Гигиеническая оценка рисков здоровью сотрудников службы скорой медицинской помощи в связи с курением табака (на примере г. Омска)

Буторин А.В.; Родькин В.П.; Ширинский В.А.; Butorin A.V.; Rodkin V.P.; Shirinskii V.A.

doi:10.21668/health.risk/2024.1.08

Гигиеническая оценка рисков здоровью сотрудников службы скорой медицинской помощи в связи с курением табака (на примере г. Омска)

Автор: Буторин А.В., Родькин В.П., Ширинский В.А.

Журнал: Анализ риска здоровью @journal-fcrisk

Рубрика: Оценка риска в гигиене

Статья в выпуске: 1 (45), 2024 года.

Бесплатный доступ

Результаты многих исследований свидетельствуют о наличии причинно-следственной связи между активным курением табака и рисками развития целого ряда заболеваний, среди которых наиболее распространены рак легкого и бронхов (C34) и ишемическая болезнь сердца (I25). Эти заболевания являются одной из основных причин смерти в трудоспособном возрасте. Осуществлена гигиеническая оценка рисков развития рака легкого и бронхов и ишемической болезни сердца в связи с активным курением табака. Объект исследования: медработники станций скорой медицинской помощи (на примере выборки по г. Омску). В соответствии с методическими рекомендациями МР 2.1.10.0033-11 «Оценка риска, связанного с воздействием факторов образа жизни на здоровье населения» рассчитаны индивидуальные значения дополнительного риска развития рака легкого и бронхов и ишемической болезни сердца. Курение является фактором риска для здоровья 27,5 % сотрудников службы скорой медицинской помощи, в том числе 42,5 % мужчин и 21,3 % женщин. В возрасте от 31 до 40 лет курят 66,7 % мужчин. Распространенность курения в женской части выборки не зависела от возраста. По результатам анализа риска установлено, что у курящих, в равной мере как для мужчин, так и для женщин (p > 0,1), наиболее вероятно развитие рака легкого и бронхов и ишемической болезни сердца; соответствующие медианные значения дополнительного риска составили 1,45E-05 и 9,0E-06. Среди лиц старше 40 лет доля лиц с неприемлемыми уровнями дополнительного риска развития этих заболеваний (> 1,4E-04) составила 43,3 и 53,3 % соответственно. Вероятность развития рака легкого и бронхов и ишемической болезни сердца находится в статистически значимой зависимости от интенсивности курения.

Еще

Гигиена, риск, курение, табак, заболеваемость населения, ишемическая болезнь сердца, злокачественные новообразования, медицинские специалисты

Короткий адрес: https://sciup.org/142240727

IDR: 142240727 | УДК: 613.84-037+614.23: | DOI: 10.21668/health.risk/2024.1.08

Hygienic assessment of health risks for employees of the Omsk ambulance service due to tobacco smoking

The results of many studies indicate that there is a cause-effect relationship between active tobacco smoking and risks of various diseases, lung and bronchial cancer (C34) and coronary heart disease (I25) being the most common among them. These diseases are one of the main causes of death in working age. The aim of this study was to perform hygienic assessment of risks of lung and bronchial cancer and coronary heart disease due to active tobacco smoking. Healthcare workers employed at the Omsk ambulance station were chosen as the research object. Additional risk levels were calculated for lung and bronchial cancer and coronary heart disease in accordance with the methodical guidelines MR 2.1.10.0033-11 Assessment of Risks Associated with Impacts of Lifestyle Factors on Public Health. Smoking was a health risk factor for 27.5 % of emergency medical services workers, including 42.5 % of men and 21.3 % of women. Sixty-six point seven percent of men aged between 31 and 40 years smoked. Prevalence of smoking among the females in the sample did not depend on age. The risk analysis revealed that smokers, equally men and women (p > 0.1) were the most likely to have lung and bronchial cancer and coronary heart disease. The corresponding median levels of additional risk equaled 1.45E-05 and 9.0E-06. The proportion of people with unacceptable levels of additional risks of the analyzed diseases (> 1.4E-04) equaled 43.3 and 53.3 % respectively among people older than 40 years. Likelihood of lung and bronchial cancer and coronary heart disease statistically significantly depends on the intensity of smoking.

Еще

Текст научной статьи Гигиеническая оценка рисков здоровью сотрудников службы скорой медицинской помощи в связи с курением табака (на примере г. Омска)

Наиболее распространенной формой употребления табака является курение. В табачном дыме обнаружены канцерогены и вещества с выраженными токсическими свойствами [1]. Табакокурение повышает риск респираторных инфекций из-за структурных изменений в дыхательных путях и снижения иммунного ответа [2, 3], является одной из основных причин развития хронических заболеваний бронхолегочной системы [3–12].

