Классификация последствий хищений

Введение .

Уголовно-правовые запреты на совершение хищений относятся к разряду наиболее древних и традиционных. Упоминания о них встречаются у всех народов уже в самых ранних законодательных памятниках и неизменно присутствуют на всех этапах развития права.

Серьезное внимание проблемам борьбы с хищениями уделяет и современный законодатель, своевременно корректируя и адаптируя нормы УК РФ к актуальным потребностям защиты собственности. Это обстоятельство вызвано, в первую очередь, широкой распространенностью и высокой вредоносностью хищений. Учитывая, что вред от хищений не ограничивается многозначными цифрами прямого ущерба, но включа-

ет в себя ряд иных негативных изменений в общественных отношениях, системная оценка целостного комплекса вредных последствий, причиненных хищениями, в контексте масштабов самих хищений, приобретает особую актуальность и значимость.

Обсуждение . Результаты .

Масса связанных с хищениями последствий представлена разнообразными и негативными изменениями, которые хищение привнесло в общество. Познание этих последствий с необходимостью требует их упорядочения, классификации типологизации.

Отправной точкой в решении этой задачи могут служить положения общей теории права. «Любое правонарушение, – пишет Л.А. Морозова, – наносит ущерб общественным, государственным, личным интересам, вызывает негативные последствия, поскольку дестабилизирует юридический порядок, установленный в стране, причиняет субъектам материальный или иной вред. … Формы проявления вреда разнообразны: вред может быть материальным и моральным, восполнимым и невосполнимым, значительным и незначительным, физическим и духовным и т.д.» [1, с. 304].

Эти верные, в принципе, суждения, нуждаются в дополнительных уточнениях.

Во-первых, надо учитывать публично-правовую природу уголовного права, которая сложилась в результате эволюции общественных представлений о преступлении как о деянии, которое наносит вред не только отдельному лицу («обида», требующая «мести»), но и всему обществу в целом («злое дело», «лихва», «преступление», требующее «наказания»).

В связи с этим, если в самом общем виде представить хищение как деяние, которое причиняет какому-либо собственнику не просто вред, но вред общественно значимый, требующий для своего предотвращения уголовно-правовых мер реагирования, то вполне закономерно в структуре последствий хищения выделять вред, который причиняется непосредственно собственнику, и вред, который причиняется обществу, в целом. Это - связанные друг с другом, но не совпадающие в содержательном отношении последствия, обладающие, к тому же, различной значимостью в процессе уголовно-правового регулирования.

В первом приближении можно констатировать, что общественно значимый вред определяет саму потребность в криминализации деянии, тогда как вред, причиняемый конкретному собственнику, в большей степени влияет на процессы дифференциации уголовной ответственности.

Во-вторых, надо учитывать содержание самих хищений как общественно значимых посягательств на собственность. С учетом этого, последствия данных преступлений всегда пред ставлены в двух видах: неосязаемые изменения в общественных отношениях и некие осязаемые, чувственно воспринимаемые последствия. Отметивший данное обстоятельство В.Б. Кулик, использует для описания этих последствий различную терминологию. Он выделяет, в частности, «антисоциальные последствия хищения» как сугубо социальную субстанцию, не поддающуюся чувственному восприятию, поскольку она «скрыта в глубине общественного отношения в виде нарушения условий его нормального функционирования», а также «преступный результат» как «материальное образование, имеющее стоимостные, ценовые, натуральные и иные подобные измеримые параметры» [2, с. 18].

И, наконец, в-третьих, надо принять во внимание, что осязаемые и неосязаемые, личностно и общественно значимые последствия хищений не ограничиваются лишь теми изменениями в общественном пространстве, которые связаны с деянием субъекта непосредственной причинной связью. Хищение вызывает, как уже отмечалось выше, множество последствий, прямых и косвенных, способных к тому же к развитию и саморазвитию, в связи с чем, в теоретическом отношении всегда важно различать непосредственные (ближайшие) и опосредованные (отдаленные) последствия хищений. Такая градация имеет принципиальное значение для организации и различения правового и профилактического воздействия на последствия. Ближайшие последствия хищений, непосредственно связанные с деянием виновного лица, есть последствия, которые должны быть устранены правовыми средствами в рамках механизмов возмещения и компенсации в целях нарушенного преступным деянием status quo, тогда как последствия отдаленные – это то, что общество стремится избежать посредством применения самых разных методов, в том числе и не относимых к сфере правового регулирования.

