Философия и искусство: единство смысла и многообразие форм

В истории литературы американский писатель Марк Твен известен, прежде всего, рассказом об увлекательных событиях из жизни Тома Сойера и Гекельберри Финна. Однако в творчестве писателя есть не менее увлекательное повествование, которое посвящено образному описанию смысла сложнейших философских систем, принадлежавших известным мыслителям прошлого. Можно сказать, что в романе «Таинственный незнакомец» М. Твену удалось практически реализовать теоретическую концепцию советского философа, филолога Я.Э. Голо-совкера, утверждавшего, что философия и искусство непосредственно связаны между собой. Две сферы творческой мыследеятельности человека объединяет процесс создания концептуальной системы, основанной на постижении и воплощении смыслообразов .

Если в философии мыслители ориентированы на постижении смысла и воплощении его в понятийной структуре, которая, зачастую, бывает символичной и требующей новых терминов, то в искусстве осуществляется создание образов как художественной формы текста, являющей смысл. «В то время как Имагинативный глаз (эстетический, художественный – С.К.) созерцает мир непосредственно, воплощая его суть в образы или идеи, – пишет Я.Э. Голосовкер, – и в них усматривает его смысл, рационалистический глаз (философский, научный – С.К.) созерцает мир через систему логических линз, которые переворачивают сначала созерцаемое ногами вверх и только после ставят это перевернутое изображение ногами вниз, т.е. снова его переворачивают, изъяв из него всю его реальность» [1, с. 153].

Другими словами, смыслообразы определяют содержание феномена понимания человека, который наряду с другими феноменами, такими как свобода, совесть, вера, судьба, характеризует его сущность. Согласно концепции Я.Э. Голо-совкера, понимание не существует как некая субстанция, статичная и неизменная в своей истинности. Будучи потоком, понимание пронизывает всю ткань Вселенной, наполняя ее духовностью. Человек способен актуализировать понимание как феноменальную, уникальную способность только в творческом процессе има- гинации (воображения), оперируя смыслообра-зами. Понимание не может существовать в форме статичного знания, которое всегда предметно и чувственно детерминировано. Только в процессе разумности мышления, характеризующегося имагинативной логикой, понимание высвечивает разные грани смыслообраза, согласовывая несочетаемое, противоречивое в своей сути.

Об этом, в частности, писал А.П. Каждан, исследователь творчества Я.Э. Голосовкера, утверждая, что «смыслообразоказывается своего рода актом духовного упорядочения Вселен-ной…На этом в принципе строится все человеческое понимание и взаимопонимание в самых различных и нередко конфликтующих между собой формах – в мифологии, искусстве, религии, философии, науке. И сам мучительный дар понимания, – дар, строящийся на фиксировании и циркуляции смыслообразов, привносится человеком как некое особое, специфически человеческое качество в необъятную целостность Вселенной» [2, с. 11].

Вот такой смыслообразный характер носит роман Марка Твена «Таинственный незнакомец». Автор в образе Сатаны, через его диалог с главным героем передает смысл учений, раскрывая перед ним Вселенную, построенную на отвлеченных знаниях этих философских систем. На страницах романа встречается следующее размышление Сатаны о человеке и его судьбе: «Люди не понимают, что любой их поступок, крупный или ничтожный, одинаково важен в их жизни… Конечно, практически человеку не дано уйти от поступка, который ему предназначен; этого никогда не бывает. Когда человеку кажется, будто он принимает решение, как ему поступить, так ли, иначе, то колебания эти входят звеном в ту же цепь, и решение его обусловлено. Человек не может порвать свою цепь» [3, VII]. Смысл цитаты отсылает нас к учению стоиков, которое возникает в III в.до н.э.. Философы этого направления были убеждены в том, что в жизни человека всё предопределено, и если он совершает какое-то действие, поступок или же возникает только мысль об этом поступке, то так располагает его судьба, и каждый обязан подчиняться уготованной ему судьбе, ибо таков закон мироздания. Вспоминается известная фраза стоиков: «Кто согласен, того судьба ведёт, кто не согласен, того она тащит».

Как считают стоики, человек в своей сущности несвободен. Всё в мире подчинено Богу, пребывает в абсолютной гармонии и стройном порядке, и человеку, который является непосредственно частью этого мира, необходимо осознать, что свободой как таковой он не обладает. Это необходимо для того, чтобы быть беспристрастным, пребывать в состоянии апатии – а ведь именно человеческие страсти и сомнения при том или ином выборе, в чем, собственно, и проявляется свобода, являются главным источником несчастий. Конечно, удивительным может считаться тот факт, что Бог у стоиков существует, – и они даже доказывают его существование, – Он премудр и есть Высший Разум, Который управляет миром. Философ-стоик Клеанф, по сути, впервые приводит «онтологическое доказательство» бытия Бога: «Если одна природа лучше другой, то существует и некая наилучшая... Следовательно, Бог существует» [4, IX, c. 88, 91]. Но человек в отличие от других живых существ наделен разумом, а свободой не обладает.

