Игра как форма культуры и социальной коммуникации

И гра является одним из древнейших способов взаимодействия людей, целью которого является социализация индивидов, обмен смыслами. Многие научные деятели отмечают, что одной из древнейших разновидностей игр являются обряды. С их помощью люди организовывали особого вида коммуникацию, включающую в себя как межличностную коммуникацию, так и коммуникацию на «духовном» уровне – с потусторонними силами, которые являлись опорой для существования человека. С помощью игры люди производили ретрансляцию реальности в символической форме. В этой связи важно отметить идеи Джорджа Герберта Мида, основоположника символического интреакционизма. В его теории такие символы, как жесты, телодвижения, язык и прочие, являются основой взаимодействия людей, которое на них базируется. В модели социального опыта человека, индивид непрестанно ведет внутреннюю «беседу» Я-объекта, как бы находящегося в мире институциональных ограничений и общезначимых представлений, и Я-субъекта, которому, как и жизни, в целом, присуща творческая, спонтанная активность. Согласно Миду, за формирование этого диалога, рождающегося в нашем сознании, отвечает социализация, которую исследователь интерпретирует следующим образом: имитация – театрализованное представление, соревнование, или игра по определенным правилам [1].

Таким образом, мы видим, что игра оказывает значительное влияние на социализацию индивида, задавая некие правила коммуникации, взаимодействия как внутри личности, так и вовне на основе ее символизации.

В связи с этим, объектом настоящего исследования выступает игра как способ социальной коммуникации, а целью исследования нам представляется выявление применимости теории игр как формы современной коммуникации в повседневной жизни. В качестве гипотезы исследования были выдвинуты следующие предположения:

– теория игр может применяться в повседневной жизни в силу ее прикладного характера и широкой сферы применимости;

– основные трудности применения теории игр в повседневной жизни могут быть связаны со сложностью усвоения основ теории, неочевидности присутствия ее элементов в определенных ситуациях.

Однако дальнейшее изучение данной темы невозможно без рассмотрения теоретических основ вопроса. Термин «игра» рассматривается во многих науках: педагогике, психологии, этнологии, философии и ряда других, но для настоящего исследования целесообразнее рассматривать интегральное понимание игры, наиболее полно отражающего многоаспектность данного термина. Так или иначе, феномен игры, в большей или меньшей степени, оказывается связанным с общественным опытом индивида, социализацией, усвоением социальных ролей и культурных норм. Все это не может не говорить о важности игры как социального феномена, способного оказывать влияние на коммуникацию индивидов в обществе.

Что касается теоретических представлений, следует сказать, что в 80-х, 90-х годах XX века, в социальных науках игра рассматривалась с позиции ролей и связывалась лишь с театром. Научная теория ролей, включающая в себя «ролевую игру», формирует представление об игре как о некоем социальном факте, связанном с понятием бытия как своего рода источника культуры. В этом и заключалось новаторство рассмотрения игры уже не сквозь призму проигрывания ролей, но как определенный культурообразующий фактор.

Данная теория связана с именем историка И. Хейзинги, который изложил свои идеи в труде «Человек-играющий» [2]. Он обратил внимание на то, что игра имеет глубоко социальный смысл и не должна быть сведена только к психологии. В настоящей теории игра выступает как часть серьезной деятельности членов общества, где особую роль Хейзинги отдает правилам, соблюдение которых он связывает с уважением этических норм в повседневной жизни. Таким образом, если говорить о важнейшей социальной роли игры по Хейзинги, то мы можем отметить, что она заключается в формировании социальных групп, привитии привычки соблюдения и уважения социальных норм.

Интересными с точки зрения социологической теории являются труды Дж. Морено [3]. Игра в его теории рассматривалась как способ реализации внутренней сущности человека. Морено определял общество – социальный мир – как игру бытия, где социальная жизнь представляет собой наборы драматических ситуаций и действий, в которых люди отыгрывают свои роли. Рассматривая игру в представлении Дж. Морено, важно отметить, что автор соединил понятие игры, как театрального действия, с символическим интеракционизмом, и, в итоге, даже предложил новый метод социализации, терапии, воспитания как психодрамы (социодрамы), в котором организовывалось бы проживание в групповом взаимодействии, переживание человеком реальных событий.

Если говорить об отечественных воззрениях, касающихся научного рассмотрения феномена игры, нельзя не отметить труды Л.С. Выготского, создателя культурно-исторической теории [4]. Автор в своих работах отмечает важнейшую роль игры в становлении личности ребенка, называя ее «ведущим фактором в развитии деятельности детей» и обращает наше внимание на то, что ребенок в процессе игры научается осознавать свои собственные действия, осознавать, что каждая вещь имеет значение.

