Формирование городского пространства и культурной среды в деятельности местного самоуправления России на рубеже XIX-XX вв.

Актуальность темы исследования обусловлена необходимостью социально-философского анализа гендерных отношений в современной семье, которые в последнее время становятся важнейшим показателем цивилизованности общества. Целью статьи выступают рассмотрение процесса трансформации гендерных ролей и выявление их особенностей в семейно-гендерных отношениях в российской семье в условиях тенденций развития социума. Е.В. Юркова и И.С. Клецина определяют гендерные роли «как внешние проявления моделей поведения и отношений, которые позволяют другим людям судить о принадлежности индивида к мужскому или женскому полу. <…> Гендерные роли относятся к типу предписанных ролей. Статус будущего мужчины или будущей женщины приобретается ребенком при рождении, а затем в процессе гендерной социализации ребенок обучается исполнять ту или иную гендерную роль» [1, с. 299].

В связи со значительными преобразованиями в социально-экономической и политической жизни страны, повлекшими ощутимые изменения во всех социальных сферах, в том числе в семейной, многие ученые отстаивают идею кризиса семьи, исчезновения семейных ценностей. Принимая во внимание эту позицию, мы утверждаем, что семья переживает трансформации, но как социальный институт она продолжает занимать ведущее место в жизни общества, выполняя все предназначающиеся ей функции.

Научная новизна состоит в обосновании положения, что глобальные преобразования, повлиявшие на экономику и социокультурные процессы, обусловили возникновение новых стратегий в семейных отношениях и распределении семейно-гендерных ролей. В изменяющемся мире важное место занимает гендерная гибкость членов семьи, связанная с формированием новых взглядов на семейные стереотипы, создание новых (нетрадиционных) форм семейных отношений. Сегодня семью нельзя рассматривать как естественную гармоничную целостность, семейные отношения представляют собой сложный и динамично развивающийся процесс с внутренними противоречиями.

В современных условиях вектор семейных отношений сместился в сторону преобладания нетрадиционных форм семьи. Утрата родовым началом монополии над личностью приводит к осознанию духовной пустоты. В стремлении, выраженном в уходе от традиционных форм построения семьи к профессиональной самореализации, свободе в межличностных отношениях, человек оказывается в «экзистенциальном вакууме» (В. Франкл).

Проблема семьи и семейных отношений начиная со второй половины XX в. становится одной из центральных в социогуманитарном знании. В условиях глобальных трансформаций особого внимания требуют вопросы снижения ценности семьи в сознании современного человека, изучения нетрадиционных для России форм семейных отношений. Сегодня научные разработки носят, как правило, междисциплинарный характер и находятся в центре внимания демографов, психологов, социологов. В собранном ими богатом эмпирическом и исследовательском материале семья анализируется сугубо функционально в обход оценки ее сущности, культурных характеристик и т. д. Однако именно социально-философские исследования, авторы которых базируются на накопленном междисциплинарном материале и рассматривают семью как феномен социокультурной реальности, подсистему общества и особую сферу бытия человека, формируют целостную, динамичную картину научных позиций в отношении семьи, создают векторы дальнейшего ее развития. Являясь универсальной ценностью, семья выходит на уровень общечеловеческих ценностей, получает «общее ценностное значение» [2, с. 94].

Социально-философская наука накопила богатый опыт исследования семьи, однако остаются не до конца раскрытыми вопросы, связанные с будущим семьи, особенностями ее трансформации и распределения гендерных ролей в сложившихся условиях, зависимостью семейных отношений от культуры, ментальности этноса и т. д. Отметим, что многие из указанных проблем исследуются представителями отечественной и зарубежной науки. Так, С.Г. Айвазова, Ш. Берн, Г.А. Брандт, Е.А. Здравомыслова, А.А. Тёмкина, Н.М. Римашевская сконцентрировали внимание на аспектах семьи советского и постсоветского периодов, доминирования культуры в формировании гендерных стереотипов и ролей [3]. Философскому осмыслению проблем возникновения новых моделей семейных отношений в современных экономических, социальных и культурных условиях посвящены работы С.А. Булгаковой, А.В. Вороновой, О.А. Ворониной, С.А. Ляушевой, В.Я. Нагевичене, М.Э. Юрдановой и др. [4].

Для анализа поставленной в статье проблемы применена концепция социального конструирования реальности П. Бергера и Т. Лукмана [5]. Согласно данной теории, представления человека о мире имеют большое значение в конструировании социальной реальности, которая является одновременно объективной и субъективной. Именно в рамках социально-конструктивистского подхода гендерные роли следует рассматривать как сконструированные отношения, в которых мужчина и женщина занимают доминирующую или подчиненную позицию. Социально-философский анализ в соответствии с нашей методологической позицией соединен с междисциплинарным и аксиологическим подходами (при изучении ценностных приоритетов семейно-гендерных отношений и распределений гендерных ролей).

