К вопросу о квалификации преступлений по признаку «Незаконная перевозка наркотических средств»

Проблема наркомании и незаконного оборота наркотических средств в современной России имеет комплексный, многослойный и системный характер. Она выходит далеко за рамки медицинской или криминальной плоскости, затрагивая основы национальной безопасности, экономической стабильности и духовно-нравственного здоровья общества. Наркомания сегодня – это не просто следствие личной деградации отдельного индивида, а индикатор кризисных явлений в социальной, правовой и культурной сферах, которые формируют благодатную почву для распространения наркотиков и укрепления теневого наркорынка.

Анализ исторического развития проблемы показывает, что наркотизация общества не является новой угрозой – она имеет глубокие корни и прошла эволюцию от локальных злоупотреблений к глобальной социальной катастрофе. Однако именно в последние десятилетия наркомания приобрела массовый характер, став системным вызовом для государственной политики. Особенно опасным является то, что наркозависимость перестала быть маргинальным явлением, затрагивая все более широкие слои населения, включая молодежь, подростков, лиц трудоспособного возраста, а также социально уязвимые категории граждан.

Борьбе с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ уделяется огромное внимание. Комплекс мер по прогнозированию и профилактике наркотической преступности является многоуровневым и многоаспектным. Изучение динамики преступности в этом направлении, ее характера, личности преступника, уровня работы правоохранительных органов и их взаимодействия с соответствующими государственными органами позволяет сделать прогноз наркопреступности по исследуемому направлению.

Согласно данным Судебного департамента при Верховном Суде РФ1, наблюдается устойчивая тенденция к увеличению количества преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств. В 2022 г. зарегистрированы 177,7 тыс. преступлений данной категории, в 2023 г. – 191 тыс., в 2024 г. их количество превысило 198 тыс., в 2025 г. – почти 215 тыс. При этом органы внутренних дел выявили 96,8% из них, что свидетельствует о значительных усилиях правоохранительных органов в противодействии наркопреступности.

Примечательна и динамика отдельных категорий наркопреступлений. В 2024 г. наблюдается существенный прирост зарегистрированных преступлений, сопряженных с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ. Наиболее выраженная динамика зафиксирована в сфере пересылки (рост на 51,4%; в 2025 г. показатели снизились на 15,4%), контрабанды (на

37,5%; в 2025 г. снижение на 13,8%), производства (на 11,1%; 2025 г. рост на 2,6%) и сбыта (на 7%; 2025 г. – рост на 17,6%). Общий объем изъятых из незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ по итогам 2024 г., по данным первого заместителя начальника Главного управления по контролю за оборотом наркотиков (ГУНК) МВД России Кирилла Смурова, составил 33,6 тонны2, что эквивалентно более 33 миллионов разовых доз. В 2025 г. изъято более 35,7 тонны наркотических средств, 828 килограммов психотропных веществ и более 46 тонн прекурсоров3, только контрабанды пресечено более 34 тонн4. При расчете средней дозы в 1 грамм на одного потребителя, данный объем потенциально способен охватить до 19% населения России – почти каждого пятого гражданина5.

Проблема квалификации признака «перевозка» в составе преступления, предусмотренного ст. 228 УК РФ, устанавливающей ответственность за деяния в сфере незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ, относится к числу наиболее сложных в доктрине уголовного права и правоприменительной практике. Сложность обусловлена наличием разных подходов в судебной практике различных регионов, что свидетельствует о недостаточной унификации правоприменения в данной сфере.

В соответствии со ст. 21 Федерального закона от 8 января 1998 г. N 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах» допускается законная перевозка указанных средств и веществ, которая может осуществляться исключительно юридическими лицами при наличии соответствующей лицензии на данный вид деятельности. При этом перечень перевозимых веществ ограничен Списком I прекурсоров, а сама перевозка должна обеспечивать надлежащий уровень безопасности.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2006 г. N 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» (далее – постановление) разрешает ряд актуальных вопросов, возникающих при толковании уголовно-правовых норм. Вместе с тем содержащиеся в нем разъяснения не охватывают всего комплекса проблемных аспектов (неоднозначно трактуемых положений), существующих в правоприменительной практике по данной категории дел.

Так, под незаконной перевозкой (п. 8 постановления) понимаются умышленные действия лица, которое перемещает без цели сбыта наркотические средства, психотропные вещества или их аналоги, растения, содержащие наркотические средства или психотропные вещества, либо их части, содержащие такие вещества, из одного места в другое, в том числе в пределах одного и того же населенного пункта.