Среди курящих достоверно чаще регистрируются артериальная гипертензия и ишемическая болезнь сердца (ИБС) [6, 12]. Курение – один из основных факторов, определяющих прогноз смерти от

сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ) в современной популяции взрослого населения Российской Федерации (РФ) [8]. Табакокурение вносит основной вклад (более 90 %) в риски развития ИБС среди лиц, употребляющих табак и алкоголь [10]. В Австралии 25 % госпитализаций с острым коронарным синдромом среди лиц в возрасте до 65 лет связаны с курением [11]. Выявлена прямая зависимость между интенсивностью курения и величиной риска смерти в связи с ИБС1.

Результаты многочисленных эпидемиологических и экспериментальных исследований свидетельствуют о наличии причинно-следственной связи ме-

Буторин Алексей Васильевич – ассистент кафедры гигиены труда, профпатологии (e-mail: ; тел.: 8 (3812) 65-04-22; ORCID: .

Родькин Виктор Петрович – доктор медицинских наук, профессор кафедры гигиены труда, профпатологии (e-mail: ; тел.: 8 (3812) 65-04-22; ORCID: .

Ширинский Владимир Александрович – доктор медицинских наук, профессор кафедры гигиены, питания человека (e-mail: ; тел.: 8 (3812) 65-00-95; ORCID: .

жду употреблением табака и рисками развития злокачественных новообразований [3, 5, 9, 13–18]. Табакокурение – один из основных этиологических факторов в патогенезе рака легкого и бронхов [5, 9, 13– 15, 18, 19]. Женщины при прочих равных условиях имеют более высокий риск развития рака легких при курении, нежели мужчины [13, 19], что, возможно, обусловлено взаимодействием между канцерогенами табачного дыма и женскими половыми стероидами [13]. Курение – одна из значимых причин преждевременной смерти [1, 3, 11, 19, 20]. Табачная эпидемия наносит значительный экономический ущерб в связи с лечением обусловленных курением заболеваний, а также из-за преждевременных смертей по этой же причине [1].

Курение – прежде всего мужская привычка2 [5, 8–10, 21, 23–25, 28, 29, 32]. В 2020 г. табак употребляли 36,7 % мужчин и 7,8 % женщин, проживающих на планете [1]. В 2018 г. в РФ доля курящих составила 46,4 % среди мужчин и 14,6 % среди жен-щин2. В 2022 г. по результатам мониторингового опроса населения страны, проведенного Всероссийским центром изучения общественного мнения (ВЦИОМ), курили 47 % мужчин и 21 % женщин [32].

Существенное влияние на распространенность курения оказывает возрастной фактор. Эта пагубная привычка достаточно широко распространена среди молодых людей [23, 24, 26, 32]; многие из них начинают курить еще в школьном возрасте [24, 29]. В 2022 г., по материалам ВЦИОМ [32], более всего курящих было отмечено в возрастной группе 25–59 лет – 37 %. С возрастом доля курящих, вне зависимости от гендерной принадлежности, снижается [9, 21, 23, 32].

Особый интерес представляют сведения о распространенности табакокурения среди медицинских специалистов, так как они являются «модельной» группой общества с точки зрения формирования здорового образа [7, 25–30]. Уровень потребления табачных изделий в этой профессиональной группе остается высоким [7, 23, 28, 29]. Значительная часть курящих врачей приобщается к этой привычке в период получения высшего медицинского образования [24], но есть сведения, указывающие на весьма низкую распространенность употребления табака среди специалистов акушерско-гинекологической службы [25].

В числе предикторов отказа от курения называют высшее образование [5, 7, 9, 21, 23, 29, 32], осведомленность о последствиях курения [7, 22, 25, 27, 29], беременность и наличие заболеваний, которые, как считают респонденты, обусловлены курением [5, 9, 32], высокую цену табачных изделий [26, 32].

В 2008 г. Всемирная организация здравоохранения предложила пакет мер для эффективного снижения распространенности табакокурения [31]. В 2013 г. был принят закон РФ «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака»3. Доля курящих среди взрослого населения РФ с 2013 по 2018 г. снизилась на 3,7 %, в том числе на 4,3 % среди мужчин4. Наибольший вклад в снижение показателей распространенности курения из числа принятых мер внесли реализация налогово-ценовой политики, социальная реклама и оказание медицинской помощи в преодолении этой вредной привычки [30]. По данным ВЦИОМ [32], с 2013 г. доля курящих россиян снизилась на 7 % к 2022 г. и составила 33 %. Общая доля курящих среди 18–24-летних уменьшилась с 48 до 29 %.

