Формирование государственной политики в сфере обеспечения экологической безопасности как условие устойчивого развития Российской Федерации

З а последние десятилетия человечество убедилось в том, что истощение природных ресурсов нашей планеты, а также происходящие глубокие климатические, ландшафтные и биологические изменения – это не выдумка ученых и представителей природоохранных организаций, а суровая реальность, в которой нам приходится жить. Негативные изменения естественной среды обитания человека наблюдаются на всех континентах. Последствия данных изменений ощущают на себе миллионы людей, причем не только в слаборазвитых странах, где зависимость от условий окружающей природной среды чрезвычайно высока, но и в государствах, обладающих значительными материальными и техническими возможностями. Биосферные изменения, являясь фактором развития цивилизации, в настоящее время представляют собой огромную проблему для всего мирового сообщества.

При этом, рассуждая о проблеме происходящих на Земле биосферных изменений, не стоит преувеличивать роль человека в данных процессах. По мнению ряда ученых, глобальное изменение климата и связанное с ним таяние ледников и вечной мерзлоты обусловлены космическими процессами, происходящими во Вселенной [1, с. 188; 2]. Однако недооценивать роль антропогенного фактора в процессах негативного изменения окружающей среды также нельзя, поскольку именно человек является основным потребителем природных ресурсов. При этом возрастающие материальные потребности человечества заставляют его все больше вторгаться в окружающую природу, нанося ей подчас непоправимый ущерб.

В настоящее время регенеративные способности окружающей среды не в состоянии компенсировать вредоносные последствия непродуманной человеческой деятельности, что ставит перед нашей цивилизацией вопрос о способах ее развития (да и вообще существования) в условиях имеющего место экологического кризиса.

Следует отметить, что негативные изменения в биосфере уже сейчас приводят к тяжелым последствиям. Во многих регионах мира (Южная и Юго-Восточная Азия, Африка и др.) ощущается недостаток пищи, воды, энергоносителей и других необходимых человеку природных ресурсов. Опустынивание, уменьшение площади плодородных земель и другие деградационные процессы приводят к голоду, болезням, массовой миграции населения. В свою очередь, это порождает социальные конфликты внутри обществ, а также напряженность в отношениях между государствами. Уже сейчас не редки вооруженные столкновения из-за доступа к жизненно необходимым ресурсам [3-5].

С учетом вышеприведенных обстоятельств несложно сделать вывод о том, что по мере нарастания негативных экологических изменений будут нарастать и их негативные социальные последствия, которые сами по себе способны поставить цивилизацию на грань катастрофы. В связи с этим в контексте развития человеческого общества экологический фактор выходит на первое место.

Осознание значимости экологического фактора в процессах цивилизационного развития, в первую очередь в процессах социально-экономического развития общества, обусловило возникновение ряда новых идей, которые по своей сути представляют собой новый тип мировоззрения, основанный на понимании корреляционной зависимости экономического прогресса и деградации окружающей среды. Одной из таких идей стала идея устойчивого развития, которая в настоящее время воспринимается мировым сообществом в качестве парадигмы, следование которой обеспечит экологически безопасное развитие человечества в ближайшей и отдаленной перспективе. Идея устойчивого развития направлена на ликвидацию зависимости между экономическим развитием общества и деградацией окружающей среды. Добиться этого можно путем перехода к экологически сбалансированным моделям производства и потребления. В данном случае экономический рост должен сопровождаться значительными инновационными преобразованиями в области создания и внедрения экологически безопасных, ресурсо- и энергосберегающих технологий, позволяющих существенно повысить эффективность использования природных ресурсов и в то же время уменьшить объемы образуемых отходов производства и потребления. Для нашей страны задача крайне непростая, предполагающая кардинальное перевооружение материально-технической базы большинства действующих предприятий и внедрение новых стандартов их деятельности. Однако иного варианта у нас попросту нет, поскольку хозяйственная емкость биосферы, по мнению целого ряда экспертов, уже превышена человеком, и дальнейшее освоение природных ресурсов в рамках старых подходов приведет к глобальной экологической катастрофе [6, с. 68-69; 7, с. 418; 8].

