Эффективная методика расследования преступлений в сфере здравоохранения: какой ей быть?

П реступления в сфере здравоохранения – это широкая группа общественно опасных деяний, которая включает несколько групп посягательств. Их можно классифицировать или типизировать по ряду оснований. Одно из них – по уголовно-правовому критерию:

• 1)    преступления, совершаемые при оказании медицинской помощи (ч. 2 ст. 109, ч. 2 ст. 118, ч. 4 ст. 122, ч. 3 ст. 123, 124.1,

ст. 125, ст. 235, п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ и другие;

• 2)    коррупционные и должностные преступления (ст. 290-291.2, ст. 285, 286, 292, 293 УК РФ и др.);

• 3)    в том числе преступления, связанные с проведением закупочных процедур (ст. 178 УК РФ, 200.4 и 200.5 УК РФ и др.);

• 4)    преступления, связанные с фармацевтической деятельностью (ст. 238.1, 327.2 УК РФ);

• 5)    преступления, связанные с медицинским страхованием (ст. 159.5 УК РФ);

• 6)    преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков и сильно действующих веществ (ст. 233 УК РФ и др.).

Из перечисленных групп наиболее общественно опасными являются коррупционные и должностные преступления в сфере здравоохранения. Они же наиболее опасны для самих подозреваемых, обвиняемых, с позиции уровня их уголовно-правового риска, то есть степени тяжести посягательства (ст. 15 УК РФ), вероятности получить максимальный срок (размер) наказания, наступления иных неблагоприятных последствий1.

С позиции методологии и теории криминалистической методики каждая из этих групп преступлений, вероятно, заслуживает разработки отдельной, причем укрупненной [подр.: 4] криминалистической методики расследования преступлений, то есть методики довольно высокой степени общности. Безусловно, любая такая методика должна быть эффективной. В одном из универсальных научных определений эффективность рассматривается как часто (но не всегда) поддающаяся измерению способность избегать растраты материалов, энергии, усилий, денег и времени при выполнении чего-либо или при получении желаемого результата. В более общем смысле это способность делать что-то хорошо, успешно и без лишних потерь2.

Отсюда выводим суждение: эффективная методика расследования преступлений в сфере здравоохранения должна помо- гать ее пользователю – правоприменителю предупреждать и расследовать максимально большое количество наиболее опасных криминальных коррупционных проявлений за определенное время, в соответствии с законом, с минимально возможными затратами соответствующих сил и средств и гарантиями защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения. Как обеспечить это качество – эффективность – формируемыми и модернизируемыми методиками расследования? Попробуем рассмотреть этот вопрос с разных, иногда с неожиданных, не типичных для подобного рода научных публикаций сторон.

Из приведенного выше перечня групп преступлений по степени распространенности фактов привлечения к уголовной ответственности, а также степени общественной значимости, так называемой резонансности, следует особо выделить две группы:

– коррупционные преступления в сфере здравоохранения,

– преступления, совершаемые при оказании медицинской помощи.

В отношении первой группы в литературе верно отмечается, что взятки, злоупотребления полномочиями и другие преступления коррупционного характера в здравоохранении воспринимаются нашими гражданами наиболее болезненно. Причина в том, что в массовом сознании профессия врача ассоциируется с бескорыстным и самоотверженным служением людям, а здоровье является фундаментальным человеческим благом, без которого другие ценности утрачивают свой смысл [11; цит. по: 7, с. 15].

В то же время в практике отмечаются множественные примеры пресловутого обвинительного уклона в деятельности правоохранительных органов, направленного против медработников. Известные особенности статистической отчетности, отсутствие в действующем уголовном законодательстве указаний на минимальный размер даже мелкой взятки, неопределенность в понимании сле- дователями признаков должностного лица в сфере здравоохранения [7, с. 14-16], а также низкий уровень правовой культуры и правовой защиты подавляющего большинства медработников – все это, с одной стороны, становится причиной того, что следователи охотно возбуждают и расследуют не представляющие правовой и криминалистической сложности уголовные дела о коррупционных преступлениях в отношении медработников. Зачастую в отдельных регионах борьба идет в основном со взяткодателями и с мелким или обычным взяточничеством (ст. 291.2 и 290 ч. 1 УК РФ). При этом преступная деятельность высокопоставленных должностных лиц в сфере оказания медицинских услуг выявляется и расследуется относительно редко.

Одновременно следует учесть, что в отличие от многих иных сфер деятельности в правоохранительные и контролирующие органы поступает великое множество разнообразных жалоб на медицинских работников, включая анонимные заявления и сообщения. Соответственно, информации, поводов и оснований для начала работы в отношении медработников у правоохранительных органов как правило предостаточно.

Опять-таки для правоохранителей провести доследственную проверку и/или ОРМ, поймав на некрупной по размеру взятке, служебном подлоге рядового врача или старшую медсестру [10], – намного проще и «полезнее для палочной системы», чем выявлять, раскрывать высокоуровневые и организованные формы коррупции в той же системе здравоохранения.