По итогам масштабного исследования на территории 10 регионов РФ [30] было установлено, что с 2013 по 2019 г. произошло статистически значимое снижение уровня госпитализации по поводу стенокардии (на 16,6 %), инфаркта миокарда (на 3,5 %) и пневмоний (на 14,3 %).

Цель исследования – гигиеническая оценка рисков развития рака легкого и бронхов и ишемической болезни сердца в связи с активным курением табака у сотрудников службы скорой медицинской помощи (ССМП) г. Омска.

Материалы и методы. Оценка риска здоровью сотрудников ССМП в связи с активным курением осуществлена в соответствии с МР 2.1.10.0033-11 «Оценка риска, связанного с воздействием факторов образа жизни на здоровье населения»⁵.

По результатам анкетирования 411 человек медиана ( Me ) возраста составила 33 года; первый квартиль ( Q1 ) и третий квартиль ( Q3 ) – 26 и 55 лет соответственно. Анализ проводился по трем возрастным группам: до 30 лет включительно; от 31 года до 40 лет включительно; от 41 года и старше. Основные результаты опроса приведены в табл. 1.

Таблица 1

Результаты опроса сотрудников ССМП об отношении к курению

Возраст, лет	Всего			Мужчины			Женщины			p
	n	из них курят		n	из них курят		n	из них курят
	n	n	%	n	n	%	n	n	%
До 30	180	41	22,8	49	14	28,6	131	27	20,6	> 0,1
31–40	101	39	38,6	36	24	66,7	65	15	23,1	< 0,001
41 и старше	130	33	25,4	35	13	37,1	95	20	21,1	< 0,05
Всего	411	113	27,5	120	51	42,5	291	62	21,3	< 0,001

Таблица 2

Распределение курящих сотрудников ССМП по интенсивности курения в зависимости от возраста и пола ( F^К , мг/сут)

Возраст, лет	Все курящие				В том числе
	Все курящие				мужчины				женщины				p
	n	Ме	Q 1	Q 3	n	Ме	Q 1	Q 3	n	Ме	Q 1	Q 3	p
До 30	38	3,22	1,43	4,00	11	3,60	1,71	5,57	27	3,14	1,27	3,80	> 0,1
31–40	37	2,29	1,14	4,69	22	2,29	1,14	4,77	15	2,40	1,57	3,94	> 0,1
41 и старше	30	1,26	1,14	3,14	11	1,59	1,23	5,20	19	1,20	1,14	2,80	> 0,1
p		> 0,1				> 0,1				> 0,1
Все	105	2,29	1,14	4,00	44	2,29	1,27	5,3	61	2,23	1,14	3,77	> 0,1

6 МР 2.1.10.0033-11. Оценка риска, связанного с воздействием факторов образа жизни на здоровье населения: методические рекомендации / утв. Руководителем Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, Главным государственным санитарным врачом Российской Федерации Г.Г. Онищенко 31 июля 2011 г. [Электронный ресурс] // КОДЕКС: электронный фонд правовых и нормативно-технических документов. – URL: (дата обращения: 08.02.2023).

7 Там же.

Таблица 3

Распределение курящих сотрудников ССМП в зависимости от интенсивности курения и пола

ИК	F^К , мг/сут		Все курящие		В том числе				р
	F^К , мг/сут		Все курящие		мужчины		женщины		р
	min – max	Me	n	в %	n	в %	n	в %	> 0,1
Невысокая	0,29–1,14	0,97	31	29,5	11	25,0	20	32,8
Средняя	1,2–4,69	2,6	54	51,4	20	45,5	34	55,7
Высокая	4,8–10,13	7,54	20	19,0	13	29,5	7	11,5
В целом	0,29–10,13	2,29	105	100	44	100	61	100	> 0,1

Таблица 4

Показатели индивидуального дополнительного риска некоторых заболеваний в группе курящих сотрудников ССМП г. Омска, в относительных единицах

