Историческая память как основополагающий компонент культуры

Жизнь постоянно преподносит нам уроки, когда мы забываем об истории, о важности и тех или иных ключевых событий, происходящих в стране и в мире в целом. В связи с чем актуальным остается высказывание выдающегося деятеля М.В. Ломоносова, который говорил о том, что «народ, не знающий своего прошлого, не имеет будущего». Сегодняшние реалии показывают, насколько важен и в то же время хрупок феномен исторической памяти. В современном мире ключевыми проблемными аспектами конституирования и транслирования памяти являются попытки искажения исторических фактов, а также намеренная фальсификация тех ключевых событий, в истинности которых еще недавно никто не сомневался. Воспоминания наших предков, многовековой опыт, традиции, собственные пережитые моменты – все эти составляющие создают нашу самобытную историю. В связи с чем важным обстоятельством является связь исторической памяти с культурологическим аспектом. Благодаря памяти культура предстает как многомерное основание, не подвергаясь при этом оскудению. Культурная память участвует в формировании смыслов, а также преобразовании воспоминаний.

II.    ОБСУЖДЕНИЕ И РЕЗУЛЬТАТЫ

Память занимает отдельное место в концепции О. Шпенглера, который определял культуру как профеномен прошлого (истории). Согласно его мнению: «Культура – есть суть организма, а история культуры их биография, которая дана нам, как некоторое историческое явление в образе памяти». Шпенглер изучал феномен исторической памяти сквозь призму культуры, утверждая, что история напрямую связана с традициями и обычаями людей. Вместе с тем, он говорил, что каждая культура неповторима и уникальна по своей сути. Но несмотря на это, традиции и обычаи отдельных народов создают культурное пространство, обеспечивая преемственность поколений за счет сохранения и аккумулирования памяти.

Другой исследователь в области культурологии М.М. Бахтин понимал память как глубинное явление культуры. Он обращал особое внимание на контекст пребывания определенного события: «Каждый культурный акт существенно живет на границах: в этом его серьезность и значительность; отвлеченный от границ он теряет почву, становится пустым, заносчивым, вырождается и умирает». В его понимании, каждый культурный акт вбирает в себя отдельные исторические факты, в рамках которых впоследствии формируется отдельные традиции. Вместе с тем обычаи и ритуалы важно рассматривать именно как элементы коллективной памяти, объективные формы культуры.

С точки зрения Бахтина, сущность памяти заключается в межкультурном общении, в рамках которого происходит трансляция поведенческих нарративов и историко-культурного наследия. Аксиологический компонент в данном случае важен, в связи с тем, что посредством него происходит закрепление ценностных категорий, которые пополняются благодаря поколенческому опыту. Данный процесс определяет участие в вечном преображении прошлого, которое возможно благодаря тому, что «нет пределов числу интерпретаций смысла, и в зависимости от контекста можно говорить о множественности способов его передачи памятью». Таким образом, в исследованиях Бахтина прослеживается связь памяти с культурой, которая установляется путем ценностных ориентаций . Важным компонентом здесь выступает «культурно-историческая телепатия», т.е. воспроизводство сложных художественных образов другим поколениям.

Память занимает немаловажную роль в неофрейдизме К. Юнга. В своем труде «Архетип и символ» он писал о том, что архетипы являются компонентами культуры, которые передаются от одного поколения к другому. Они присущи каждому человеку и возникают до нашего индивидуального опыта. Значимым аспектом памяти является поддержание связи, как с материальными, так и с духовными вещами посредством репродуцирования бессознательных содержаний, которые были подавлены в ряду каких-то эмоциональных переживаний. Однако, по мнению Юнга, важно понимать, что «среди утерянных воспоминаний немало таких, чья неосознанность (а значит, и неспособность быть воспроизведенными по желанию) обусловлена их же неприятным и невыносимым содержанием». С точки зрения швейцарского педагога, наше прошлое выражается в культурных архетипах, которые он интерпретирует, как совокупность отношений, возникающих между людьми по поводу сформированных в обществе установок. И здесь память тесно связана с культурой, поскольку доминантами прошлого выступают культурные ценности, традиции, ритуалы и др., которые образуют единство историко-культурного аспекта общества. По мнению Юнга, между архетипами и современными ему историческими событиями лежит целый аксиологический пласт, выражающий культурный опыт народов.

Российский культуролог Ю. Лотман представлял семиотический подход в проблеме исторической памяти. Он определял коллективную память как культуру. Мыслитель подчеркивал, что «Культура, прежде всего, – понятие коллективное. Отдельный человек может быть носителем культуры, может активно участвовать в ее развитии, тем не менее по своей природе культура, как и язык, – явление общественное, то есть социальное». Культура соотносится с памятью, благодаря своей тесной взаимосвязи с историей.