Объективная сторона рассматриваемого деяния предполагает применение любых видов транспорта либо иных приспособлений, выполняющих функцию перемещения груза, а также несоблюдение регламентированного ст. 21 Федерального закона «О наркотических средствах и психотропных веществах» порядка легального оборота соответствующих средств и веществ.

Кроме того, противоправное перемещение может быть сопряжено с конспирацией транспортируемых объектов, выражающейся в их размещении в искусственно созданных укрытиях, монтируемых в транспортных средствах, багажных принадлежностях, элементах одежды, а также в анатомических полостях тела человека либо животных.

Содержание пункта 8 постановления размыто, фактически не конкретизировано, чем отличается перевозка наркотиков от того, что лицо положило их в карман и передвигается на автомобиле. Весьма неопределенно выражение «может быть осуществлена», т.к. нет четких критериев, что в себя включает признак «перевозка».

Вопрос о правовой квалификации деяния в качестве незаконной перевозки, совершаемой без цели сбыта, а также о разграничении данного состава преступления и незаконного хранения, сопряженного с процессом перемещения, разрешается судебными органами в индивидуальном порядке применительно к каждому конкретному случаю. При этом учету подлежит совокупность факторов, включающая: содержание умысла лица, совершившего противоправное деяние; конкретные условия транспортировки; количественные параметры (массу, объем) наркотических средств, психотропных веществ либо их аналогов; местонахождение (локализацию) указанных предметов, а также иные значимые обстоятельства, подлежащие установлению в рамках производства по делу.

В большинстве случаев лица, приобретающие наркотические средства для нелегального личного потребления, производят их транспортировку самостоятельно. При реализации наркотических средств в значительных объемах к процессу перемещения, как правило, привлекаются третьи лица, действующие за материальное вознаграждение и именуемые в правоприменительной практике «курьерами» либо «перевозчиками». Указанные лица задействуются с целью доставки запрещенных веществ от места приобретения к пунктам сбыта либо хранения.

Обращение к услугам посредников обусловлено стремлением субъектов сбыта к минимизации рисков личной уголовной ответственности. В случае пресечения противоправной деятельности правоохранительными органами на этапе транспортировки задержанию подвергается исключительно исполнитель перевозки, тогда как фактический обладатель запрещенных веществ – организатор сбыта – оказывается вне пределов оперативно-следственного воздействия. Применение данной модели криминальной деятельности позволяет лицам, вовлеченным в незаконный оборот наркотических средств, избежать привлечения к уголовной ответственности.

На наш взгляд, необходимо также отграничить перевозку наркотических средств для личного потребления от перевозки нарко- тиков от одного пункта до другого с целью сбыта. Отметим, что данный вопрос также не рассмотрен в постановлении, а лишь обозначено, что судам необходимо рассматривать каждый случай отдельно. Согласно комментариям к УК РФ, ключевым аспектом отграничения данных составов является умысел виновного. Мы согласны с этим утверждением, однако считаем целесообразным внести следующее пояснение: перевозка наркотиков с целью их дальнейшего сбыта характеризуется крупным или особо крупным размером наркотического средства, психотропного вещества либо их частей, а также наличием признаков предполагаемого сбыта: расфасовка наркотических средств, маршрут передвижения «возчика» и др.

Перевозку наркотических средств и психотропных веществ следует считать оконченной в момент начала их транспортировки. Неоконченную перевозку необходимо квалифицировать как покушение на перевозку наркотических средств или психотропных веществ. Данное преступление не следует относить к длящемуся, поскольку даже если лицо неоднократно перевозило наркотически средства из одного пункта до другого – это разные преступления, поскольку, если следовать нашему мнению, перевозка оканчивается в тот момент, когда достигнута цель (наркотические средства доставлены из пункта А в пункт Б).

Вместе с тем хранение наркотического средства либо психотропного вещества в незначительном объеме, предназначенном для удовлетворения личных потребностей лица, осуществляемое в процессе передвижения, не подлежит квалификации в качестве незаконной перевозки. Указанное обстоятельство порождает вопрос о необходимости сохранения в уголовном законе рассматриваемого квалифицирующего признака. Фактически в правоприменительной практике складывается подход, в соответствии с которым из состава преступлений, сопряженных с незаконным оборотом наркотических средств, исключается любой случай транспортировки указанных предметов, осуществляемой без цели сбыта. На основании сложившихся судебных подходов возникает следующая уголовно-пра- вовая оценка содеянного: транспортировка наркотического средства в количестве, предназначенном для личного потребления, при условии его нахождения при лице квалифицируется в правоприменительной доктрине как разновидность незаконного хранения, а не как самостоятельный состав перевозки. С целью подтверждения изложенного теоретического положения представляется целесообразным обратиться к анализу материалов судебной практики.

