Интерпретация романа А.С. Пушкина "Евгений Онегин": звучащее слово

Художественные произведения русских писателей XIX и XX вв. представляют собой неисчерпаемый источник сведений о звуковых и просодических свойствах языка и речи. Характеризуя речь своих персонажей, писатели ярко и образно передают особенности речевых характеристик героев и их эмоциональное состояние. Волнение и напряжение в тексте отражается в изменении временной структуры речи, в словах автора, в пунктуации, особенностях лексики и грамматики [13].

Способность письменного текста передавать звуковую и интонационную информацию также неоднократно обсуждалась в литературе. Анализируя механизмы функционирования письменной речи в рамках коммуникации, ученые делают вывод о том, что звучание выполняет роль посредника между письменным текстом и мыслью как при создании, так и при восприятии письменного текста. Л.В. Щерба высказывал мнение о том, что для каждого художественного произведения существует некий идеальный вариант интонационного оформления: «нормально правильное толкование является единственным и вполне определяется произнесением текста…» [16].

Звуковая материя стиха восходит, прежде всего, к единому эстетическому началу, обсуждение существа которого не раз становилось предметом суждений среди исследователей стиховедческой науки [1; 10; 14; 6; 5].

Рассмотрим особенности звуковой организации русского классического стиха на примере известного произведения А. С. Пушкина «Евгений Онегин», являющегося вершиной поэтического мастерства и эталоном ритмической организации стихотворного текста в русской литературе. Гармоничное сочетание тонов, соотношение рифмы и смысла, ритма и восприятия – все это отличает пушкинский стих.

Эстетико-формальный метод изучения русского стиха на примере романа А.С. Пушкина «Евгений Онегин» был сформулирован О.Н. Гринбаумом [7], который рассматривает звуковую материю стиха в аспекте философских категорий движения, покоя, ритма, формы, содержания и гармонии. Автор исследует ритмику словесного яруса поэтического текста, применяя закон «золотого сечения» и динамические ряды Фибоначчи1 для описания процессов, лежащих в основе формирования разных типов строф, а также для оценки их устойчивости и гармоничности стиха. В романе «Евгений Онегин» ритмико-гармоническая точность определяется соотношением трех составляющих: слоговым (силлабическим) объемом строфы, количеством в ней безударных слогов и количеством ударных слогов (тонической строфы). Слоговой объем предопределяет единство строфы, а количество ударных и безударных слогов – ее ритмическую вариативность [8]. «Божественная» пропорция ритма, композиционно-ритмическое «золотое сечение» наиболее ярко проявляются в романе «Евгений Онегин». Рифма и смысл онегинской строфы выступают в качестве одного из стилеобразующих параметров поэтического текста. Соотношение ритма и гармонии поэтического стиха, с одной стороны, и восприятия ритма стиха, с другой стороны, находится в зависимости от силы внешнего воздействия и интенсивности человеческий ощущений, возникающих в результате этих воздействий [8]. В естествознании такое соотношение связано с принципом резонансного изоморфизма [15]. Математической формулой такого принципа является принцип «золотого сечения», или «божественной» пропорции. Закон «золотого сечения» известен со времен Древнего Египта и был сформулирован Леонардо да Винчи.

Комментируя пушкинскую строфу, исследователи разных поколений оценивали качественные характеристики стиха при помощи слов небесный, легкий, воздушный [4; 12]. Такие слова, как легкость, плавность, божественность, составляют эмоциональную и субъективную характеристику стиха, подтверждающуюся между тем реальной, физической организацией текста. Какие же физические параметры отвечают за это необыкновенное «воздушное» повествование и «легкость» рифмы?

Анализируя главу 5 «Евгения Онегина» и 11 строф сна Татьяны, исследователи обратили внимание, что структурно сон Татьяны образует геометрический центр повествования, расположенный симметрично по отношению к началу и к концу романа, являясь тем самым особым знаком в повествовании сюжетной линии. Сон Татьяны – это сказочная картина с мифологическими героями, с одной стороны, и реальными героями романа Ольгой, Онегиным, Ленским – с другой. Сон Татьяны переступает границы сказочного сюжета и превращается в трагедию. Развитие событий и ритмика стиха А. Пушкина демонстрируют переход от плавного и медленного рассказа к более выразительному и драматическому по своему характеру повествованию. Плавное повествование переходит в состояние сильнейшего эмоционального напряжения и стресса. Сон Татьяны указывает на единство ритма и смысла. «Ритм прорывается и аккомпанирует смыслу» [1] и тем самым обусловливает эстетическое впечатление.

«Если пишущий внес в текст только первое слово задуманного предложения, интонационный уклад уже в значительной мере предопределен…» [9]. По мнению Л.Р. Зиндера, озвучивание текста определяет восприятие его смысла читателем [11]. Примером анализа звуковой и просодической стороны языка и речи является интерпретация фрагментов художественных произведений, записанных в произнесении носителей языков разных систем. Озвучивание текста и воспроизведение авторских ремарок позволяет анализировать звуковую форму языка, особенности звучания, восприятия, артикуляции, фонетическую интерференцию в речи исполнителей художественных произведений. На примере озвученных художественных произведений русских писателей производится анализ звуковой стороны языка.

