что в восприятии сотрудников рабочее место – это психологически значимое пространство, связанное с субъективным благополучием, удовлетворенностью работой или, наоборот, неблагополучием и неудовлетворенностью.

Высокая значимость элементов рисунка и единиц анализа описаний, составляющих содержание шкалы функциональности (44 % в рисунках, 38 % – в описаниях) показывает, что рабочее место значимо как инструментальное пространство для выполнения задач, определенным образом организованное и снабженное необходимыми предметами, в частности, мебелью и техникой.

Периферийными аспектами восприятия рабочего места являются элементы и единицы анализа, составляющие шкалы социального взаимодействия (6 % в рисунках, 5 % – в описаниях) и профессиональной идентичности (2 и 3 % соответственно).

Такой разрыв в значимости выделенных шкал в восприятии рабочего места сотрудниками может объясняться по-разному и быть связанным как с формальными моментами, например, с тем, что изображать предметы интерьера легче, чем рисовать людей, так и с содержательными аспектами: для сотрудников рабочее место – это в большей степени индивидуализированное пространство выполнения профессиональных задач в функционально удобной и эмоционально комфортной обстановке, нежели область взаимодействия и профессиональной идентичности. Сформулированные предположения представляют собой интересные тенденции и требуют дополнительной проверки.

Заслуживает внимания анализ соотношения веса выделенных шкал с учетом модальности репрезентации: в описаниях рисунков единицы анализа, составляющие шкалу эмоционального комфорта, представлены большим количеством (54 %), чем визуально определяемые элементы рисунка (47 %). Можно предположить, что вербальная рефлексия является более показательной для репрезентации субъективных переживаний, чем невербальная.

Что касается представленности шкалы функциональности, то она более «визуальна» и лучше «читается» в рисунках (44 %), чем в описаниях (38 %). Одно из возможных объяснений состоит в большей легкости графического изображения элементов пространственно-предметной среды, чем людей. Вместе с тем, низкие показатели представленности шкал социального взаимодействия и профессиональной идентичности характерны для обеих модальностей, что может рассматриваться как основание для предположения об их низкой значимости в актуальном восприятии рабочего места.

С целью проверки гипотезы о том, что в представленности психологических ресурсов рабочего места: функциональности, социального взаимодействия, эмоционального комфорта и профессиональной идентичности у респондентов с разным уровнем субъективного благополучия, профессионального выгорания и формата работы могут быть выделены различия, мы проанализировали особенности репрезентации рабочего места респондентами с разным уровнем благополучия, выгорания и разным форматом работы (офис, гибрид и удаленный формат).

По уровню психологического благополучия было выделено две группы: с низким и средним уровнем благополучия. Респонденты первой чаще изображали рабочую технику (13 %), столы (13 %), растения и окна (по 10 %); не рисовали людей, двери, животных, другие помещения, продукты и климатическую технику (0 %). В описаниях респонденты чаще упоминали вид из окна (16 %), при этом животные, другие помещения, продукты, климатическая техника, стены, предметы для уюта, солнце, другая мебель не характеризовались (0 %).

Респонденты со средним уровнем благополучия изображали все элементы: чаще – рабочую технику и столы (11 %); реже – климатическую технику (1 %). В описаниях чаще они упоминали продукты (11 %) и рабочую технику (10 %), при этом все элементы рисунков были представлены в описаниях.

Представим сказанное наглядно (таблица 4, рисунок 3).

Таблица 4. Распределение веса шкал среди респондентов с разным уровнем психологического благополучия (%)

Table 4. Distribution of Scale Weights among Respondents with Different Levels of Psychological Well-Being (%)

	Элемент на рисунке		Элемент в описании
Уровень благополучия	Низкий	Средний	Низкий	Средний
Функциональность	48	44	37	38
Социальные взаимодействия	3	7	5	5
Эмоциональный комфорт	42	48	47	55
Профессиональная идентичность	6	2	11	2

■ Низкий уровень благополучия

■ Средний уровень благополучия

Рисунок 3. Распределение веса шкал среди респондентов с разным уровнем психологического благополучия (%)

• Figure 3.    Distribution of Scale Weights among Respondents with Different Levels of Psychological Well-Being (%)

В разных по уровню психологического благополучия группах доля представленности показателей психологических ресурсов рабочего места различна: для сотрудников со средним уровнем благополучия более значимыми являются показатели эмоционального комфорта и социальных взаимодействий, а для работников с низким – функциональность и профессиональная идентичность. Заметная тенденция – сужение перечня изображаемых и описываемых элементов в группе с низким благополучием, в то время как в репрезентации рабочих мест респондентами со средним уровнем благополучия представлены все выделенные шкалы.

