Изобразительные лексические и синтаксические средства в художественном пространстве романа-хроники А. М. Амур-Санана "Мудрешкин сын"

Есенова Г. Б. Изобразительные лексические и синтаксические средства в художественном пространстве романа-хроники А. М. Амур-Санана «Мудрешкин сын» // Вестник Бурятского государственного университета. Филология. 2021. Вып. 2. С. 26– 30.

Художественное наследие основоположника современной калмыцкой литературы А. М. Амур-Санана до сих пор тщательно не изучено, хотя его деятельность [9; 18; 13; 14; 3; 16; 2; 8; 17; 10; 6] и творческий портрет [4; 5; 12] были объектом научного исследования. Особый интерес представляет литературное творчество А. М. Амур-Санана. Анализ научной литературы, посвященной художественному наследию А. М. Амур-Санана, позволяет заключить, что до сих пор литературное творчество писателя рассматривалось только с литературоведческой точки зрения, в частности, изучались сюжет, композиция романа-хроники «Мудре-шкин сын». К сожалению, не предпринималось лингвистическое исследование ни творчества А. М. Амур-Санана, ни романа-хроники «Мудрешкин сын». Литературная деятельность А. М. Амур-Санана не рассматривалась в аспекте художественного билингвизма, хотя его произведения были созданы в первой трети

ХХ в. и А. М. Амур-Санана можно отнести к родоначальникам художественного русско-национального билингвизма. Не предпринимается лингвокультурологическое исследование наследия А. М. Амур-Санана, не изучается русскоязычное литературное творчество писателя с точки зрения отражения картины мира калмыков в средствах приобретенной лингвокультуры, хотя в романе-хронике «Мудрешкин сын», по оценке критиков, нарисована панорама традиционной жизни калмыков [8;  15;  12]. К сожалению, до сих пор роман-хроника

А. М. Амур-Санана подробно не изучался и с точки зрения языковых особенностей, за исключением исследования функционирования безэквивалентной [11] и национально-региональной [7] лексики в художественном пространстве романа.

Целью настоящей статьи является изучение изобразительных лексических и синтаксических средств в тексте романа-хроники А. М. Амур-Санана «Мудрешкин сын» [1].

Анализ показывает, что изобразительно-выразительные средства русского языка писатель широко использует при описании картин природы, для характеристики персонажей, происходящих событий, а также для передачи переживаемых чувств, эмоциональной оценки поступков, поведения, обычаев. Особенно часто автор использует разнообразные лексические средства. Это могут быть контекстуальные синонимы ( тихо и бессильно мычала — о корове; милый, хороший, добрый, умный — о сян (хорошем) человеке; обе сироты, обе презираемые, обе несчастные — о матери и Ботохэ), лексические повторы, с помощью которых дается эмоционально-экспрессивная оценка (дорога все хуже и хуже , путь все труднее и труднее — о переходе в осеннюю распутицу). Антонимы могут употребляться для создания контраста, например для характеристики отца: трезвый, в здравом уме, он тиранил нас, а пьяный истязал безумно . Автор часто использует цепочки однородных членов, каждый последующий член которых усиливает передаваемое значение, создавая определенный эмоциональный фон контекста: отец бил меня, мать, сестер так, как бил нашу рыжую кобылу, безрогую корову и старую собаку; она делает все: стряпает, стирает, обшивает семью, доит и поит коров, сюда входят отец и мать мужа, все деды, прадеды и вообще все дяди, тети, старшие братья, их жены, сестры и их мужья (о соблюдении обычая избегания замужней калмычкой в отношении родственников мужа); смотря по степени провинности молодайки, приносятся в жертву духам халаты, деньги, бараны, даже лошади и коровы . Иногда для усиления воздействующей силы текста в одном предложении автор использует и лексический повтор, и контекстуальные синонимы, например: только потому что она — детище родового общества, детище бедности и нужды . Зачастую автор прибегает к комбинированию средств. Например, использует лексический повтор, контекстуальные синонимы, ряды однородных членов: невольно вспомнилось мне мое горемычное прошлое, мое скорбное детство: такая же убогая кибитка, моя бедная плачущая мать, вечно обижаемый и вечно обижающий свою семью, всегда горько пьяный отец . Автор может прибегать к контекстуальным синонимам и сравнениям, например: мои маленькие, забитые, запуганные насмерть, как звереныши, сестры . Все эти средства служат передаче замысла автора, используются для воздействия на эмоциональную сферу читателя.

