Концепт «мар-э наг» в романе «Слепая сова» Садега Хедаята и его перевод на английский язык Десмонда Костелло
Автор: С. Гане
Журнал: Новый филологический вестник @slovorggu
Рубрика: Зарубежные литературы
Статья в выпуске: 1 (76), 2026 года.
Бесплатный доступ
Перевод концептов в произведениях представляет собой сложную задачу из-за их глубокой укорененности в культурном и литературном контексте. Данная статья посвящена анализу трансформаций образа «mar-e nag» («мар-э наг» – змей-наг) в романе Садега Хедаята «Слепая сова», ключевом произведении современной персидской литературы, при его переводе на английский язык Десмондом Костелло. «Мар-э наг» – это придуманный Хедаятом неологизм, который призван передать важный для автора глубоко индивидуальный концепт. Костелло переводит все слова, в которых присутствует слова «змея» или «наг», либо как «snake», «serpent», либо как «cobra». Причем «cobra» превалирует. Символизм кобры, подобно символизму нагов, в восточных культурах амбивалентен. С одной стороны, кобра является символом вечного возрождения, защиты, богатства, удачи, провидческой мудрости, плодородия и плодовитости. С другой стороны, из-за ее агрессивности и смертоносности яда кобра отождествляется с демоническим началом и ассоциируется с опасностью, угрозой и смертью. В то же время использование в переводе образа кобры отсекает важный для контекста романа аспект образа нагов, которые являются в мифологии полузмеями-полулюдьми. Особенно это качество, указывающее на двойственность природы, важно для женских образов. Вместе с тем слово «кобра» добавляет новые коннотации. Кобра в персидской культуре – не только название змеи, но и женское имя, имеющее ассоциации с мощью и силой. Благодаря замене образа змеи нага на кобру существенно сглаживается мистическое наполнение символического образа отравленного вина. Уходит на задний план и аспект, связанный с духовным совершенствованием, процессом поиска Самости. На первый план выдвигается фрейдистское толкование змеи как фаллического символа, более понятное западным культурам. Использование лексемы «serpent» для западного читателя рождает устойчивые ассоциации со Священным Писанием и историей грехопадения Адама и Евы. Учитывая горизонт ожидания современного англоязычного читателя перевода, можно предположить, что образ змеи нага, который заменяется образом змеи или кобры, обретает, прежде всего, ассоциации, связанные с опасностью, злом, коварством, обманом и грехом, от которых уберечь может лишь божественная защита; смертоносностью и угрозой, внушающей священный ужас; сторожем тайных мест и сокровищ; мудростью, и, возможно, символическим алхимическим образом полузмеи-полудракона Уробороса, кусающего свой хвост, воплощающего вечность, бессмертие, вечное возрождение. Эти ассоциации не только не исчерпывают символического потенциала образа змеи нага в романе, но и ведут читателя по ложному следу, не позволяя глубоко проникнуть в хитросплетения символической канвы мира «Слепой совы».
«Мар-э наг», кобра, наг, наджа, индийская змея, Садег Хедаят, Десмонд Патрик Костелло, «Слепая Сова»
Короткий адрес: https://sciup.org/149150699
IDR: 149150699 | DOI: 10.54770/20729316-2026-1-263
The Concept of “Mar-E Nag” in the Novel “The Blind Owl” by Sadegh Hedayat and Its Translation into English by Desmond Costello
The translation of symbols in literary works is a difficult task due to their deep rooting in the cultural and literary context. This article is devoted to the analysis of the transformations of the image of “mar-e nag” in Sadegh Hedayat’s novel, “The Blind Owl”, the key work of modern Persian literature, when translated into English by Desmond Costello. “Mar-e nag” is a neologism invented by Hedayat, which is designed to convey an important, deeply individual concept for the author. Costello translates all words containing the word “serpent” or “nag” as either “snake”, “serpent”, or “cobra”, with “cobra” being the most common. Like the symbolism of the nagas, the symbolism of the cobra is ambivalent. On the one hand, it is a symbol of eternal revival, protection, wealth, good luck, visionary wisdom, and fertility. On the other hand, due to the aggressiveness and deadliness of its poison, the cobra is identified with the demonic principle and is associated with danger, threat, and death. At the same time, the use of the image of a cobra in the translation cuts off an aspect of the image of the nagas, who are half-snakes and half-humans, that is important for the context of the novel. This is especially the quality indicating the dual nature, which is important for female characters. At the same time, the word “cobra” adds new connotations. “Cobra” in Persian culture is also the female name with associations with power and strength. The replacement of the Naga snake with a cobra has significantly smoothed out the mystical filling of the symbolic image of poisoned wine. The aspect related to spiritual improvement, the process of searching for the self is released, and put forward the Freudian interpretation of the snake as a phallic symbol, which is more understandable to Western cultures. The usage of the lexeme “serpent” evokes for the Western reader strong associations with the Holy Scriptures and the story of the fall of Adam and Eve. Thus, given the horizon of expectation for the modern English-language translation, it can be assumed that the image of the snake of Naga, which is replaced by the image of serpents, or cobras, acquires, first of all, associations with danger, evil, cunning, deceit, and sin, from which only divine protection can protect; servants of evil forces; deadly and threat-inspiring sacred horror; the watchman of secret places and treasures, a symbol of wisdom; and, possibly, in a symbolic way, the half-snake and half-dragon Uroboros, biting its tail, from Gnosticism and alchemy, embodied eternity, immortality, and eternal revival. These associations not only do not exhaust the symbolic potential of the image of the Naga snake in the novel but also lead the reader on the false trail, not allowing them to deeply penetrate into the intricacies of the symbolic canvas of “The Blind Owl”.