Показатель	РЛБ	ИБС	РЖ	РПР	РП	РШМ	РМП	РПЖ	ХБ
n	105	105	105	105	105	61	105	105	105
Me	1,4E-05	9,0E-06	1,4E-06	2,0E-06	1,9E-06	2,3E-06	2,4E-06	9,9E-07	2,6E-06
Q 1	6,2E-06	3,3E-06	6,0E-07	8,6E-07	9,0E-07	7,8E-07	1,1E-06	4,4E-07	1,3E-06
Q 3	3,9E-05	3,9E-05	3,9E-06	5,1E-06	4,6E-06	1,1E-05	6,8E-06	2,4E-06	5,8E-06

Таблица 5

Некоторые результаты анализа риска возникновения РЛБ и ИБС у курящих сотрудников ССМП в зависимости от возраста и пола

Возраст, лет	Все курящие			В том числе
	Все курящие			мужчины			женщины			p
	Ме	число лиц с R i > 1,0E-04		Ме	число лиц с R i > 1,0E-04		Ме	число лиц с R i > 1,0E-04
	Ме	ⁿ 1	%	Ме	ⁿ 1	%	Ме	ⁿ 1	%
Рак легкого и бронхов
До 30	5,8E-06	0	0,0	7,5E-06	0	0,0	4,2E-06	0	0,0	> 0,1
31–40	1,9E-05	1	2,7	1,7E-05	0	0,0	2,1E-05	1	6,7	> 0,1
41 и старше	7,5E-05	13	43,3	4,2E-05	5	45,5	7,5E-05	8	42,1	> 0,1
p	< 0,01			< 0,01			< 0,01
Всего	1,4E-05	14	13,3	1,6E-05	5	11,4	1,2E-05	9	14,8	> 0,1
Ишемическая болезнь сердца
До 30	2,8E-06	0	0,0	3,3E-06	0	0,0	1,8E-06	0	0,0	> 0,1
31–40	1,3E-05	1	2,7	1,2E-05	0	0,0	1,4E-05	1	6,7	> 0,1
41 и старше	1,5E-04	16	53,3	6,4E-05	5	45,5	1,6E-04	11	57,9	> 0,1
p	< 0,01			< 0,01			< 0,01
Всего	9,0E-06	17	16,2	1,2E-05	5	11,4	7,1E-06	12	19,7	> 0,1

Таблица 6

Некоторые результаты анализа риска возникновения РЛБ и ИБС у курящих сотрудников ССМП в зависимости от интенсивности курения и пола

Риски развития ИБС у курящих сотрудников ССМП ( n = 105; Me = 9,0E-06) находились в границах от 1,1E-07 до 3,7E-03. Мужчины имели несколько более высокие риски ( Me = 1,2E-05), нежели их сотрудницы ( Me = 7,1E-06), однако различия оказались несущественными ( U = 1103,5; p > 0,1).

Фактор «возраст» оказывал статистически значимое влияние на вероятность возникновения ИБС у курящих сотрудников ССМП: в целом ( Н = 75,9; p < 0,01); в группе мужчин ( Н = 28,0; p < 0,01); в женской части выборки ( Н = 24,6; p < 0,01). В «младшей» возрастной подгруппе не было лиц с неприемлемыми значениями R ИБС , в то время как в «средней» и «старшей» подгруппах доля лиц с такого рода уровнями риска составила 2,7 и 53,3 % соответственно. Гендерные различия между значениями R ИБС в сравниваемых возрастных подгруппах были несущественными ( p > 0,1).

Интенсивность курения оказывала статистически значимое влияние ( H = 15,2; p < 0,01) на вероятность развития рака легкого и бронхов у курящих сотрудников ССМП: медианные значения R РЛБ последовательно увеличивались по мере повышения интенсивности курения от 9,4E-06 в подгруппе сотрудников с относительно невысокими индивидуальными значениями F^К до 1,3E-05 и 3,7E-05 в подгруппах со средней ИК и высокой ИК. В подгруппе сотрудников с высокой ИК доля лиц с неприемлемыми значениями R РЛБ составила 30 %, что оказалось существенно больше, чем в подгруппе сотрудников с относительно невысокой ИК (6,5 %; p < 0,001) и средней ИК (11,1 %; p < 0,05).

Вероятность развития ишемической болезни сердца у курящих сотрудников обнаруживала не-

сколько меньшую, но все же статистически значимую прямую зависимость от ИК ( Н = 7,8; p < 0,05); медианные значения R _ИБС в подгруппах с относительно невысокой и средней ИК были почти равными (7,4E-06 и 7,7E-06 соответственно), и только в подгруппе сотрудников с высокой ИК медиана составила 2,6E-05. Доля лиц с неприемлемыми значениями R ИБС во всех подгруппах с различной ИК была практически одинаковой ( p > 0,1).