В качестве примера, отражающего сложившиеся правоприменительные подходы, может быть рассмотрено уголовное дело в отношении П., признанного виновным в незаконных приобретении, перевозке и хранении без цели сбыта наркотических средств. Как следует из материалов дела, П., достоверно зная о произрастании в лесополосе каннабиса (марихуаны), осуществил его сбор для личного потребления общей массой 19,88 грамма, после чего проследовал в город с целью сокрытия указанного наркотического средства растительного происхождения, что квалифицировано по ч. 1 ст. 228 УК РФ. Спустя двое суток П. вернулся к месту сокрытия для изъятия наркотика в целях личного потребления, однако в тот же день указанное вещество было обнаружено и изъято у данного лица в процессе проведения личного досмотра.

Судебная коллегия, осуществившая пересмотр приговора, исключила из его содержания квалифицирующий признак осуждения П. за незаконную перевозку наркотического средства. Основанием для принятия такого решения послужила следующая совокупность правовых аргументов.

В рамках судебного разбирательства судом первой инстанции был сделан обоснованный вывод о том, что деяния, совершенные П., фактические обстоятельства образуют объективную сторону составов преступлений, предусматривающих уголовную ответственность за незаконное приобретение и хранение наркотических средств, совершаемые без цели последующего сбыта. Приговор суда первой инстанции в части признания лица виновным в незаконной перевозке наркотического средства не может быть признан соответствующим требованиям уголовного законодательства. Вышестоящая судебная инстанция обоснованно указала, что, поскольку П. приобрел наркотическое средство исключительно для личного употребления, сам по себе факт его пространственного перемещения вместе с указанным веществом в пределах городской территории не требует самостоятельной уголовно-правовой оценки в качестве перевозки. Указанное деяние в полной мере охватывается диспозицией нормы, устанавливающей ответственность за незаконное хранение без цели сбыта. С учетом изложенного дополнительная квалификация действий лица по признаку перевозки была признана вышестоящей судебной инстанцией юридически избыточной.

Аналогичный подход к разграничению незаконной перевозки и хранения наркотических средств прослеживается в приговоре Октябрьского районного суда г. Белгорода от 8 июля 2022 г., в рамках которого государственным обвинителем в судебном заседании был исключен квалифицирующий признак «незаконная перевозка наркотических средств».

Б., реализуя прямой умысел, детерминированный направленностью на вовлеченность в нелегальный оборот наркотических средств, осуществила противоправные действия. С использованием специализированного ресурса, функционирующего в информационно-телекоммуникационной сети (интернет-платфор-мы) «Hydra», ею осуществлено противоправное приобретение наркотического средства растительного происхождения – каннабиса (марихуаны), суммарная масса которого составила 6,6 грамма. Данное деяние подлежит квалификации как совершенное при отсутствии признаков, свидетельствующих о намерении последующего сбыта, и исключительно в целях удовлетворения личных потребительских нужд, причем установленная масса образует значительный размер для данной категории наркотических средств. В последующем Б. переместилась к месту своего постоянного проживания, где осуществляла незаконное хранение вышеобозначенного наркотического средства, приобретенного при вышеописанных обстоятельствах, вплоть до пресечения ее противоправной деятельности сотрудниками правоохранительных органов, осуществившими изъятие предмета преступления.

18 марта 2022 г. в ходе проведения обыска в жилище по месту жительства Б. сотрудниками полиции из незаконного оборота было изъято хранимое ею наркотическое средство.

Принимая во внимание фактические обстоятельства совершенного преступления и направленность умысла Б., суд указал, что транспортировка наркотического средства между различными точками пространства предпринималась исключительно с целью последующего содержания при себе и создания условий для наиболее удобного его размещения. Исходя из телеологии уголовно-правовых норм, подобные действия полностью подпадают под содержание конструкции незаконного хранения, осуществляемого без намерения сбыта, в том числе в период передвижения субъекта. Как отмечено в судебном акте, содержание лицом наркотических средств, приобретенных для личного потребления, в ходе его пространственного перемещения не подлежит квалификации в качестве незаконной перевозки и в полном объеме охватывается составом преступления, предусматривающим ответственность за незаконное хранение наркотических средств [2].

Тем самым доказательственная база по признаку «перевозка наркотических средств» в ряде случаев оказывается недостаточно определенной, что затрудняет его квалификацию.