Представленная градация последствий хищений, подтверждающая тезис об их множественности и многоаспектности, не является самоцелью исследования. Основное ее предназначение состоит в том, чтобы:

• а)    показать возможности воздействия на различные последствия хищений различными способами;

• б)    стать основой для профессионального отбора тех последствий, которые могут служить объектом приложения правовых и уголовноправовых усилий государства;

• в)    дифференцировать механизмы устранения или минимизации последствий хищений.

Надо отметить, что в уголовно-правой литературе эта множественность последствий и необходимость их некоторого ограничения для целей решения задач уголовно-правового регулирования подчеркивалась всегда. При этом традиционным и устойчивым стал подход, согласно ко- торому, «точкой отсечения» уголовнорелевантных последствий признается связь последствий с объектом преступления или объектом уголовно-правовой охраны.

Эта позиция была четко сформулирована еще Н.Ф. Кузнецовой. Она писала: «Преступные последствия по советскому уголовному праву следует определить как вредные с точки зрения интересов государства рабочих и крестьян изменения в охраняемых советским уголовным законодательством отношениях, производимые общественно опасным и виновным действием (бездействием) субъекта» [3, с. 10].

В более широком аспекте, но принципиально также, пишет в наши дни Г.С. Шкабин: «Под вредом в уголовном праве, на наш взгляд, следует понимать такие изменения объективной действительности, возникшие вследствие совершения общественно опасного или полезного (социально допустимого) деяния, которые выражаются в прерывании (разрушении) или деформации общественных отношений, охраняемых уголовным законом» [4, с. 64].

Таким образом, негативные изменения в объекте уголовно-правовой охраны признаются именно теми уголовно-правовыми последствиями преступления, которые должны иметь значение для конструирования и применения уголовноправовых норм.

Применительно к теме нашего исследования, эту мысль выразил И.А. Тихон: «Под последствиями преступлений в сфере экономики, – пишет он, – следует понимать регламентированные уголовно-правовыми нормами социально значимые отрицательные изменения в охраняемых уголовным законом общественных отношениях, выражающиеся в имущественном ущербе или вреде неимущественного характера» [5, с. 6].

Исходя из такого понимания уголовно-правовых последствий, в науке предлагается градация последствий на «фактические» – «все последствия, вызванные к жизни совершением преступления» и «юридические» – «лишь часть фактических последствий, учтенная, получившая отражение в уголовном законодательстве» [6, с. 73].

Это – важный момент теории. Но, как представляется, он не вполне достаточен для решения актуальных задач уголовно-правового, в целом правового и шире – социального противодействия последствиям хищений.

В частности, основываясь на нем, сложно разграничивать вред объекту и вред предмету посягательства, вред объекту и вред потерпевшему, вред возмещаемый и невозмещаемый, сложно установить и разграничить пределы и механизмы возмещения вреда. Иными словами, верный в теоретическом отношении тезис оказывается в прикладном отношении недостаточно инструментальным.

В этой связи, полагаем возможным изменить сам подход к анализу последствий хищений и принять за точку их разграничения предусмотренный правом механизм устранения и минимизации.

Проведенный анализ свидетельствует о том, что, с этой точки зрения, последствия хищений можно вполне отчетливо разделить на две группы:

• а)    последствия, минимизация и устранение которых является обязанностью лица, совершившего хищение;

• б)    последствия, минимизация и устранение которых выступают предметом заботы общества и государства в целом.