Выводы. Курение является фактором риска для здоровья 27,5 % сотрудников службы скорой медицинской помощи, в том числе 42,5 % мужчин и 21,3 % женщин. В возрасте от 31 до 40 лет курят 66,7 % мужчин. Распространенность курения в женской части выборки не зависела от возраста. Удельный вес курящих среди врачей и средних медицинских специалистов составил 28,3 и 28 % соответственно ( p > 0,1). Интенсивность курения опрошенных не обнаруживала статистически значимой зависимости от гендерного и возрастного факторов. По результатам анализа риска установлено, что у курящих наиболее вероятно развитие рака легкого и бронхов и ишемической болезни сердца. Среди лиц старше 40 лет доля лиц с неприемлемыми уровнями дополнительного риска развития этих заболеваний (> 1,4E-04) составила 43,3 и 53,3 % соответственно. Вероятность развития рака легкого и бронхов и ишемической болезни сердца находится в статистически значимой зависимости от интенсивности курения.

Финансирование . Исследование не имело спонсорской поддержки.

Список литературы Гигиеническая оценка рисков здоровью сотрудников службы скорой медицинской помощи в связи с курением табака (на примере г. Омска)

Актуальные вопросы кардиологической патологии у больных сахарным диабетом 2-го типа / В.Е. Дементьев, Р.М. Бицадзе, А.Г. Обрезан, О.Б. Крысюк // Вестник Санкт-Петербургского университета. - 2010. - № 2. - С. 44-49.
Multimorbidity and quality of life in primary care: a systematic review / M. Fortin, L. Lapointe, C. Hudon, A. Vanasse, L.A. Ntetu, D. Maltais // Health Qual. Life Outcomes. - 2004. - Vol. 2. - P. 51. DOI: 10.1186/1477-7525-2-51
Kraemer H.C. Statistical issues in assessing comorbidity // Stat. Med. - 1995. - Vol. 14, № 8. - P. 721-733. DOI: 10.1002/sim.4780140803
van den Akker M., Buntinx F., Knottnerus J.A. Comorbidity or multimorbidity: what's in a name? A review of literature // Eur. J. Gen. Pract. - 1996. - Vol. 2. - P. 65-70. DOI: 10.3109/13814789609162146
Воронин С.В., Черкашин Д.В., Бершева И.В. Полиморбидность: определение, классификации, распространенность, методы оценки и практическое значение // Вестник Российской военно-медицинской академии. - 2018. -Т. 20, № 4. - C. 243-249. DOI: 10.17816/brmma12384
Нургазизова А.К. Происхождение, развитие и современная трактовка понятий «коморбидность» и «полиморбидность» // Казанский медицинский журнал. - 2014. - Т. 95, № 2. - С. 292-296. DOI: 10.17816/KMJ2084
The conceptualization and measurement of comorbidity: A review of the interprofessional discourse / S.H. Meghani, H.G. Buck, V.V. Dickson, M.J. Hammer, E.R. Rabelo-Silva, R. Clark, M.D. Naylor // Nurs. Res. Pract. - 2013. - Vol. 2013. -P. 192782. DOI: 10.1155/2013/192782
Коморбидность: от истоков развития до современного понятия. Как оценить и прогнозировать? / А.Л. Вёрт-кин, М.А. Румянцев, А.С. Скотников, Е.Д. Ларюшкина, И.В. Соколова, М.А. Фельдман, А.С. Русакова, О.Ю. Шевцова [и др.] // Врач скорой помощи. - 2011. - № 7. - С. 4-14.
A manual of guidelines to score the modified cumulative illness rating scale and its validation in acute hospitalized elderly patients / F. Salvi, M.D. Miller, A. Grilli, R. Giorgi, A.L. Towers, V. Morichi, L. Spazzafumo, L. Mancinelli [et al.] // J. Am. Geriatr. Soc. - 2008. - Vol. 56, № 10. - P. 1926-1931. DOI: 10.1111/j.1532-5415.2008.01935.x
Geriatric Index of Comorbidity: validation and comparison with other measures of comorbidity / R. Rozzini, G.B. Frisoni, L. Ferrucci, P. Barbisoni, T. Sabatini, P. Ranieri, J.M. Guralnik, M. Trabucchi // Age Ageing. - 2002. - Vol. 31, № 4. - P. 277-285. DOI: 10.1093/ageing/31.4.277
