Конструкции собственно оперирования информацией

В данной статье мы продолжаем излагать результаты наших структурно-семантических исследований бурятских полипредикативных конструкций [1]. На этот раз в качестве объекта изучения нами выбраны конструкции оперирования информацией — в них используется широкий круг глаголов оперирования информацией, в первую очередь, мыслительной деятельности и речи [3]. Анализ различных по формальному устройству, но выражающих один и тот же тип смысловых отношений конструкций «от- крывает пути для выявления системной связи между конструкциями... что имеет определенную теоретическую ценность: идея системности языка, его различных единиц получает конкретное воплощение» [2, с. 3].

Итак, к конструкциям собственно оперирования информацией в бурятском языке относятся две основные конструкции наиболее широкого значения: причастно-падежная с винительным падежом и со скрепой гэжэ; по сравнению с другими (здесь они не рассматриваются) они имеют меньше всего ограничений на строение и лексическое наполнение как главной, так и зависимой частей. Начнем наш анализ с базовой конструкции с причастием в винительном падеже.

а. Базовая конструкция с винительным падежом

[(N 2 ↔) V=прч.=/отриц./=вин.п.=//] ← V^информ

Благодаря форме винительного падежа причастного сказуемого зависимой части информация здесь подается как объект интеллектуальной деятельности. Корпус текстов показал, что в главной части этой конструкции задействованы преимущественно глаголы мыслительной деятельности (кроме бодо = ‘думать’ — в отличие от производного от него бодожо үзэ = ‘подумать’), реже — глаголы речи. Кроме того, здесь возможны глаголы восприятия; в своем исходном значении они используются в конструкции непосредственного восприятия, здесь же выступают в производном значении ‘переработка информации, полученной по зрительному или слуховому каналу’.

Проиллюстрируем конструкции с глаголами мыслительной деятельности в главной части:

hYYлэй Yедэ бYришье ехээр суурхаhан хони-шоной ажалай амжалта тухай бэшэhэн хэдэн статья унша=hан=аа hанаад , гунзэгы бодолдо абтаба ‘Вспомнив, что прочитал несколько статей о трудовых достижениях еще более прославившегося в последнее время чабана, глубоко задумался (Дамб. 9); ... разведкэдэ яба=hан=аа, командираа аршал=кан=аа дурдадаг hэн ‘вспоминали, как ходили в разведку, как спасли командира’ (Тум. 34); Теэд тэрэнэй юундэшье иигэжэ байжа асуу=h=ые анхарбагуйб ‘Однако я не задумался / не придал значения тому, почему он вот так выспрашивал’      (Жамб.      34).

Дурагуйтэ=х=ые=нь анханай мэдэжэ байНан хадаа тэсэбэ ‘Смирился, потому что давно знал, что (она его) недолюбливает (причастие на =ха в значении одновременности) (Хам. 41)’; ... фаши-стнарые хара сэдьхэлээр XYлеэжэ бай к ые нь шэг шарайгаарнь тухайлжа... ‘догадавшись по лицу, что (он) ждет фашистов’ (Тум. 21); Эхэнэр хунэй барюубшагуй тургэн зан=тай=е мэдэнэ ха юмши ‘Знаешь ведь, что у женщин характер несдержанный, вспыльчивый (букв.: женщины .характер=имеющие’) (Хам. 63).

Редкие примеры с глаголами речи:

БагаНанНаа эжынгээ хайшан гэжэ эрхэл^лжэ ехэ болго=Н=ые=нь хеерэНеер байтараа ... ‘Пока рассказывал, как (его), с детства балуя, вырастила (сделала большим) мама...’ (Хам. 23).

Что касается глаголов восприятия в значении оперирования информацией, то здесь зависимая часть называет результат умозаключения на базе наблюдения, анализа чужих слов и т. д. Сравним следующие фразы:

Шинии мяха отол=х=ые=ш харааб ‘(Я) видел, как ты резал мясо’;

Шинии мяха отол=h=ые=ш харааб ‘(Я) видел (что-то, что позволило мне сделать вывод), что ты резал мясо’ (=самого процесса я не видел).

