К вопросу об усилении уголовно-правовой защиты пожилых лиц от мошенничества

В последние годы в России наблюдается устойчивая тенденция роста числа мошеннических преступлений, совершаемых в отношении пожилых граждан. Эта категория населения становится объектом целенаправленных преступных посягательств не случайно, поскольку возрастные психофизиологические особенности, социальная уязвимость, недостаточный уровень цифровой и правовой грамотности создают благоприятные условия для реализации разнообразных мошеннических схем, особенно с использованием дистанционных технологий. В юридической практике отмечено, что преступники, чтобы облегчить совершение преступного замысла, чаще выбирают одиноких пенсионеров [5, с. 116].

Подобные деяния причиняют потерпевшим значительный материальный и моральный вред, а также подрывают чувство личной безопасности. Это придаёт преступлениям повышенную степень общественной опасности по сравнению с обычным мошенничеством. При этом действующее уголовное законодательство не в полной мере отражает специфику мошеннических преступлений, совершаемых в отношении пожилых лиц, что снижает эффективность мер уголовно-правовой защиты. В связи с этим исследование проблем и перспектив совершенствования правовых механизмов охраны пожилых граждан от мошеннических посягательств приобретает особую научную и практическую значимость.

Сложившаяся ситуация получила широкое отражение в научной литературе, где подчёркивается необходимость усиления правовых механизмов защиты пожилых лиц. Исследователи отмечают, что преступления, совершаемые в отношении граждан старшего возраста, отличаются не только своей массовостью, но и качественно более высоким уровнем общественной опасности, который связан с особым положением потерпевших. Как указывает Бирюков И.И., уязвимость пожилых людей определяется не формальным возрастным порогом, а фактическим снижением способности противостоять противоправным действиям и защищать собственные интересы, что используется преступниками для достижения преступной цели. При этом правоприменительная практика нередко демонстрирует отсутствие единых подходов к квалификации подобных деяний, а действующее законодательство не всегда позволя- ет адекватно отразить специфику данной категории преступлений. Такое положение подтверждает необходимость совершенствования уголовно-правовых инструментов, обеспечивающих более эффективную защиту пожилых граждан от мошеннических посягательств [3, с. 102].

Современное состояние преступности в отношении граждан пожилого возраста демонстрирует недостаточную эффективность мер рекомендательного характера и широкого информационного «всеобуча»: пожилые люди по-прежнему жертвы изощренных мошенников, а количество преступлений в отношении пожилых граждан неуклонно растет [2, с. 83].

Дополнительным подтверждением актуальности проблемы служат статистические данные и результаты прикладных исследований, свидетельствующие о том, что именно пожилые граждане чаще других становятся жертвами мошенников. Исходя из результатов ежегодного опроса, проводимого Центральным Банком России, наибольшую заинтересованность для мошенников вызывают граждане, имеющие высокую экономическую активность, в возрасте от 25 до 64 лет. При этом ежегодно фиксируется рост числа жертв мошенничества среди граждан старше 65 лет [4]. Это связано с их доверчивостью, сниженной способностью критически воспринимать информацию, ограниченными навыками цифровой безопасности и низким уровнем цифровизации социализации, экономическими трудностями, высокой эмпатией [1, с. 25]. Мошенники используют широкий спектр схем, среди которых телефонные звонки, рассылки через мессенджеры и социальные сети, визиты с поддельными удостоверениями, предложения «чудодейственных» лекарств и др. Эти методы направлены именно на психологическое воздействие, что делает пожилых граждан особенно уязвимыми. Масштабность и устойчивость подобных преступных схем свидетельствуют о системной проблеме, требующей усиления уголовно-правовых мер и более точной дифференциации ответственности с учётом уязвимого положения потерпевших.

Проблема защиты пожилых граждан от мошеннических посягательств во многом носит системный характер. Существующие меры реагирования в значительной степени сосредоточены на пресечении уже совершённых преступлений, тогда как про- филактическое направление остаётся недостаточно развитым.

Как отмечают Токмакова А.А. и Ардашева Г.Н., одной из ключевых трудностей является отсутствие устойчивого механизма правового и информационного сопровождения пожилых граждан, что делает их особенно уязвимыми перед современными схемами обмана. Наблюдается слабая координация между правоохранительными органами, социальными службами и финансовыми организациями, а также недостаточная доступность правовой информации в форме, понятной лицам старшего возраста. Кроме того, действующее уголовное законодательство не содержит норм, учитывающих повышенную общественную опасность таких деяний, а профилактические инструменты применяются фрагментарно и без системного подхода. Всё это снижает эффективность защиты пожилых граждан и требует комплексного обновления механизмов правового реагирования и превенции [6, с. 1065].