Сегодня перед российской семьей встают проблемы, мобилизующие как материальные ее ресурсы, так и психологическо-адаптационные. Ю.С. Задворнова отмечает: «Успешность решения этих проблем во многом зависит от того, на выполнение каких гендерных ролей ориентируются супруги, в какой степени они берут на себя ответственность за материальное обеспечение семьи, воспитание и образование детей, решение бытовых проблем, каким образом выбранные семьей жизненные стратегии соотносятся со сложившимся способом распределения властных полномочий между супругами» [6, с. 33].

Существуют различные модели распределения гендерных ролей в семье. Прежде всего необходимо указать на патриархальную модель, доминирующую на протяжении нескольких веков, основной характеристикой которой является выраженное разделение семейных функций между мужем и женой.

Советская модель основывалась на провозглашенной правительством политике гендерного равноправия и «государственном патернализме» в отношении женщины-труженицы. Формально данная модель отвергала доминирующую роль мужчины в семье и предполагала равное выполнение супругами всех функций. На деле это часто игнорировалось, прежде всего относительно воспитания детей и ведения домашнего хозяйства, что по-прежнему оставалось функцией женщины. Таким образом, особенность советской модели состояла в «двойной занятости» женщин и неравноправном распределении домашних обязанностей.

Глобализационные изменения привели к трансформации традиционных семейных ценностей в российском обществе. Сегодня в условиях повышенной роли образования, стремления к профессиональному и карьерному росту наблюдается снижение интереса к семейным ценностям. В результате формируется бикарьерная модель гендерных ролей, когда, отодвигая семейные обязанности на второй план, супруги стремятся в начале совместной жизни достичь успехов в профессии, перекладывая семейные обязанности на других. В отличие от бикарьерной эгалитарная модель предполагает равное участие в профессиональной деятельности и выполнении домашних обязанностей. В семьях подобного типа отсутствует глава семьи, все вопросы по воспитанию детей, отдыху и иные решаются совместно.

Исследования показали, что советская модель распределения гендерных ролей хотя и в небольшой степени, но продолжает существовать и сегодня, поскольку в сознании россиян, особенно зрелого возраста, еще живы традиционные представления о предназначении мужа и жены в семье. Таким образом, в современной российской семье присутствует сочетание различных гендерных ролей, эгалитарные ценности сосуществуют с патриархальными и советскими.

В 80-х гг. XX в. И.С. Кон отмечал, что российская семья постепенно продолжает трансформироваться в сторону эгалитарности. Это обусловило «перемены и в культурных стереотипах маскулинности/фемининности, которые стали сегодня менее отчетливыми и полярными» [7, с. 48]. Подтверждением данному тезису служит современная гендерная реальность, где наблюдается смешение стереотипов женственности и мужественности.

Действительность диктует появление новых отношений между полами. В связи с большими достижениями современной медицины по смене пола и сексуальным либерализмом наблюдается размывание половой бинарности как нормы. Вслед за этим происходит изменение гендерных ролей. Л.И. Украинка отмечает, что «бинарная» гендерная парадигма перестает быть аксиомой человеческого бытия. Таким образом, если в «начале XIX в. существовала эссенциа-листская модель формирования гендера, то в XX в. ей на смену пришла конструктивистская, – которая в XXI в. сменилась квир-теорией» [8]. Это означает, что «любая идентичность может изобретаться или переформулироваться ее носителем, можно стать квир по выбору» [9].

Сходные процессы наблюдаются сейчас и в России. Сегодня утверждаются новые типы семейных союзов с установкой на формирование новых гендерных ролей. В.Я. Нагевичене выделяет следующие типы семьи с альтернативными вариантами: патриархальная, детоцентриче-ская, внебрачные семьи или альтернативные браки. Последний тип включает в себя материнскую семью, внебрачную неформальную полную семью (конкубинат), неполную семью, «годвин-брак», однополую семью и др. [10, с. 190].