Отсутствие свободы, которая, согласно стоикам, не характеризует сущность человека, уравнивает его со всеми другими существами. Обладая разумом, человек может познавать мир, причем его познание, будучи рациональным, системным, существенно отличается от познания животных, которое является чувственным. Однако,познавая мир, в том числе получая знание о добре и зле, субъект неизбежно будут пребывать в состоянии отчаяния, уныния. Не случайно далее на страницах романа Марк Твен пишет о пессимиз-ме.Выражаясь словами Сатаны, который, собственно, и является неким таинственным незнакомцем, автор утверждает, что человек – это машина для страданий и радостей, как единая сложная система, которая включает в себя два механизма. Если один механизм зарегистрировал радость, то от второго обязательно следует ожидать боль и несчастье. «У большинства людей, – говорит Сатана, – жизнь строится так, что горя и радостей приходится поровну. Там, где такого равновесия нет, преобладает несчастье. Счастье – никогда» [3, VII].

Утверждения Сатаны, по сути, соответствуют философии пессимизма А. Шопенгауэра. По его словам из произведения «Мир как воля и представление», жизнь человека не обладает должной ценностью, и поэтому смысл жизни человека – это страдания, ведь совокупность страданий во много раз превышает совокупность получаемых от жизни наслаждений. Женщины приносят мужчинам радость и счастье, и именно потому они, в своей сущности, бесполезны. Хотя А. Шопенгауэр относился к любви очень серьезно. Как утверждал философ, любовь господствует над жизнью, – это то, что движет человеком к продолжению рода и влияет на формирование следующего поколения. Из этого следует вывод, что полноценным счастьем человеку обладать не только невозможно, но и вовсе бессмысленно [5, §39].

Единственный способ достичь счастья – это впасть в безумие, потерять напрочь разум и утратить нравственное чувство, которое коренится в сердце каждого человека. Другими словами, человек может стать полностью счастливым только в том случае, если перестанет быть человеком в сущности, и его жизнь в таком случае будет подобна жизни животных сообществ. Тогда, следовательно, человек будет в гармонии с природой, с животным миром, не причиняя ему вреда и не нарушая его целостность. Но эта точка зрения очевидно обманчива. Заметно, что Сатаной ложь возводится в систему. Ведь достигнуть полноценного счастья, тем самым, заставить оба механизма сознания вырабатывать радость, игнорируя абсолютно при этом печаль, уныние и всякого рода страдание, вполне осуществимо для человека.

Одним из способов обретения такого счастья, как отмечает Шопенгауэр, – привнося тем самым, как ни странно, в свой пессимизм определенную долю оптимизма и значительную долю истинности, – одним из способов является путь буддийских монахов, или путь мудрецов. Эти люди живут в одиночестве, дабы оградить себя от внешнего мира, они могли героическими усилиями преодолеть требования воли к жизни, обуздать свои желания и страсти (естественные внутренние стремления к корысти, сексу, славе) [5, §63]. Разумеется, только небольшое количество представителей любого поколения, – признает Шопенгауэр, – станет жить так. Поэтому существует и второй способ – более доступный и реалистичный – это постижение искусства и философии. Хотелось бы отметить, что путь мудрецов, или монахов, о котором говорит Шопенгауэр, по своей сути очень схож с принципами стоицизма. Для стоиков – возвышение над собственными страстями считаетсяединственно верным путем избавления человека от всех несчастий и страданий. Но стоицизм предполагает отсутствие свободы человека, и именно на этом делается акцент, в то время как у Шопенгауэра совсем иные цели.

Удивительны размышления Сатаны о нравственности человека, именно этими размышлениями он делится с главным героем – молодым человеком, только вступающим в жизнь. Сатана говорит о том, что нравственное чувство не нужно человеку, более того, оно только его обличает, позорит, низводит до уровня самого низшего из одушевленных существ. Более того, это духовное чувство является источником всякого зла, совершения ужаснейших дел. А вот животные зла не знают, они никогда не будут жестокими: если они же и причиняют кому-то боль, то делают это неосознанно, потому что у них нет свободы, нет нравственного чувства. Но перед человеком стоит выбор, выбор поступить хорошо или плохо. И в девяти из десяти случаев, как говорит Сатана, человек обязательно поступит плохо. В этом есть проявление противоречивости и нелогичности человека.