С точки зрения интересов стороны защиты низкие зарплаты подавляющего большинства рядовых работников, включая должностных лиц системы здравоохранения, не позволяют им приглашать высококвалифицированных адвокатов по соглашению и эффективно, всеми не запрещенными законом средствами защищаться от незаконного и/или необоснованного обвинения.

В результате, повторимся, значительное количество уголовных дел возбуждаются по признакам незначительных противоправных деяний в следственных ситуациях, ког- да взяткой признаются мелкие подношения медицинским работникам, передаваемые пациентами в знак благодарности и в рамках устоявшихся в обществе традиций. Основные усилия правоохранительных органов направлены на борьбу с коррупционными преступлениями, не представляющими особой общественной опасности, правовой и криминалистической сложности. Должна ли, вправе ли эффективная криминалистическая методика «обслуживать» такую вот неприглядную закономерность правоприменения? Думается, что категорически нет.

Что касается второй группы преступных посягательств – преступлений, совершаемых при оказании медицинской помощи, здесь ситуация как со стороны защиты, так и со стороны обвинения несколько иная. Наряду с коррупционными эти преступления, как отмечают специалисты, способны подорвать доверие к системе здравоохранения, дискредитировать медицинских работников в общественном сознании и понизить уровень их уважения, которое необходимо им в силу особой социальной направленности и специфики их профессиональной деятельности, и без которого невозможно представить себе ее успешность [13].

Расследование анализируемых преступлений объективно характеризуется особой сложностью. Следователь, не будучи специалистом в области медицины, сталкивается со сложными вопросами оказания медицинской помощи, а главное – вынужден преодолевать активное противодействие, в ряде случаев организованное, еще до возбуждения уголовного дела. Подозреваемые и иные противодействующие лица зачастую уничтожают первичную медицинскую документацию, препятствуют проведению комиссионных судебно-медицинских экспертиз, сроки по которым сильно затягиваются. Ощутимым противодействием уголовному преследованию является и широкий общественный резонанс, который часто сопровождает расследование, оказывая давление на следователя [2].

Вместе с тем, как известно, в следственных органах СК РФ созданы специализированные подразделения по расследованию «происше- ствий в области медицины». Мнения юристов и врачей по вопросу необходимости и обоснованности такой организационной меры диаметральны. Так, по мнению авторитетных представителей медицинского сообщества, создание указанных спецподразделений направлено на ужесточение репрессий в отношении представителей медицинских профессий, свидетельствует о дискриминации по профессиональному признаку1.

Криминалистические методики расследования этих преступлений существуют, причем уже во множестве. Эффективная методика, на наш взгляд, должна обеспечить следователя в том числе действенными средствами и методами преодоления как законного, так и незаконного противодействия. Можем ли мы – криминалисты – еще чем-то дополнить эффективные методики? Думается, да. Дополнения могут быть самыми разнообразными. Мы – за диспозитивность сценариев формирования, структуры и содержания криминалистических методик расследования. Некоторые из предлагаемых новшеств приведем здесь.

Вновь отметим, что по обеим категориям уголовным дел в сфере здравоохранения существует проблема обеспечения квалифицированной юридической помощью. Как показали опросы в рамках занятий по повышению квалификации адвокатов2, менее 20% из них имели опыт работы (защиты) по делам о каких-либо преступлениях в сфере здравоохранения или по гражданским делам в той же сфере. Менее 7% опрошенных адвокатов защищали права и законные интересы медработников. Чуть больше – около 9% опрошенных – хотя бы один раз защищали противоположные интересы – интересы пациентов. Кстати, почти все «посвященные» адвокаты (7% и 9%) говорили о проблеме потребительского экстремизма со стороны множества пациентов. Это также проблема для отдельного исследования. На непростой вопрос о самооценке адвокатов по поводу уровня собственной квалификации и опыта по делам данной категории средний балл по 10-балльной школе составил около 4-5. Очень многие указали цифры «0-1». Таким образом, большинство действующих адвокатов, даже по их собственному мнению, мало знакомы или не знакомы вообще со сферой здравоохранения, спецификой противоправной и правоохранительной деятельности в ней.

Таким образом, можно обобщить, что существуют три с виду противоположные, однако взаимосвязанные проблемы:

• 1)    далеко не всегда расследование преступлений в сфере здравоохранения является эффективным. Приоритет, акцент надо делать не на мелких взятках рядовых врачей – «для обеспечения хорошей статистики» борьбы с коррупцией, а на высокоуровневых, организованных коррупционных преступных деяниях в сфере здравоохранения [подр.: 3];

• 2)    часто имеет место обвинительный уклон против медработников, распространенность фактов незаконного, необоснованного привлечения к уголовной ответственности;

• 3)    не всегда присутствуют надлежащая самозащита и профессиональная защита прав и законных интересов граждан, работающих в этой сфере.

Стоит ли говорить, что все три проблемы в конечном итоге крайне негативно отражаются на интересах общества и государства, правах, законных интересах, здоровье граждан – пациентов. Одна из негативных последствий всех трех проблем – массовый исход, отток лучших специалистов, особенно из далеких от центра регионов России, или вообще из профессии. Слишком высоки нагрузки, а также правовые риски врачей3.

