Коннотативные имена предсказателей и целителей как средство выражения оценки

Оценка сопровождает человека постоянно во всех сферах его жизни и деятельности. Оценке подвергаются события, факты и явления общественной и личной жизни. На оценку влияют представления об окружающем мире и его восприятие, которое зависит от главенствующей идеологии, обыденного массового сознания, социальных установок, профессиональных навыков, личного опыта и т. д.

В лингвистике оценка определяется как семантическая категория, которая выражает «отношение, связь, устанавливаемую между ценностной ориентацией говорящего и обозначаемой реалией, оцениваемой положительно или отрицательно по какому-либо основанию в соответствии со стандартом бытия вещей или положению дел в некоторой картине мира, лежащей в основании оценки» [4, с. 23]. Таким образом, оценка неразрывно связана с понятием «ценность» и, как отмечает В.В. Су-тужко, выступает «одним из способов актуализации ценности» [3, с. 12]. Оценка дает возможность проанализировать и понять обобщенную «ценностную ориентацию социума в определенный период его развития» [1, с. 146]. Так, 1990-е гг. стали периодом трансформации общественных ценностей. Это связано с радикальной сменой общественного строя и сме- ной идеологических установок, что привело в то время к глубокому кризису в социально-политической и духовной жизни. Потеря ценностных ориентиров, нестабильность, кризисы в такие периоды дезориентации, когда ни во что нет веры, человеку свойственно прибегать к иррациональным методам для того, чтобы решить проблемы, объяснить непонятное, докопаться до истины. Это создает благоприятные условия для различных магов и колдунов, которые хорошо улавливают растущий общественный интерес ко всему мистическому. Л. Кафтан отмечал: Во время смены эпох и сопутствующей этому смуты в умах всегда появляются разного рода Кашпировские (Комс. правда. 2011. 29 дек.). Или В. Коновалов: В кризисные времена, когда нет стабильности, и люди чувствуют растерянность, теряют почву под ногами, естественно, появляются деятели, которые, не в последнюю очередь, хорошо на этом зарабатывают. В экономической сфере – это всевозможные «МММ», а в духовной – грабовые и кашпировские. В начале 90-х они возникали, как грибы после дождя… (Труд-7. 2005. 20 окт.).

В постсоветский период (с начала 1990-х гг. по настоящее время) актуализируется также интерес к предсказаниям известных ясновидящих, вызванный массовым желанием понять/ разобраться, что ждет страну в будущем: …В кризисные эпохи интерес к пророчествам Нострадамуса, как правило, возрастает (Наука и жизнь. 1991. № 12).

Популярность экстрасенсов, целителей, ясновидящих приводит к тому, что они часто упоминаются в различных публикациях. Их имена, тиражируемые в СМИ, начинают употребляться не только в денотативном значении, но и для эмоциональной характеристики и/или социальной оценки объектов и явлений окружающей действительности. Это способствует формированию ряда оценочных коннотаций у этих имен.

Объектом рассмотрения в данной статье стали следующие имена предсказателей и целителей: Нострадамус, Ванга, Мессинг, Чумак, Кашпировский, Джуна. Цель – выявление сформированных в постсоветский период коннотативых значений исследуемых онимов, для чего был использован контекстуальный анализ, подтверждающий существование коннотаций у рассматриваемых имен в контекстуальном окружении. Источником материала исследования послужил преимущественно На- циональный корпус русского языка (основной, газетный и устный подкорпусы), а также различные средства массовой информации. Всего отобрано 825 контекстов, в которых исследуемые онимы зафиксированы в коннотативном употреблении.