Такая градация пересекается с делением последствий на вред объекту преступления и иные виды вреда, а также коррелирует делению последствий преступления на правовые и криминологические. Но она не совпадает с этими классификациями полностью. Так, подлежащий возмещению со стороны виновного лица вред, причиненный хищением, далеко не всегда ограничивается теми последствиями, которые претерпевает объект уголовно-правовой охраны (это касается, в частности морального вреда). В то же время, вред, причиненный непосредственно объекту преступления, не всегда может быть возмещен непосредственно виновным, но требует приложения для этого государственных усилий (таковы, например, последствия в виде нарушения публичных интересов).

В некотором отношении, эта градация коррелирует с представлениями об источнике и механизме образования вреда. Последствия, которые обязан устранить виновный субъект, являются результатом его действий по причинению вреда. Они суть – результат «причинения», в том смысле, в каком причинение есть сознательная вредоносная деятельность, действие, связанное причинной связью с наступившим социально вредным последствием [7].

Иная группа последствий – хотя и связана с вредоносными действиями субъекта, имеет иной характер и иное происхождение. Они являются итогом деятельности, которую необходимо рассматривать в качестве ответа людей и государства, в целом, на существующие в стране хищения, как убытки и издержки, связанные с наличием хищений.

Наконец, такая градация коррелирует с представлениями об соотношении и взаимосвязи охранительно-восстановительной и охранительно-профилактической функций государства и права.

В самом общем виде, можно сказать, что, разрабатывая и реализуя различные меры, направленные на то, чтобы лицо, совершившее хищение, компенсировало или устранило его послед-

ствия, государство стремится «разорвать цепь» множественных последствий преступления; компенсируя «малое», предотвратить «большое».

Следуя представленной логике, в структуре последствий хищений стоит выделять:

• а)    последствия в виде вреда объекту уголовноправовой охраны, который возмещается правоохранительной и правозащитной деятельностью государства. Сюда следует отнести социальный, организационный, политический, психологический и иной, не поддающийся стоимостному или числовому измерению вред, в виде нарушения общественных и правовых отношений, охраняемым уголовным законом. Это вред, который обуславливает необходимость установления уголовно-правового запрета, и символически возмещается самим фактом расследования, судебного разбирательства, назначением и исполнением уголовного наказания или иных мер уголовно-правового характера;

• б)    последствия в виде вреда объектам уголовно-правовой охраны, который возмещается лицом, совершившим преступление. Сюда следует отнести вред, причиненный собственнику похищенного имущества. Это имущественный либо неимущественный вред, возникающий в сфере межсубъектного взаимодействия виновного и потерпевшего, который оправдывает необходимость дифференциации и индивидуализации уголовной ответственности, и подлежит возмещению в рамках установленных уголовным либо иным (прежде всего, гражданским) правом конструкций. Такой вред может быть признан признаком состава преступления, но может и не быть признан таковым, может ограничиваться рамками отношений собственности как объекта охраны, но может быть причинен и иным значимым для уголовного права объектам;

• в)    последствия в виде вреда социальным ценностям, которые не охраняются нормами уголовного закона об ответственности за хищения. Это – убытки и издержки, которые несет государство, общество, реальные и потенциальные потерпевшие в связи с самим фактом существования и совершения хищений, и которые не могут быть компенсированы виновным лицом либо государством в рамках охранительных уголовноправовых отношений, а потому требуют иных механизмов компенсации.

Эта градация последствий (условно ее можно именовать динамической, учитывая, что в ее основе – представления о механизме реагирования на последствия) может быть соотнесена со статической градацией последствий в контексте учения о составе преступления.

В этом случае, в структуре последствий хищений целесообразно выделять:

– уголовно-релевантные последствия, причиняемые объекту уголовно-правовой охраны;

– релевантные в гражданско-правовом отношении последствия, причиняемые объекту уголовно-правовой охраны;

– последствия, не имеющие значения для уголовного права.

В завершение теоретического анализа вопроса о последствиях хищений, обратим внимание еще на один значимый аспект теории. Речь идет о давней дискуссии по поводу того, является ли последствием преступления только реально причиненный либо также и потенциально возможный вред, вред или еще и угроза причинения вреда.