В первой фразе продемонстрировано прототипическое употребление этих глаголов — непосредственное восприятие одновременных этому восприятию событий. Во второй фразе говорящий сообщает логический вывод на основе своих наблюдений (например, нож и разделочная доска, следы крови и т. д.). Аналогично с глаголами типа ‘услышать’ различаются ситуации «услышать звук» и «услышать сообщение». Еще примеры:

Дэбшэн, шиниингээ ерэ=h=ые дуулаад, хорхойн муреер мушхэлжэ, шамайгаа олобоб ‘Дэбшэн, услышав, что ты приехал, (я), по извилистому следу выследив, тебя нашел’ (Анг. 29); Сэржэмаагай хадамда гар=аа=гуй=е дуулаа hэн гуш? ‘Ты слышала, что Сэржэма не вышла замуж?’.

Таким образом, структура рассмотренной конструкции наиболее полно соответствует модели управления глаголов мыслительной деятельности (‘знать / понимать / помнить что’), т. е. является для них прототипической, а для глаголов речи и восприятия Сэржэмаагай ха-дамда гар=аа=гYй=е дуулаа hэн гуш? нетипичной.

б. Базовая конструкция с гэжэ

( ... V=фин.) гэжэ (...V^{информ./эм.})

Развернутое содержание речи, мыслительных операций передается с помощью союзного слова гэжэ . В отличие от причастно-падежной, конструкция с гэжэ имеет более широкую семантику, допускает использование как эмотивных глаголов, так и глаголов оперирования информацией, в том числе как активных, так и пассивных их форм. Таким образом, лексическая база ее шире, чем у только что рассмотренных конструкций с винительным падежом причастия.

Из числа глаголов оперирования информацией с гэжэ употребляются глаголы как мыслительной, так и речевой деятельности; также возможны глаголы непосредственного восприятия в семантическом варианте «переработка зрительной и слуховой информации»; глаголы речевой каузации и намерения возможны, но с другой формой сказуемого перед гэжэ. Зависимая часть, представляющая содержание информации, может быть построена по принципу прямой речи и речи косвенной; в последнем случае можно уже однозначно говорить о модели сложного предложения, при прямой речи это еще как бы явление пограничное между моделью сложного предложения и моделью построения текста.

Сочетанием этих двух признаков определяются разные варианты базовой модели со скрепой гэжэ :

• 1)    Вариант с глаголами речи в главной части и с воспроизведением собственно прямой речи, заключенной в кавычки или оформленной соответствующим образом:

— Шадахабди, — гэжэ Аюур шангаханаар, зоригтойгоор хэлэжэрхибэ ‘Сможем, — сказал Аюур громко и смело’.

• 2)    Вариант с реконструированной речью, чаще прямой, в основном с глаголами речи:

Цыбаан Yгэ хэлэхэдээ, би тиигээб, би ам-жалта туйлааб, Yдэр hyни илгаагYй ажаллааб гэжэ еерыгее магтадаг... ‘Цыбан, когда выступает, хвалит себя, мол я сделал, я достиг успехов, работал=я, не зная дня и ночи’ (Жамб. 123); Хайшаа ошолтойб гэжэ баhа дахин eeрhee hураба ‘Еще раз спросила себя, мол, куда пой-ти’(Жамб. 100); ОшохогYйб гэжэ аба эжы хо-ертоо хэлээ бэзэш даа? ‘Ты ведь сказала отцу и матери, что не пойдешь? (Не пойду, мол...)’ (ХН. 24); БYрхэхэ гэжэ радиомнай хэзээ хэлэжэ байна hэм? ‘Когда же наше радио говорило, мол, станет пасмурно?’ (Юнд. 37); Сэржэ-Мэдэгые мунее ерэхэгуй гэжэ хэн нэгэнэй Сэ-рэн-Доржодо хэлээ хада, тэрэ таг yнэншэхэгYй hэн ‘Если бы кто-то сказал Сэрэн-Доржо, что Сэржэ-Мэдэг сегодня не приедет, он бы ни за что не поверил’ (Юнд. 25).