Анализ контекстов показал, что исследуемые имена реализуют свой оценочный потенциал, выступая членом как логического, необразного, так и образного сравнения. В первом случае сопоставляются близкие понятия: Обедал у Нормана с Лаурой. В гостях у них была еще одна ведьма вроде Джуны. Она сказала, что я должен помогать людям, лечить их, влиять на них. Ибо я очень сильный и чистый человек (А.А. Тарковский. Мартиролог. Дневники 1970–1986); Но в нашем правительстве нет провидцев типа Ванги, которые предсказали бы нам, в какой самолет или поезд не садиться, когда лучше не показывать носа на улицу (Комс. правда. 2004. 13 сент.). А во втором сравнение строится на сопоставлении далеких друг от друга понятий: Но государство загипнотизировано мундирами. Люди в погонах вертят государством, как Кашпировский пациентами, хотя никаких особых болезней у пациентов, то бишь внешних угроз у государства, не имеется (Известия. 2004. 4 мая).

Кроме того, имена прорицателей и целителей используются в переносном значении в качестве ономастической метафоры: Хотя болельщики были полны скепсиса, прогноз «футбольного Нострадамуса» подтвердился (Комс. правда. 2001. 28 дек.); Виноваты люди: «новая Ванга» прочит Земле катастрофу и новые болезни в 2021 году (Собеседник.ru. 2020. 11 дек.); «Второй Чумак»: на могиле Началовой люди «заряжают» воду и кремы (SYL.ru. 2019. 29 мая). Следует отметить, что, являясь членом сравнения и выступая репрезентантом определенных характеристик и оценок, имя собственное сохраняет связь с денотатом, конкретной личностью, получившей известность благодаря своей деятельности. Подобная связь ослабевает при метафоричном употреблении имени собственного.

Исследование показало, что в основе социальной оценки, реализуемой посредством имен предсказателей и целителей, может лежать оценка событий (их непредсказуемости или очевидности), положения дел в определенной сфере или в определенном регионе в данный временной отрезок; а также оценка способностей отдельной личности или ее деятельности. Остановимся подробно на конкрет- ных примерах, иллюстрирующих каждый из видов оценки.

Имена прорицателей и целителей употребляются для оценки событий в какой-либо сфере, чтобы подчеркнуть неожиданность происходящего. Подобная оценка встречается преимущественно в спортивном дискурсе. Видимо, потому, что развитие отечественного профессионального спорта в недавнем прошлом сталкивалось с множеством проблем: отсутствием необходимой инфраструктуры для тренировок, сменой тренеров и методик советской и современной российской школ и др. Это привело к нестабильности результатов в различных видах спорта. Использование имен предсказателей позволяет автору речи лаконично выразить свое мнение и усиливает суггестивное воздействие высказывания: А какой нострадамус предсказал бы победу дебютанту Cуперлиги пермскому «Молоту» в матче с «Динамо», где энхаэловских звезд пруд пруди? (Комс. правда. 2004. 5 окт.); ... Пойдет ли его второй приход в команду на пользу? – А кто ж знает? – вздыхает Кобелев. – Если б был Вольфом Мессингом, сказал бы точнее (Сов. спорт. 2009. 7 дек.). Употребление сразу нескольких коннотативных онимов усиливает описание непредсказуемости происходящего: <…> Гараничев – человек, чью стрельбу на стойке не возьмется предсказать даже Ванга на пару с Нострадамусом (Сов. спорт. 2013. 17 февр.).

Имена предсказателей могут быть использованы и в противоположном значении, например для того, чтобы показать очевидность развития событий. В этом случае, как правило, используется конструкция «не нужно / не надо быть…, чтобы…», например: Не нужно быть Вольфом Мессингом, чтобы найти этому объяснение. Во-первых, в Америке модно быть молодым. Во-вторых, в Америке нужно быть молодым. Иначе ты выпадаешь из обоймы, и не видать тебе карьерного роста, как собственных коленок из-за большого живота (Домовой. 2002. 4 янв.); Впрочем, не нужно быть Нострадамусом, чтобы предсказать скорое появление новинки на просторах нашей страны по космическим ценам в 100 тыс . (Известия. 2012. 8 марта); Не нужно быть Вангой, чтобы предсказать, что «новая экономическая стратегия», которую нам обещают к маю, окажется очередным мифом (Моск. комсомолец. 2017. 15 янв.).

Употребление имен предсказателей и целителей помогает также наглядно описать ситуацию, сложившуюся в определенный про- межуток времени в каком-либо регионе/стра-не или положение дел в определенной сфере/ отрасли. Данный вид оценки может переплетаться с предыдущим.