Сформулируем некоторые криминалистически значимые предложения о решении комплекса названных проблем. Отметим для начала, что под незаконным мы понимаем обвинение, которое было выдвинуто в отношении лица с нарушением правил, закрепленных в гл. 23 УПК РФ, а под необоснованным – обвинение, которое не подтверждается достаточными допустимыми доказательствами виновности конкретного лица в совершении преступления [6]. Часть 1 ст. 6 УПК РФ прямо устанавливает, что назначением уголовного судопроизводства является не только защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, но и защита личности от незаконного и необоснованного обвинения1.

В юридической науке, законодательстве и судебной практике принято выделять такое понятие, как «баланс интересов». При этом достаточно часто упоминается о необходимости соблюдения баланса интересов общества, государства и личности [9]. Соответственно, подлежит выдвижению и проверке гипотеза о том, что и криминалистика, как прикладная юридическая наука, обязана и могла бы стремиться к балансу интересов сторон обвинения и защиты, государства в лице правоохранительных и судебных органов (а иногда с ними – потерпевших пациентов) и подозреваемого медработника, а также профессионального сообщества, к которому относится последний. Ничего подобного, в смысле обеспечения баланса, в нашей науке и правоприменительной практике не происходит.

Криминалистика как наука и учебная дисциплина, к сожалению, не имеет устойчивых традиций обеспечения подобного баланса. Как-то априори считается, что криминалистическое научное знание создается в целях повышения эффективности деятельности правоохранительных органов по установлению истины в уголовном процессе. Отсюда криминалистическое обеспечение законной деятельности представителей стороны защиты, мягко говоря, не находится в числе при- оритетов науки [14, с. 33-34]. Криминалисты традиционно изучают закономерности некой объективной действительности, проявляющиеся в работе следователя, прокурора, судьи, эксперта, оперативного работника. Лишь редкие работы посвящены закономерностям деятельности адвоката-защитника [1, с. 19].

Как верно заметил А.Н. Халиков, в криминалистике как учебной дисциплине в полном объеме проводится линия на разработку только первой части назначения уголовного судопроизводства (п. 1. ч. 1 ст. 6 УПК РФ), то есть на защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений. При этом «забывается» второе назначение, направленное на защиту прав и интересов человека (п. ц. ч. 1 ст. 6 УПК РФ). «А ведь второе назначение действует наравне с первым!» – гневно восклицает автор – бывший следователь по особо важным делам, а ныне – опытный адвокат [12].

Отчасти установлению некоего баланса способствуют научные разработки в рамках учения о криминалистической профилактике и концепции правового просвещения в криминалистике. Но прикладные исследования в этих областях пока редки и, судя по количеству и качеству публикаций, приоритетными, к сожалению, также пока не становятся. Пожалуй, актуальнейшие вопросы криминалистической профилактики и антикоррупционного, антикриминального просвещения в сфере здравоохранения – это тема для отдельного глубокого исследования.

Что же еще может предложить криминалистика – априори самая прикладная из юридических наук? В ряде работ мы не раз раскрывали содержание принципа недопустимости обвинительного уклона в криминалистике (применительно к методике расследования коррупционных преступлений в сфере высшего образования [подр.: 5]). Приведу тезисы из нашего с соавтором исследования, сразу адаптируя и дополняя их с учетом специфики сферы здравоохранения.

Укрупненные и частные методики расследования разнообразных преступлений в сфере здравоохранения в целях обеспечения искомого баланса могут и должны содержать научные положения и прикладные рекомендации защитительного характера в целях установления истины, а значит, далеко не для всех задач стороны защиты. Прежде всего – в целях недопущения привлечения к уголовной ответственности невиновных медработников. Это принципиально важное положение должно распространяться, в частности, на следственные ситуации, версии, связанные:

– с меньшей степенью виновности привлекаемого лица, наличием смягчающих обстоятельств и т.п.;

– с тем, что существует достаточное количество отношений, не подлежащих юридической квалификации вообще либо фактически недоказуемых с точки зрения соблюдения уголовно-процессуальных норм [8];

– с распространенными, системными ошибками и нарушениями закона, допускаемыми представителями стороны обвинения и судом, когда в отношении лица, совершившего деяния, содержащие признаки преступления (с позиции некой условной объективной истины), действует принцип ч. 2 ст. 50 Конституции РФ, запрещающий использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

Итак, к решению комплекса из трех названных проблем сферы здравоохранения (неэффективное расследование с приоритетом «мелочевки», обвинительный уклон, ненадлежащая защита медработников) необходимо подходить системно. В соответствующей системе мер обязательно должна учитываться в том числе необходимость:

– разработки эффективных методик расследования наиболее общественно опасных преступлений в сфере здравоохранения;

– обеспечения баланса интересов сторон обвинения и защиты;

– реализации мер криминалистической и иной профилактики, мер антикоррупционного, антикриминального просвещения медработников.