Данные о том, что в группе респондентов с низким уровнем благополучия полностью отсутствуют изображения людей, других помещений, животных, а в описаниях отмечается низкая представленность единиц анализа, соответствующих шкале эмоционального комфорта, указывают на специфику сфокусированности сотрудников преимущественно на функциональных аспектах восприятия рабочего места.

Еще одна тенденция – частое упоминание респондентами с низким уровнем благополучия в описаниях «вида из окна». Можно интерпретировать, что наличие его, возможно, является единственным ресурсом восстановления для них на рабочем месте.

Элементы рисунка и единицы анализа описаний, составляющих шкалу функциональности, представлены в обеих группах с близкой частотой, что свидетельствует об инвариантном характере их ресурсности для сотрудников с разным уровнем благополучия.

По уровню профессионального выгорания были выделены три группы: с низким, среднем и высоким уровнем выгорания.

Респонденты с низким уровнем выгорания изображали все элементы: чаще – рабочую технику (12 %) и стулья (11 %); реже – людей, предметы для создания уюта и личностно-ориентированные предметы и двери (1 %). В описаниях чаще упоминались окна (12 %) и рабочая техника (10 %); отсутствовали профессиональные атрибуты (0 %).

Респонденты со средним уровнем выгорания чаще изображали рабочую технику и стулья (10 %); не рисовали людей (0 %). В их описаниях чаще упоминались стены (14 %) и удобная мебель (11 %); вообще не шла речь о климатической технике, видах из окна, животных и столах (0 %).

Респонденты с высоким уровнем выгорания чаще изображали на своих рисунках рабочую технику, столы и стулья (12 %); не использовали фигуры людей, не помещали в композицию предметы для создания уюта и личностно-ориентированные предметы, двери, другие помещения, продукты, климатическую технику (0 %). В описаниях участников чаще упоминалась рабочая техника, столы и стулья, растения, окна и виды из окон, другая удобная мебель, источники искусственного освещения (11 %); игнорировались профессиональные атрибуты, двери, другие помещения, продукты, климатическая техника, солнце, предметы для уюта, стены (0 %).

Совокупно данные представлены в таблице 5 и на рисунке 4.

Таблица 5. Распределение веса шкал среди респондентов с разным уровнем профессионального выгорания (%)

■ низкий уровень выгорания ■ средний уровень выгорания ■ высокий уровень выгорания

Рисунок 4. Распределение веса шкал среди респондентов с разным уровнем профессионального выгорания (%)

Table 5. Distribution of Scale Weights among Respondents with Different Levels of Professional Burnout (%)

	Элемент на рисунке			Элемент в описании
Уровень выгорания	Низкий	Средний	Высокий	Низкий	Средний	Высокий
Функциональность	44	47	44	36	48	42
Социальные взаимодействия	5	9	9	4	3	5
Эмоциональный комфорт	50	40	47	58	42	53
Профессиональная идентичность	2	5	0	3	6	0

• Figure 4.    Distribution of Scale Weights among Respondents with Different Levels of Professional Burnout (%)

Для сотрудников с разным уровнем профессионального выгорания иерархия показателей значимых психологических ресурсов выглядит следующим образом: для имеющих низкий уровень профессионального выгорания, в первую очередь, значимыми являются ресурсы эмоционального комфорта и функциональности, а затем социальных взаимодействий и профессиональной идентичности; для сотрудников со средним уровнем выгорания наиболее важным является ресурс функциональности, затем – эмоционального комфорта и профессиональной идентичности. В иерархии значимых психологических ресурсов сотрудников с высоким уровнем профессионального выгорания доминируют эмоциональный комфорт и функциональность.