• 3)    Вариант с глаголами мыслительных операций, где мысль представлена как внутренняя речь; первое лицо в зависимой части приобретает здесь скорее техническую функцию маркирования моносубъектности, например:

«Ши нэгэ жэгтэй хун байгааш» гэНыень Нанажа, ямартаа жэгтэйби=б гэжэ ойлгохые оролдобо ‘Вспомнив, что она сказала: «Странный ты человек», старался понять, в чем же он странный (букв.: в чем странный=я, мол, понять старался)’ (Хам. 39); Иимэ hонороор иигэжэ тудхуулха=б гэжэ Норжомо XYгшэн hанаагYй hэн ‘Старушка Норжомо не думала, что так изощренно, вот таким образом будут ее (букв.: меня) направлять’ (Юнд. 87); Тиихэдээ намда Yсэрэлдэнэ=б, яана=б гэжэ энэ Yбэштэй ухаан-даа бодоно гээшэ ха ‘Так, значит, думает своей дурной головой, что мне перечит и все такое’ (Юнд. 7); Мунее Мижид ерэхэ болоо ёhотой, тYргэн нэгэ тээшээ ошохо болоо гэжэ тэрэ шэбшэнэ ‘Она решила, мол, сейчас должен прийти Мижид, надо бы побыстрее уйти куда-нибудь’ (Жамб. 105); ...эхэ эсэгэ хоёрhоо холо-дон арилха юм гэжэ хэн мэдэхэ бэлэй! ‘Кто же знал, что уедет прочь от отца и матери’ (ХН. 263); Шинии басаган Yрмэндэ дуратай гэжэ мэдэнэ гуш? ‘Знаешь, что твоя дочь любит саранку?’; Yнгэрhэн шуурган бусахагYй гэжэ мэ-дэдэг ‘Знает, что прошедшая буря не вернется’ (Юнд. 26).

Отметим, что глагол мышления бодо= ‘думать’ может употребляться только в этой конструкции.

• 4)    Вариант с глаголами восприятия в значении ‘переработка информации, полученной по зрительному или слуховому каналу’: зависимая часть представляет собой воспроизведение чужих сообщений либо интерпретацию, собственные умозаключения на основе наблюдения, например:

МYнee ерээ гэжэ дуулаад... ‘услышав, мол, приехал сегодня^’ (Юнд. 25); Доржо экзаме-наа hайнаар тушаагаа гэжэ дуулааб ‘(Я) слышал, что, мол, Доржо хорошо сдал экзамен’; Нимаханда ягаабтар, бэедээ heeл таараhан ха-лаад Yмдэнхэй гэжэ обёорбоб ‘(Я) заметил, что Нимаханда надела цветастый, хорошо сидящий на ней халат’ (Жамб. 17); Байза, шамайе шэнэ машинатай болоо гэжэ хараалби ‘Постой, (я) видела, что у тебя новая машина’.

Как видим, в двух последних примерах в зависимой части содержится информация, которая, вообще-то, недоступна непосредственному восприятию: это оценочные высказывания, результаты сложных мыслительных операций.

Во всех вариантах этой конструкции присутствует опосредованность информации зависимой части, представленной как чье-то сообщение (прямая речь, реально воспроизведенная или реконструированная) либо умозаключение (внутренняя речь).

Теперь рассмотрим вопрос, как соотносятся по семантике две рассмотренные базовые модели — в той сфере, где у них пересекается лексическое наполнение, т. е. с глаголами мыслительной деятельности и восприятия. Есть основание предполагать, что определенное семантическое различие между ними имеется. Так, в этой связи интересен глагол һана =, совмещающий два значения — ‘вспоминать’ и ‘думать’, которые расходятся по этим двум моделям: значение ‘вспоминать’ реализуется только в конструкциях с вин.п., а значение ‘думать’ — только с гэжэ :

Шамайе худалаар хэл=ээ гэжэ hанаа ‘(Он) (*вспомнил) подумал, что ты сказал неправду’ (но это могла быть и правда);

Шинии худалаар хэлэ=h=ые=ш hанаа ‘(Он)

вспомнил (*подумал), что ты говорил неправду’ (и это точно была неправда).

