Крестоцеловальная (подкрестная) запись царя Василия Шуйского 1606 г.: государственно-правовой анализ

Эпоха Смутного времени – сложный для государственно-правового анализа период развития российского государства. Это связано, прежде всего, с тем, что в данный период наблюдался кризис легитимности государственной власти, соответственно, оценка закономерностей развития государства и права с правовой точки зрения не всегда имеют свое основание. Правовые документы, изданные нелегитимной властью (условно легитимной), не всегда признаются государственнозначимыми, поэтому череда «самозванцев» на российском троне как бы выпадает из политико-правовой истории нашей страны.

Исследовать правовые источники, изданные от имени «самозваных» правителей, невозможно без указания обстоятельств прихода к власти того или иного монарха, а также без анализа правомерности его восхождения на престол и легитимности (признания обществом как царя).

Между тем следует признать, что вне зависимости от легитимности и юридической силы правовых актов рассматриваемого периода они могут дать представление об эволюции политико-правовой сферы общества и закономерностях ее развития. Большой интерес в этой связи вызывает Крестоцеловальная (Подкрестная) запись Василия Шуйского (1606 г.).

Необходимо отметить, что правомерность вступления Василия Шуйского на престол весьма сомнительна, так как в данном процессе не была соблюдена общепринятая на тот момент процедура из- 147 брания на престол. Так, правомочия на царствование первого избранного царя – Бориса Годунова – были закреплены официальными актами, принятыми Земским собором в 1598 г.: «Соборным определением об избрании царем Бориса Федоровича Годунова» и «Утвержденной грамотой об избрании Бориса на царство» [1, с. 12-15]. То есть, несмотря на множество споров относительно правомерности притязаний Бориса Годунова на царство, его легитимность как царя обеспечивалась признанием Земским собором.

В случае же с Василием Шуйским Земского собора как такового не состоялось. Шуйского называли «самоизбранным» царем и, по замечанию современников, его «выкрикнули на царство» у стен Кремля его сторонники [2, с. 11-12]. Тем не менее Василий Шуйский имел некоторое отношение к царскому роду Рюриковичей и формально мог входить в число претендентов на царский трон. Правил он всего четыре года, с 1606 по 1610 гг., был низложен и умер в плену у поляков.

По своей форме Подкрестная запись не была чем-то новым и уникальным, подобные документы встречаются на Руси издревле [3, с. 125 – 131]. Общий смысл целования креста – это присяга на верность, а произносимые (и оформленные письменно) при данном процессе речи выступают неким торжественным обещанием или клятвой.

Крестоцеловальные в качестве документов (фактов) государственного значения возникают с 1598 г. после провозглашения царем Бориса Годунова и далее имеют быть до воцарения царя Михаила Романова. Вместе с тем, кроме Крестоцеловальной записи Василия Шуйского, все остальные были присягой на верность подданных своему царю, а не наоборот.

Согласно тексту исследуемой Крестоцеловальной записи, царь Василий Шуйский обязывался «судить всех истинным, праведным судом, и без вины ни на кого опалы своея не класть, и недругам никого в неправде не подавати, и от всякого насильства избегати»» [4, с. 25]. Впер- 147 вые в российской политической традиции царь фактически дал присягу своим подданным, да еще и с такими прогрессивными на тот момент идеями, что позволило выдвигать гипотезу чуть ли не о появлении «элементов конституционализма» в этот период» [5, с. 36]^.

В.О. Ключевский высоко оценил Подкрестную запись, охарактеризовав ее как «смелый обет», составивший целую «эпоху в нашей политической истории» [6, с. 35-36], и обозначил ее как «первый опыт построения государственного порядка на основе формального ограничения верховной власти» [7, с. 36-37]. Л.В. Черепнин полагает, что этой записью Василий Шуйский утверждал определенную политическую концепцию своего царствования, пообещав никого не подвергать опале «безвинно и безсудно», не выдавать никого «недругам в неправде» и всех подданных оберегать от беззаконных насилий [8, с. 155].

Конечно, если анализировать текст Подкрестной записи, то в ней, действительно, можно увидеть прогрессивные правовые принципы:

• 1.    Не придавать смерти человека без суда («всякого человека, не осудя истинным судом з бояры своими, смерти не предати»).

• 2.    Не лишать имущества родственников осужденных преступников (принцип личной ответственности).

• 3.    Запрет объективного вменения и необходимость доказательства вины («доводов ложных… не слушати, а сыскивать всякими сыски накрепко, … чтоб в том православное христианство без вины не гибли»).

• 4.    Установление ответственности за ложный донос («а кто на кого солжет, и, сыскав того, казнити, смотря по вине того: что был взвел неподельно, тем сам осудится»).

Далее царь дает присягу: «Целую крест всем православным крестьянам, что мне, их жалуя, судити истинным пра- 148 ведным судом и без вины ни накого опалы своея не класти, и недругам никому в неправде не подавати, и от всякого на-сильства оберегати». Здесь также реализованы принципы справедливого суда для всех православных христиан (т.е., по сути – населения), наказания только за виновные деяния. По мнению М.Д. Чупо-вой, Крестоцеловальная запись 1606 г. – «первая в России попытка оформления правового статуса подданных Российского государства и принципов реализации правосудия» [9, с. 41].

Сейчас сложно сказать, чем точно руководствовался Василий Шуйский, произнося такую присягу, и поддерживал ли он провозглашаемые правовые принципы, но ученые сходятся во мнении, что рассматриваемая Крестоцеловальная запись, во-первых, как бы противопоставляла период правления Василия Шуйского текущей ситуации в стране, рисовала благоприятный имидж нового правителя. Во-вторых, и главным образом, она была направлена на легитимацию самого царя, ведь по формальным признакам его притязания на власть были весьма спорны.

Особое место в Подкрестной записи занимает вопрос легитимности приобретения власти Василием Шуйским и подчеркивание, что царь избран всем народом. Также Шуйский «позиционирует себя как потомка Рюрика, который держит свой род «иже б от Римского Кесаря», считает своими прямыми предками Александра Невского и Василия I, то есть выстраивает прямую линию преемственности власти» [10, С. 26].

Впрочем, несмотря на это, Василий Шуйский не смог в полной мере легитимировать свою власть, а попытки привести к присяге разные общественные группы встречали сопротивление, подданные неохотно присягали новому царю. Такая ситуация отнюдь не способствовала завершению смуты, что и показал дальнейший ход событий. Смута завершилась только в 1613 г. с избранием Земским собором царем Михаила Романова, став- 148 шего родоначальником династии Романовых на российском престоле.

Как отмечено выше, Крестоцеловальную запись 1606 г. некоторые ученые считают вехой развития конституционализма в России. Да, возможно, этот исторический документ имеет некоторое смысловое сходство с английской Великой хартией вольности 1215 г., но все же имеются значительные сущностные различия.

Конституция или другие акты конституционного значения ограничивают власть монарха (правителя) и создают действенные механизмы сдержек и противовесов. Крестоцеловальная запись 1606 г., на наш взгляд, не обладает такими свойствами, так как юридически царя ничем не обязывает.

В любом случае можно сделать вывод, что идеи ограничения власти монарха и западные правовые принципы были известны в московском обществе того времени и как нельзя лучше подходили для установления некой договоренности между царем и обществом как альтернатива династическому принципу преемственности власти. Но, как часто бывает, западные ценности не приживаются на российской почве, поэтому общество того времени предпочло опи- раться на традиции, а не присягать на верность самопровозглашенному царю только из-за привлекательности выдвинутых им идей.