Multimorbidity in general practice: prevalence, incidence, and determinants of co-occurring chronic and recurrent diseases / M. van den Akker, F. Buntinx, J.F. Metsemakers, S. Roos, J.A. Knottnerus // J. Clin. Epidemiol. - 1998. - Vol. 51, № 5. - P. 367-375. DOI: 10.1016/s0895-4356(97)00306-5
Obesity and obesity-related comorbidities in a Canadian First Nation population / S.G. Bruce, N.D. Riediger, J.M. Zacharias, T.K. Young // Prev. Chronic Dis. - 2011. - Vol. 8, № 1. - P. A03.
Comorbidity: implications for the importance of primary care in 'case' management / B. Starfield, K.W. Lemke, T. Bernhardt, S.S. Foldes, C.B. Forrest, J.P. Weiner // Ann. Fam. Med. - 2003. - Vol. 1, № 1. - P. 8-14. DOI: 10.1370/afm.1
How to measure comorbidity: a critical review of available methods / V. de Groot, H. Beckerman, G.J. Lankhorst, L.M. Bouter // J. Clin. Epidemiol. - 2003. - Vol. 56, № 3. - P. 221-229. DOI: 10.1016/s0895-4356(02)00585-1
Causes and consequences of comorbidity: a review / R. Gijsen, N. Hoeymans, F.G. Schellevis, D. Ruwaard, W.A. Sa-tariano, G.A. van den Bos // J. Clin. Epidemiol. - 2001. - Vol. 54, № 7. - P. 661-674. DOI: 10.1016/s0895-4356(00)00363-2
The development of a comorbidity index with physical function as the outcome / D.L. Groll, T. To, C. Bombardier, J.G. Wright // J. Clin. Epidemiol. - 2005. - Vol. 58, № 6. - P. 595-602. DOI: 10.1016/jjclinepi.2004.10.018
Comorbidity, limitations in activities and pain in patients with osteoarthritis of the hip or knee / G.M. van Dijk, C. Veenhof, F. Schellevis, H. Hulsmans, J.P. Bakker, H. Arwert, J.H. Dekker, G.J. Lankhorst, J. Dekker // BMC Musculoskelet. Disord. - 2008. - Vol. 9. - P. 95. DOI: 10.1186/1471-2474-9-95
Кузьмина О.Ю. Клинико-эпидемиологические особенности метаболического синдрома у больных профессиональными заболеваниями // Международный эндокринологический журнал. - 2011. - № 4 (36). - С. 154-160.
Белялов Ф.И. Лечение внутренних болезней в условиях коморбидности: монография. - 9-е изд. - Иркутск: РИО ИГИУВа, 2013. - 297 с.
Третьяков С.В., Шпагина Л.А. Перспективы изучения структурно-функционального состояния сердечнососудистой системы у больных вибрационной болезнью в сочетании с артериальной гипертензией // Медицина труда и промышленная экология. - 2017. - № 12. - С. 30-34.
Актуальные вопросы гигиены в алюминиевой промышленности России / О.Ф. Рослый, В.Б. Гурвич, Э.Г. Плотко, С.В. Кузьмин, А.А. Федорук, Н.А. Рослая, С.В. Ярушин, Д.В. Кузьмин // Медицина труда и промышленная экология. - 2012. - № 11. - С. 8-12.
Проблемы диагностики начальной формы профессионального флюороза у работников современного производства алюминия / О.Л. Лахман, О.Л. Калинина, Ю.В. Зобнин, С.К. Седов // Байкальский медицинский журнал (Иркутск). - 2013. - Т. 121, № 6. - С. 137-140.
Актуальные проблемы пульмонологии в современной профпатологической клинике / Л.А. Шпагина, Е.Л. По-теряева, О.С. Котова, И.С. Шпагин, Е.Л. Смирнова // Медицина труда и промышленная экология. - 2015. - № 9. -С. 11-14.
Михайлова Т.В. О состоянии профессиональной заболеваемости в огнеупорной промышленности Донецкой области // Гигиена труда: сб. трудов. - Киев, 2002. - № 33. - С. 20-24.
Пневмокониозы: патогенез и биологическая профилактика: монография / Б.А. Кацнельсон, О.Г. Алексеева, Л.И. Привалова, Е.В. Ползик; под ред. В.Н. Чуканова. - Екатеринбург: Изд-во УрО РАН, 1995. - 324 с.
Лазебник Л.Б. Старение и полиморбидность // Консилиум Медикум. - 2005. - Т. 7, № 12. - С. 993-996.

Еще