Интеграция глобального и регионального компонентов в содержании вузовского курса "Культурология"

Главной интригой нового тысячелетия называют противостояние глобальных и локальных интенций. Эти интенции сопряжены с культурологической парадиг мой, определяющей важные аспекты бытия современного человека, являясь социально-политической идеологемой, научным направлением, программой нравственного совершенствования общественных отношений, контекстуальным условием понимания и интерпретации феноменов искусства, основой инновационных педагогических проектов и т. д. Процесс модернизации современной системы образования во многом зависит от претворения в жизнь идеи культурно ориентированного образования. Проблема взаимосвязи глобального как всемирного, всечеловеческого, доведенного до общепринятых стандартов, и локального как регионального, уникального мира «частного человека»1 становится смысловым ядром учебных дисциплин нового поколения.

В 1992 г. в учебных планах вузов страны как обязательный общеобразовательный предмет вводится «Культурология», которой суждено было сыграть роль теоретико-методологической базы культурно ориентированного образования. Хронология недавнего прошлого свидетельствует: появление культурологических дисциплин в образовательных программах общеобразовательных школ и вузов было вызвано кардинальными изменениями в жизни российского общества. Культурологическое знание стало необходимо как платформа для построения новой постсоветской либерально-гуманистической идеологии.

САЛЬНИКОВА Вера Петровна, доцент кафедры истории и теории мировой культуры Самарского государственного педагогического университета, кандидат искусствоведения.

Стратегически отбор и структурирование предметного поля «Культурологии» обусловлены Государственным образовательным стандартом. В соответствии с Госстандартом за последние 10—15 лет опубликовано огромное количество учебной литературы по культурологии, что демонстрирует многообразие подходов к изложению материала2.

Культурологическое знание базируется на опыте классических наук — философии, этики и эстетики, истории, педагогики, а также на достижениях современных наук — психологии, социологии, этнологии, антропологии, информатики, религиоведения, краеведения и т. д. Вместе с тем культурологическое знание — не аналог средневековым суммам или зерцалам, отражающим фрагментарное представление об окружающей действительности, а консолидированное, интегративно-целостное (culturo-Zogzya), восстанавливающее «legato жизни» утраченные современным человеком пространственно-временные связи с Богом (те-Идго'), обществом, другим Ното, с самим собой. Культурологическое знание — это не столько книжное знание, формализованное, готовое, «упакованное», сколько «сердечное и совестливое»³, «живое»⁴, обусловленное средой обитания, одухотворенное культурным ландшафтом конкретного региона.

В период с 1992 по 2007 г. нами проводился педагогический эксперимент со студентами ряда Самарских вузов (Государственный педагогический университет, филиал Российского государственного торгово-экономического университета, филиал Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов), в котором приняли участие более тысячи студентов различных курсов и специализаций. Целью эксперимента была разработка стратегии и тактики освоения интегративно-целостного культурологического знания, приобщения студентов к пространственно-временному континууму мировой и региональной культуры.

Этот педагогический проект был основан на положении об онтологической сущности культуры как трехкомпонентного феномена — религиозно-нравственно-эстетического5. Образ культуры формируется в результате интеграции знания и веры, знания и действия, знания и жизни. Содержательная парадигма учебного курса начинается с работы над базовым понятием «культура» и заканчивается обобщающей темой «Законы культуры»6. Между этими крайними точками вы- страивается педагогическая траектория освоения культуроло-гического тезауруса, который имеет глобально-региональную конфигурацию.

Изучение «Культурологии» не может ограничиваться только аудиторными занятиями и чтением соответствующей литературы. Оно должно быть включено в культурный контекст, осмыслено в связи с культурными событиями в городе, стране и мире. Идея расширения образовательного пространства и целенаправленного включения учебных видов деятельности педагогов и студентов в контекст городской культуры была реализована нами в ходе экспериментального культурно-образовательного проекта (1997—2005 гг.) на базе Самарской филармонии, Самарского академического театра оперы и балета7, а также Самарского художественного музея.

Важнейшим компонентом учебного процесса является городская экскурсия — культурное путешествие, которое синтезирует теоретические знания о культуре с эмпирическим опытом. С одной стороны, происходит закрепление и расширение универсальных, архетипических представлений о культуре, с другой — в общую концепцию привносится региональный компонент, идея культуры конкретизируется, приближается к миру частной жизни человека.

