К вопросу о зарождении правового регулирования национальной безопасности в Российском государстве

Характеристику процесса зарождения правового регулирования национальной безопасности в российском государстве следует рассматривать в контексте хронологии становления отечественной государственности применительно к трансформации форм государственного устройства, правления и политического режима, отраженной в важнейших нормативноправовых актах того времени.

Вместе с тем, в результате анализа взглядов ученых на периодизацию исторического развития российской государственности нельзя не отметить тот факт, что данный вопрос в отечественной исторической и историко-правовой науке является достаточно дискуссионным. Нам наиболее, в рамках настоящего исследования, наиболее адекватной представляется периодизация, основанная на смене форм государственного правления: начиная от появления княжеств времен феодальной раздробленности с переходом к Московскому царству и, далее, к Российской империи [1].

Наименее исследованным в теории национальной безопасности нам представляется начальный период становления ее правового регулирования, а именно - пе- риод Древней Руси и периода феодальной раздробленности (X-XV вв.).

Учитывая тот факт, что в законодательстве того времени понятие «национальная безопасность» не употреблялось и формализовалось, нам необходимо уточнить, что мы будем подразумевать под ним.

Если обратиться к современному (новейшему) интерпретированию данной категории, то официально под национальной безопасностью в Российской Федерации понимается: «состояние защищенности личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз, при котором обеспечиваются реализация конституционных прав и свобод граждан Российской Федерации (далее - граждане), достойные качество и уровень их жизни, суверенитет, независимость, государственная и территориальная целостность, устойчивое социально-экономическое развитие Российской Федерации. Национальная безопасность включает в себя оборону страны и все виды безопасности, предусмотренные Конституцией Российской Федерации и законодательством Российской Федерации, прежде всего государственную, общественную, информационную, экологическую, экономическую, транспортную, энергетическую безопасность, безопасность личности» [2].

Таким образом, исходя из данного определения, в сферу национальной безопасности можно поместить безопасность государственную (в историческом плане – оборона страны от внешний врагов и защита действующего политического режима), общественную (на первоначальном этапе – общинную, далее – представителей различных сословий и иных социальных групп), личную, а также иные виды безопасности, применительно к объектам правовой защиты – экологическую, экономическую, противопожарную и т.д.

Следует обратить внимание, что впервые на официальном уровне в истории России термин безопасность был закреплен лишь в конце XIX века в Положении «О мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия» от 14 августа 1881 г. [3].

Вместе с тем, сказанное выше отнюдь не означает, что вопросы правового регулирования национальной безопасности не «волновали» правителей российского государства (мы сознательно используем данное обобщающее понятие, поскольку наименования глав нашего государства менялись в разные исторические эпохи) до XIX века и не являлись предметом правового регулирования.

По данному поводу совершенно справедливым представляется следующее утверждение Р.С. Мулукаева: «… рассматривая вопросы безопасности государства в исторической перспективе, в содержании этого понятия есть величины постоянные и переменные. К постоянным величинам следует отнести наличие внешних и внутренних угроз безопасности государства, которые сопровождают его в процессе развития. К переменным величинам относятся конкретные формы проявления угроз безопасности государства, которые связа-

Итак, начальный период (зарождение) правового регулирования национальной безопасности в Российском государстве (период Древней Руси, датируемый XXV вв.), характеризовался определенными особенностями, позволяющими отграничить его от последующих.

В данный период на государственном уровне (в отличие от общинного, родоплеменного) происходит систематизация основных угроз государственной и общественной безопасности и мер по их преодолению.

Данный процесс находит отражение в приоритетах государственной политики, как внутренней, так и внешней, а именно в заключенных в то время договорах Руси с Византией 912 года и 945 года. Договором 945 года предусматривалось введение в оборот специальных документов, удостоверяющих мирную цель пребывания на территории иного договаривающегося государства, а также возможность предоставления иной стороной необходимого количества вооруженных сил с целью решения внешнеполитических проблем [5].

Далее, в Русской правде (первом русском правовом кодексе) происходит дальнейшее разграничение видов безопасности на государственную (оборона страны), общественную (общинную), личную, имущественную, пожарную и т.д. В частности, были закреплены основы правовой защиты государственных и общественных интересов: охрана собственности, включая княжескую; общинная безопасность и порядок разрешения в ней споров; основы пожарной безопасности и другие [6, с. 4749].

Таким образом, следует отметить, что рассматриваемый период, действительно, отмечен зарождением основ правового регулирования национальной безопасности и первоначальным оформлением организационно-правовых форм ее правового обес- ны с историческими условиями, склады-   печения, что создавало предпосылку для вающимися в тот или иной период» [4,    дальнейшего поступательного развития

• с. 156].                                       данного института.