К вопросу о применении современных технологий в уголовном процессе в странах БРИКС

Влияние непрерывного технического прогресса заметно во всех сферах общественного развития. Не стала исключением и сфера уголовного судопроизводства, где все большее распространение приобретают современные технологии. Они внедряются как в предварительное расследование, так и в судебное следствие, как в Российской Федерации, так и за рубежом, в частности в странах – участницах БРИКС.

В уголовном процессе внедрение современных технологий проявляется в виде различных цифровых данных при формировании доказательственной базы, специальных технических средств. Возникла отдельная научная дисциплина – цифровая криминалистика (digital forensic). Все эти проявления достижений технического прогресса оказывают непосредственное влияние на систему уголовного судопроизводства. Так, они способствуют расширению доступа граждан к правосудию, повышению уровня квалификации сотрудников правоохранительных органов и прозрачности судебной системы и в целом содействуют вынесению справедливых приговоров.

Опыт Бразилии, Индии, Китая и ЮАР в применении современных технологий в уголовном судопроизводстве представляет собой определенный интерес. Исследование этого опыта и передовых практик может быть учтено при совершенствовании уголовно-процессуального законодательства Российской Фе- дерации и практической деятельности правоохранительных органов и судов.

В Российской Федерации правовую основу применения тех или иных технологий в уголовном судопроизводстве составляет ряд статей УПК РФ. К указанным статьям, которые в общих чертах регулируют порядок применения технических средств и методов обнаружения, фиксации и изъятия доказательств и определяют критерии их допустимости, относятся ст. 74, 75, 164, 164.1, 166, 177 УПК РФ. Отдельно стоит отметить, что в УПК РФ содержатся нормы (ст. 278.1 и 189.1), регулирующие проведение допросов с применением видеоконференц-связи в ходе как предварительного расследования, так и судебного следствия, что является актуальным в текущих мировых реалиях.

В соответствии со ст. 58, 168 УПК РФ следователь и дознаватель вправе пригласить для участия в следственном и ином процессуальном действии специалиста, если есть необходимость его содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Производство многих следственных действий не представляется возможным без специалиста и используемых им технических средств, поэтому наиболее распространенной формой использования специальных знаний в уголовном судопроизводстве является именно участие специалиста для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов [4, с. 126].

В Китае действуют подобные правила в отношении электронных данных, включающие в себя сбор, хранение и аутентификацию. Первоначально в 2014 году предполагалось, что сбор электронных данных должен осуществляться двумя или более следователями, обладающими соответствующими профессиональными знаниями. Однако в 2016 году данное требование о необходимости соответствующих профессиональных знаний было отменено. Следовательно, больше не учитывается тот факт, обладают ли два следователя необходимыми профессиональными знаниями в отношении сбора электронных данных. Тем не менее согласно ст. 6 Правил, принятым в 2019 году (Rules of Obtainment of Electronic Data as Evidence by Public Security Authorities in Handling Criminal Cases), сбор электронных данных должен осуществляться двумя или более следователями, и при необходимости по указанию следователей может быть привлечен специалист, «professional technician» [11, с. 5].

В ЮАР законопроект 2018 года о киберпреступлениях предусматривает набор процедур, специально предназначенных для изъятия и хранения электронных доказательств, а также техническую помощь со стороны поставщиков электронных услуг, финансовых учреждений и физических лиц следователю в их поиске и изъятии [7, с. 10].

Поскольку в ст. 177 УПК РФ не содержится перечня технических средств, то следователь вправе самостоятельно решать вопрос о необходимости применения тех или иных технических средств, позволяющих получать наиболее полную информацию об обстоятельствах расследуемого события [2, с. 204].

Так, особое внимание уделяется возможности использования 3D-технологий при осмотре места происшествия в целях создания 3D-модели места происшествия, которая может создаваться при помощи сферической панорамы или лазерного сканирования. В такой модели время, освещение, погодные условия, вещественная обстановка и следы в ней не подвергаются изменениям, что делает возможным проведение повторного или до- полнительного осмотра после фиксации результатов первоначального осмотра. 3D-мо-дель места происшествия также обеспечивает возможность повторного осмотра первоначальной обстановки на месте происшествия даже в случаях ее изменения или уничтожения [3, с. 22].