Практически любое влияние экономической деятельности на состояние окружающей среды яв- ляется негативным по отношению к ее качеству, поскольку приводит к усилению техногенной нагрузки [9]. Таким образом, избежать некоторых неблагоприятных последствий для окружающей среды даже в рамках технологического перехода к «чистым» производственным процессам вряд ли удастся. Поэтому еще более важное значение приобретают технологические решения,направленные на исправление последствий негативного воздействия на окружающую среду и способствующие решению проблемы повышения ее качества.

В вышеописанной ситуации основополагающая роль в процессе развития технологических инноваций должна отводиться органам публичного управления, как государственным, так и муниципальным, задача которых – формирование финансово-экономических условий, позволяющих преодолеть коренное противоречие современной экономической деятельности, заключающейся, с одной стороны, в необходимости поддержания темпов экономического роста, с другой – необходимости обеспечения экологической безопасности. В организационно-правовом аспекте необходимо сформировать систему, которая бы путем предоставления налоговых льгот, государственных субсидий, целевых кредитов и т.п. стимулировала разработку и внедрение инновационных технологий экологической направленности. При этом необходимо учитывать, что подобная организационно-правовая система может эффективно функционировать только в рамках государственной политики, рассчитанной на долгосрочный период. В противном случае все государственные мероприятия, направленные на развитие экоинновационных технологий, не дадут должного результата и превратятся в очередную «кампанейщину».

Справедливости ради следует отметить, что, ставя задачу перехода к устойчивому развитию, Российская Федерация изначально исходила из необходимости взаимоувязывания социально-экономического развития страны и государственной экологической политики, что объективно предполагает долговременный характер данного взаимодействия. Об этом можно судить исходя из текста Экологической доктрины Российской Федерации – документа, положившего начало формированию единой государственной политики в области экологии [10]. При этом очень скоро главной составляющей государственной экологической политики стало обеспечение экологической безопасности, что само по себе предполагает использование инновационных технологий экологической направленности.

Наращивание экономической деятельности, обусловливающее социально-экономическое развитие общества, вкупе с необходимостью обеспечения экологической безопасности предопределило при- нятие нормативных актов, имеющих существенное значение для формирования организационно-правового механизма обеспечения экологической безопасности. Одним из таких актов можно считать Основы государственной политики в области экологического развития Российской Федерации на период до 2030 года (утв. Президентом РФ 30.04.2012). Данный акт содержит развернутый перечень организационно-правовых механизмов реализации государственной политики в области экологического развития [11].

О формировании в нашей стране государственной политики непосредственно в сфере обеспечения экологической безопасности можно говорить с момента принятия Стратегии экологической безопасности Российской Федерации на период до 2025 года (далее – Стратегия) [12]. В Стратегии экологическая безопасность определяется приоритетом государственной деятельности при осуществлении различного рода мер, направленных на улучшение качества окружающей среды. В Стратегии предметно определена сфера государственной политики, направленной на сохранение и восстановление природной среды в условиях необходимости интенсификации промышленной деятельности как условия устойчивого социально-экономического развития, а также в условиях глобальных биосферных изменений. В этом стратегическом документе государственная политика официально определяется как «государственная политика в сфере обеспечения экологической безопасности», что является более конкретным выражением по сравнению с ранее использовавшимися понятиями «государственная политика в области экологии», «государственная политика в области экологического развития» и др.

В пользу организационно-правовой государственной политики в сфере обеспечения экологической безопасности говорят и указанные в Стратегии конкретные механизмы ее реализации:

• •    создание системы экологического мониторинга;

• •    информирование населения о гидрометеорологических и иных природных явлениях;

• •    доведение до населения информации о состоянии окружающей природной среды и уровнях ее загрязнения;

• •    внедрение в практику административноуправленческой деятельности комплексных экологических разрешений в отношении экологически опасных производств;

• •    создание системы экологических фондов, развитие которых провозглашено в Стратегии одним из приоритетных направлений обеспечения экологической безопасности.

В совокупности с экологической доктриной, основами государственной политики в области эко- логического развития, федеральными законами, регулирующими природоохранные отношения и отношения в сфере природопользования, Стратегия представляет собой юридическое выражение долговременной государственной политики в данной области. В свою очередь, государственная политика в сфере обеспечения экологической безопасности является основой устойчивого развития российской экономики и повышения уровня жизни населения в условиях негативных изменений в окружающей среде.

Таким образом, среди всех инструментов социально-экономического развития нашего общества указанная политика занимает основополагающее место.