К сожалению, в культурно-досуговой деятельности все чаще наблюдается тенденция сужения рамок игры, понимаемой некоторыми практиками только как исключительно детское занятие. Между тем, еще А.В. Луначарский подчеркивал, что слово «игра» знаменует собой понятие необычайной широты. Игра в значительной степени является основой всей человеческой культуры. Исследователи справедливо рассматривают игровую деятельность как одни из уровней досуга [5].

В рамках настоящего исследования игра рассматривается в контексте математической схемы анализа стратегического взаимодействия сторон – теории игр. Появление теории игр принято связывать с публикацией в 1944 году монографии Джона фон Неймана и Оскара Моргенштерна «Теория игр и экономическое поведение» [6]. С момента создания, одной из ключевых областей применения теории игр являлись военно-стратегические и международные вопросы, но со временем, как это часто наблюдается, теория игр проникла и в другие научные дисциплины, такие как экономика, политология, психология социология и даже биология. Теоретический корпус теории игр включает в себя различные модели взаимодействий: игры с нулевой суммой и корпоративные игры. Первые, преимущественно, сосредоточены на поиске оптимального исхода, где одна из сторон, так или иначе, оказывается выигравшей, а вторая – проигравшей. Однако, когда число игроков превышает двух участников, возникает необходимость учитывать возможность образования коалиций между частью игроков. В этом случае речь идет о подсчете вероятности среднего выигрыша участника коалиции за счет остальных.

Размышляя о теории игр нельзя не сказать о трех типах равновесия, выступающих в качестве основополагающих компонентов формирования стратегий участников игрового процесса. Первый тип – равновесие Нэша – это такой набор стратегий в игре для двух и более игроков, в котором ни один участник не может увеличить выигрыш, изменив свою стратегию, если другие участники своих стратегий не меняют. Данный тип равновесия решает задачу оптимизации, добиваясь оптимальной стратегии. Следующий тип равновесия – аукцион Викри. Сущность ее заключается в том, что один из игроков имеет некую доминантную стратегию и ему все равно на то, какую информацию и основанную на ней стратегию имеют его оппоненты. Стратегию называют доминантной, если она слабо максимизирует ожидаемую прибыль агента для всех возможных стратегий других агентов. То есть, необходимо выбрать такую стратегию, при которой ваша «скрытая ценность» позволит вам получить товар по определенной сумме, превышающей ценность стоящего после вас оппонента ровно настолько, чтобы вы сохранили собственную выгоду. И, наконец, третий тип равновесия в теории игр – равновесие по Байесу-Нэшу. Чтобы понять суть данного равновесия, следует предположить, что агент не знает наверняка типы других агентов, то есть, их функции полезности, но знает выплаты для каждого возможного типа. Естественно, агент пытается максимизировать математическое ожидание своей прибыли в равновесии с такими же оптимизирующими стратегиями других агентов [7].

Однако объектом настоящего исследования представляется выявление возможности применения теории игр в повседневной жизни. Для достижения вышеуказанной цели было принято решение о проведении двухэтапного исследования. На первом этапе было проведено исследование методом анализа документов. Предметом изучения выступили 18 статей на базе интернет-ресурсов по запросу «применение теории игр в социальных науках». Единицами счета выступали источники, содержащие в массиве текста слова «применение теории игр», «социальные науки», а также упоминание в тексте социальных наук. К социальным наукам относились: юриспруденция, экономика, психология, филология, лингвистика, риторика, социология, история, политология, педагогика, культурология, социальная география, антропология. В процессе исследования также были выявлены дополнительные сферы применения теории игр, не относящиеся напрямую к социальным наукам, но необходимые для комплексного рассмотрения данного явления во взаимосвязи различных дисциплин.

В начале анализа производилось изучение текстового массива, производился подсчет необходимых упоминаний и их характера, на выходе мы имеем следующее распределение данных. Изначальная сфера применения теории игр в политике и международных отношениях, планомерно процессам глобализации усилилась в экономической сфере, хотя, до сих пор, не утратила своей актуальности в политике. Сфера применения теории игр в экономике имеет самый широкий спектр: от анализа и прогнозирования общемировых экономических процессов, до применения в менеджменте, управлении организацией и в некоторых других локальных экономических сферах деятельности человека. Ключевой идеей применения теории игр в менеджменте является формирование определенных инструментов, с помощью которых менеджер получает возможность предусмотреть ходы своих партнеров и конкурентов.

В политологии теория игр часто применяется в целях прогнозирования характера и последствий стратегически важных отношений, как на мировой арене, так и внутри страны, а также, предотвращения возникновения конфликтных ситуаций или поиска способа оптимального разрешения конфликтной ситуации. Данные сферы тесно связаны с применением теории игр в международных отношениях и военном деле, где применение теории игр позволяет находить наиболее выгодные ролевые типы поведения сторон, а также предсказать возможные исходы их проявления.