Однако заметим, что, несмотря на плюрализм жизненных установок и культурных стереотипов современного человека, приведших к отходу от патриархальной модели семьи в сторону формирования новационных семейных отношений, в российской семейной практике не потеряли значения традиционные установки. Ю. Лежнина утверждает, что «традиционалистские паттерны укоренены в нашем обществе. И сколько бы мы ни говорили о модернизации, в том числе в семейной сфере, об эмансипации, о роли женщин и о том, что мы точно идем в сторону выравнивания позиций мужчин и женщин в вопросах распределения ролей в принятии решений в семье, скорее, мы пока нащупали какую-то точку равновесия. Да, безусловно, модели вариативны, и мы ищем разные опции, но доминирует в нас традиционная установка» [11]. Это еще раз подтверждает необходимость дифференцированного подхода к решению актуальной на сегодняшний день проблемы. При исследовании важен учет не только внутрисемейного климата, но и социально-экономических отношений в обществе, прогнозирования развития института семьи.

Таким образом, в условиях высокого темпа жизни, практицизма современных людей, массовых установок на карьерный рост и получение прибыли, стремления к выгоде и целесообразности наблюдается трансформация гендерной типизации в сторону норм, допускающих расширение «диапазона» моделей семейно-гендерных отношений. Модификации семьи не приводят к ее исчезновению. Оставаясь в высшей степени важным институтом общества, семья навсегда закрепила за собой миссию объединять свободных и равноправных людей, разделяющих домашние функции и не ограничивающих профессиональное и духовное развитие друг друга.

Практический смысл настоящего исследования состоит в том, что представленный в нем материал будет способствовать расширению понимания и правдивому восприятию социокуль- турной ситуации в обществе. Кроме этого, выводы и результаты могут быть применены при обосновании способов преодоления кризиса семейных отношений, возникающих в процессе глобальных преобразований российского социума.

Ссылки:

• 1.    Гендерная психология / под ред. И.С. Клециной. 2-е изд. СПб., 2009. 496 с.

• 2.  Столович Л.H. Об общечеловеческих ценностях // Вопросы философии. 2004. № 7. С. 88–96.

• 3.  Айвазова С.Г. Гендерный дискурс в поле консервативной политики // Женщина в российском обществе. 2017.

• 4.    Булгакова С.А. Кризис семьи и традиционных устоев в современном обществе // Инновационная наука. 2016. № 5-1 (17). С. 215–217 ; Воронова А.В. Гендерная психология: некоторые проблемы и перспективы // Ярославский педагогический вестник. 2018. Т. 1. С. 139–147 ; Воронина О.А. Гендерный поворот в философской антропологии // Наука, образование и культура. 2017. № 8 (23). С. 26–31 ; Ляушева С.А. Влияние модернизации общества на институт семьи // Вестник Адыгейского государственного университета. Сер. 1: Регионоведение: философия, история, социология, юриспруденция, политология, культурология. 2010. № 2. С. 105–110 ; Нагевичене В.Я. Гендерные ролевые девиации как факторы кризиса семьи // Вестник ЮУрГУ. Сер.: Социально-гуманитарные науки. 2012. № 10 (269). С. 189–192 ; Юрданова М.Э. Семья в фокусе современных социальных проблем общества // Научные ведомости БелГУ. Сер.: Философия. Социология. Право. 2010. № 2 (97). С. 344–347.

• 5.    Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания. М., 1995. 323 с.

• 6.    Задворнова Ю.С. Тенденции трансформации гендерных ролей в современной российской семье // Женщина в российском обществе. 2013. № 2 (67). С. 32–40.

• 7.   Кон И.С. Психология половых различий // Вопросы психологии. 1981. № 2. С. 43–57.

• 8.  Украинка Л.И. Гендерная идентичность и гендерные роли в современной семье в условиях глобальных тенденций

  развития общества // Психологические проблемы современной семьи : сборник тезисов VI Международной научной конференции. Екатеринбург, 2015. С. 717–725.

• 9.    Кон И.С. Лики и маски однополой любви. Лунный свет на заре. М., 2006. 574 с.

• 10.    Нагевичене В.Я. Указ. соч. С. 190.

• 11.    Лежнина Ю. Что происходит с гендерными ролями и семьей в современной России? [Электронный ресурс] // Коммерсантъ. URL: https://www.kommersant.ru/doc/3804532 (дата обращения: 07.03.2021).

№ 4 (85). С. 3–13. ; Берн Ш. Гендерная психология : пер. с англ. М., 2004. 318 с. ; Здравомыслова Е.А., Тёмкина А.А. Двенадцать лекций по гендерной социологии : учебное пособие. СПб., 2015. 767 с. ; Гендерные стереотипы в меняющемся обществе. Опыт комплексного социального исследования / под ред. Н.М. Римашевской. М., 2009. 272 с.

Редактор: Тюлюкова Мария Олеговна Переводчик: Ханмамедова Виктория Рамизовна