Изделия из металла из погребальных комплексов афанасьевской культуры

Афанасьевская культура – одна из наиболее загадочных в древней истории Южной Сибири, несмотря на длительность ее изучения, наличие разнообразных гипотез и предположений по поводу происхождения, хозяйственную деятельность населения, хронологию и т.п. К настоящему времени проведена ревизия материалов погребальных комплексов, что позволило выделить объекты окуневской культуры на Енисее и куротинского типа – в Горном Алтае, а также уточнить культурную принадлежность инвентаря, в т.ч. из металла, что актуально для характеристики культуры [Ва-децкая и др., 2014].

К афанасьевской культуре в общей сложности относится более 500 погребений. Кроме того, в Горном Алтае исследован ряд захоронений, которые сложно однозначно отнести к афанасьевской или куротинской группе. Изделия из металла обнаружены приблизительно в 17 % погребений Горного Алтая. На Енисее этот показатель ниже – около 8 %. Выяснилось, что состав вещей не отличается разнообразием (см. рису- нок). Отмечено сходство и различие предметов из разных регионов.

Все изделия из афанасьевских погребений могут быть разделены на украшения (серьги или височные кольца, браслеты, состоящие из про-низок), предметы быта (ножи, шилья, оковки, скобы) и изделия неизвестного назначения (фрагменты пластинок, окислы). В погребениях куротин-ского типа обнаружены украшения, шилья и нож (в насыпи) (см. рисунок, 42–45 ). Химический состав металла многих находок определен С.В. Хав-риным [2010]. Большинство изученных предметов состоит из чистой меди или меди с незначительным количеством примесей. Иногда использовали метеоритное железо и золото.

Серьги (височные кольца?) (см. рисунок, 29–34 ). В Горном Алтае серьги найдены в шести захоронениях (Первый Межелик-1, Урускин Лог-1 и др.). На Семисарте-2 (огр. 1) зафиксированы окислы на черепе: по-видимому, остатки подобных украшений. Как правило, изделия находились слева от черепа по одному экземпляру. Предметы различаются по

Изделия из металла с памятников афанасьевской культуры Енисея ( 1-26) и Горного Алтая ( 27-41 ), погребений куротинского ( 42-45 ) и покровского ( 46, 47) типов ( 1-12, 14-20, 23, 27, 28, 31-34, 36-46 - медь; 13, 22, 24-26 - серебро; 21, 29, 30, 47 - золото; 35 - железо) ( 1-45 - по: [Вадецкая и др., 2014]; 46, 47 - по: [Шульга, 2006]).

количеству оборотов (1,7–3), размерам (диаметр от 0,7–0,9 до 1,8 см), материалу (медь и золото). Серьги делятся на 2 типа: 1) изделия с заходящими приостренными концами диаметром 1,8 см (Ело-1, огр. 4); 2) изделия в виде спирали в 2–3 оборота.

На Енисее найдены 9 спиралевидных серег в несколько оборотов (см. рисунок, 12, 13, 21–26 ), в т.ч. золотые, медные и серебряные (Афанасьева Гора, мог. 24; Карасук III, огр. 2, мог. 1; Сыда-I, кург. 5, мог. 2; Малиновый Лог, огр. 1, мог. 1 и др.) [Грязнов, 1999, с. 17, 27, 32, рис. 6, 2, 13 ; 23, 6 ; Боковенко, Митяев, 2010, с. 18, рис. 5–6].

Браслеты (Горный Алтай) из меди и железа найдены на запястьях погребенных 7 захоронений (см. рисунок, 27, 28 ). Они состоят из отдельных пронизей или подпрямоугольных пластин, различаются по материалу (медь и железо) и размерам (железные звенья более крупные).

Пронизи из меди обнаружены в пяти могилах, но информация есть только по находкам из Ело-Баши (огр. 1) и Кара-Кобы-1 (огр. 2). Пронизки подовальной формы имеют размеры 6 × 3 × 3 × 1, 5 × 2 × 1 и 4 × 3 × 1 мм и выполнены из тонкой проволоки.

Браслеты из метеоритного железа найдены на могильниках Усть-Куюмский (мог. 6) и, по-ви-димому, Кор-Кобы (кург. 9). Размеры пластинок от 1,6 × 1,7 × 0,2 (0,3) см и меньше [Погожева и др., 2006].

Ножи (см. рисунок, 36–39 ). Известны 4 экз. из Горного Алтая: три обнаружены в могилах (Усть-Куюмский, мог. 8; Урускин Лог-1, кург. 3; Айры-даш-I, погр. 15), а один – в пределах надмогильной конструкции (Урмулык, погр. 6). Все ножи черенковые. По оформлению лезвия подразделяются на двулезвийные с клинком листовидной формы и однолезвийные (см. рисунок, 36–39 ). Отличия между однолезвийными экземплярами наблюдаются в оформлении спинки (выгнутая и прямая) и лезвия черенка. Длина однолезвийных изделий 11,5–11,8 см, а двулезвийных – 10 × 3 и 7,5 × 3 см. У последних клинки обломаны.