Не трудно догадаться, что причина нелогичного решения человека заключается в том, что поступить плохо легче, чем сделать добро. Это обуславливается разными обстоятельствами: например, добрый поступок может не соответствовать моральным принципам, мнению общества, возникает страх перед выбором, страх последствий, которые могут нанести безусловный ущерб социальному статусу человека; или же, сделав добро, совсем не заработаешь денег, на то оно и добро – когда поступаешь не из корыстных целей, а из любви, – а люди, как известно, непрерывно стремятся к собственному обогащению, притом нередко предавая других ради подобных целей, предвзято относясь друг к другу. Поступая нравственно, человек обрекает себя на мучения и страдания. В то время как душа человека пребывает в состоянии так называемого возвышения.

Пессимизм А. Шопенгауэра имеет смысл, только если считать, что именно по этой причине стра- дания являются смыслом человеческой жизни. Хотя, возможно, это лишь одно из объяснений его теории, помимо воли к жизни. Марк Твен, затрагивая вопрос о нравственном чувстве, тем самым давая ясность, что свобода как такова человеку не нужна так же, как и само нравственное чувство, полагает, что высшие животные гораздо лучше человека в нравственном отношении, и человек, который носит характер существа, наделенным разумом, попросту не достоин такого звания. «Когда зверь причиняет кому-либо боль, – пишет М. Твен, – он делает это без умысла, он не творит зла, зло для него попросту не существует. Он никогда не причинит никому боли, чтобы получить от того удовольствия; так поступает только один человек» [3, V].

Вспоминается известная фраза Ф. Ницше о критике материализма: «Человек – не ставшее животное» [6]. И здесь М. Твен и Ф. Ницше приходят к единому умозаключению. Человек также может совершать абсолютно любые поступки, идущие во вред не только другим людям, но и самому себе. К примеру, животные никогда бы не стали убивать себя ради получения определенного рода удовольствия, как делаем это мы – люди, когда употребляем алкоголь, наркотики, энергетические напитки. Инстинкты, по которым живут существа, единые с природой, в данном случае играют роль более значимую, чем свобода человека, которая может быть направлена во зло.

И последнее философское учение, которое можно найти на страницах повести, отсылает нас к Д. Беркли, британскому философу и епископу. А точнее, к его солипсизму – отрицанию объективной реальности и признанию существования только своей души, ума, собственного Я. Более того, Д. Беркли считал, что мы находимся внутри мышления огромного существа, который выражен в форме Вселенной, и живем только как его мысли [7, §146–149]. М. Твен утверждает, что человек – это мысль, но только существует она посреди бесконечной пустоты.«Нет ничего, кроме пустоты и тебя. Но ты – это тоже не ты. Нет ни тела твоего, ни крови твоей, нет костей твоих – есть только мысль» [3, XI].

Говоря о солипсизме, хотелось бы отметить один интереснейший момент. М. Твен в своем произведении выразил очень глубокую, но, к сожалению, очень не прозрачную мысль. Сатана говорит главному герою, что человек является не просто мыслью, существующей в бескрайней пустоте, всё в этом мире – это не что иное, как сон: «Бог, человек, вселенная, солнце, россыпи звезд – все это сон, только сон» [3, XI]. И более того, и сам Сатана является сном, рожденным человеческой мыслью. Из этого можно сделать вывод, что человек сам выбирает, во что ему верить и чему следовать. Добру или злу. И для того, чтобы оградить человека от недобрых мыслей и плохих поступков, оградить себя от Сатаны, существует любовь. Любовь – это то, что ограничивает человека от зла. К сожалению, произведение М. Твена заканчивается, прямо скажем, трагично. Об этом свидетельствуют последние слова Сатаны:«Сейчас ты останешься один навсегда в необъятном пространстве и бу- дешь бродить по его бескрайним пустыням без товарища, без друга, потому что ты только мысль, единственная на свете; и никому не дано ни изгнать эту одинокую мысль, ни истребить ее. А я лишь покорный слуга твой, я дал тебе силу познать себя, дал обрести свободу. Пусть тебе снятся теперь иные, лучшие сны» [3, XI].

Главный герой по-настоящему не любил и не совершал добрых поступков, не ценил дружбу своих единомышленников, и именно поэтому к нему явился Сатана, проник в его сознание. И все-таки одна позитивная, действительно хорошая и верная мысль присутствует у М. Твена в «Таинственном незнакомце». Это фраза – «пусть тебе снятся теперь иные, лучшие сны» [3, XI].