В современных условиях проблема защиты пожилых граждан от мошеннических посягательств приобретает не просто социальный, а комплексный правовой и криминологический характер. Эта категория населения становится одной из наиболее уязвимых перед преступностью, особенно перед мошенничеством, которое всё чаще совершается с использованием цифровых и дистанционных технологий. Речь идёт не о единичных эпизодах, а о системной криминальной практике, в которой пожилые граждане выступают целевой группой злоумышленников. Такая направленность преступного поведения объясняется сочетанием объективных и субъективных факторов: возрастными изменениями, снижением способности к критической оценке поступающей информации, социальной изолированностью, доверчивостью и слабой цифровой грамотностью. Всё это формирует благоприятную почву для реализации мошеннических схем, которые не только причиняют значительный материальный ущерб, но и наносят тяжёлый психологический и моральный вред.

Особенность мошенничества в отношении пожилых граждан состоит в усиленном социальном эффекте, который такие преступления производят. Если обычное мошенничество приводит к имущественным потерям, то в случае с пожилыми людьми оно зачастую лишает человека всех накопленных средств, обостряет состояние одиночества, подрывает чувство личной безопасности, становится спусковым механизмом для ухудшения здоровья.

В ряде случаев пожилые потерпевшие теряют не только сбережения, но и жильё, остаются без поддержки, впадают в депрессию и перестают доверять государственным институтам. Таким образом, можно констатировать, что рассматриваемая группа пре- ступлений имеет повышенную общественную опасность, поскольку подрывают основы социальной стабильности и затрагивают не только личные, но и общественные интересы.

Несмотря на всю остроту проблемы, действующее уголовное законодательство не содержит специальных правовых механизмов, отражающих её специфику. В частности, в ст. 159 УК РФ отсутствует квалифицирующий признак, связанный с возрастом потерпевшего, тогда как аналогичные признаки установлены в ряде составов преступлений в отношении других уязвимых групп, например, несовершеннолетних. Такая асимметрия не имеет правового и социального обоснования, поскольку пожилые граждане по своей уязвимости и ограниченным возможностям защиты интересов объективно нуждаются в не меньшей, а порой и в большей правовой защите. При этом ссылка на общие положения уголовного законодательства не позволяет адекватно учесть степень общественной опасности данных преступлений и определить соразмерную меру ответственности для виновных лиц.

Существующая ситуация свидетельствует о необходимости внесения точечных изменений вуголов-ное законодательство в части усиления уголовной ответственности за мошенничество, совершаемое в отношении лиц пенсионного возраста. Наиболее целесообразным представляется установление специального квалифицирующего признака, аналогичного предусмотренным для иных уязвимых категорий. В качестве объективного критерия может быть использован возраст, соответствующий назначению страховой пенсии по старости. Привязка к пенсионному возрасту позволит обеспечить ясность и единообразие правоприменения, исключит субъективные толкования и обеспечит надёжную правовую защиту лиц старшего поколения.

Введение указанного признака будет иметь не только наказательный, но и превентивный эффект. Преступники осознают повышенный риск наступления более строгой уголовной ответственности, что способно сдерживать их противоправные действия. Кроме того, ужесточение санкций позволит судам более гибко учитывать степень опасности деяний и назначать наказания, соответствующие характеру и последствиям преступления. Это особенно важно в тех случаях, когда пожилые граждане становятся жертвами целенаправленно разработанных масштабных схем, предполагающих не просто хищение, а полное лишение их финансовой устойчивости.

Однако усиление уголовной ответственности должно сочетаться с совершенствованием процессуальных и организационных механизмов защиты. Пожилые потерпевшие часто испытывают трудности при даче показаний, не могут самостоятельно защи- щать свои права и участвовать в сложных следственных процедурах. Это требует закрепления особого процессуального режима:

•    упрощённого порядка проведения ряда следственных действий (например, допросов); •    ускоренного рассмотрения дел; •    расширенного применения мер защиты потерпевших.

Важно также развивать институт компенсации ущерба, обеспечивая восстановление прав пожилых граждан максимально оперативно и без излишнего формализма.

Нельзя не учитывать и профилактическую составляющую. Ужесточение наказаний должно быть дополнено активной работой государства по повышению правовой и цифровой грамотности пожилых людей. Эффективность уголовно-правовых мер во многом определяется тем, насколько общество и потенциальные потерпевшие готовы распознавать и предотвращать противоправные действия. В этом смысле разумное сочетание жёстких правовых мер и адресной профилактики позволит создать системную модель защиты пожилых граждан от мошенничества.

Таким образом, усиление уголовной ответственности за мошеннические преступления, совершаемые в отношении лиц пенсионного возраста, является не только обоснованным, но и необходимым шагом в условиях стремительного роста цифровых и дистанционных форм обмана. Установление специального квалифицирующего признака «в отношении лица пенсионного возраста» в ст. 159 УК РФ станет инструментом реального укрепления правовой защиты пожилых граждан, обеспечит справедливое наказание для виновных и повысит превентивный потенциал уголовного закона. В сочетании с мерами процессуального и организационного характера это позволит существенно сократить уязвимость данной категории населения и повысить уровень их правовой защищённости.