Генетическая связь с ландшафтом, климатом, этнопсихологическими корнями позволяет человеку самоидентифицироваться, ощутить себя уникальным субъектом мировой культуры, обобщить индивидуальный жизненный опыт, вписать его в общечеловеческий, осмыслить себя как действующее лицо мировой культурной истории. Гуманитарнофилософская парадигма и внутренняя динамика культурно ориентированного образования может быть выражена логической цепочкой: «я и мой родной город», «я и моя страна», «я и весь мир».

Нами разработан компендиум «Культурный облик Самары» — базовый текст для проведения городской экскурсии, а также использования на лекционно-семинарских занятиях, при подготовке рефератов и т. д. Идея сбалансированного глобально-регионального изучения «Культурологии» раскрывается в тексте компендиума через последовательность тем, которые выражают специфический характер именно культурологического знания.

Среди приоритетных ценностей в жизни современного человека все чаще выступают здоровье, образование и культурные путешествия. Культура — мир подлинников, уникальных памятников, хранящих энергию поколений; текст, который надо научиться читать, понимать и создавать самому. Можно ли по картинкам и книжным описаниям почувствовать красоту венецианских каналов, ощутить величие Кёльнского собора, фантасмагоричность музея С. Дали в Фигейросе? В современном обществе ценностное отношение к подлиннику сильно девальвировалось: человек получает информацию в основном из косвенных источников — Интернета, печатной продукции и т. д. Компьютерная копия картины выглядит качественнее оригинала. Культурологический подход позволяет противопоставить тотальной виртуальности истинные гуманистические артефакты, составляющие золотой фонд мировой культуры, в их оригинальном виде.

В сознании ученика необходимо сформировать представление о том, что культурные ценности сосредоточены не только в мировых центрах, например, Риме, Париже или Дрездене, но и в том городе, в котором он живет. Надо только внимательно посмотреть, «подключить» свои знания и воображение. В российской ментальности важна дефиниция понятий «провинция» и «периферия». Россия сильна своей провинцией, самые знаменитые люди, которыми гордится Россия, — выходцы из провинции: В. М. Шукшин — с Алтая, О. П. Табаков — из Саратова, С. П. Дягилев — из Перми, В. Э. Мейерхольд — из Пензы, А. Н. Толстой — из самарского Заволжья и т. д. Самосознание жителя провинции не должно быть ущербным, «второсортным» (периферийным), наоборот, оно должно быть самоценным, самодостаточным, и в этом плане «Культурология» обладает большим воспитательным потенциалом.

Культурное краеведение позволяет конкретизировать теоретические положения, изучаемые в курсе «Культурологии», например, этно-пассионарную концепцию Л. Н. Гумилева8, в которой он объяснял зависимость культуры и социальной психологии от природных условий. Природный ландшафт способствует формированию определенного культурного микроклимата: Ирак — всегда «горячая точка», Италия — страна-музей, музыкальная столица мира и т. д.

Самарская Лука — территория Среднего Поволжья. Благоприятный климат, красивый пейзаж («русская Швейцария»), неспешно и величаво текущая Волга формируют срединный тип ментальности. Многонациональной самарской диаспоре присущи терпимость, доброжелательность, неагрессивность, миролюбие. В самарской истории не было войн, столкновений на национальной или религиозной почве, даже смена власти в 1917 г. произошла здесь мирным путем. В эпоху обострения межнациональных отношений и конфликтов на религиозной почве проблемы культурной идентичности должны быть в центре внимания педагогической общественности, и «Культурология» может внести в этот процесс свой посильный вклад.

Тематический костяк компендиума составляют культурные универсалии — река, гора, город в их глобальном и региональном значении. Нил, Ганг, Иордан, Амазонка, Рейн и Памир, Гималаи, Синай, Фавор, Кавказ — великие священные реки и горы мира. Самара — город на Волге, великой реке, которую преподаватель должен представить как природное и культурное явление («Волжское дерево», образ Матери — «Волга-матушка, кормилица», «Волга — русский Нил» и др.). Волга и Жигули воспеты в мифопоэтическом творчестве русского и других народов Поволжья (легенда о Молодецком кургане и Девьей горе, легенда о Манчихе).

Концепт «город» в сознании современного человека предстает как амбивалентный культурный феномен: символ враждебной человеку урбанистической цивилизации и задушевной «малой родины», обезличенный «муравейник» и уникальный этнокультурный заповедник, место, персонифицированное именами «культурных героев» — великих писателей, художников, общественных деятелей, мифологических и сказочных персонажей и т. д. Культурологический аспект позволяет осмыслить и пережить основные семантические компоненты концепта «город»: место на земле, отграниченное от остального мира пространство, вертикальноиерархическое понятие — небесный град, Божий и земной, человеческий, который в свою очередь имеет многоэтажную конструкцию: верхний город (акрополь), нижний город, подземный и т. д., вид человеческого сообщества, общежитие, где живут свои, «родные», соотечественники — москвичи, самарчане и т. д., антоним деревне — горожанин как ци- вилизованный, просвещенный человек в отличие от «неотесанной деревенщины».