Фрагменты классического стихотворного текста А.С. Пушкина «Евгений Онегин» были записаны в произнесении 10 дикторов. Общий объем экспериментального материала составляет 390 звуковых файлов, включающих в себя реализации отдельных фрагментов романа в стихах. Дикторы – носители литературной нормы русского, бурятского и эвенкийского языков разных возрастных групп, представляющие мужские и женские голоса. Дикторы имеют высшее и среднее образование. Подготовленный материал представляет собой звуковую базу данных для последующего анализа и интерпретации звукового материала. Видеозапись экспериментального материала производилась на компьютере «Vaio» в Бурятском государственном университете. Способом реализации звукового материала является чтение текста. Дикторы были предварительно ознакомлены с материалом. Обязательной для прочтения была глава 1 (для дальнейшего сопоставительного фонетического анализа), остальные главы записывались по выбору дикторов. Тестирование качества записей оценивалось фонетистами-экспертами. Звуковой материал введен в компьютер, оцифрован с частотой дискретизации 20 000 Гц. Хранение звукового материала в виде звуковой базы данных позволяет осуществлять последовательное расширение и модификацию как исследуемого материала, так и параметров описания. Обработка звукового материала проводилась с применением нескольких видов анализа: слухового, осциллографического, спектрального. В ходе слухового анализа были рассмотрены реализации гласных и согласных, буквосочетаний в различных фонетических условиях, ритмическая организация текста. Спектральный анализ проведен в программах обработки речевых сигналов – Praat и Elan (рис. 1–4). Программы предназначены для создания, обработки и исследования цифровых речевых сигналов.

Обработка звуковых сигналов, сегментация и анализ акустических характеристик производились по методике, принятой в Лаборатории экспериментальной фонетики СПбГУ [3].

Рис. 1. Программа обработки речевых сигналов Praat

Рис. 2. Фрагмент инструментального анализа ритмической мелодической структуры стихотворного текста из произведения А.С. Пушкина «Евгений Онегин» в исполнении диктора 1 (носитель бурятского языка). Программа обработки речевых сигналов Praat

Рис. 3. Фрагмент инструментального анализа ритмической структуры стихотворного текста из произведения А.С.Пушкина «Евгений Онегин» в исполнении диктора 2 (носитель эвенкийского языка). Программа обработки речевых сигналов Elan

Рис. 4. Фрагмент инструментального анализа просодической структуры стихотворного текста из произведения А.С. Пушкина «Евгений Онегин» в исполнении диктора 3 (носитель русского языка). Программа обработки речевых сигналов Praat

В результате исследования был произведен первичный анализ основных особенностей вариативности гласных и согласных; степени «устойчивости–неустойчивости» дифференциальных признаков фонем в условиях связного текста; причин вариативности реализаций гласных и согласных; определен диапазон варьирования гласных и согласных, сочетаний согласных (трех и более) в тексте. Полученные данные позволили проследить общие закономерности оформления ритмической структуры в стихотворном тексте, нарушения ритмической картины, отклонения от нормативного произношения на сегментном и супрасегментном уровнях. Реализация стихотворного текста варьировалась от монотонного до ярко эмоционального представления. Озвученный материал отражает фонетический строй русского языка, характерный для полного типа произнесения.

Были проанализированы длительность реализаций фрагментов текста и отдельных строф и пауз, формантная структура ударных и безударных гласных, мелодика. Озвученный дикторами материал сопоставлялся с образцами чтения романа в стихах «Евгений Онегин» А.С. Пушкина в реализации профессиональных дикторов. Исполнение классического произведения А.С. Пушкина «Евгений Онегин» не в полной мере удалось непрофессиональным дикторам – наивным носителям языка. Нарушение ритмической структуры текста и нормативной реализации отдельных фонем и их сочетаний снижало общее эстетическое впечатление от звучащего слова. Возникающее желание повторить запись вдохновляло дикторов на более качественное исполнение стихотворного текста с целью передачи глубокого смысла и содержания произведения А.С. Пушкина, передачи «легкости» и «воздушности» онегинской строфы.

Важнейшей фонетической особенностью чтения стихотворного текста является повышенная роль суперсегментных средств. Чтение текста отличается яркими индивидуальными характеристиками исполнителя – диктора. В ходе слухового анализа озвученного материала отмечены свойства интерферированной речи у дикторов носителей эвенкийского и бурятского языков, проявляющиеся как на сегментном, так и на суперсегментном уровнях. Это предмет отдельного исследования.

В заключение хотелось бы подчеркнуть важность экспериментального исследования звучащего слова на примере чтения классических произведений русской литературы как эталонных образцов русского литературного языка.

А.С. Пушкин «Евгений Онегин» – фрагмент Главы 1.

«Мой дядя самых честных правил, Когда не в шутку занемог, Он уважать себя заставил И лучше выдумать не мог.

Его пример другим наука;

Но, боже мой, какая скука С больным сидеть и день и ночь, Не отходя ни шагу прочь!

Какое низкое коварство Полуживого забавлять, Ему подушки поправлять, Печально подносить лекарство, Вздыхать и думать про себя: Когда же черт возьмет тебя!» II

Так думал молодой повеса, Летя в пыли на почтовых, Всевышней волею Зевеса Наследник всех своих родных. Друзья Людмилы и Руслана! С героем моего романа Без предисловий, сей же час Позвольте познакомить вас: Онегин, добрый мой приятель, Родился на брегах Невы, Где, может быть, родились вы Или блистали, мой читатель; Там некогда гулял и я: Но вреден север для меня.