Шилья (см. рисунок, 40, 41 ) в могилах обнаружены в количестве 2 экз. (Горный Алтай – Первый Межелик-1, огр. 1; Толгоек II). Предметы обоюдоострые, в сечении четырехгранные. На Енисее ромбовидное в сечении изделие найдено на могильнике Малиновый Лог (огр. 1, мог. 1). Обоюдоострое четерехгранное шило, обнаруженное в нарушенном погребении Моисеехи (кург. 21, мог. 1), вероятнее всего, относится к окуневской культуре [Ковалева и др., 2010, рис. 8, 6 ; Вадецкая и др., 2014, с. 196]. В Монголии, в могиле кургана Кувак Гови, найдено четырехгранное шило [Ковалев, Эрдэнэбаатар, 2010, рис. 7, 2 ].

К составным частям предметов относятся четырехгранные гвоздики и скобы (Первый Меже-лик-1, огр. 12; Афанасьева Гора; Кок-Хая), а также оковки, которые найдены в 10 погребениях Енисея (Афанасьева Гора, Итколь II) (см. рисунок, 1–11, 14–33 ). Они различаются между собой размерами, формой и наличием гвоздиков. Как правило, предметы украшены пуансонным орнаментом. Для Горного Алтая подобные находки не характерны. Оковка с таким орнаментом обнаружена в разрушенном афанасьевском погребении Боронгола [Бородовский, 2006, рис. 6, 4 ].

Пластины (назначение неясно). На Урускином Логу-1 (кург. 2), на левом плече погребенного, найдены 2 обломка железной пластинки длиной 2 см. На Бойтыгеме-2 (кург. 11), у локтя правой руки погребенного, обнаружены фрагмент дерева и небольшая плоская медная пластинка.

Объединяет коллекции разных регионов наличие спиралевидных серег и шильев, а отличает то, что на Енисее нет ножей и браслетов, но сравнительно много скобок и оковок, редких для Алтая. Некоторые вещи имеют аналоги среди материалов памятников других культур, в т.ч. на удаленных территориях. Похожие на афанасьевские серьги найдены в одном из захоронений покровского типа на Северо-Западном Алтае (см. рисунок, 46, 47 ) [Шульга, 2006]. Аналоги обнаружены в погребениях новотиторовской культуры степей Предкавказья (III тыс. до н.э.). Однако традиция использования височных колец в погребальном обряде более древняя [Гей, 2000, с. 159–161, рис. 48]. Медные кольца в 1,5–2 оборота из круглой проволоки встречены в захоронениях раннего бронзового века Приуралья [Богданов, 2004, рис. 56, 10, 11 ]. На территории Сибири ножи подобного типа иногда находят в памятниках окуневской культуры, например, на Моисеехе (кург. 17, мог. 1; кург. 24, мог. 2) и Барсучихе IV (кург. 22, мог. 2) [Ковалева и др., 2010, рис. 8, 2, 8 ; Грязнов, 1999, с. 41, 42; рис. 23, 11 ; Вадецкая и др., 2014, с. 196]. Двулезвийные ножи с клинком листовидной формы близки ножам группы 4, по С.Н. Кореневскому, в т.ч. из погребений северокавказской культуры [1978, с. 41–44, рис. 8–58]. Ножи данной группы появились у племен ямной культуры в период их знакомства с кавказскими мышьяковистыми бронзами, т.е. во второй половине III тыс. до н.э., и входили в обиход степных племен до конца бронзового века [Кореневский, 1978, с. 46]. Такие ножи находят в новосвободенских дольменах и поздне-ямных памятниках степной полосы [Гей, 2000, с. 151]. В памятниках раннего бронзового века Восточной Европы четырехгранные в сечении, обоюдоострые шилья обнаружены в Приуралье.

Они стереотипны и для других очагов ЦМП [Моргунова, Кравцов, 1994, с. 66, рис. 31; Богданов, 2004, с. 187, рис. 56, 2–4, 8 ].

Подводя итоги, отметим, что изделия из металла из афанасьевских погребений относятся к определенным категориям инвентаря – украшениям и составным частям предметов. Возможно, не случайно на Енисее нет ножей, но много оковок и скобок. Не исключено, что появление двулезвийных листовидных ножей в Южной Сибири является хронологическим показателем и отражением контактов населения. Погребения с ножами, видимо, относительно поздние в Горном Алтае. На Енисее ножи найдены в памятниках окуневской культуры. Количество изученных афанасьевских объектов и анализ инвентаря показали, что нет оснований относить к афанасьевской культуре целый ряд случайных находок, в частности, топоры, которые нередко находят в районах, где нет афанасьевских памятников [Грушин, Тюрина, 2009, табл. III]. В эпоху ранней бронзы территория Горного Алтая была населена не только афанасьевца-ми [Молодин, 2002], поэтому связывать подобные находки с афанасьевской культурой и привлекать их в качестве аргумента в решении проблемы происхождения культуры преждевременно [Моргунова, 2014].