Историко-культурный аспект концепта связан с вопросом «Как рождаются города?». Существуют устойчивые варианты ответа на него: по инициативе харизматической личности (Санкт-Петербург, Александрия — по воле Петра I и Александра Македонского), вокруг промышленных гигантов (Тольятти, Набережные Челны), сакральным актом (рождение Рима, например, описано в мифе о Ромуле и Реме). История возникновения Самары имеет двойственное объяснение: либо крепость (сын Ивана Грозного Федор Иоаннович приказал «городы ставить к Астрахани»), либо Богом указанное место для поселения (житие небесного покровителя Самары святого Алексия и его пророческие слова о Самаре). В зависимости от того, какое событие следует считать точкой отсчета, возраст Самары будет составлять 400 или 600 лет.

В постсоветский период стала актуальной проблема топонимики. Многим городам было возвращено исконное имя, в том числе и Самаре. Название города (улицы, организации и т. д.) является памятником культуры. Название связывает данный объект с опытом и традициями мировой культуры. Самара — древнее имя, его возникновение и этимология имеют много гипотез. В древней Палестине была область Самария, через которую пролегал путь Иисуса Христа (Евангельская история о доброй самаритянке). В Арабских эмиратах есть город Самарра, название которого в переводе с арабского означает «радуйся всякий, кто тебя видит». По греческой версии Samar — значит «купец», a Ra — древнее название Волги, имя египетского бога солнца. На языках тюркских народов, когда-то кочевавших в заволжских степях, Самара — «степная река». С 1935 по 1991 г. город носил имя партийного советского деятеля В. В. Куйбышева. Вопрос «Имеет ли для Вас значение как называется город, в котором Вы живете, — Куйбышев или Самара?» — не праздный, но мировоззренческий, идеологический, а значит, важный для культурной самоидентификации личности.

Единицами измерения городского культурного пространства являются площади, улицы, дворы, здания, парки и т. д., т. е. элементы архитектурного творчества. Архитектура — застывшее время, материализованная политика и идеология.

Архитектура — символ (образ) страны или города, как флаг или гимн: пирамида — Египет, Колизей — Рим, Эйфелева башня — Париж, Великая Китайская стена — Китай, собор Василия Блаженного — Москва, Россия и т. д.

«Я думаю, что не мешало бы иметь в городе одну такую улицу, которая вмещала в себе архитектурную летопись. Чтобы начиналась она тяжелыми мрачными воротами и величественными зданиями первобытного дикого вкуса. Потом постепенное изменение ее в разные виды: преображение в колоссальную, исполненную простоты египетскую, потом в красавицу греческую, потом в римскую, потом в готическую, и, наконец, улица заканчивалась воротами, заключавшими бы в себе стихии нового искусства. Улица эта сделалась бы тогда в некотором отношении историей развития вкуса, и кто ленив перевертывать толстые тома, тому бы стоило только пройти по ней, чтобы узнать все»9. Эта мысль Н. В. Гоголя не потеряла своей актуальности и в наши дни: улицы старой Самары и есть ее архитектурная летопись.

Отечественная система образования вынесла за скобки изучение архитектуры как вида искусства: в школе есть уроки литературы, музыки, изобразительного искусства, но не архитектуры. В гуманитарном блоке вузовских дисциплин архитектурная тематика либо представлена минимально и эпизодически, либо отсутствует вовсе. Вместе с тем жизнь человека вписана в определенный архитектурный контекст, который эстетичен или вульгарен, создает благоприятный микроклимат или угнетает психику, «убивает» душу. В процессе образования человек должен приобрести некий минимум знаний о теории и истории архитектуры, научиться воспринимать художественные стили не только на интеллектуальном, но и на чувственном, эмоциональном уровне, отличать подлинные образцы от «новодела», безвкусицы. Экологией окружающей среды может заниматься только компетентный человек с развитым художественным вкусом.

Предметом гордости самарцев являются памятники архитектурного модерна: купеческие особняки, отели, доходные дома, цирк-театр «Олимп». В то же время здания эти постепенно разрушаются, а некоторые просто сознательно сносятся и на их месте строятся новые, внешне похожие, но уже по своему статусу не являющиеся памятниками культуры. Такие прецеденты должны стать предметом обсуждения в рамках культурологической проблематики.