В ряде таких дисциплин, как социология, психология – теория игр применяется с целью изучения поведения людей как во взаимосвязи с обществом, так и в индивидуальном порядке. Данные обычно используются как в целях описания и объяснения феноменов человеческого поведения, так и для его прогнозирования в различных целях. Отсюда вытекает закономерная связь данных социальных наук с биологией, а точнее, с тем ее разделом, что называется биологией поведения и применяет теорию игр в целях эволюционного объяснения поведения человека.

Помимо прочего, из представленных данных мы можем видеть, что теория игр расширяет область своего применения и выходит за рамки привычных дисциплин. Ряд наук использует статистические модели теории игр для объяснения тех или иных феноменов, связанных с поведением человека, пытаются оптимизировать процесс обучения или коммуникации за счет внедрения в обиход ряда определенных стратегий.

Особенно интересно, в данном контексте, упоминание «неосознанного» применения теории игр в повседневной жизни. Сущность данного феномена заключается в такой категории сознания как «осознанность», то есть, целенаправленное определенное воздействие на окружающий мир. В таком ключе теория игр предоставляет широкий диапазон инструментов взаимодействия людей, основанный на сознательном анализе и решении возникающих перед человеком задач.

Подводя итог, следует сказать, что теория игр за последние несколько лет приобрела популярность и распространилась на различные сферы общественной жизни, став предметом научного интереса ряда нескольких неочевидных дисциплин.

В целях выявления возможности применения теории игр в повседневной жизни, было проведено комплексное исследование методом реального, лабораторного, параллельного эксперимента. Данный метод исследования был выбран с целью моделирования ситуации применения теории игр, формирования у респондентов понимания сущности теории. Результаты эксперимента были дополнены с помощью двухэтапного опроса, проводимого до и после эксперимента с целью выявления возможных различий или их отсутствия во мнении респондентов.

Выборочная совокупность была определена неслучайным целевым многоступенчатым методом, после поделена на две группы. На первом этапе производился сплошной опрос респондентов по опроснику. Далее, был произведен сплошной опрос экспериментальной группы.

На подготовительном этапе была подобрана группа респондентов – студенты Кубанского государственного технологического университета, четвертого курса направления «социология». Были приготовлены необходимые материалы, выбраны и подстроены под исследовательскую ситуацию дилеммы, построенные на основе теории игр: «дилемма заключенного», «дилемма добровольца», «дилемма 2/3 от среднего арифметического». Составлен опросник, отражающий основные задачи исследования.

На втором этапе проводились первый опрос, включающий контрольную и экспериментальную группы, три игры, после которых осуществлялся повторный опрос экспериментальной группы.

И, наконец, на заключительном этапе проводилась обработка материала и анализ полученных данных, имеющих следующее распределение.

В первую очередь, респондентам задавался вопрос: «Слышали ли Вы когда-нибудь о теории игр?» Согласно полученным данным, в исследовательской группе 70,8 % респондентов слышали о «теории игр», а оставшиеся 29,2 % – нет. Самыми частыми источниками знания о теории игр, названными респондентами, были: «узнал(а) в процессе обучения в ВУЗе» (64,7 %), узнал посредством самостоятельного серфин-га(поиска) интернет-ресурсов (личный интерес, самостоятельное изучение учебных пособий; посредством постов в социальных сетях и т.п.) (52,9 %), узнали из рекомендаций преподавателей (29,4 %). Данное распределение, может свидетельствовать о наличии элементов теории игр в образовательном процессе, что, в свою очередь, могло повлечь за собой возникновение личного интереса; это сделало данный пункт вторым по популярности источником знания. Вышеуказанное распределение данных может демонстрировать нарастающую популярность теории игр, необходимость хотя бы косвенного упоминания ее в учебном процессе в силу применимости в социологии.

Далее, для получения общей картины понимания сущности теории игр, респондентам был задан вопрос: «Что Вы представляете, когда слышите словосочетание теория игр?» На первом этапе проведения опроса можно выделить распределение ответов по следующим категориям: феномен игры как самостоятельного явления; игра как взаимодействие людей; игра в ор-ганизациях\компаниях; игра как часть образовательного процесса; игра как социальный феномен; отсутствие представления о сущности теории игр; другое («Как игры алиби на какую-то деятельность человека»).

Интересно, что все варианты сущности теории игр представляются респондентами, преимущественно, в научном контексте в различных сферах: образование, социальная сфера, сфера коммуникаций, собственно научная сторона теории.

Несмотря на явно прослеживающийся прикладной характер описания сущности теории игр, на первичном этапе не выявлено представлений респондентов о сущности теории, как о наборе инструментов для повседневного использования в целях решения бытовых задач. Однако интересно распределение данных в экспериментальной группе после проведения непосредственного эксперимента и приобретения респондентами базовых знаний о сущности теории игр. Из обобщенных представлений о сущности теории, данные приобрели более практически применимый характер:

– представления о теории как о наборе игр-дилемм как совокупности логических, интеллектуальных заданий, кейсов;

– представления о теории игр как о наборе игр-дилемм, применимых в реальных жизненных ситуациях;

– игра в организациях/компаниях;

– другое («упрощение решения, перенос в другой формат»).