Представить себе полную картину предпраздничной лихорадки не взялся бы даже Нострадамус… (Известия. 2002. 27 мая). В данном примере автор прибегает к упоминанию имени известного предсказателя, чтобы подчеркнуть крупномасштабность подготовки к празднованию 300-летия Петербурга.

В следующем примере прогнозы МЧС на природные катаклизмы автор иронично сравнивает с предсказаниями Нострадамуса, который знаменит своими мрачными пророчествами: Прогнозы ПОХЛЕЩЕ НОСТРАДАМУСА (заголовок). МЧС России обещает в 2003 году дальневосточникам наводнения, землетрясения и техногенные катастрофы (Рыбак Приморья. 2003. 30 янв.).

Следующий пример описывает ситуацию 1990-х гг., когда приобрели популярность сеансы нетрадиционной медицины: Это было время, когда на экране царил Кашпировский и всякие другие подобные ему Чумаки. Разумное слово не находило места в общественном сознании. Я считаю, что Центральное телевидение, в частности, и люди, которые ответственны за его политику, совершили преступление перед страной (С.П. Капица. Мои воспоминания. 2008). Употребление имен Кашпировского и Чумака в значении ‘шарлатан’ помогает ярко и лаконично охарактеризовать тот период. Показателен и следующий контекст, в котором проводится фигуральная аналогия происходящего в политике Украины конца 1990-х гг. с сеансами Кашпировского: Если проанализировать избирательную компанию Ющенко, особенно ход его встреч с избирателями, то это очень напоминает массовые «психотерапевтические» сеансы Кашпировского, а предвыборные призывы и лозунги – установки этого великого манипулятора (Новый регион 2. 2004. 9 дек.). В данном случае проводится развернутое сравнение двух мероприятий, несопоставимых по масштабу и статусу. Коннотация онима Кашпировский ‘манипулятор, обманщик’ помогает показать абсурдность происходящего. Такие развернутые сравнения могут охватывать как крупные фрагменты текста, так и весь текст: …Фото-графии стройных дам, а также их восторженные отзывы внушали бедным толстякам, что данное средство действительно поможет похудеть надежно и без усилий. Ну, просто как на былых телевизионных сеансах Каш- пировского! <…> Еще отправители вложили «купон заказа», оповестивший нас, что сбросить до десяти килограммов можно за 347 рублей, до двадцати – за 627 и аж до тридцати – за 947 рублей (Труд-7. 2002. 23 дек.). Подобный «эффект Кашпировского» часто встречается в рекламе рубежа тысячелетий.

Кроме характеристики событий, их предсказуемости или непредвиденности, исследуемые имена становятся и меткой характеристикой отдельной личности, оценкой ее качеств и способностей, а также ее поступков или деятельности в целом. Проиллюстрируем данное положение конкретными примерами.

Сейчас, сказал, заговорю, заряжу графинчик, выпьете и, как рукой снимет. Ну, полный Чумак (А. Бовин. Пять лет среди евреев и ми-довцев, или Израиль из окна российского посольства). В данном примере использование имени Чумак помогает автору речи оценить действия собеседника и показать абсурдность происходящего.

Приведем еще пример: Шандор Варга: – Владимир, видимо, ясновидящий, прям Вольф Мессинг! Я не могу представить Месси в России. Но никогда не говори никогда (Сов. спорт. 2011. 8 февр.). Ш. Варга, сравнивая футбольного агента Владимира Абрамова с В. Мессингом, показывает, что даже самые нереальные прогнозы могут сбываться.

Как отмечалось выше, использование сразу нескольких имен предсказателей и целителей в одном контексте усиливает суггестивный эффект высказывания: Мое намерение весьма существенным образом обновить действующий состав правительства (на вопрос, много ли будет новых людей, Медведев заявил: «Ой, много!»). Он все-таки не Ванга и не Нострадамус, чтобы делать предсказания. <…> неплохо, когда судьба страны, политические процессы зависят не только от решения одного человека, а всякие решения принимаются в процессе обсуждения (РБК Дейли. 2012. 27 апр.). В данном примере апелляция к известным предсказателям помогает автору раскритиковать категоричность высказываний президента.