Различие здесь в том, что зависимая часть с вин.п. характеризуется пресуппозицией реальности, а с гэжэ — нет. Сравним текстовые примеры:

Ерэһэн сагһаа хойшо Балмые хаанаб даа ха-раа һэмби гэжэ Сэржэ-Мэдэг һанан , хаанашье, хэзээшье хара=һан=аа һанажа ядажа байгаа һэн ‘С того времени, как приехала, Сэржэ-Мэдэг, думая, что где-то видела Балму, не могла вспомнить, ни где ее видела, ни когда ее видела’ (Юнд. 74); Бидэ тэрэниие үхөө гэжэ hанаа hэмди ‘Мы думали, что он умер’ (Тум. 43); Би шамайе нээрээ худалаар хэлээ гэжэ hанааб ‘Я подумала, что ты на самом деле солгал’ (Тул. 52).

Еще пример — с глаголом хүлеэ = ‘ждать, ожидать’; этот глагол подразумевает хоть и не пресуппозицию реальности, но близкое к ней значение — уверенность субъекта ожидания в том, что событие совершится. Подавляющее большинство имеющихся примеров — с винительным падежом:

Тэрэнэй гэртээ ерэ=х=ые=нь хүлеэ=нэ=б ‘Я жду, когда он придёт домой’; Саадаа галдуулхагүйб, таанад=ай тэхэрижэ ерэ=х=ые хүлеэхэб… ‘(Я) не позволю сжечь сад=свой, буду ждать, когда вы вернетесь’ (Тум. 18); … сэдьхэлдээ үлөө=х=ы=нь гү, али гайхан нюунгүйгөөр сэхэ нюуртань хэлэ=х=ые=нь тэрэ хүлеэн һууба ‘ Он сидел и ждал, промолчит она

(букв.: оставит в душе), либо с удивлением, не скрывая, скажет прямо в лицо’ (Дамб. 43).

Для передачи значения неуверенности используется конструкция с гэжэ , причем в зависимой части нужна дополнительная поддержка, например, форма оптатива в зависимой части, модальная частица неуверенности и пр.:

• ^*Д оржо гэртээ ерэ=хэ гэжэ хүлеэ=нэ=б ‘Я жду, придет ли Доржо домой’ (этот вариант неграмматичен, два последующих более приемлемы);

Доржо гэртээ ерэ=һэй даа гэжэ хүлеэ=нэ=б ‘Я жду, мол, хоть бы он пришел домой’;

Доржо гэртээ ерэ=хэ аалам гэжэ хүлеэ=нэ=б ‘Я жду, мол, может Доржо придет домой’.

Ср. также:

Хэдыдээл «гранатаа» гэһэн дорюун дуун га-рана ааб гэжэ хүлеэнэбди (Тум. 39) ‘Ждем, когда же раздастся команда «гранату!»’.

Таким образом, в группе конструкций собственно оперирования информацией, описывающих процессы мышления и их содержания, центральную оппозицию образуют две базовые конструкции; они фиксируют две разновидности таких процессов: оперирование информацией прямое (винительный падеж) и опосредованное, ассоциированное с внутренней речью ( гэжэ ). В первом случае пресуппонируется реальность или высокая степень ожидаемости зависимого действия — содержания информации, во втором — нет.

Сокращения

Анг . –   А. Ангархаев. Мүнхэ ногоон хасуури. Улаан-Yдэ, 1982.

Дамб. – Г-Д. Дамбаев. Гyнсэмаа . Улаан-Yдэ, 1973.

Жамб. – А. Жамбалдоржиев. Гэрэлтэй мүшэн. Улаан-Yдэ, 1964.

Тул. –   В. Тулаев. Алтан хараасгай. Улаан-Yдэ, 1979.

Тум. –   Ж. Тумунов. Нойрhоо hэриhэн тала . Улаан-Yдэ, 1973.

Хам. –   Ц.-Д. Хамаев. Yүрээр ерэhэн үер. Улаан-Yдэ, 1975.

ХН. –    Х. Намсараев. Суглуулагдамал зохёолнууд. Т. 5. Улаан-Yдэ, 1957.

Юнд. – Б. Юндунов. Тэнсүүри . Улаан-Yдэ, 1979.