Из полученных данных видно, что представления о теории игр у экспериментальной группы после ознакомления с основами теории игр посредством участия в экспериментальных играх, приобрели более узко-направленный, прикладной характер. Появилось представление о теории игр, как о моделях действия в реальных ситуациях; дилеммах для поиска наиболее благоприятного исхода. Однако стоит заметить, что представления респондентов приобрели односторонний характер и свелись к излишней конкретизации и стали затрагивать исключительно прикладной характер использования теории игр, что, в свою очередь, подтверждает возможность применения теории игр в повседневной жизни, но оставляет неполный, категориально сформированный образ теории игр в сознании респондентов.

Однако нельзя не заметить, что в вопросе о применимости теории игр в повседневной жизни, данные распределились следующим образом: 41,7 % опрошенных отметили, что теория игр может применяться в повседневной жизни; 37,5 % отметили, что теория игр, скорее всего, может применяться в повседневной жизни, а 20,8 % затруднились с ответом.

Тем не менее, следует обратить внимание на распределение данных в экспериментальной группе. Если на первом этапе опроса 42,8 % респондентов из экспериментальной группы затруднились с ответом на данный вопрос, еще 42,8 % отметили абсолютную возможность применения теории игр в повседневной жизни, а 14,4 % – что скорее возможно, чем нет, то при вторичном опросе в той же группе, данные распределились следующим образом: 77,8 % ре спондентов отметили, что теория игр может применяться в повседневной жизни, а 22,2 % отмечают, что скорее может, чем не может. Исходя из вышеуказанных данных, можно сделать вывод о том, что после ознакомления с основами теории игр, респонденты экспериментальной группы окончательно искоренили «неполноту знаний» о рассматриваемом феномене, что позволило им сформировать собственное мнение касаемо поставленного вопроса. Однако также немаловажно, что на обоих этапах исследования, исследуемая группа подтверждает применимость теории игр в повседневной жизни.

Применимость теории игр в повседневной жизни респонденты объясняют следующим:

– возможно, при изучении и наличии интереса к применению теории;

– возможно, при подходящих условиях (возникновении определенных ситуаций);

– возможно, в целях решения определенных проблем и задач.

Стоит оговориться, что необходимость применение теории игр в повседневных коммуникациях отмечают 33,3 % опрошенных, в 45,8 % случаев считают, что применение теории игр скорее необходимо, чем нет и 4,2 % отмечают, что в применении теории игр нет необходимости. Еще 16,7 % затруднились с ответом. Однако по результатам вторичного опроса, вопрос о необходимости применения теории игр в повседневной жизни среди экспериментальной группы приобрел явно выраженную положительную динамику.

Приближаясь к подведению итогов исследования, следует отметить интересную закономерность: респондентам предлагалось оценить конкретные примеры на возможность применения теории игр в представленных ситуациях. Загвоздка заключалась в том, что все проблемы в представленных примерах могли решаться посредством теории игр. Распределение данных, по мнению респондентов, приобрело следующий вид: большинство считают, что теория игр однозначно может применяться в ситуациях: игры в мафию и необходимости выиграть, предсказания реакции потребителя на выпуск нового товара и выбора дороги домой с учетом пробок на коротком пути. Однако интересно, что применение теории игр в «подписании мирного договора на войне» посчитали невозможным почти 2\3 респондентов. Иными словами, изначальная задача создания теории игр на сегодняшний день оценивается респондентами как невозможная в применении в данной сфере. Подобное распределение данных может исходить из непопулярности применения теории игр в международных отношениях в политике России, как в начале ее появления, так и на сегодняшний день. Однако, если принимать во внимание непопулярность теории и следующую за этим неосведомленность респондентов, то более явной причиной становится особенность российской культуры, определяющей невозможность применения теории игр в сфере мировых отношений.

В заключение хотелось бы отметить, что цель исследования была достигнута: экспериментальным путем было доказано, что теория игр может применяться в реальной жизни. Гипотеза исследования полностью подтвердилась: было выявлено, что, по мнению респондентов, теория игр может применяться в повседневной жизни, однако, ее применение может столкнуться с определенными проблемами. Среди таких проблем респонденты называют:

– сложность освоения теории;

– трудность выявления проблемных ситуаций в повседневной жизни с целью ее анализа с точки зрения теории игр;

– неосознанности включения элементов теории игр в повседневные практики без ее целенаправленного изучения.

Данные проблемы не исключают возможности применения теории игр в повседневной жизни, но значительно усложняют данный процесс.