Позиции спорящих по этому поводу юристов известны.

Н.Ф. Кузнецова была сторонницей признания угрозы наступления вреда вредным последствием. «Реальная опасность ущерба по советскому праву, – писала она, – всегда объективна, конкретна и является последствием»; «опасность – это определенное состояние объекта в результате общественно вредных изменений в нем, произведенных преступным действием субъекта» [3, с. 22, 25].

Возражая ей, А.С. Михлин полагал, что «возможность причинения вреда, поставление объекта в опасность его причинений не могут рассматриваться как самостоятельное последствие преступления» [8, с. 31].

Г.В. Тимейко, занимая промежуточную позицию, писал, что возможность наступления последствий не может быть ни свойством самого действия (бездействия), ни преступным результатом, но «является самостоятельным признаком объективной стороны составов преступлений» [9, с. 86].

Этот спор о границах общественно опасного деяния, его соотношения с последствием и структуре объективной стороны преступления имеет не только теоретическое значение. Он имеет отношение и к решению прикладных проблем, связанных с оценкой опасности хищений и организации возмещения вреда. При этом наиболее эффективной нам представляется концепция, признающая возможность наступления вреда реальным последствием, требующим мер реакции.

Преломляя категории «действительности» и «возможности» к описанным выше видам последствиям хищений, не сложно заметить, что потенциальная или реальная возможность проявляет себя в отношении последствий, как имеющих, так и не имеющих уголовно-правового значения. О возможности наступления значимых в уголовно-правовом отношении последствий можно говорить во многих ситуациях: при неоконченном преступлении, в случае совершения преступлений с угрозой применения насилия и др. Прямым нормативным подтверждением тому может служить и ч. 1 ст. 67 УК РФ, согласно которой при назначении наказания за преступление, совершенное в соучастии, учитываются, среди прочего, характер и размер не только причиненного, но и возможного вреда. Что касается последствий, не имеющих уголовно-правового значения, то они, в силу своей природы, всегда представлены одновременно и как реальность, и как реальная возможность.

Признание за некоторым видом последствий характера возможности наступления вреда не должно вводить в заблуждение относительно их влияния на оценку опасности хищений. Очевидно, чем выше степень вероятности наступления последствий и тяжелее, масштабнее сами последствия, тем выше степень дезорганизации общественных отношений и выше опасность преступления. Другое дело, что реальность и возможность последствий оказывают неодинаковое влияние на содержание и стратегию противодействия этим последствиям, их оценку, механизмы учета и компенсации. Потенциально возможный вред, угроза его наступления по очевидным причинам не должны подлежать компенсации или возмещению со стороны лица, совершившего хищение. Однако эти последствия и могут, и должны учитываться государством в процессе разработки и реализации охранительной и профилактической стратегии упреждения и минимизации вреда от хищений.

Заключение .

Последствия хищений представляют собой совокупность причиненных хищениями или вызван- ных самим фактом их существования нежелательных изменений в общественных отношениях, побуждающих государство реализовывать комплекс мер в рамках охранительно-восстановительной и охранительно-профилактической стратегий.

Последствия хищений, с точки зрения их содержания, направленности и значимости, могут быть классифицированы на две группы: вред, который причиняется непосредственно собственнику, и вред, который причиняется обществу, в целом;

Последствия хищений, с точки зрения их связи с уголовным правом, могут быть классифицированы на три группы:

– уголовно-релевантные последствия, причиняемые объекту уголовно-правовой охраны;

– релевантные в гражданско-правовом отношении последствия, причиняемые объекту уголовно-правовой охраны;

– последствия, не имеющие значения для уголовного права.

Последствия хищений, с точки зрения механизма их компенсации и минимизации, могут быть классифицированы на две группы:

– последствия, обязанность возмещения которых возложена на лицо, совершившее преступление;

– последствия, устранение и упреждение которых является обязанностью государства.