Attribution 4.0 kitorilotianof [КП4Л)

Creative Commons Attribution 4.0 International License

Лотман интерпретировал ее как непрерывный нравственный и духовный жизненный путь человека, который предстает, с одной стороны, в виде совокупности унаследованных текстов, а с другой стороны, как совокупность унаследованных символов, которые видоизменяются с течением времени. Таким образом, культурная память всегда исторична, так как настоящее существует лишь в силу того, что есть прошлое. Именно благодаря духовному наследию возможно хранение и транслирование диалектов памяти и формирование единого пространства культурных смыслов.

Французский историк П. Нора создал концепт «места памяти». Его побудило к данному исследованию мысль о том, что связь истории и памяти сегодня видоизменяется, поскольку прошлое «принадлежит многим людям, начиная с тех, кто пережил недавние события, и особенно тех, кто пострадал от них». Места памяти в его теории представляют собой культурные механизмы поддержания прошлого опыта. Они отражают духовное наследие народа, посредством аккумулирования значимых материальных объектов.

Также Нора говорил о том, что в современном мире присутствует тенденция постепенной утраты некоторых фактов и воспоминаний, но несмотря на это, культурная память продолжает жить пока остается в историческом сознании той социальной группы, с которыми связано определенное событие. Вместе с тем, в современном обществе присутствует опасность ее потери и искажения. Нора писал, что «Память — это жизнь, носителями которой всегда выступают живые социальные группы, и в этом смысле она находится в процессе постоянной эволюции, она открыта диалектике запоминания и не отдает себе отчета в своих последовательных деформациях, подвластна всем использованиям и манипуляциям, способна на длительные скрытые периоды и внезапные оживления».

Таким образом, феномен памяти, с точки зрения П. Нора, является весьма неустойчивым концептом, ввиду возможности его фальсификации, воздействия на него извне. Также стоит отметить, что сегодня история утрачивает свое былое смысловое единство. Данное обстоятельство проявляется в различных версиях конституирования и воспроизведения прошлого. Мыслитель также подмечает необходимость сохранения памяти, так как с помощью нее формируется национальная идентичность, происходит социокультурное развитие общества. Места памяти оказываются связанными с культурой посредством ценностей. Они появляются благодаря желанию людей запечатлеть важные для них события, именно здесь и находит отражение наша память. Главный посыл мест памяти – культурная конфигурация, которая предстает возможной благодаря исторической реконструкции прошлого. Интерес к ним обуславливается в силу того, что они обладают мощным символическим значением, который сплачивают людей в рамках единого события. К местам памяти он относил: географические места, здания, памятники и произведения искусства, а также исторические личности, памятные дни, философские и научные тексты, символические действия.

В основе нашей памяти лежат культурные традиции, которые красной нитью проходят через всю историю человечества. Посредством аккумулирования различных обычаев, ритуалов обеспечивается транспоколенческий характер передачи и сохранения значимости воспоминаний.

Патрик Х. Хаттон в своей книге «История как искусство памяти» прослеживал взаимосвязь истории и традиции в современном мире. С его точки зрения, связь является двоякой. С одной стороны, наше мышление отражает ценности современной культуры, при этом пытаясь не демонстрировать свою приверженность к прошлому, с другой стороны, мы располагаем достаточно полным багажом знаний прошлого опыта, в отличие от наших предшественников. Сегодня культура, обладая современными информационными тенденциями, сделала важный шаг в сторону сохранения исторической памяти, который выражается в упрощении доступа к репрезентации прошлого. Вместе с тем возникает опасность ненадежности электронных носителей, выражающаяся в различного рода манипуляциях над памятью и намеренном ее искажении. П. Хаттон писал: «Фактическая информация по иронии судьбы становится более доступной, так как число контекстов, в которые ее можно размещать, выросло, разрушив когда-то тесную связь между особыми мнемоническими местами и отдельными воспоминаниями». Безусловно можно утверждать, что сегодня наблюдается пробуждение памяти, которое прослеживается в активации обращения к прошлому опыту. Тем не менее возрастает также тенденция использования памяти в личных интересах.

№

III.    ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таким образом, на основании анализа концепций различных ученых мы можем говорить о том, что историческая память выступает мощнейшим фактором консолидации социума. Под ее влиянием формируется мировосприятие человека и его идентичность. Вместе с тем она предстает и одним из основных показателей культуры, так как в памяти ключевые события сохраняются посредством национальных традиций, ритуалов и обычаев. Именно благодаря культурному аспекту происходит формирование коллективной памяти народа, а также национальной идентичности общества. Историческая память выступает своего рода образом культурного прошлого социума, несущая за собой целый пласт многовекового наследия отдельных людей и стран.