Особое место занимает культовая архитектура: собор, храм, церковь как центры духовной религиозной культуры и памятники архитектуры. Самара — многоконфессиональный город, в котором мирно сосуществуют православные и иноверческие конфессии, а городской ландшафт украшают костел и лютеранская кирха, мечеть и синагога, протестантский дом молитвы и православная часовня. Интересный материал для культурологического анализа представляет история Воскресенского собора в Самаре, которая в главном повторяет судьбу храма Христа Спасителя в Москве.

Архитектура тесно связана со скульптурой. Городская скульптура — форма материализации памяти культуры. Кому, для чего и где ставят памятники? Традиции монументальной скульптуры сложились в Древнем Египте, античной Греции и Риме. Девиз «Великим людям от благодарного Отечества» отражает суть знаменитых памятников мира: Давид во Флоренции, статуя Спасителя на холме в Рио-де-Жанейро, Минин и Пожарский в Москве, Медный всадник в Санкт-Петербурге и др. Богатый материал для культурологического анализа дает история сооружения в Самаре памятника Александру II, затем его сноса и установки на том же постаменте памятника В. И. Ленину (противостояние двух эпох, мировоззрений, эстетик). Актуальными для обсуждения в молодежной среде являются вопросы «Как, на Ваш взгляд, надо поступить с памятниками — символами советской власти: демонтировать; заменить другими; оставить все как есть?», «Память о каких людях и событиях Вы хотели бы увековечить в Самаре и каким образом (памятник, мемориальная доска, название улиц, площадей и т. д.)?».

Духовной и архитектурной единицей измерения культурного пространства является площадь. Для чего людям нужны площади? В европейских городах обычно было две площади, два центра — светская (ратуша, торговые ряды) и духовная (домский собор). Площади Самары в их исторической динамике демонстрируют развитие культуры как экономического, идеологического, эстетического феномена. Традиции садово-паркового искусства также дают интересный материал для исследования культуры в ее всеобщем и региональном аспектах.

В тексте компендиума нами рассматриваются такие объекты городской культуры, как театр и музей, их разновидности, осуществление миссии центра светской духовной культуры, особенности архитектуры и т. д.

Таким образом, в культурном облике Самары как в капле воды отражен космос мировой цивилизации, культурные традиции и духовный опыт всего человечества: архитектурные стили, судьбы исторических деятелей, писателей, артистов и т. д.: весной 1942 г. состоялась мировая премьера Седьмой Ленинградской симфонии Д. Д. Шостаковича; Даша и Катя, героини романа-трилогии А. Н. Толстого «Хождение по мукам», — дочери самарского врача Булавина; И. Е. Репин в с. Ширяево под Самарой писал свою знаменитую картину «Бурлаки на Волге». Этот перечень можно продолжить.

Какой быть Самаре в XXI в.? Что мы должны сделать, чтобы наш город стал лучше, чище, красивее? Промышленность в кризисе: в бывших корпусах заводов — оптовые рынки и супермаркеты, но все еще делают ракеты и самолеты. Ни один театр и вуз не закрылся — их стало гораздо больше. В филармонии соорудили орган, строятся новые храмы. Самара — это фестиваль бардовской песни им. В. Грушина, метро, новый железнодорожный вокзал, самая красивая на Волге набережная и т. д.

Итак, вузовский курс «Культурология» обладает мощным интегративным ресурсом. Его предназначение, говоря языком священного писания, — «собирать камни», «строить», «насаждать», «искать», «сберегать»10. «Культурология» дает возможность преподавателю проявить свои креативные способности в широком диапазоне, понимая сверхзадачу образовательной деятельности как формирование Homo cultus — «человека культуры». В современном мире даже хорошо обученный и воспитанный человек не будет конкурентоспособен, если он не обладает широтой взглядов, не осознает себя субъектом ноосферного пространства, не дорожит своей этнической идентичностью. В контексте современной городской культуры образование как genius loci выступает мощным интегративным фактором, связывающим интеллектуальные, духовные, эмоциональные ресурсы человека и общества с конкретной средой обитания. Диалектика глобального и регионального, теоретического и прикладного, интернационального и национально-патриотического продемонстрирована нами на примере компендиума «Культурный облик Самары». Модель городской культурологической экскурсии является, на наш взгляд, перспективной формой интеграции образования в культурную среду и может занять достойное место в структуре культурно ориентированного образования.