Исследователями отмечаются преимущества фиксации вещной обстановки места происшествия виртуальной реальности, поскольку это даст возможность осмотреть место происшествия заново, уделяя внимание деталям, которым не придали значения ранее, а также позволит ощутить свое присутствие на месте съемки [1, с. 35].

В рамках выполнения НИР УМНИК-20 (ЦЭ-1) / ЦЭ – VR – 2020 по теме «Разработка программного обеспечения для проведения осмотра места происшествия c применением технологии виртуальной реальности на основе сферической панорамной съемки и 3D-ска-нирования» (договор № 545ГУЦЭС8-D3/62 081) был разработан образец программного обеспечения, позволяющего исследовать место происшествия в любой момент после завершения следственного действия при помощи создания его виртуальной копии. Мы полагаем данное программное обеспечение будет способствовать решению проблем, возникающих в ходе проведения осмотра места происшествия, повышению уровня детальности, наглядности и достоверности представления его результатов в целом, сможет найти широкое применение в сфере деятельности правоохранительных органов, судов общей юрисдикции, частных организаций в сфере оценки рисков и ущерба, а также в процессе обучения студентов юридических специальностей и подготовки сотрудников правоохранительных органов. Все это в совокупности позволит повысить качество проведения расследования и, как следствие, количество раскрытых преступлений и правонарушений не только в Российской Федерации, но и в других странах – участницах БРИКС.

Другим приоритетным направлением является внедрение видеоконференц-связи, чье появление напрямую связано с началом в 2020 году пандемии COVID-19, когда возникла необходимость создания условий для удаленной работы, в том числе и в рамках уголовного судопроизводства. Суды по всему миру были вынуждены оперативно реагировать на проблемы, связанные с пандемией и необходимостью обеспечивать социальное дистанцирование. Быстрый переход от традиционных судебных процессов к онлайн-режи-му помог гражданам получить доступ к системе правосудия в период действия установленных ограничений.

30 декабря 2021 г. в УПК РФ была введена ст. 189.1, регулирующая особенности проведения допроса, очной ставки, опознания путем использования систем видеоконференцсвязи.

Имеются сведения о проведении судебных заседаний с использованием веб-платформ, таких как Teams, Skype, Zoom, Google Hangouts и WebEx. Некоторые суды уже имели существующие онлайн-системы делопроизводства и поэтому были более подготовлены к удаленной работе. Так, в Верховном Суде Индии «важные вопросы» были заслушаны в режиме видеоконференции, в Высших судах ЮАР было внедрено облачное решение для совместной работы, а стороны подавали свои возражения в электронном виде [9, с. 2–8].

Отдельно стоит сказать про систему «умных судов» в Китае, в которой весь судебный процесс проводится онлайн, включая подачу документов, представление доказательств, само судебное разбирательство, вынесение решения, а также пересмотр судебного решения и т.д. Ожидается, что в системе «умных судов» будут применяться такие новые технологии, как искусственный интеллект (далее – ИИ). Использование ИИ в судах Китая проявляется в трех важных функциях: инструменты ИИ используются для помощи в принятии судебных решений, предоставляют сторонам справочно-правовую информацию, а также сканируют и принимают материалы дела в электронном виде, составляют и формируют процессуальные документы для сторон-участниц. Таким образом, ИИ призван ускорить представление и классификацию доказательств, передачу материалов дела между различными судами, особенно при рассмотрении апелляционных дел [12, с. 3–4].

Чтобы свести к минимуму проблему увеличения объема дел, в судебную систему Бразилии также внедряется ИИ. Например, исследователями в рамках экспериментов был получен положительный ответ на вопрос о том, можно ли точно предсказать, освободит ли ИИ заключенного или нет в соответствии с решением о предварительном заключении. При этом отмечается, что в задачи исследова- ния не входило обсуждение автоматизации судебных решений или препятствования доступу к правосудию, поскольку судебное решение должно быть результатом человеческой оценки [5, с. 10].