А в следующем примере сравнение с известными экстрасенсами подчеркивает способность описываемого героя чувствовать настроение аудитории: Осовцев более не привел никаких аргументов и фактов в пользу своего тезиса, кроме анекдота, имеющего хождение в еврейской среде. Но он физически знает. Улавливаете? Чувствительность на уровне мощного экстрасенса типа Чумака или даже самого Кашпировского (Лебедь. 2003. 14 дек.).

Упоминание имен провидцев может служить и оценкой успешности современного целителя: Недавний приезд известной эстрадной звезды на излечение в Набережные Челны к целителю Камилю Гафирову наделал много шуму в прессе и вознес до небес славу знахаря. Камиль Гафиров <…> телепат уровня Вольфа Мессинга, ясновидящий, превзошедший Вангу. Вылечил Примадонну и омолодил ее на 10 лет! <…> (Комс. правда. 2005. 5 дек.).

Встречаются контексты, в которых сталкиваются имена двух целителей – одно имя, как правило, имеющее более длительную историю существования, – в качестве предмета сравнения, а другое – в качестве образа сравнения: Некоторые называли Вангу «балканским Нострадамусом», поскольку еще в 50-х годах она предупредила о грядущих изменениях климата (Gazeta.ru. 2015. 8 дек.); С тех самых пор Джуна считалась первой в когорте экстрасенсов, ее называли «русской Вангой» (Комс. правда. 2001. 14 авг.).

Отмечена и оценка качества прибора при сравнении его работы со способностями целителя: ... Но в сравнении с подобными нашлепками возможности ее намного шире <…> Эта Матрица защищает дом от геопатогенных излучений, заряжает простую питьевую воду намного эффективнее самого Алана Чумака… (Наука и жизнь. 2008. № 7).

Но имена целителей и предсказателей употребляются не только с коннотацией ‘сверхспособности’, но и с противоположным значением – ‘личность с псевдоспособностями’, ‘несерьезность достижений’. Например: Ньютон – это не какой-то там Нострадамус, который ничем, кроме своих путаных катренов, не прославился. Он отец классической физики, человек, разработавший дифференциальное и интегральное исчисление, построивший первый зеркальный телескоп. Его законы и формулы мы изучаем в школе, в том числе и знаменитый закон всемирного тяготения (Комс. правда. 2007. 19 июня). Оценка достижений Ньютона в сравнении с результатами деятельности Нострадамуса подчеркивает важность и пользу открытий первого.

Или, как в следующем примере, имена известных предсказателей выступают антонимом значению ‘авторитетность’: Это прогноз не Ванги или Нострадамуса, а американского политолога Бернарда Льюиса в таком солидном издании, как Wall Street Journal (Комс. правда. 2006. 11 авг.).

Сравнение с известными экстрасенсами помогает описать и несерьезность какой-либо деятельности: С помощью медитаций ничего с природой сделать невозможно. Пусть они медитируют с целью самопознания, решения психологических проблем. Но воздействовать на природу!.. Зарядка семян – это тоже бред типа Чумака (Комс. правда. 2001. 23 окт.).

Таким образом, анализ контекстуального употребления имен предсказателей и целителей выявил ряд тенденций их функционирования в контекстах постсоветского периода. С одной стороны, это наличие устойчивых коннотаций, которые сохраняются на протяжении всего исследуемого периода, с другой – увеличение семантического объема, т. е. формирование новых коннотативных значений за сравнительно короткий промежуток времени, а также развитие противоположных значений у одного и того же имени. Это говорит о том, что один и тот же оним неоднозначно оценивается в разные периоды своего существования, а конкретные коннотативные значения приобретают актуальность в определенный временной промежуток.

Полученные в ходе проведенного исследования результаты могут стать основой для лексикографического описания имен прорицателей и целителей в рамках словаря коннотативных имен, работа над которым ведется нашей проблемной группой в настоящее время.