К синтаксическим изобразительно-выразительным средствам, которые используются автором в тексте романа, относятся риторические вопросы и воскли- 27

цания, вопросно-ответные конструкции, назывные предложения, ряды синтаксически однородных конструкций, парцеллированные конструкции. Большая эмоционально-экспрессивная нагрузка лежит на риторических вопросах, которые задает автор себе в самые сложные моменты жизни. Например: А что тогда станет с нами — со мной, с бабушкой Алдэ, с отцом? Что было делать ? Риторические вопросы в тексте произведения используются реже, чем риторические восклицания, с помощью которых автор передает всю глубину переживаемых чувств ( Сколько раз было так ! — о побоях пьяницы-отца), свою эмоциональную оценку происходящему ( Проклятый обычай проклятого родового быта, отжившего, но живучего и мешающего жить новым поколениям ! Сколько было тут вывернутых наизнанку, до неузнаваемости, под цвет и тон революционного времени, индалуков! Сколько бездельников, пропойц, зубоскалов, воров и мошенников — людей, способных с величайшим усердием показать вид общественно полезных работников, но по существу своему глубоко антиобщественных, вредных !). Риторические восклицания могут адресоваться и самому герою-рассказчику: Ах, только бы скорее вырасти ! Да, надо во что бы то ни стало сделаться сян-кюном !

Подобные синтаксические средства могут передавать глубокие чувства любви, нежности к двум самым любимым существам — матери ( Так безгранична любовь матери !) и бабушке ( Сколько прекрасных сказок она мне рассказала !). Особой эмоциональной силой нагружены конструкции с прямой речью, вложенные в уста маленького мальчика: « Сколько раз я плакал и думал: “Неужели никогда не придет сян-кюн и не скажет, что так жить нельзя и не заступится за нас ?”». Поиску ответа на этот вопрос он посвящает свою жизнь. В связи с этим данная конструкция наделяется значительной смысловой нагрузкой в художественном пространстве романа-хроники. Разлитой экспрессивности текста способствуют и эмоционально-оценочные вводные конструкции, например: Я купил три ведра водки — будь она проклята! — и посещение сестры состоялось .

Вопросно-ответные конструкции являются средством передачи внутренней речи, передают размышления автобиографического героя, его сомнения: « Значит, недостаточно вырасти, чтобы стать сян-кюном. Для этого надо что-то еще. Что же? Вероятно, надо учиться ». Прямая речь также служит особой эмоциональности изложения: «Как бы хорошо мне надеть такой мундир, учиться и узнать все, — мечтал я ».

Следующее выразительное синтаксическое средство — назывные предложения, которые используются реже, чем рассмотренные выше, однако они используются автором в особо значимых эпизодах. Так, предложением Группа кибиток начинается рассказ о Бадгэ.

Автор использует и такое изобразительное средство, как синтаксически однородные конструкции: Мои маленькие, забитые, запуганные насмерть, как звереныши, сестры. Хромая, вечно голодная рыжая кобыла. Худые от недоедания ко-ровы…Всегда голодная, с опаленной шерстью на боках, старая, но верная собака, тоскливо полулежавшая около очага и вместе со всеми нами смотревшая в рот отцу ... Здесь они усиливают воздействующую силу назывных конструкций.

Некоторый налет разговорности привносят в художественный текст парцеллированные конструкции, например: Я же ходил голодный и оборванный. Главное — голодный; И хоть бы раз он дал этому сыну леденец, хоть бы раз приласкал его. Никогда! И тут впечатлительный ребенок искал вместо своего род- ственника чужого. Чужого, но хорошего человека — сян-кюна. Употребление подобных конструкций уместно: они не нарушают стилистическое единство контекста, а передаваемая через них экспрессия свидетельствует об оправданности их использования в художественном пространстве романа.

Таким образом, проведенный анализ позволяет заключить, что в романе-хронике А. М. Амур-Санана «Мудрешкин сын» широко используются разнообразные лексические и синтаксические изобразительно-выразительные средства. Синонимы, антонимы, лексические повторы, ряды однородных членов, парцелляции, риторические вопросы, риторические восклицания, номинативные предложения, вопросно-ответные конструкции, синтаксически однородные конструкции создают эмоциональный фон художественного текста, воздействуя на когнитивную и эмоциональную сферу читателя.