Рассмотрим пример вменения квалифицирующего признака «перевозки наркотиков». Г., перемещаясь в качестве пассажира в салоне транспортного средства, осуществил незаконную транспортировку вещества, содержащего в своем составе наркотическое средство мефедрон, общей массой 975,9 грамма. Указанное вещество находилось в носимой ручной клади (сумке черного цвета) и было перемещено на участке маршрута от станции Московского метрополитена до момента пресечения противоправных действий на стационарном посту полиции. В процессе проведения личного досмотра уполномоченными сотрудниками правопорядка вышеобо-значенное наркотическое средство в указанной массе было выявлено в принадлежащем

Г. предмете багажа и незамедлительно изъято из легального оборота. Из содержания предъявленного обвинения следует, что Г. были совершены действия, выразившиеся в транспортировке синтетического наркотического средства общей массой 975,9 грамма на значительное расстояние. Указанная масса, исходя из нормативно установленных критериев оценки, образует особо крупный размер для соответствующей категории наркотических средств, что существенно превышает количественные показатели, характерные для некоммерческого личного потребления.

Согласно правовой оценке, данной судом первой инстанции, деяние, инкриминируемое Г., квалифицировано по ч. 3 ст. 228 УК РФ как незаконная перевозка наркотических средств в особо крупном размере, совершаемая при отсутствии цели сбыта. В ходе судебного разбирательства не было установлено наличие у подсудимого умысла, ориентированного на последующий сбыт указанных веществ, несмотря на то, что значительный объем изъятого наркотического средства, согласно общему правилу, предопределял необходимость проведения углубленного исследования данного обстоятельства в рамках судебного следствия. (Вопрос о корректности судейской оценки относительно отсутствия в материалах дела достаточной и непротиворечивой совокупности доказательств, свидетельствующих о наличии у Г. умысла на незаконный сбыт наркотических средств в особо крупном размере, не относится к числу обстоятельств, подлежащих анализу в рамках настоящего исследования.)

Важно учитывать, на что был направлен умысел преступника. Как было установлено ранее, содержание понятия «перевозка» в контексте уголовно-правовой квалификации предполагает пространственное перемещение наркотических средств между различными географическими точками. В соответствии с разъяснениями, содержащимися в постановлении, в процессе такого перемещения допускается наличие обстоятельств, связанных с утаиванием запрещенных веществ, в том числе посредством их размещения в транспортном средстве, ручной клади либо элементах одежды.

Особое значение имеет конечная точка перевозки наркотиков, поскольку в том случае, если лицо приобрело наркотическое средство и перевозило его до своего места жительства, его деяние будет квалифицироваться как незаконное приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств. Если лицо оставило наркотическое средство в автомобиле, где оно постоянно находится, при этом преступник ежедневно передвигается на нем, его действия квалифицируются как хранение наркотических средств.

На основании обобщения совокупности проанализированных данных в настоящем исследовании предпринята попытка определения критериев, позволяющих дифференцировать незаконное хранение и незаконную перевозку наркотических средств и психотропных веществ.

Субъективная сторона деяния (направленность умысла виновного лица). При квалификации действий как перевозки умысел, как правило, ориентирован на перемещение наркотических средств либо психотропных веществ к конкретному месту назначения с целью их последующей реализации, содержания при себе либо личного потребления.

Фактические обстоятельства перевозки. Необходимо учитывать: место совершения деяния, время совершения деяния, способ перемещения веществ.

Количественные характеристики. Размер вещества может косвенно указывать на целевое назначение: незначительное количество зачастую расценивается как предназначенное для личного потребления.

Место нахождения веществ. В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, место нахождения может быть, как скрытым (багажник транспортного средства, бардачок, тайник, предметы одежды и т.п.), так и явным.

Подводя итог, считаем необходимым внесение конкретных рекомендаций в постановление Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами», касающихся закрепления в категоричной форме понятия «перевоз- ки» наркотических средств и психотропных веществ. Это могут быть указания, например, на подготовку к незаконной перевозке наркотиков (заранее спланированный преступником «безопасный» маршрут движения) и ее непосредственная реализация. Одним из условий квалификации «перевозки» должны быть: оборудование в салоне автомобиля, в ручной кладки преступника или в его одежде тайников, мест для размещения наркотических средств во время перевозки.

На наш взгляд, необходимо дополнить п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» следующим содержанием: «Под перевозкой необходимо понимать умышленные действия лица, направленные на перемещение наркотических, психотропных веществ или их аналоги, растения, содержащие наркотические средства или психотропные вещества, либо его части, содержащие наркотические средства или психотропные вещества из одного пункта в другой в крупном и особо крупном размере с целью дальнейшей передачи их третьим лицам и без таковой. В случае, если лицо перевозит наркотических, психотропных веществ или их аналоги, растения, содержащие наркотические средства или психотропные вещества, либо его части, содержащие наркотические средства или психотропные вещества, в незначительном или значительном размере, данное деяние следует квалифицировать как хранение».