Прокуратурой штата Риу-Гранди-ду-Норти (MPRN) совместно с Федеральным университетом Риу-Гранди-ду-Норти (UFRN) была разработана платоформа INSIDE (Integration, a NalySis, vIsualization of Data for inv Estigation (Интеграция, анализ, визуализация данных для расследования)). Указанная платформа была задумана для обработки больших данных и ускорения процедур их исследования, что само по себе является очень трудоемким процессом [8, с. 2].

Разработка, внедрение и продвижение ИИ также занимают видное место в списке приоритетов правительства Индии, поскольку основываются на предпосылке, что ИИ обладает потенциалом облегчить жизнь и обеспечить в обществе равные права. Программа «Цифровая Индия» предусматривает предоставление цифровой инфраструктуры в качестве основной услуги для каждого гражданина, включение такой цифровизации в управление, что в конечном счете приведет к расширению прав и возможностей граждан [6, с. 3–11].

Автором настоящей статьи в рамках международной конференции «Law and Digital Technologies: The Way Forward» в докладе «The issues of legal regulation of application of AI in in criminal proceedings» было обращено внимание на то, что в Российской Федерации законодательно четко не урегулированы возможности применения ИИ в уголовном судопроизводстве вообще и при производстве экспертных исследований в частности. При этом участники уголовного судопроизводства не должны полагаться только на результаты, полученные в ходе его применения. На данном этапе развития назначение ИИ состоит в том, чтобы помогать участникам уголовного судопроизводства и сокращать до минимума субъективные ошибки человека. В свою очередь человек контролирует работу ИИ и анализирует полученные результаты. Решения, выдаваемые ИИ, не имеют юридической силы, но способствуют отправлению правосудия и ускоряют процесс уголовного судопроизводства.

Большое значение в странах – участницах БРИКС придается внедрению и применению современных технологий в обучении юри- стов, поскольку это позволит обучающимся свободно владеть навыками работы с цифровыми сервисами в целях эффективной реализации уголовно-процессуальной деятельности.

Исследование вопросов применения современных технологий в уголовном судопроизводстве оголяет и определенные проблемы. Наиболее существенная проблема в судебной практике Китая заключается в том, что в следственных органах недостаточно следователей, обладающих соответствующими профессиональными знаниями [1, с. 5]. Индийские исследователи также считают, что образование и осведомленность в области цифровой криминалистики ведут к контролю или даже предотвращению совершения киберпреступлений. Для этого необходимо обучать будущих сотрудников следственных органов цифровой криминалистике. Однако цифровая криминалистика по-прежнему страдает от стандартных, обобщенных методов обучения [10, с. 2383].

В ЮАР в соответствии с положениями закона об электронных коммуникациях и транзакциях была заложена правовая основа для цифровой криминалистики, которая получает все большее распространение в практике правоохранительных органов. Особой задачей стала разработка индивидуальных учебных программ для следователей, поскольку крайне важно, чтобы следователи имели базовое представление о цифровой криминалистике, что способствует более качественному расследованию дел, связанных с киберпреступлениями [7, с. 13].

Поскольку научно-технический прогресс непрестанно наращивает свои темпы, и все больше современные технологии проникают во все сферы жизни людей, нельзя не отметить тот факт, что уголовно-процессуальное законодательство по всему миру отстает, не успевая на законодательном уровне регулировать применение технических средств.

Тем не менее стремительно развивается сфера цифровой криминалистики, выявляются и исследуются электронные доказательства в уголовном судопроизводстве, находят свое применение в уголовно-процессуальной деятельности новые технические средства. Особую роль современные технологии играют при обучении студентов юридических специальностей и в профессиональной подготовке следователей, экспертов, адвокатов и судей, поскольку необходимо уделять должное внимание грамотному применению технологий. Это в целом поможет повысить уровень понимания особенностей применения современных технологий участниками уголовного процесса и минимизирует количество ошибок, которые могут привести к неблагоприятным правовым последствиям.