Можно выделить несколько тенденций: во-первых, по мере нарастания выгорания сужается фокус воспринимаемых психологических ресурсов рабочего пространства. Ресурсы функциональности рабочего места остаются стабильным инвариантным ядром репрезентации (10–12 % во всех группах). Во-вторых, что касается «периферийных» ресурсных возможностей рабочего места, то наблюдается некоторый сдвиг фокуса описания с акцентом на теме «окна» в группе с низким уровнем выгорания (12 %), на «стенах» – при среднем уровне выгорания (14 %) и на множестве «деталей» из разных ресурсных групп – при высоком уровне выгорания (11 % по 7 элементам). Возможно, «окна» и «стены» обладают специфической ресурсной значимостью для «удержания» фокусировки индивидов на выполнении рабочих задач в группах субъектов с разным уровнем профессионального выгорания. Что касается респондентов с высоким уровнем профессионального выгорания, то можно констатировать их фиксацию на различных элементах пространственной среды рабочего места с утратой целостного образа, имеющего ядерную и периферийную составляющие. В-третьих, полное отсутствие в описаниях единиц анализа, соответствующих шкале профессиональной идентичности, на полюсах выгорания (низком и высоком) может указывать на разные формы диссоциации с профессиональной ролью: как позитивную (наличие «баланса между жизнью и работой» при низком выгорании), так и негативную (эмоциональное отчуждение при высоком).

По формату работы были выделены три группы респондентов: осуществляющие свою трудовую деятельность в офисе, в гибридном формате и работающие удаленно (таблица 6, рисунок 5).

Таблица 6. Распределение веса шкал среди респондентов с разным форматом работы (%)

Table 6. Distribution of Scale Weights among Respondents with Different Work Formats (%)

	Элемент на рисунке			Элемент в описании
Формат работы	Офис	Гибрид	Удаленный	Офис	Гибрид	Удаленный
Функциональность	33	43	48	37	36	47
Социальные взаимодействия	8	5	4	5	8	0
Эмоциональный комфорт	44	35	48	40	38	53
Профессиональная идентичность	3	2	0	5	2	0

■ офис ■ гибрид ■ удаленный формат

Рисунок 5. Распределение веса шкал среди респондентов с разным форматом работы (%)

• Figure 5.    Distribution of Scale Weights among Respondents with Different Work Formats (%)

Респонденты первой группы чаще изображают рабочую технику и виды из окна (11 %); игнорируют в своих рисунках людей и искусственные источники света (0 %). В описаниях перечисляют рабочую технику и продукты (11 %) и совсем не упоминают вид из окна, искусственные источники света и людей (0 %).

Респонденты, работающие в гибридном формате, обращают свое внимание на рабочую технику (11 %) и продукты (10 %); не изображают на своих рисунках они виды из окна, искусственные источники света (0 %). В описаниях к ним превалируют характеристики рабочей техники, продуктов (11 %) и предметов для создания уюта (10 %); не упоминают в сопроводительном тексте такие участники исследования виды из окна и искусственные источники света (0 %).

Респонденты, работающие удаленно, чаще изображают на своих рисунках рабочую технику и продукты (15 %); не изображают виды из окон, искусственные источники света, людей и профессиональные атрибуты (0 %). В описаниях они чаще упоминают рабочую технику (16 %), столы и стулья, животных, продукты и предметы для создания уюта (11 %); игнорируют виды из окна, искусственные источники света, людей, двери, стены, профессиональные атрибуты, другие помещения и солнце (0 %).

Для участников исследования, которые трудятся в разных форматах, иерархия значимости психологических ресурсов рабочего места различна. Для офисного персонала значимы ресурсы эмоционального комфорта, функциональности, социального взаимодействия и профессиональной вовлеченности. Для работников гибридного формата наибольшая значимость – ресурс функциональности, эмоциональный комфорт, социальные взаимодействия и профессиональная идентичность. Сотрудники, работающие на «удаленке», в качестве важных для них ресурсов рабочего места обозначают функциональность и эмоциональный комфорт, как минимально значимые – социальные взаимодействия, а показатели ресурсов профессиональной идентичности в рисунках респондентов этой группы не представлены.

Более детальный анализ элементов созданных участниками исследования изображений и единиц анализа описаний позволяет выделить следующие тенденции. Во-первых, обнаруживается специфичность психологической ресурсности «вида из окна»: от значительной представленности этого элемента на рисунках сотрудников офиса до его полного отсутствия у работников с гибридным и удаленным форматом трудовой деятельности. Это позволяет предположить, что окно как источник внешней стимуляции и метафора «выхода вовне» является неотъемлемой частью офисной репрезентации рабочего пространства. Во-вторых, по мере исчезновения «вида из окна» из описаний респондентов в них отмечается повышение значимости бытовых элементов, составляющих содержание шкалы эмоционального комфорта. Частота изображения на рисунках «продуктов» увеличивается от «офиса» к «удаленке» (максимальный показатель – 15 %), а вербализация «предметов для уюта» появляется только у гибридных и удаленных работников. Это может интерпретироваться как компенсаторное насыщение непосредственного окружения элементами эмоционального комфорта, когда рабочее пространство сливается с личным. В-третьих, во всех группах абсолютно доминирует «рабочая техника», что подтверждает ее статус смыслового и инструментального центра. Однако для работников удаленного формата этот фокус становится тотальным: из описаний полностью исчезают структурные элементы пространства (стены, двери, другие помещения, солнце). Образ рабочего места редуцируется до минимальной схемы: «инструмент (техника) в окружении ресурсов для автономного функционирования (продукты, уют, животные)».

Примечательно, что элемент «люди» отсутствует в рисунках офисных и удаленных работников. Это ставит вопрос о том, является ли социальный аспект имплицитной характеристикой офиса (и потому не изображаемой), или же репрезентация работы как таковой в принципе не центрирована на социальном взаимодействии в прямой визуальной форме.

Полученные результаты показывают, что рабочее место является многомерным психологическим ресурсом, структура которого зависит от индивидуальных (уровень психологического благополучия и профессионального выгорания) и контекстуальных (формат работы) факторов. Доминирование эмоционального комфорта и функциональности отражает базовую потребность сотрудников в безопасной, предсказуемой и эффективной среде, способствующей как продуктивности труда, так и психологическому восстановлению.

Заключение . Несмотря на небольшой объем выборки, мы провели анализ описательной статистики полученных данных, а также использовали критерии Краскела – Уоллиса и Манна – Уитни для проверки гипотез о значимых различиях между представленностью в рисунках и описаниях показателей выделенных шкал: функциональности, социального взаимодействия, эмоционального комфорта и профессиональной идентичности в разных группах респондентов. Первичная описательная статистика, а также сравнение групп с помощью критериев Краскела – Уоллиса и Манна – Уитни для независимых выборок были реализованы с использованием программы Jamovi (версия 2.4.11.0).

По всем анализируемым шкалам (функциональность, социальное взаимодействие, эмоциональный комфорт, профессиональная идентичность) в рисунках респондентов нет значимых различий между группами, различающимися по уровням выгорания, формату работы. Полученные p-значения были существенно выше общепринятого уровня значимости 0,05 (критерий Крас-кела – Уоллиса). Описания рисунков у респондентов с низким уровнем психологического благополучия свидетельствуют о значимой выраженности показателей шкалы профессиональной идентичности (p = 0,047, критерий Манна – Уитни). Можно предположить, что люди с низким уровнем психологического благополучия, описывая комфортное рабочее место, акцентируют внимание на профессиональной роли и атрибутах своей трудовой деятельности, компенсируя «дефициты» благополучия в других сферах жизни.

В целом, полученные в результате анализа значимых различий данные позволяют заключить, что для проведения дальнейших исследований требуется увеличить объем выборки, обратить внимание на фактор индивидуальных различий респондентов, а также на сложный характер связи между воспринимаемыми характеристиками комфортного рабочего места и такими переменными, как психологическое благополучие, профессиональное выгорание и формат работы сотрудников.

В качестве перспективных направлений научных изысканий мы выделяем следующие: во-первых, корректировка дизайна исследования с учетом сбалансированности выборки, очередности предъявления методик и формулировки инструкции для рисунка; во-вторых, разработка и валидизация формализованной системы кодирования рисунка; в-третьих, более глубокое изучение таких обнаруженных явлений, как соотношение и динамика «ядра» и «периферии» в репрезентации рабочего места, феномена «вид из окна» в контексте проблемы психологических ресурсов рабочего места.